Мастер Антон

Мой братишка и его гениальные комиксы про моряка Юрку. Подписывайтесь!

Поэзия Бориса Рыжего как приют для всех погибших и искалеченных на фронтах журнально-академического безумия …Глядишь на милые улыбки и слышишь шепот за спиной – редакционные улитки столы волочат за собой. Ну, публикация... Ну, сотня... И без нее бы мог прожить... Не лучше ль, право, в подворотне с печальным уркой водку пить? Есть мир иной, там нету масок – ужасны лица и без них. Есть мир иной, там нету сказок шутов бесполых и шутих. Там жизнь обнажена, как схема, и сразу видно: тут убьет. Зато надутая проблема – улыбки, взгляда – не встает. ...Покуда в этом вы юлили, слегка прищуривая глаз, в том, настоящем, вас убили и руки вытерли о вас 1996

много раз за последние годы – годы войны – обсуждал с друзьями и приятелями – сколь большая, вот совсем без иронии, беда – - что народ – и верхи – перестали массово играть в покер [и в другие карточные игры] – - то есть не просто перестали, а переключились на игры компьютерные – со сценариями, сохранениями и проч. – - ведь если чему и учит хорошая карточная игра – так это сочетанию расчета и фортуны – - неумелый игрок в долгую – обречен, хотя ему может повезти в начале - - если партнеры несопоставимо сильнее – - то, какими ресурсами ты обладаешь – в высшей степени значимо, поскольку определяет то, какую полосу неудач ты можешь претерпеть, дожидаясь поворота – - считать – важно, но намного важнее – искусство понимать противников, считывать их, догадываться, что они переживают, какие карты у них сейчас на руках, каковы их надежды и страхи – - блефовать и пасовать – перемежая осторожность и натиск – - и понимая, что никакой вариант игры не является «правильным» - а, главное, ничто не гарантировано – и нет никакого safe'а – - нельзя сохраниться и переиграть – все происходит так, как происходит – ровно здесь и сейчас, в реальном времени – - и сколь бы ты ни был хорош в игре – карта может просто «не идти» - - или наоборот, внезапно все складывается – - где еще отдельное искусство – уметь вовремя встать из-за стола – - искусство важное как в случае унести свой выигрыш, так и в случае – не допустить возрастания проигрыша до погибельных величин – - словом, плохо, очень плохо – что мало мы стали играть в карты, начиная с дворовых посиделок…

Современный поэт и традиция: итоги опроса поэтов поколения миллениалов. Отвечают Ксения Август, Денис Балин, Варвара Заборцева, Ирина Кадочникова, Иван Коновалов, Мария Маркова, Марина Марьяшина, Константин Матросов, Григорий Медведев, Василий Нацентов, Андрей Фамицкий, Антон Черный. — «Prosodia» (Медиа о поэзии), 2026, на сайте — 2 апреля. Говорит Антон Черный: «Будучи по происхождению человеком вологодским, отчасти даже деревенским, я долго не мог совместить для себя любовь к сельской атмосфере и поэзию. Традиция деревенщиков казалась мне плоской и заезженной, в школе нас всем этим закормили, и я искал свой подход к этой теме, вне Рубцова и Есенина. Долгое время ничего не получалось. Неожиданно я нашел ключ к теме, когда стал читать немецких и австрийских „деревенщиков” 1920-х годов, представителей движения Naturdichtung (природной поэзии): Теодора Крамера, Хорста Ланге и др. Так, через, казалось бы, совсем чужую натурфилософию, через их „магический реализм”, через „мистическое единение с почвой’ я подобрался к тому, как можно говорить о грязовецкой деревне, о грядках, посевах и овинах без необходимости принудительно наряжаться оперным мужиком». ПЕРИОДИКА (составитель Андрей Василевский). "Новый мир", 2026, № 6: https://nm1925.ru/articles/2026/6-2026/periodika-6-2026/

Заканчиваем работу над новым бумажным номером журнала Prosodia, , посвященного современной поэзии 2026 года — и просим наших читателей помочь его напечатать. В номер вошли 20 лучших подборок первой половины года, рецензии на 26 поэтических книг 2025-26 годов, фигурой номера стал поэт и переводчик Григорий Кружков. https://prosodia.ru/catalog/sobytiya/obyavlen-kraudfanding-dlya-vypuska-25-nomera-prosodia-i-dopechatku-antologii-poeziya-neotraditsional/

Кажется, что жизнь должна быть уроком, что можно сделать вывод или что-то вынести из случившегося. Но что вынести из жизни, которая каждый миг исчезает? Человек помнит целый мир, а кроме пересказа воспоминаний ему и доказать нечем, что с ним что-то вообще происходило. Развалины Колизея или дворцы Санкт-Петербурга - как будто демонстрируют былую жизнь, но то, для чего эти строения были возведены - исчезло, забылось, исказилось, перестало быть очевидным. Камни, воздвигнутые с претензией на вечную демонстрацию своего смысла, похожи на человека через миг после кончины: внешне он ещё идентичен себе живому, но уже бессилен повторить живость своей мысли и ход своих чувств. Архитектура - это застывшее отчаянье, которое человеку лестно воспринимать как вечно живое искусство. Но вечно живых существ не бывает. Вечно живыми могут выглядеть лишь вечно мёртвые камни и планеты.

Ужас, редкие книги в единственных экземплярах уничтожают для обучения ИИ. Все из-за извращенной юридической логики и жадности IT-гигантов. ● Компании массово скупают букинистические издания, отрезают корешки, подгоняют страницы под нужный размер и через сканер преобразуют в PDF. Затем сами книги просто отправляют на переработку, а цифровой текст становится частью закрытой библиотеки компании. ► Конечно, есть безопасный способ отсканировать книгу. Но просто срезать корешки дешевле, и еще уничтожение физического оригинала дает право на владение цифровым текстом. ► Законы США об интеллектуальной собственности предполагают, что уничтожение книги после сканирования может стать аргументом в суде. Якобы это «трансформативное использование», а значит fair use. Дополнительная копия не создается — покупатель купил один текст, оставил один текст, количество копий остается прежним. Все законно. ► Собственно, выяснилось все из-за судебного спора писателей и правообладателей с Anthropic, создателями языковой модели Claude. Букинисты и книготорговцы отмечают рост продаж, но отследить, кому именно уходят оптовые заказы, они не могут. Подозревают, что конечный покупатель — разработчики ИИ. Один из продавцов рассказал, что раньше в удачную неделю сбывал до 20 книг, с апреля их количество выросло до 100. ► На фоне спроса появились компании, которые поставляют старые книги разработчикам ИИ. Так, компания ISBNdb, которая раньше работала с библиотеками и букинистами, теперь оптом поставляет книги ИИ-лабораториям. За один заказ продаётся до миллиона книг. — Когда системы ИИ обучаются на тексте, который сам был сгенерирован ИИ, происходит коллапс: исчезают тонкие лингвистические нюансы, накапливаются систематические ошибки, а результаты получаются шаблонными. Каждое поколение ИИ-модели, обученное таким образом, становится хуже предыдущего. Печатные книги, изданные до распространения языковых моделей, гарантированно не содержат подобных загрязнений. Уже только это является существенным плюсом, — говорится на сайте ISBNdb. ► При этом ISBNdb и другие аналогичные компании скрывают данные своих покупателей. Таким образом, имидж IT-гигантов защищён от обвинений в массовом уничтожении книг. Предложка | Подписаться Выясняем продолжения историй

Тридцать лет первой публикации — это немало. По этому случаю буду читать стихи и переводы в областной библиотеке, а также представлю только что вышедший из печати сборник, выпущенный вологодским издательством «Родники».

Тридцать лет первой публикации — это немало. По этому случаю буду читать стихи и переводы в областной библиотеке, а также представлю только что вышедший из печати сборник, выпущенный вологодским издательством «Родники».

Вячеслав Попов *** стояла ясная погода текла как музыка река по самой кромке небосвода тянулись чудно облака и было просто невозможно поверить в то что жизнь моя устроена совсем несложно и говорит со мной на я и было невозможно просто стоять вот так на берегу в году далеком девяносто каком же вспомнить не могу я был бедой я был ошибкой я знал что больше не могу и все же повторял улыбкой реки огромную дугу