Динара Керимова. Стихи

Двадцатые мои – мои сороковые, и память, без гвоздей сколоченный мосток, жива, да имена героев только вывел с опорных балок дождь – двенадцать тысяч строк, Двенадцать тысяч, и тот перечень неполный, погрешность велика статистики войны, Смотрю назад в упор – и прошлого не помню, минувшие дела, вчерашние вайны, сегодняшний свой день – и тот почти бесследен, ни сдвига в ремесле, ни подвига в бою, и, в общем, ничего такого на планете, о чем еще не раз напишут и споют, расскажут детворе на новом классном часе, еще один в году о важном разговор, Двадцатые мои – эпоха сопричастных, не помнящих уже из павших никого…

Хорошие новости, друзья! Моя книга «Околовойна» наконец поступила в продажу. Вот, что говорит о ней дорогая Динара Керимова - поэтесса, член СПР, кандидат филологических наук, заведующая кафедрой журналистики МФЮА. Всякий текст о войне – боль. Боль героя, прежде всего. Человека настрадавшегося, хлебнувшего горя. Но не всякий текст этот герой пишет сам. И перед нами именно такая история. Инна Кучерова пишет её густыми чернилами и горькими слезами. Она не пытается никого ни в чём убедить, она просто рассказывает историю своей жизни и своей Родины. Я бы поспорила с названием, ибо всё тут не «около», а внутри – места, эпохи, души. В последнее время я всё реже плачу или смеюсь над прочитанным. Не очерствела, нет, просто не пробирает. А тут… Эту книгу важно прочитать каждому, чтобы знать, как оно было и есть на самом деле... Приобрести книгу на сайте издательства: https://www.piter.com/collection/all/product/okolovoyna?ysclid=msmvhlags5989553397 Приобрести книгу на Озоне: https://www.ozon.ru/product/okolovoyna-5327957002/?sh=MaXJozs-og&__rr=1&abt_att=1

Вчитайся в август – текст на арамейском, последняя строка – святое место, святое время спасов и молитв, Твои тревоги – бдения мои всенощные, без сна и перерыва, широкий плат над Брянщиной и Крымом, Донбассом, Петербургом и Москвой, Вчитайся в август, выжженный насквозь, на перепутьях прожитый былинных, налево – напряженные бои и повсюду смерть, направо – черт один, Вчитайся в август, точный счет веди потерям и прочитанным страницам, И замаячит русская станица однажды прямо – то ли "Тихий Дон", то ли "Тума", а то и вправду дом, все ладно в нем – день тих и кроток вечер, Вчитаешься – не бой, а мир лишь вечный...

Концы июля в воду – и не помнить большой земли и опустевших комнат, прошедших лет – свидетелей войны, Останутся жестоки и верны самим себе глухие счетоводы,   Не ждать иного, лучшего, и вот ты случишься вдруг, проступишь в темноте, Луна, сорочку серую надев, тебя встречать поднимется с востока, Спокойная, но столько боли… Столько в молочном свете, льющемся с серпа, Любовь моя, священна и слепа, не мыслит зла, хранит и долготерпит, Несут тебя леса, пустыни, степи, лелеет время, холит и растит, ссыпая из оставшейся горсти живые зерна – через год колосья,   Не говорить того, о чем не спросят, проснуться в пятом августе вразброс, но чтобы мир зерном любви пророс…

Все так и было, лето на дворе, и бабушка клубничное варенье в большом тазу доваривает с песней агульской, и в зияющую бездну мой лыбится затерянный аул – на Джуфудаг и на Шуттахалу, врастающие в небо на закате, всяк помнит о намазе и закяте – почтенный аксакал или юнец, Начало жизни и ее конец тут встретили мои прямые предки, белели горы и синели реки, летели годы, будто рысаки, и с первой поэтической строки я в этом свете, воздухе и звуках, край прадедов моих и моих внуков, Все было так, все будет так и впредь, не насмотреться, хоть всю жизнь смотреть на водоемы эти и вершины, Докрутишь банки, бабушка, свяжи мне джурабки многоцветные к зиме, чтобы идти, как по родной, земле по всякой, что не даст ногам покоя, Кружат орлы тут и гарцуют кони, и склон – сумах для горного ручья, бегущего из Тпига до Рича…

1️⃣2️⃣3️⃣4️⃣ Американец Тофуриус Крейн отправился в Дагестан. Он поднялся к крепости Нарын-Кала и посетил одну из старейших в мире мечетей. А на берегу Каспия увидел легендарный экраноплан «Лунь» — гигантский корабль-самолёт весом более 380 тонн. Как живут люди в древнейшем городе России? Что ещё открыл для себя Тофуриус? Смотрите ответы в новом эпизоде «Приключений американца в России»! Если видео не грузится, то смотрите в МАХ. #премьера 🥰Переходим в MAX

Зачем тебе глубокая вода – умыться ли иль наводнить чужбину, Ослабла ль воля или же тверда, объятая войной наполовину, окопной грязью, гласами сирен и запахом каленого железа, Зачем тебе огонь – над ним смиренно греть руки или жечь гектары леса, сухие степи, сбившиеся в ряд, Живая искра – мертвая пустыня, Зачем тебе, что люди говорят, когда мир обмелеет и остынет, и ничего хорошего ему никто не напророчит в этом веке, Зачем, когда не помнишь, почему молиться перестал о человеке...

Книжная Лавка Писателей Именно этот магазин занимает первое место нашего рейтинга по ассортименту современной литературы (особенно военной) на полках. Небольшой магазин буквально с тремя залами нас поразил! Отдельный зал посвящён по большей части современной поэзии. Поэты: Анна Ревякина, Анна Долгарева, Александр Пелевин, Дмитрий Филиппов, Динара Керимова, Максим Замшев, Иван Купреянов, Ольга Старушко, Игорь Караулов, Роман Сорокин, сборники «ПоэZия русской зимы» и «Воскресшие на Третьей мировой». Ни в одном книжном я не видела такого многообразия!

Проснешься – полусонные еще, протрешь глаза и выплеснешь наружу, туда, где человек не защищен, а человеческое сплошь разрушено, Рассыпанные жизни по весне не станут выше, мертвые озадки, Проснешься – на войне как на войне, летают птицы низко – не к осадкам, Разглядываешь хищную в теплак – нездешняя, недобрая пичуга, Кружила бы во вражеских тылах, не думая, отнять сегодня чью бы каштановую поросль, едва пробившуюся к свету золотому, Проснуться б, а за окнами Нева, и птица распевается – Ты дома…

Футбольные решающие матчи все сыграны,  Болельщики уснули, А ты не спишь, незнаменитый мальчик, в еще одном воинственном июле, Не помнящем былых чемпионатов и лучших игроков – героев встречи, не помнящем имен их, Только надо ль финтам, фолам, прострелам и подсечкам вести подсчет  и в памяти солдатской,  заполненной кассеткой и кубами, хранить их и покорно дожидаться, когда твоя мальчишеская память сгодится в разговоре,  Так и эдак, мол, знаю, видел, славный был финалец, Еще одно недремлющее лето – и, даст Бог, мир,  и он тебе понравится…

Привет и поклон бравым росгвардейцам Полине и Артему за публикацию