буквы слов

без подписи

давным-давно в далекой-далекой галактике сидела одна амина и предвкушала, как начнет читать книгу, на которую она не встречала ни единой отрицательной рецензии; напротив, все знакомые (и нет) пели оды истории. и вот, книга прочиталась, не запомнилась и не восхитила от слова совсем. directed by robert weide… короче говоря, прочитала ‘камо грядеши’ сенкевича. и я негодую: никто не сказал, что это обычный исторический роман, в котором из интересного претензия на частичную достоверность описаний быта и личностей римской империи. история христиан, по словам исследователей, полна домыслов, придумок и догадок. да и ладно, на самом деле, это же роман. просто пытаюсь зацепиться хоть за что-то. как же я скучала во время чтения. перелистывала страницы и думала: ну вот сейчас захватит событие, зацепит мысль… увы. все-таки практически невозможно подходить к чтению более-менее популярного произведения без неких ожиданий. их можно не осознавать, но они все равно сидят на подкорке. была бы оценка другой, если бы я приступила к тексту как чистый лист? вряд ли. но я бы точно чуть меньше негодовала. казалось бы, в центре романа история несчастной любви христианки и римского патриция, вокруг — красочные декорации в виде гладиаторов, вакхических пиров нерона, гонений и… поверите?, больше ничего придумать не смогла. читать в тысячный раз, как герои страдают друг по другу было невыносимо. я и в любовь то эту слабо верю. ладно лигия, спишем на юность и самообман, приправим религиозной пылкостью. но марк виниций… пару часов понаходившись у него в голове, понимаешь, что кроме эгоистичного желания владеть искать и нечего. сменяет это корыстное чувство религия и ‘любовь до гроба’, которую я бы поставила в один ряд с его ‘верой’. искусственное внушение и сладкий самообман. иллюстрация обращения в христианство, пожалуй, единственное, что было хоть немного интересно поразглядывать с лупой (научный интерес). я не могу и не скажу, что роман плохой. он приятно написан. как видно из отзывов, его интересно читать. сенкевич (в какой-то мере) постарался над историчностью и фигурами. но… и еще есть концовка😢столько ‘жестокости’ по ходу повествования, чтобы в конце разрушить эту религиозную стену, которую мы возводили на сотнях страниц. не верю (и до, и после, и во время, и вообще) ой не тот человек пошел на распятие (чего мы даже не увидели). можете сказать, иди дальше читай свои ‘одиссеи’ и ищи там смыслы, но я напомню, что моя самая любимая книжка — ‘граф монте-кристо’, даже не исторический, а всего лишь приключенческий роман. достаем барабаны, включаем софиты: знакомство с прозой салмана рушди состоялось. к сожалению, я выдержала около ста страниц ‘двух лет восьми месяцев и двадцати восьми ночей’ прежде чем закрыла книгу с намерением больше никогда ее не открывать: такую абсолютную бессмыслицу я прочла. убираем барабаны до следующей попытки. вернулась к барнсу. вот не зря меня все тянуло к нему, до и после ‘метроленда’. ‘нечего бояться’ — удивительное, забавное, очень личное и невероятно остроумное эссе о смерти в оболочке романа. джулиан барнс рассуждает об опыте своем и семьи, мыслителей, писателей и других людей культуры. попытка осознать свою смертность и примириться с ней на чуть более четырехсот страницах прекрасно излечивают мое читательское ‘я’ после предыдущих неудач. я практически на экваторе, очень хочу растянуть и понаслаждаться. ‘одиссея’ дочитана. плюс недавно была на чудеснейшей лекции жаринова старшего о мифах. как только посмотрю фильм, большому тексту быть! и последнее: прочла уже третью для меня историю в. оськиной, ‘бумеранги’. не отказываюсь от своих слов: варвара оськина — лучшее, что случалось с нашей романтической прозой. не то чтобы я специалист и несу за плечами гору прочитанных книжек жанра, но одно могу сказать точно: ‘бумеранги’ (как и ‘инсинуации’, которые я посоветовала всем, кому только можно, и ‘большие надежды’) — нечто большее, чем просто романтика. это история о жизни людей, которую каждый из нас вряд ли проживет, но за которой очень интересно наблюдать. [в комментах далее] #чточитаю

1: читаю ‘одиссею’ и понимаю, сколько всего хочу обсудить текстом. решаю дочитать и при первой возможности засесть. 2: компания организует для сотрудников лекцию евгения жаринова о мифах. я: послушаю для контекста, обсуждение подождет. [лекция была восхитительно думательной] 3: через пару дней выходит экранизация. схожу, чтобы составить цельную картинку. а текст после. 4: свободный день; сегодня сажусь за написание. также сегодня случайным образом (это все боги; я знаю, но не могу доказать): листаю курсы любимой магистерии и вижу это чудо (напоминаю: никакая синхронизация или простигосподи полушария интроверта и рядом не стояли с этой платформой). 5: иду смотреть лекции… 6: вспомнила про книгу-исследование ‘гомер. илиада. троя’ панченко… я напишу… однажды…

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

красивое вокруг | ворк | я | корпорат | прогулки на выходных постараюсь рассказать про книжки: и плохое, и хорошее, как обычно!

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи

без подписи