BOGOMOLOVA

Разговаривала с одной творческой командой сегодня. И они мне рассказали про проект, которым сейчас занимаются. Говорят, ты представляешь, снимаем мы драму, а там сценарист прописал, что и в какой ситуации герои едят. «Максим шевелит в тарелке вонголе». «Анна кусает морковный торт, и немного крема оказывается у неё на носу». «Фритто мисто ускользает из-под Сашиной вилки». Причём кулинария в проекте никакого значения не имеет вообще, он про другое. Лёгким движением руки выбесить и актёра, и реквизит, и режиссёра, и костюм, и зрителя – easily effortlessly done! Вот такая мы мощная профессия.

Пора оставить имя старины Мартина и перестать примазываться к великому. Имя «Не Скорсезе» мы c нежностью отпускаем. Канал будет носить моё имя и останется тем, чем был в самом начале – дневником профессионального сценариста.

Channel name was changed to «BOGOMOLOVA»

Некоторое время назад я попала на лекцию Ксении Романенко (ВШЭ) о фанфикшне. И почерпнула для себя парочку лайфхаков для сценарной работы. Несу вам. Помните «Гарри Поттера и методы рационального мышления»? Или «Драмиону»? Или фанфики по Евгению Онегину, где Татьяна бросает своего старого генерала и убегает с Женьком (как бы зачем, конечно – но к Пушкину с феминизмом особо не подступишься). Фанфики уже давно намного превзошли по объему свои материнские произведения. Более того, зачастую они сравнимы по популярности. Фанфики – это народное сочинительство. По вайбу оно близко форумам нулевых: все заинтересованы, все участвуют просто так, всё бескорыстно. Вся движуха существует только на некоммерческом желании придумывать альтернативные сюжеты и в них давать шанс тем, кого несправедливо кинули (шанс на другую жизнь, шанс на любовь, шанс на крышесносный роман). И я подумала, что вообще-то можно смотреть на свои истории таким образом: а фанфики могут быть по ним написаны? Если такое можно себе представить – это хороший знак. Цитирую Романенко. Что делает произведение хорошим материалом для фанфиков? 🔑 Много ярких персонажей, с которыми можно себя соотнести. Даже со злодеями. 🔑 Много возможностей шиппинга между персонажами (значительное количество возможных пар). 🔑 Персонажи допускают разные трактовки. Если такие элементы в вашей истории есть, то вы создаёте что-то, что позволит аудитории сопереживать и фантазировать о сюжетах – более того, выдумывать свои, расширяя рамки вашего. Сама суть русского фанфикшна сосредоточена вокруг фантазий о восстановлении справедливости и желании посмотреть на ситуацию глазами проигравших. В истории должны быть лузеры (не антагонисты, а именно лузеры) – но такие, чтобы было ощущение, что они могут отыграться – стоит лишь дать им шанс.

Часто говорят, что если сценарист не разбирается в психологии, не понимает разницы между разными типами расстройств личности и закономерностей разных моделей мышления, то он профнепригоден. Действительно, почти все люди в нашей профессии либо в анализе/в терапии, либо активно читают книги по психологии, либо хотя бы подписаны на сколько-то околопсихологических пабликов (ценность последнего для меня сомнительна, но what do I know). Психология стала невероятно популярна. Но вот прикол: в начале пути изучения психологии попадаются почти исключительно авторы/книги, в которых пациент воспринимается как страдалец и человек, натерпевшийся от родителей. Эта поглаживающая позиция очень популярна и в блогах среди контентмейкеров: ох ты, душечка скроллер рилзов, дай подую на твои ожоги, которые ты несправедливо получил, обнявшись с реальностью без перчаток! Читать/смотреть такой контент достаточно быстро становится неинтересно, потому что ну сколько можно: всё страдания да страдания. Когда уже наконец будет веселье??? Дорожка изучения темы (многолетняя, витиеватая) привела меня к Карен Хорни – американскому психоаналитику немецкого происхождения. Карен умерла в 1950м году. Она меня веселит невероятно. Примерный пересказ её книги про невротических пациентов (людей, чья структура личности определилась во многом в ответ на какую-то травму). Читать с немецким акцентом. ПАЦИЕНТ НЕ В СОСТОЯНИИ УВИДЕТЬ СВОЮ ИНЕРТНОСТЬ ПАЦИЕНТ ДУМАЕТ, ЧТО ЕМУ ВСЕ ДОЛЖНЫ ПАЦИЕНТ НЕАДЕКВАТНО ВИДИТ РЕАЛЬНОСТЬ, ОН СЧИТАЕТ, ЧТО ОН ВЫДАЮЩИЙСЯ ЧЕЛОВЕК ОТНОШЕНИЯ ПАЦИЕНТА С МИРОМ ВЫСТРАИВАЮТСЯ В ФОРМЕ ТРЕБОВАНИЙ ПАЦИЕНТ ОШИБОЧНО ВОСПРИНИМАЕТ ПРОИСХОДЯЩЕЕ С НИМ В КАЧЕСТВЕ НЕСПРАВЕДЛИВОГО Такая огромная разница между этим её точным стрельбищным немецким английским и вот этими «усюсю, мой сладкий, вокруг одни абьюзеры». … Я пытаюсь подобраться к следующей мысли. Мне кажется, арка современного героя полнометражного кинематографа на ближайшие годы будет приблизительно такая: от инфантила к человеку, способному взять жизнь в свои руки. Какое-то время назад мы искали героя для большой эпичной истории – и поняли (вопреки тому, что мы видим на питчингах Фонда Кино), что ни бронебойное геройство, ни исключительный талант центрального персонажа в нынешние времена особо к нему не располагают. А вот как видишь какого-нибудь дебила, который совершает тупость за тупостью и ещё не теряет зумерского позитива, так сразу чувствуешь эмпатию. А раздражения не чувствуешь. Но, конечно, его как персонажа надо довести – до активности, а не инертности, адекватности, скромности, деятельности, пофигизма, выносливости. И, конечно же – до счастья.

Пока летела, решила посвятить 10 часов Кевину Костнеру и первому сезону «Йеллоустоуна». Когда-то меня с Кевином познакомили на съёмочной площадке (он играл одну из ролей), я его не узнала и радостно (мне был 21 год, и к этому моменту я была в кинотеатре максимум раз 10) выдала: «Oh hi Kevin, nice to meet you, you work here TOO? What do you do?». Он вежливо посмеялся и пожал мне руку. Я подумала: «Какая у него неприлично мягкая кожа. Ой, это не его рука, это перчатка! Господи, сколько это стоит». Итак, «Йеллоустоун». Живёт себе владелец самого большого в Америке ранчо Джон (Кевин Костнер) и его четверо взрослых детей. Все с психическими расстройствами, причём расстройства появляются и исчезают произвольно в те моменты, когда сценаристу этого хочется. Тем временем мерзкие калифорнийские дельцы вместе с не менее несимпатичными индейцами решают присвоить это ранчо себе. Кевин Костнер им не даёт. Для этого он постоянно кого-то убивает, скидывает с обрыва, припечатывает раскалённым клеймом для животных и выгоняет из дома. Ещё летает на вертолёте и ездит туда-сюда на каком-то дорогущем внедорожнике (на этом фоне особенно удивительно звучит сообщение о том, что ранчо-то уже 10 лет как убыточное – ну вы б ещё один вертолёт купили и обслуживали, чего мелочиться-то). Кевин спит с местной мэршей. У него огромный шрам на животе (прооперированный рак толстой кишки), но мэрша не в курсе его состояния здоровья (возможно, она всегда в позиции reverse cowgirl). Дочь Кевина Бет (она была подростком, когда её лошадь понеслась, напугала лошадь матери, и та скинула всадницу – мать скончалась, причём все вокруг на серьёзных щах винят в этом Бет) пьёт как заправский пьяница и поглощает компании направо и налево (I kill companies for a living). Ещё она спит с каждым встречным и постоянно ходит голая (и пьяная). У Бет есть брат-невменько, страдающий от армейского ПТСР, брат-шизоид и нормальный брат – но нормального быстро отправляют в лучший мир. Невменько безнаказанно отстреливает людей направо и налево. Жена невменько ходит с глазами грустной лани. Она вообще-то по смыслу индианка, но её играет актриса китайского происхождения. Индейцы, китайцы... Одна херня. И все диалоги такие: КАНДИДАТ В ПРОКУРОРЫ ШТАТА (ему 40). Ты будешь удивлена, но я не идеалист и не собираюсь отстаивать перемены. ЕГО ПОЛИТТЕХНОЛОГ (представьте себе девушку из рекламы белья Intimissimi с цветочками). Да? Тогда зачем тебе всё это? (На этой реплике у актрисы на 5 см вверх взлетают уши – вероятно, она в шоке.) КАНДИДАТ. Я противоположность перемен. Я хочу отстоять ресурсы Монтаны и не дать их разграбить. ЕГО ПОЛИТТЕХНОЛОГ. Боже, это самое идеалистичное, что я слышала в своей жизни от политика! (По выражению лица актрисы понятно, что её трусики уже намокли.) Потом они занимаются сексом. Мои глаза не просто закатились: они вращались внутри черепа как беспомощная планета Земля вокруг Солнца. И самое потрясающее, что Йеллоустоун стал хитом! У него в 2018 году были космические просмотры! А ведь фактически одновременно с ним в Америке вышли: Наследники Острые предметы Убивая Еву Блеск Поза – то есть истории со сложными женскими персонажами, моральной неоднозначностью, иронией, психологической глубиной. Ничего этого в Йеллоустоуне нет и близко. В Йеллоустоуне Кевин Костнер летает на вертолёте и твердит: «Моя земля, это моя земля, все пошли вон с моей земли!». In America we don’t share land! И в 2018 году этот сериал уделал всех. Ковбои, шляпы, бессмыслица, ни одной нормальной драматической линии – только конченные придурки на лошадях и нимфоманка-алкоголичка занимаются какой-то чушью на фоне гор. Возможно, гигантская аудитория Йеллоустоуна смотрела его без звука. Так иногда ночью листаешь рилзы, когда боишься разбудить того, кто спит рядом, а стресс слить надо – и вот ты просто смотришь клипы, в которых не существующие девушки в не существующих квартирах ведут свой не существующий лайфстайл, единственная цель которого – отрекламировать «случайно» попавшие в кадр объекты материального мира. … Мы все, наверное, очень устали.

Вернулась домой и к работе.

В Нью-Йорке было +34, в квартире шарашило отопление, и выключить его было нельзя. Кондиционер чахоточно кашлял жаркой пылью; единственной холодной вещью в радиусе 100 метров был мой slavic stare. По Второй авеню днём и ночью носились скорые и пожарные, и от их завываний дрожали стены. Кстати, если вы в Нью-Йорке вызовете скорую, то это будет стоить вам около 5 тысяч долларов. Поэтому последние слова людей здесь, если им случается упасть с инфарктом/инсультом/в люк, таковы: «Только не звоните 911!!!» С начала 20 века по 1960е в США по морю прибыло около 16 млн иммигрантов. Те, кто купил себе билет в первый или второй класс, имели право обосноваться в Нью-Йорке. Остальных (третий класс) делили на 3 части: образованные и здоровые – добро пожаловать на Манхэттен. Малообразованные и с проблемами со здоровьем – покупайте билет на поезд и заселяйте глубину страны. Самые слабые и не представляющие для Америки интереса – вам здесь не рады, go home обратно через океан. И вот сейчас Нью-Йорк категорически против Трампа, а глубинный народ из центральных штатов – за. Американцы расточительно и бестолково гоняют на дорогах, обгоняют перед тем, как гордо уйти на съезд, поджимают сзади и ни за что не пользуются круиз-контролем. Музей Метрополитен создан следующим способом: берём комнату одного палаццо, сохранившихся после извержения Везувия – и целиком переносим в Нью-Йорк, не разбирая и не дробя штукатурку. Берём решётку средневековой европейского собора – и опять же одним куском встраиваем в существующие стены Метрополитена. Берём храм в Египте – и guess what happens next. Всё это единый музей, череда комнат из разных стран и эпох, постоянно (и сейчас) удлинняющаяся змея из залов, наполненных экспонатами со всего света. Главные орудия американского коллекционирования – экскаватор и баржа. Всё это сделано для тех, кто никогда не покинет Америку и не поедет смотреть европейские базилики – к чёрту эту езду через океан. С неё всё началось для американской нации, и видит бог – enough is enough. По итогам нашего роудтрипа имею сказать ровно то же самое. #ontheroad

BOGOMOLOVA pinned «Пост-знакомство Привет. Меня зовут Екатерина Богомолова, я писала сценарии к комедийным сериалам (самые известные – «Беспринципные в Питере» и «Беспринципные 5»), драматическим фильмам («Общага»), а когда-то давно даже к клипу «Комната» группы Самое Большое…»

Пост-знакомство Привет. Меня зовут Екатерина Богомолова, я писала сценарии к комедийным сериалам (самые известные – «Беспринципные в Питере» и «Беспринципные 5»), драматическим фильмам («Общага»), а когда-то давно даже к клипу «Комната» группы Самое Большое Простое Число. А ещё я работала с Вачовски и Кеннетом Браной. Я всё время что-то пишу, и часть из этого оказывается здесь. Когда я пишу о кино-индустрии, я никогда не называю настоящих имён, однако все описанные ситуации реальны. Когда я пишу о себе, тут уж о реальности ситуаций говорить не приходится: половину я выдумываю, но, к своей чести, этого не осознаю. В общем, этот канал состоит в основном из текстов о моей работе и заметок о жизни в Москве (иногда elsewhere). Ещё мне 37 лет, и я готовлю, как богиня. Всё остальное делаю без изысков.

За последнее время здесь поменялась аудитория: пришло много новых людей, и для них я представлюсь (впервые!).

В Луизиане почти обнялась с крокодилами: вокруг в бодром темпе плавали штук 30. Крокодил, оказывается, исключительной экономности организм – в день ему нужно всего лишь 600 калорий. То есть я ем в 3 раза больше крокодила! И при этом меня никто не боится!!! Роудтрип дольше месяца – вещь, конечно, интересная. Сперва у тебя не включается стайлер из-за разницы в вольтаже, затем начинаешь ходить в носках и сандалиях. Последним пунктом перестаёшь протирать очки. Вокруг столько впечатлений, что проходящему мимо медведю, чтобы удостоиться твоего фокуса, приходится сунуться тебе под грязные стёкла окуляров. Но у медведя есть дела поинтереснее – например, помойка. Знаете, как медведи борются с антимедвежьими замками на мусорных баках, которые здесь везде? Они кидают баки с гор. Что я поняла? Что я не Моцарт. Моцарт очень любил писать в дороге и в карете. А я люблю свой стайлер. И читать Фолкнера (в Москве). #ontheroad