Психолог Алсу Самойлова

Спросили, какие у меня новости. А какие у меня новости – ну написала статью, потом еще одну. Веду консультации. В выходные тоже. Размышляю об аспирантуре – нужно ли она мне? Все-таки это отдельный Эверест, для которого надо много чего сделать? Из свиданий – визит к стоматологу. Даже на массаж не осталось сил и времени. Единственное, что меня может оторвать от работы – это готовка для любимого мужа. Делала куриные котлетки с кабачком и мясо с овощами. Мне правда нравится его кормить. Даже жаль, что он не читает мой канал, потому что перестал заходить в телеграм в принципе. Какие у вас новости?

Часто когда перевожу не могу понять это М или Ж. По этому случаю хочу рассказать анекдот: “Великий врач, бактериолог Николай Федорович Гамалея прожил 90 лет в ясном уме, и до последнего дня работал. Очень уже пожилой, он заседал на диссертационном ученом совете, подремывая и клюя носом. Взволнованная молодая диссертантка из провинции, изучившая труды действительно великого мэтра, часто и активно на них в своей речи ссылалась, предваряя каждую из многих цитат преамбулой вроде – “как говорила покойная Гамалея”, “как писала покойная Гамалея”. Каждый раз члены ученого совета нервно вздрагивали, но не решались ее поправить, чтобы не усугублять неловкость, благо великий старец дремал себе, как ни в чем не бывало. Но когда бедная девушка в двадцатый раз объявила его великой покойницей, он проснулся, встрепенулся, бодро встал, и, стукнув сухим кулачком по столу, скрипучим, но резким и громким старческим голосом произнес: "Допустим, с учётом моего возраста, мой пол для молодой дамы не имеет значения... НО Я ЕЩЕ ЖИВА, ЧЕРТ ВОЗЬМИ!!!" Было у вас такое, что вы сами путались и не могли понять, о ком идет речь – о мужчине или о женщине?

Помню, была со мной такая история. Прихожу к врачу – в свое время. Она просит меня выйти – и я выхожу в коридор, жду. А у меня встреча сразу после нее. Жду. Еще жду. В какой-то момент я все-таки заглядываю: можно? Она раздраженно отвечает: я вас давно жду! А сама в это время печатает что-то на компьютере (в перчатках) – поворачивается ко мне и собирается проводить осмотр руками в тех же перчатках. Хотя инструменты она взяла из стерильной упаковки, перчатки были далеко не стерильные. Я прошу снять или поменять перчатки, но она раздражается и говорит, что вообще не хочет меня принимать. Мне удалось завершить с ней на дружелюбной ноте. А мой кашель вообще оказался не связан с ЛОР-направлением. Для меня эта история – про границы. Любой человек может нарушать мои границы. Но это моя задача – выставить мои границы, обозначить, как мне удобно общаться. А я сейчас работаю с другим врачом – самым деликатным человеком в мире, с которым мы сошлись по ценностям и границам. И блюдет чистоту своих рук, конечно.

Иногда мама находится рядом с ребёнком, но почти не улыбается, мало разговаривает и как будто ничего не замечает. Ребёнок приносит ей рисунок, а мама говорит: – Красиво. – И даже не смотрит на него. Ребенок начинает думать: «Может быть, я сделал что-то плохое?» «Может быть, мама больше меня не любит?» «Может быть, мне нужно лучше себя вести, чтобы она снова стала веселой?» Но ведь дело не в нем. Возможно, мама пережила что-то тяжелое, потеряла близкого, сильно устала или долго грустит. Иногда от большой печали человек словно закрывается внутри себя: хоть и продолжает готовить еду, покупать одежду и делать обычные дела, но ему трудно смеяться, играть и обнимать. Ребёнок не знает, почему это произошло. Поэтому он может стараться развеселить маму, получать только пятёрки, вести себя очень тихо или, наоборот, шалить, чтобы она наконец его заметила. Но ребёнок не обязан спасать маму, он не виноват в её грусти и не может вылечить взрослого хорошим поведением, рисунками или пятёрками. Ребёнку нужен другой взрослый, который скажет: — Ты ни в чём не виноват. — С тобой всё хорошо. — Мама любит тебя, но сейчас ей трудно показывать свои чувства. — Заботиться о маме должны взрослые. Когда ребёнку это объясняют, становится спокойнее. Он понимает, что может играть, смеяться, злиться, просить о помощи и жить своей детской жизнью. Ребёнок не должен оживлять взрослых, его задача – расти.

Меня удивляет, что люди так много денег тратят на свой маркетинг, но забывают про первое впечатление. Недавно ходила на консультацию нутрициолога. Она задала буквально немного вопросов – и начала запугивать непререкаемым тоном и страшными диагнозами. В общем, я еле выдержала 15 минут и попросила закончить встречу. Девушка написала вдогонку голосовое сообщение в духе “Я не договорила, поэтому послушайте еще про наши продажи”. Блин, ну так давно уже никто не продает: «если вы к нам не придете, то вы умрете». Я сама много-много лет назад работала торговым представителем, продавала московский шоколад, продукцию трех крупных заводов – Рот Фронт, Бабаевский и Красный Октябрь. Я вообще люблю продавать то, что самой нравится. Особенно если уверена в качестве. Так вот, у нас были разные тренинги, где нас учили выстраивать общение. У нас была своя система бонусов и премий, довольно логичная. Плюс были всякие мастер-классы и проверки. Ко мне всегда было повышенное внимание, так как за мной был центр города. Так вот, то, как я продавала при проверяющих и как продавала самостоятельно – отличалось в разы. При них я могла зайти с ноги и громко презентовать, обращая на себя внимание. И люди были в ступоре – и правда, это было хорошо для продаж. Есть нюанс: это работало на один раз. А суть в том, что ты отдаешь товар, а потом приходишь за деньгами. И смысл в том, чтобы выстраивать постоянную связь и хорошие отношения. А какие хорошие отношения, если их чуть ли не заставили согласиться? Поэтому тет-а-тет я работала по-другому. Я спокойно выясняла – что им подходит, что можно предложить в минимум. Устанавливала связи. Иногда мне даже не приходилось приезжать, всё решалось по телефону. А через какое-то время стратегии компании поменялись – они перешли от агрессивных продаж к вдумчивому разговору. Потому что послевкусие от общения решает намного больше, чем цифры продаж. Думаю вот о чем – какое послевкусие у людей остается после общения со мной? А расскажите вы, какое ощущение осталось у вас недавно после какого-нибудь общения?

Представляете, прикол. Только опубликовали мой сайт, и на почту прилетает вот такое письмо: “Здравствуйте, Алсу. Ваш сайт описывает вас как психотерапевта, работающего в транзактном анализе. Я думаю, что новый графический дизайн и брендинг могли бы лучше отразить вашу практику. Моя студия может помочь с этим”. И ведь это не письмо от робота, а видно, что за ним реальный человек. Что меня удивило: вот это скорость. Сайт существует всего ничего, я его даже еще оплатить не успела, а он уже кого-то там не устраивает. Мой новорожденный милый проект, мое детище, которое рождалось несколько лет. Поразительная наглость. Ничего не стала отвечать.

Слушайте, а у меня вот такая новость – я сделала новый сайт! Конечно, можно работать и без сайта, многие так и делают. Но у меня есть удивительный талант – я умею создавать такое пространство, где безопасно, где люди могут познакомиться с собой. Причем я это делаю и для других, и для себя. И вот, теперь у меня есть страница, где я собрала все факты о себе: образование, дипломы, цены. А еще в блоке “Контакты” указала все способы связи со мной: от бота до телеграм, Макса, ватсапа и др. Приложила свои статьи и публикации. По дизайну указала, что хочу что-то светлое, воздушное, ясное. Вообще здорово, что есть люди, которые тебя понимают, с которыми легко можно договориться, кто слушает и не только понимает, но еще и дополняет и полностью принимает. Может, это моя детская иллюзия, но если бы все были такими, всё были бы счастливы в этом мире. Сайт – это как мой личный небольшой дворец (ну или избушка). Размышляю, какие комнаты туда еще добавить, как его расширить, как украсить. В общем, заходите смотреть! https://samalipsy.ru Можно заодно принести показать ваш сайт, если он у вас есть. Если нужно поделиться контактами исполнителя, пишите.

Современные люди странно устроены. Женщина может вести переговоры, принимать решения, зарабатывать. А потом ждет, что мужчина сам догадается: «Подойди. Напиши. Проявись». А мужчина смотрит: перед ним уверенная женщина. Он не знает, его шаг будет желанным или лишним, смелостью или вторжением. И иногда выбирает ничего не делать. Так рождаются отношения, которые не начались, потому что оба слишком хорошо спрятались. А еще нас пугает показывать симпатию. Считается, что если женщина даст понять мужчине, что он ей нравится, она сразу потеряет цену. Но симпатия просто сообщает: «Я тебя заметила». Взгляд, улыбка, живой интерес – это простой человеческий сигнал, без которого другой может вообще не понять, что к нему обращаются. С другой стороны, мужчины тоже выбирают безопасную дистанцию, не привязываться, не обещать, не взрослеть. Иногда за этим стоит плохой опыт семьи, где близость выглядела как вечная ссора. Иногда страх, что отношения заберут свободу. Или вообще привычка жить только удовольствием: понравилась, захотел, получил впечатление, пошёл дальше. Но ведь отношения держатся не только на химии. Можно сильно хотеть человека и совершенно не подходить ему для жизни. Можно быть прекрасными людьми по отдельности и невыносимой парой вместе. Поэтому вопрос не только в том, есть ли чувства. Вопрос в том, есть ли у этих чувств дом. Зрелость, возможно, начинается там, где человек перестаёт ждать, что любовь всё решит за него — и начинает смотреть: почему я выбираю именно таких, какие сигналы я подаю, чего я боюсь и какую жизнь на самом деле хочу строить рядом с другим. Потому что любовь – это ещё и способность не убегать, когда рядом с другим начинается реальная жизнь.

Слушайте, скажу важную штуку. Вот, допустим, когда-то вы пережили что-то ужасное, что до сих пор пугает и страшно даже думать об этом. Сейчас озвучу непопулярное мнение. Вы тогда выжили. И у вас хватило ресурсов на это, несмотря на неопытность и юный возраст (а раз вы это читаете, значит, точно выжили. Какой ценой — это уже другой вопрос, главное, та ситуация осталась в прошлом. Это значит, что вы уже другой человек, с вот таким сильным и серьезным опытом и своими навыками выживания. Не то чтобы вам теперь всё по плечу, но у вас есть опыт того, как справляться в разрушающих ситуациях — ну то есть что-то вам по плечу.

Папины дочки Есть женщины, рядом с которыми чувствуется сильная отцовская фигура. У такой женщины мог быть отец, который защищал, помогал, поддерживал, открывал двери, учил выбирать лучшее. Это может быть очень теплый и важный опыт. Когда за спиной есть отец, в мир выходишь не с пустыми руками. Но у этой любви бывает и другая сторона. Если отец становится главным мерилом надежности и любви, то другим трудно выдержать сравнение. Один недостаточно решительный, другой недостаточно щедрый, третий недостаточно внимательный. Женщина хочет отношений, но внутри уже есть главный мужчина, с которым остальные невольно соревнуются. Взросление папиной дочки не в том, чтобы перестать любить отца или обесценить то, что он дал. Взросление в том, чтобы взять его любовь как опору и при этом выбирать свой путь. Можно помнить отца с теплом и не искать его копию в каждом мужчине. Можно оставить за собой право на собственную жизнь, где отец остается важным, но уже не занимает все пространство. Иногда свобода начинается с разрешения: «Папа многое мне дал. А дальше я попробую сама».

Увидела прекрасную цитату и долго ею любовалась. Приведу в сокращенном виде: “Всякая человеческая душа по своей природе бывала созерцательницей бытия, иначе она не вселилась бы в это живое существо. Припоминать то, что там, на основании того, что есть здесь, нелегко любой душе: одни лишь короткое время созерцали тогда то, что там; другие, упав сюда, обратились под чужим воздействием к неправде и на своё несчастье забыли всё священное, виденное ими раньше”. Она прозвучала в кино “Герда”, я немедленно пошла искать автора и обнаружила, что это Платон, диалог «Федр», 249e–250b. Для меня эта цитата, как ни странно, про соблазнение. Душа что-то увидела, почувствовала, созерцала какое-то время – и захотела прожить это на другом уровне. И таким образом оказалась в моем теле. И у нее теперь есть возможность заказывать косметику на маркетплейсах, готовить омлет и писать научные статьи. Я сомневаюсь, что моя душа полностью довольна, но есть и хорошие моменты. А ваша душа довольна?

Почему считается, что не нужно, выйдя от психолога, сразу рассказывать о сессии близким? Это, правда, не стоит делать, даже если хочется обсудить эмоции и инсайты. Да потому что вы выгрузите свои эмоции не по адресу, впустую. Это как, собравшись в дорогу, без конца трепаться об этом с сотней друзей. И получается, вся энергия уходит на болтовню. А знаете, что может в этом случае происходить на следующей сессии? Ощущение, что нечего сказать, нечего спросить. И тогда, бывает, хочется поговорить не о себе, а о вашем психологе –- с ним самим – расспросить про его дела и личную жизнь, поинтересоваться его самочувствием. Но главный человек в этот момент – это вы, ваша жизнь, ваши переживания. Психологу есть куда выгрузить свои обстоятельства, он для этого сам ходит на терапию и супервизию, чтобы его процессы не мешали вашему. Единственное, что стоит обсудить с аналитиком – если что-то идет не так на сессии. И вы имеете право выбирать ход беседы, тон общения, техники, способ коммуникации. ваш вклад тоже важен – что вы сообщаете о себе, вовремя ли приходите, соблюдаете ли договоренности. В общем, это совместный процесс.

Ампутация интуиции: как человек перестает слышать себя Мне встретилось очень точное выражение — «ампутация интуиции» (из перевода статьи из ТА journal, Бев Гиббонс) Эта метафора помогает понять, почему у нас бывают такие ощущения: «Не понимаю, чего хочу». «Мне нужно, чтобы кто-то сказал, как правильно». «Я чувствую, что мне плохо, но не могу объяснить почему». «Наверное, я всё преувеличиваю». «Со мной что-то не так». Интуиция — это способность замечать то, что не успело стать ясной мыслью. Она складывается из телесных ощущений, эмоций, прошлого опыта, наблюдений и тонких сигналов отношений. Благодаря ей я могу почувствовать, что здесь небезопасно, что не хочется поддерживать разговор, что я доверяю человеку или, наоборот, хочу встать и выйти. Интуиция приходит в виде напряжения в животе, желания отодвинуться, внезапной усталости, тяжести в груди или едва заметного внутреннего «пошли все нафиг». Особенно легко потерять связь с интуицией в детстве. Ребёнок чувствует страх, боль, отвращение, злость или желание уйти, а взрослые отвечают: «Тебе показалось», «Не выдумывай». Постепенно он может решить: «Моим чувствам доверять нельзя». Так интуиция становится опасной. Человек учится отказываться от нее. Во взрослом возрасте человек терпит неприятные отношения, не замечает усталости, соглашается на то, чего не хочет, постоянно ищет подтверждения у других. Человек перестаёт понимать, что с ним происходит, и живёт только через рассуждения, правила и чужие оценки. Ампутация интуиции почти всегда связана с потерей доверия к себе. На место внутреннего компаса приходят другие ориентиры: мнение окружающих, одобрение, страх наказания, стремление быть удобным, привычка всё контролировать. Возвращение интуиции начинается с очень простых вещей. С разрешения заметить: «Мне неприятно», «Я устала», «Мне нужно время». В терапии эта работа начинается с вопросов: что вы чувствуете прямо сейчас? Где это ощущается в теле? В какой момент вы перестали себе доверять? Чего бы вы хотели, если бы вам не нужно было никого убеждать? И иногда возвращение к себе начинается с одной короткой фразы: «Я чувствую, что со мной происходит, и могу к этому прислушаться».

Иногда за усталостью есть целые пласты дополнительных процессов: • жизнь, в которой слишком много поставлено на карту • надежда почувствовать: «Я ценна. Меня выбрали. Я справляюсь» • обычные задачи, которые превращается в проверку собственной ценности • важные достижения, которые вы не успеваете освоить • постоянная подготовка к какой-то будущей, постоянной жизни • страх будущего: вдруг не получится, а вдруг денег не хватит, а вдруг я останусь ни с чем • злость, что не получается делать достаточно хорошо • бессилие, слёзы, раздражение • тоска по жизни, которую вы хотите, но пока не живёте в полной мере. В общем, это редко простое “ой, я устала”

Недавно почувствовала, что сил совсем нет – и пошла разговаривать про это с ИИ, просто чтобы обсудить в моменте. Если честно, надавал банальных советов вроде отменить необязательные дела, пойти полежать и даже обратиться к врачу. И это даже вызвало раздражение – ну что это такое, не мог постараться получше. Ну я отправила его читать на эту тему статьи в интернете. В общем, лучшее, что он смог предложить – сводку из этих статей с такими советами: отменить рабочие встречи, запросить поддержку близких, обратиться к 112. Лично я думаю, что тут не может быть универсальных решений. Кому-то действительно подойдет просто лежать, а кому-то – гулять быстрым шагом по лесу. А отменять рабочие встречи далеко не всегда возможно. И вообще в такие моменты все советы выглядят как еще один список дел. Хотя очень полезно действительно встретиться лицом к лицу со своими эмоциями – и назвать их, признать их. Можно даже побыть в эмоции – и тогда она понемногу становится слабее.

Беги, Лола, беги. Разучилась восхищаться некоторыми любовными историями. Посмотрела “Беги, Лола, беги, снятый в 1998 году. Фильм входит в списки лучших, критики пишут о его композиции, витальности и любви. Мне же примерно через десять минут захотелось, чтобы Лола действительно бежала. Только в другую сторону и желательно от Манни. По сюжету Манни должен передать товар и привезти деньги. С первой частью он справляется, а пакет с крупной суммой забывает в метро. Он звонит Лоле и объясняет, что во всем виновата она, потому что не приехала за ним на мопеде. Мопед, правда, угнали, но Манни не позволяет фактам разрушить стройную защиту. Если человек потерял чужие деньги, он может признать ошибку, попытаться найти пакет, обратиться к тем, кто дал поручение. Манни выбирает обвинить девушку и через двадцать минут ограбить супермаркет. В 1998 году мы видели это как отчаяние влюбленного юноши. Сейчас я вижу ряд неудачных решений. Ответственной оказалась Лола, потому что она любит его и быстро бегает. Как думаете, какая здесь игра? У кого какая роль? Манни занимает позицию Жертвы, а Лола становится Спасателем и просто начинает бежать. В этом месте фильм предлагает восхищаться силой любви. Лола бежит через весь город, просит, требует, угрожает, грабит и буквально пробивает реальность лбом. Он создает катастрофу, она красиво решает вопросы. Проблема в том, что Спасатель превращается в Преследователя. Сначала Лола хочет помочь любимому, затем направляет оружие на людей, которые просто пришли на работу. Романтическая история становится вооруженным ограблением, но музыка продолжает убеждать нас, что все это ради любви. Возможно, лучший вариант этой истории выглядел бы так: Манни звонит Лоле и сообщает, что потерял деньги и теперь собирается ограбить супермаркет. Лола внимательно его выслушивает, сочувствует и отвечает, что решение ограбить супермаркет он принимает самостоятельно, как и уголовную ответственность за него. Затем кладет трубку и идет оформлять заявление об угоне мопеда. Фильм в таком случае закончился бы минут через пятнадцать, зато у Лолы сохранились бы свобода, будущее и кроссовки. В общем, вместо истории о любви увидела историю о психологической игре. Иногда любовь помогает преодолеть препятствия. А иногда главным препятствием оказывается тот, ради кого вы надели кроссовки.

Леди Шалотт, или три шага до реального Я На картине «Леди Шалотт» молодая женщина сидит в лодке. Через борт свисает длинное узорчатое полотно — то самое, которое она ткала в башне, пока ее жизнь проходила где-то снаружи. Леди Шалотт жила в башне неподалеку от Камелота. Ей было запрещено смотреть на мир прямо. Она могла видеть его только в зеркале, висевшем перед ткацким станком. В зеркале появлялись дороги, всадники, девушки в ярких платьях, река, поля и люди, идущие по своим делам. Леди Шалотт смотрела на их отражения и вплетала увиденное в бесконечное полотно. Почему ей нельзя было обернуться к окну, она толком не знала. Существовало проклятие. Не смотри прямо!. Не выходи! Не участвуй! Сиди в безопасной башне, наблюдай чужую жизнь и старательно превращай ее в красивый узор. Так действует и жизненный сценарий. Ребенку редко объясняют: «Мы эмоционально неустойчивые взрослые, поэтому тебе придется отказаться от части своих потребностей, чтобы сохранить отношения с нами». Ему просто дают понять, что злиться опасно, просить стыдно, плакать неудобно, радоваться слишком громко, а любовь чаще достается тем, кто хорошо себя ведёт. Ребенок начинает смотреть на себя через родительское зеркало. В нем он видит отражение чужих тревог, ожиданий и ограничений. Если мама расстраивается, значит, я злая. Если папа замечает меня только за достижения, значит, без них меня почти нет. Если взрослые заняты, придется справляться самой. Если любовь может исчезнуть, надо стать незаменимой. Из этих отражений постепенно создается полотно сценария. Женщина говорит: «Я просто очень заботливая», хотя давно не помнит, каково это – заботиться по желанию, а не из страха стать ненужной. Или думает: «Мне никто не нужен», хотя вся ее независимость построена вокруг надежды, что однажды кто-нибудь все-таки останется. Пытается добиться от очередного недоступного человека важного ответа: «На этот раз я выбираю тебя». Леди Шалотт тоже не бездействовала. Она ткала день и ночь. Её полотно было настоящим, её мастерство — настоящим, её труд принадлежал ей. Сценарий вообще нельзя назвать фальшивым или ложным. Он создавался давно – и помог выжить. Всё меняется, когда в зеркале появляется Ланселот. Леди Шалотт видит его, зеркало раскалывается и привычный порядок перестаёт существовать. Мне кажется, в терапии иногда происходит нечто похожее. Человек вдруг смотрит не в старое зеркало, где написано, каким ему следует быть, а прямо на собственную жизнь. И тогда зеркало трескается. Не настоящее, конечно. Хотя близкие иногда реагируют так, будто человек разбил фамильный сервиз. Поэтому выйти из сценария страшно. Пока живёшь по готовому тексту, роли распределены и финал примерно известен. Хорошая Девочка будет удобной. Спасатель займётся чужой жизнью. Жертва дождётся очередного доказательства, что от неё ничего не зависит. В поэме Леди Шалотт покидает башню, садится в лодку и отправляется к Камелоту. На картине Уотерхауса сотканное полотно лежит рядом и свисает в воду. Она не смогла оставить его в башне. И это, пожалуй, самая точная часть метафоры. Мы тоже не выходим из сценария с пустыми руками. Полотно никуда не исчезает. Но теперь оно лежит в лодке, а не определяет, что мы обязаны ткать до конца своих дней. Возможно, «проникнуть сквозь сценарий» означает не добраться до спрятанной внутри идеальной личности. Реальное Я не сидит в глубине, ожидая, когда его наконец откопают. Оно появляется в тот момент, когда человек перестаёт смотреть на себя только через старое зеркало.

Внимание! Освободилось окно в среду с 14 до 17:30. Если вы ко мне собирались на терапию, и вам подходит это время, пишите @Samali_Samali

Я подозреваю, что мой кот Мариус Иванович тайно изучает транзактный анализ. Возможно, пока я сплю, читает Берна. Хотя, возможно, дальше главы про поглаживания пока не продвинулся. В его представлении отношения устроены просто. Он сообщает о своей потребности, я её удовлетворяю, после чего он оценивает качество оказанной услуги. Если миска наполнена недостаточно быстро, включается критический Родитель. Если там корм, который он сегодня не заказывал, начинается психологическая игра «Посмотри, до чего ты меня довела». Кот садится рядом с полной миской и изображает угасание. Контракт у нас трёхсторонний: кот, я и холодильник. Кот отвечает за формирование запроса, холодильник предоставляет ресурсы, а я выполняю всю административную работу. При этом Мариус Иванович убеждён, что контракт бессрочный и круглосуточный. Свои границы он защищает немедленно и убедительно. Если не хочется общаться, он уходит. Если хочется, ложится на клавиатуру. Раньше, когда кот трется об меня мордой, я думала, что это любовь. Отчасти так и есть, но у кошек на морде и теле расположены железы, с помощью которых они помечают безопасную территорию. Иными словами, Мариус Иванович как бы вносит меня в опись имущества. Диван — мой, кресло — моё, женщина с кормом — тоже моя, прошу не передвигать. Кот владеет безусловными поглаживаниями. Он уверен, что его должны любить не за достижения, примерное поведение или пойманных мышей, которых у нас всё равно нет, а просто потому, что он существует. В этом смысле Мариус Иванович достиг той степени психологического здоровья, к которой многие люди идут годами и за довольно приличные деньги. Кот знает секрет невербального общения. Когда я рассказываю Мариусу Ивановичу о своих переживаниях, он медленно закрывает глаза. Раньше я думала, что он засыпает. Теперь понимаю, что это профессиональная эмпатия. Иногда я думаю, что кот мог бы вести терапевтические группы. Он умеет сохранять молчание, выдерживать сильные чувства и не давать советов. Его мурчание, как и терапевтическое «угу», иногда оно означает «мне хорошо», иногда — «мне нужна поддержка», а иногда — «продолжай гладить, смысл уточним позднее». Есть у Мариуса Ивановича и собственный метод конфронтации. Он не спорит и не задаёт уточняющих вопросов. Кот просто садится напротив и смотрит. Через несколько минут я сама признаю всё: что поздно легла, опять набрала слишком много работы и зачем-то решила выучить английский до B2 за две недели с нуля. Пожалуй, главное, чему можно научиться у кота, — это уверенности. Кот хорошо знает, что его потребности имеют значение, близость не требует отказа от себя, а любовь не нужно ежедневно заслуживать полезностью. Хотя ближе к ужину его философия становится немного конкретнее: «Я ОК, ты ОК, но миска почему-то пустая».

Кто подписывает ваши решения? Возраст определяют по паспорту, а вот со зрелостью сложнее: фотографию не вклеишь, печатью не заверишь. Можно руководить коллективом, платить налоги, воспитывать детей и при этом бояться возразить маме. Иногда зрелость представляют как состояние, в котором человек больше не обижается, не ревнует и не тревожится. Получается такое удобное существо, немного похожее на качественный шкаф: устойчивое, функциональное и без чувств. А на самом деле взрослые люди тоже боятся, нуждаются в близости, сердятся, разочаровываются и временами хотят, чтобы кто-нибудь решил их проблемы. Зрелость же помогает заметить, кто именно сейчас говорит и действует от вашего имени. Внутри нас есть целая компания: - Взрослый, способный оценивать обстоятельства и принимать решения. - Родитель с правилами, запретами и представлениями о правильной жизни. - Ребёнок, который умеет радоваться, любить и придумывать новое, но хранит старые страхи и прежнюю боль. Обычно они как-то договариваются. Однако стоит нам устать, заболеть, испугаться или долго прожить в напряжении, как Взрослый исчезает, а испуганный или усталый Ребенок начинает подписывать решения. Именно тогда мы соглашаемся на лишнюю работу, потому что боимся разочаровать людей. Пишем человеку, после общения с которым долго приходим в себя. Молчим, когда с нами обходятся плохо. Заслуживаем любовь полезностью, безотказностью и терпением. Ждём, что близкий сам догадается, чего мы хотим. Изнутри такие решения не выглядят детскими, потому что находятся объяснения: «сейчас неудобно отказывать», «надо дать человеку ещё один шанс», «маме будет неприятно», «без меня не справятся». Испуганная часть психики умеет составлять убедительные служебные записки. Зрелость – это когда мы замечаем: сейчас решает та часть, которая когда-то боялась одиночества, отвержения или наказания. Иногда это удаётся понять сразу. Иногда – после обещания закончить ещё один проект к понедельнику. Интегрированный Взрослый в этой ситуации не выгоняет Ребёнка из кабинета. Он пытается понять, что случилось. Чего я сейчас боюсь? Чьего недовольства стараюсь избежать? Почему мне так важно быть удобной? Какого ответа я жду от другого человека? Что можно сделать для себя, прежде чем принимать решение? Детская боль — не плохая, не слабая и не лишняя. Благодаря ей мы сохраняем чувствительность, способность привязываться, играть, надеяться и удивляться. Вопрос лишь в том, какое место она занимает в нашей внутренней жизни. Ребенку нужен дом, забота и право голоса. Но документы, от которых зависит вся дальнейшая жизнь, все-таки лучше подписывать Взрослому.