Сказка и Миф

По вопросам покупки книг и альманаха можно обратится к нашим представителям Список Представителей можно увидеть тут : https://jungianfairytaletherapy.ru/skazkaimif/order при поиске информации о представителях можно смотреть закрепленные сообщения или воспользоваться поиском по хэштегам

#Наши_книги #издательство #СКАЗКАИМИФ Книга Пауля Вассмана "Тайные тропы германской мифологии. Исконная германская культура: забытые, демонизированные, отвергнутые и подавленные архетипические представления» вышла в нашем издательстве в 2023 году и продолжает завоевывать сердца читателей. Теперь эта работа, исследующая скрытые пути германского мифа, доступна международным читателям. Книга предлагает глубокий анализ исконных архетипов германской культуры, которые были когда-то забыты, искажены, демонизированы или подавлены. Настоящая работа исследует скрытые аспекты германской мифологии, рассматривая ее в свете индоевропейских традиций. В центре внимания оказываются германские представления о мире, его создании, ранней истории богов и психологическом значении ключевых божеств и богинь. Книга фокусируется на взаимодействии германской мифологии, христианства и гуманистического образования. Автор утверждает, что германская мифология предлагала сбалансированное мировоззрение, обусловленное равновесием между патриархальными и матриархальными божествами. Он также подчеркивает, что скандинавские мифы заложили основы для многих современных ценностей, включая демократию, индивидуальные права и женские права. Игнорирование, демонизация, отторжение и подавление архетипов, связанных с древнегерманской культурой, которая часто считалась варварской, влечет за собой серьезные негативные последствия. Автор подчеркивает, что такое отношение к этой культуре подрывает прочность, разнообразие и благосостояние наших обществ, подобно тому как кинжалы наносят смертельный урон. В книге описано, как фундаментальный акт прорицания Одина, который добровольно повесился на Мировом Древе, открыл человечеству доступ к коллективному бессознательному и автономизации Эго. Один представляется архетипом терапевта, следующего психодинамической традиции. Книга завершается призывом к повышению архетипической грамотности, которую автор считает дорожной картой к миру. *Авторские права принадлежат «Chiron Publications». Оригинальное название книги «The Hidden Pathways of Germanic Mythology: On the Neglected, Demonized, Repulsed, and Repressed Archetypical Representations of Original Germanic Culture». Оригинальная версия книги выпущена в 2019 году. Право на русский перевод согласовано с «Chiron Publications» LLC, город Ашвилл, штат Северная Каролина. Права на русский перевод принадлежат ООО «Сказка и Миф», перевод, оформление 2023. Любое использование материалов данной книги полностью или частично без письменного разрешения правообладателя запрещается. #ПаульВассман #Тайна #германская_мифология #Один #древо #прорицание

#Новости Центра Юнгианской Сказкотерапии. Продолжается набор в обучающую программу "Юнгианская сказкотерапия". В процессе обучения вы погрузитесь в символическое поле волшебных сказок через проживание - уникальный авторский метод, разработанный в Центре юнгианской сказкотерапии. Это первая  программа по юнгианской сказкотерапии,  действующая с 2012 года.  Руководитель и автор программы юнгианский аналитик О. В. Кондратова Курс предназначен для: — психологов, психотерапевтов любых школ и направлений; — студентов психологических вузов; — для всех, кто хочет заглянуть в самого себя, познакомиться с фигурами собственного бессознательного, найти потерянные когда-то ресурсы. Количество участников в группах от 6 до 12 человек. Длительность курса  от 1 до  1,5 лет в зависимости от размера группы. По окончании курса и при желании участника возможно получение онлайн сертификата ИГиСПа.  Мы набираем группы: Онлайн-вечер по четвергам 19.00-23.00 Мск  Очно в Москве по четвергам 12.00-16.00.  Записаться на собеседование и задать вопросы: zait5011@gmail.com - Татьяна Посмотреть  полную программу обучения: http://jungianfairytaletherapy.ru/training

Привет всем, приглашение для выпускников моей программы "Юнгианская сказкотерапия", есть 2-3 свободных места: https://jungianfairytaletherapy.ru/training/advanced/urovni-realnosti

🗝А для тех, кто хотел бы углубиться в изучение трансгенерационной передачи и психотерапевтической работы с ней, напомним о том, что сейчас идет на бор на курс «Психогенеалогия и трансгенерационная терапия» Юлии Пустынниковой. 📚 Мы будем смотреть на трансгенерационную историю не только как на источник травмы, но и как на источник ресурса - взаимной любви, принятия, мудрости, как на опору для идентичности, как на часть личного мифа клиента и как на нить, связующую нас с вечными и неизменными вещами, позволяющими обрести опору в турбулентные времена. 👀 Обучение продлится полгода 👀 встречи по субботам на полный день два раза в месяц 👀 объем программы 280 академических часов 👀 по завершении выдается удостоверение по повышении квалификации 👀 Лекции + групповые и личные работы + практикум + интервизия+ супервизия + разработка собственных трансгенерационных программ и инструментов 👀 оплата помодульная, стоимость одного модуля - 10 000 р. 👀 стартуем 5 сентября 2026 📖 подробные условия, описание программы и запись на курс - по этой ссылке 🌹 ведущая Юлия Пустынникова - психолог, психодраматерапевт, трансгенерационный терапевт (международные сертификаты CPTT, ACPTT), юнгианский сказкотерапевт, фасилитатор SoulCollage®

В моем литклубе мы уже некоторое время читаем книгу Кэтрин Валенте «Сказки сироты». Эта книга представляет собой сложную вязь сказок, вложенных одна в другую, переплетающихся между собой, как стебли, драконы и единороги в кельтских и скандинавских орнаментах. Все вместе они сплетаются - или лучше сказать расплетают, будучи рассказанными? - в личный миф сказительницы - девочки брошенной родителями в саду султана, после того как в одночасье её веки почернели (от букв запечатленных на этих веках историй), что было признано проклятием. И вот она рассказывает эти нерассказанные истории сыну султана, потому что он не боится и хочет их слушать. Это истории о жестокости и любви, о насилии и предательстве, о крови-свете первых звезд, что попала на женщину и её младенца во время резни, устроенной в её доме, о том, как этот кровосвет передавался из поколения в поколение в роду той женщины и что он делал с этими женщинами, а они - с кровосветом. Истории удивительные, увлекающие, завораживающие и ужасающие. Чем-то эта вязь напоминает хитросплетения судеб, тайн и скрытых связей в семье Буэндиа в «100 лет одиночества» или голографическую связанность «Хазарского словаря» Милорада Павича. Возможно, вы вспомните еще немало произведений, столь же хитро сплетающих судьбы героев. Если вспомните - поделитесь в комментариях, что вам приходит на ум. Тот же самый характер связей и переплетений, по моим наблюдениям, терапевты обнаруживают в клиентских историях, когда начинаем продвигаться вглубь за приделы только личной истории клиента и обращаем взгляд к истории его семьи - становятся видны узлы, удерживающие его в необходимости ужасных повторений, механика неотвратимости, становятся видны русла рек-вен, питающих его душу живой водой, обнажаются кости старых обещаний, обид, неспреаведливостей, вложений и поддержки, бескорыстия и преданности, ран и снадобий, которыми эти раны врачевали. Да и мы сами способны их увидеть, если начнем интересоваться судьбами своих предков - все эти паттерны и рифмы, делающие нас частью общей картины. Это занятие для любителей паззлов и головоломок, увлекательное, не не терпящее спешки. Интересно, что если мы посмотрим на мифы, очень часто мы и в них встречаем видимую трансгенерационную составляющую: судьбу и поведение героев и богов определяют старые соглашения предков, некоторые мифы позволяют проследить судьбу нескольких поколений и их отношений с богами. Это заставляет меня думать о том, что семейное бессознательное и трансгенерационное насление как его часть, являются не только слоем личного бессознательного, но выполняют роль шлюза между архетипическим и личным, как пуповина связывая личную судьбу с общечеловеческой историей. Ведь через нашу ДНК, полученную от предков мы буквально и физически связанны со всеми людьми и со всеми живыми существами на нашей планете. автор иллюстрации - художник по вышивке ANA TERESA BARBOZA из Перу

Важно в сказке «Калиф-аист» и то, что главными героями являются калиф и везирь, а не простой юноша. Образы царя/калифа часто отражают коллективное сознание, а иногда и самостное. Но также речь может идти об определенном уровне реализации. Кто может быть выше калифа? Только Бог. Кто способен творить чудеса и превращать одно в другое? Бог. В этом смысле мы могли бы посмотреть на путь калифа как на соблазн уподобиться Богу, наделив себя силой, недоступной простому человеку. В этом есть определенная инфляция, ведущая к спуску, регрессу на более темные изначальные уровни существования. Не случайно и контекст сказки связан с исламской религией, которая предполагает, что "нет Бога кроме Аллаха", а основной грех шайтанов во главе с Иблисом - отказ подчиниться Богу, гордыня и высокомерие. Но сказка показывает нам, что и этот путь мы можем увидеть как необходимый этап на пути к индивидуации, которая в том числе выражается в способности познать свои пределы. Как пишет Юнг, «это необходимость — знать свои пределы. Если вы их не осознаете, вы натолкнетесь на искусственные барьеры вашего воображения и ожиданий окружающих. Но ваша жизнь не примет ограничений искусственными барьерами. Жизнь хочет перепрыгнуть такие барьеры, и вы окажетесь с самим собой. Эти барьеры — не ваши реальные пределы. Попытайтесь найти ваши реальные пределы. Никто не знает их заранее, но видит и понимает их, когда их достигает». Юнг неоднократно говорил, что невроз в какой-то степени является благословением, так как в итоге ведет человека к целостности. И хорошо, если, пройдя через свой подземный путь, пережив регресс и инфляцию, мы наконец можем вернуть себе свое человеческое лицо и принять Самость как руководящий принцип. Как сказал калиф в сказке: «— Все к лучшему! Если бы меня не постигло великое несчастье, я не узнал бы теперь величайшего счастья!». #калиф-аист #самость

К посту ниже, иллюстрация взята из открытых источников

«Заклятие может превратить индивида в хладнокровное животное или в птицу, которая улетает прочь, так что ее нельзя поймать. Как правило, птицы в силу своей изворотливости и неуловимости представляют фантазии или духовное содержание психе – отсюда и представление о том, что у душ мертвых есть крылья и что они могут являться в облике птиц. Таким образом, если человек превращается в птицу, можно сказать, что нечто выражается лишь в виде идеи, тогда как это должно переживаться как полноценный человеческий опыт». Мария-Луиза фон Франц В сказке «Калиф-аист» калиф и его визирь превращаются в аистов, о символике которых мы уже говорили. В то время как принцесса Индии, его будущая супруга, оказывается превращенной в сову. Эти образы, представляющие собой некую «потенциальность» личности, пока не воплощенную в реальности, а существующую как идея, своего рода «задумка», должны пройти через встречу с темными аспектами психического, представляющего собой хтонический мир (развалины подземного зала, где собираются вокруг круглого стола восемь злых волшебников – очень самостный образ, мандала). Светлый аспект духа – аист, встречает своего ночного «двойника» – сову, приоткрывающую теневую сторону духовного аспекта. И только вместе им удается пережить трансформирующую встречу с темной стороной Самости. Этот путь очень похож на разные мистерии, существовавшие практически во всех культурах. В знаменитых метаморфозах Апулея главный герой превращается в осла, но путь этот ведёт его к мистериям Изиды, в результате чего он обретает посвящение и новую жизнь. #калиф-аист #птица

Продолжаем обсуждение ключевых образов сказки "Калиф-аист"

#миф #сказка #интересное Мифы. Продолжение. "В сказании о Минотавре сохранилась дань, возложенная на побежденное племя для жертв в виде людей; через каждые 7 лет Минотавру посылались из Греции 9 юношей и 9 девушек, которых он пожирал в своем лабиринте. Однако в цикле о Минотавре имеется указание, что страна была поражена засухой и эпидемиями, посланными богами. Все эти случаи вплотную подводят нас к сказке. Вряд ли требуется особо развивать или доказывать тезис, что сказка восходит к описанному здесь обряду. Самый процесс также очевиден. Из мифов выветриваются имена богов, изменяются мотивировки (мотивировки уже изменены, как мы видим, и в мифах сравнительно с обрядами), изменился стиль повествования, и миф переродился в сказку. Если мы сравним мотив похищения с соответствующими мифами (похищение Зевсом Европы и др.), с одной стороны, и мотив поборов с соответствующими мифами, с другой, то мифы о похищении менее архаичны, чем сказка: похититель-животное здесь преобразован в бога-животное, а миф типа Персея и Андромеды древнее сказки. Отсюда видно, что отношение между мифом и сказкой не всегда одинаково, и вопрос этот не может быть решен суммарно, как это делают Вундт, Панцер и другие. Религиозные представления могут дать религиозный миф, и из него может развиться уже лишенная религиозной окраски сказка. Очень ясно и коротко выражает эту мысль И. М. Тронский в своей работе "Античный миф и современная сказка", посвященной главным образом Полифему: "Миф, потерявший социальную значимость, становится сказкой" (Тронский ). И действительно, миф о Персее и Андромеде в точности соответствует русским сказкам. В более подробное обсуждение этого вопроса здесь можно не входить, так как это вопрос общий, и на примере одного мотива он не решается. Но, выдвигая положение о связи сказки с мифом, следует отметить, что миф не есть causa efficient сказки. Сказка может происходить и от религии непосредственно, минуя миф. Так, в греческом мифе нет похищения девушки драконом. Это представление могло жить в народе не засвидетельствованным в греческой литературе, через которую мы знаем миф. Оно могло и не попасть в литературу. Наоборот, выдача девушки морскому чудовищу сохранилась, так как это - аграрное сказание, а Греция - страна аграрная, и соответствующие обряды могли производиться и там в более древние времена, не отраженные в литературе. Ясно, однако, одно - сказка и миф на один сюжет не могут сосуществовать одновременно. В Греции еще не могло быть сказки о Персее и Андромеде, мог быть только миф, а сказка могла появиться в античности позже. Но зародыши могли быть, и могли быть именно в так называемых народных низах". Продолжение следует… Отрывки из «ИСТОРИЧЕСКИЕ КОРНИ ВОЛШЕБНОЙ СКАЗКИ». В. Я. ПРОПП. V. Водяной змей МИФЫ #миф #сказка #наука #интересное #Исторические_корни_Волшебной_сказки #Пропп В. Я. #цитата #змей #водяной #змееборство #похититель Картинки из открытых источников Гравюра Феррандо Бертелли "Персей и Андромеда"

В сказке «Калиф-аист» герой получает предупреждение о том, что, находясь в облике животного и засмеявшись, он забудет слово, которое сможет вернуть ему человеческий облик. Это чрезвычайно любопытный и важный момент. Почему опасно смеяться, находясь в облике животного? Что происходит с психологической точки зрения, если в этот момент засмеяться? Почему смех в этом состоянии равносилен потере способности вернуться в человеческий облик? Что означает забыть заветное слово? Исследуя значение смеха, юнгианский аналитик Мария-Луиза фон Франц пишет о том, что «смех обладает странным аспектом бытия, близким к ужасу мира духов и смерти... В И-Цзин гексаграмма 58, Туй («веселый» или «радостный»), говорит, что «радостный близок к убийству и смерти». Радостный имеет отношение к металлу, смерти и осени». Распространенные в Средневековье карнавалы относились к античному культу мертвых, а переодетые в карнавальные костюмы представляли собой духов. Надевание маски и смех становились тем, что позволяло состояться этой внутренней встрече с мертвыми. В нашей сказке такая встреча происходит через животный образ. Животные – это существа наиболее близкие к божественному. По словам Хиллмана, животные являются «немыми братьями нашей души или же лекарями души, которые понимают психические принципы иначе, чем наше дневное Эго, и которые таким образом являются смертью для бодрствующего мира». Умирая для бодрствующего мира, мы забываем то, что удерживает нас в сознании, и отправляемся в мир, где нет слов, где царит безмолвие и живут образы. Этот путь может быть долгим и пугающим, но мы также знаем, что кроме смерти смех также воплощает собой и жизнь. Умереть как человек для того, чтобы попасть в мир бессознательного и обрести там контакт со своей глубокой душой, а затем вернуться назад обновленным – таков древний культ мертвых, утраченный в современном обществе, но сохранившийся в творчестве, рожденном из глубин коллективного бессознательного. #калиф-аист #смех

"Если засмеешься, ты забудешь волшебное слово, и не сможешь вернуть себе человеческий облик". (Калиф-аист)

#миф #сказка #интересное Мифы. "Там, где уже нет самого обряда, часто еще есть рассказы разного характера. Иногда это - рассказ об одном случае, якобы бывшем когда-то, иногда они художственно приукрашены и носят характер сказок и фигурируют в сборниках "первобытных сказок". Очень часто в них не утеряна первоначальная связь с урожайностью и плодородием. В мексиканском сказании народ терпит голод. За маис боги требуют девушку. "Пусть принесут ее к водовороту Понтитлан" (Krickeberg ). Связь с урожаем здесь совершенно ясна, сопротивление отсутствует. Негры ваджагга рассказывают, что духи речного залива однажды унесли девушку из среды женщин, когда она шла с ними, и потащили ее в свой город, из которого стали раздаваться торжественные крики, с которыми мертвецы встречают нового пришельца. Когда жители на следующий день принесли жертвы, желаемые и указанные духом, на третий день на берегу нашелся труп девушки (Gutmann ). В этом случае уже не сохраняется связь с идеями плодородия, но зато ясна связь другая: духи здесь названы умершими. Иногда это жертвоприношение мотивируется просто опасностью со стороны водяных животных, которых надо умилостивить. Фрэзер сообщает, что однажды, когда обитателям одного из островов восточной Индии угрожала опасность со стороны стада крокодилов, они приписали это бедствие страсти крокодильего царя к одной молодой девушке. Они заставили поэтому отца этой девушки обрядить ее невестой и бросить в объятия крокодила-поклонника (Фрэзер ). В последнем случае чисто эротическая мотивировка заслонила более древнюю культовую мотивировку, связь с урожаем выпала. Подобную же замену мотивировок мы имеем и в греческих мифах, например в мифе о Персее и Андромеде. Здесь Персей попадает в Эфиопию и застает у взморья Андромеду, прикованную к скале. За что же она прикована? Ее мать некогда хвастала своей красотой перед нереидами и этим возбудила их ревность. Морской бог послал страшное наводнение и всепожирающую акулу. Оракул обещал избавление, если дочь царя будет выдана этой ужасной рыбе на съедение. В мифе о Геракле герой точно так же в своих странствиях наталкивается на Троянском побережье на девушку, привязанную у взморья к скале. Это - Гесиона, дочь Лаомедонта. Ее отец некогда обманул Посейдона. Посейдон выстроил троянские стены, но обещанной награды не получил. За это Посейдон наслал морское чудовище, которое опустошало Троянскую область, пока отчаявшийся Лаомедонт не отдал ему своей собственной дочери. Геракл выдерживает бой с чудовищем и освобождает Гесиону". Продолжение следует… Отрывки из «ИСТОРИЧЕСКИЕ КОРНИ ВОЛШЕБНОЙ СКАЗКИ». В. Я. ПРОПП. V. Водяной змей МИФЫ #миф #сказка #наука #интересное #Исторические_корни_Волшебной_сказки #Пропп В. Я. #цитата #змей #водяной #змееборство #похититель Картинки из открытых источников Персей и Андромеда, 1891,. Фредерик Лейтон Дин

Обрести личную судьбу, отличающуюся от жизней других членов семьи подчас требует от человека большого мужества и отваги. Не редко само имя кодирует судьбу человека, делая его заменой умершему сиблингу или возлагая на него ожидания быть как великий предок, в честь которого дано имя. Но бывает и так, что давая не обычное для семьи имя, родители благословляют человека на личную судьбу. Не знаем, относится ли последнее утверждение к художнику Бахману Пезешкзаду, но слово «бахман» (перс. بهمن) означает «благой промысел» и относится к 11-му месяцу иранского календаря, который охватывает период с 21 января по 19 февраля, который в зороастрийском календаре посвящен божеству добрых мыслей. Интересно, связано ли это имя с его семейной историей и как оно повлияло на его судьбу? А видите ли вы, как ваше имя вписывается в ваш личный миф, знаете ли как и почему оно было дано вам? На следующей неделе мы продолжим беседу о личном мифе и трансгенерационной передаче, а пока хотим сообщить вам, что у сооснователя нашего издательства Юлии Пустынниковой открыт набор на учебный курс для психотерапевтов по психогенеалогии и трансгенерационной терапии. Подробности и условия обучения вы найдете здесь. Иллюстрация: BAHMAN "Metempsychosis" #личный_миф #трансгенерационная_передача

#личный_миф Сегодня нам хотелось бы продолжить разговор о личном мифе, начатый нами наделю назад. Интересный курьез произошел с иллюстрацией к прошлому посту: она была ошибочно определена как картина «Метемпсихоз» иранского художнака-самоучки Бахмана Пезешкзада, в то время как на самом деле это была картина «Персона» того же автора. Как Метемпсихоз превратился в Персону и можем ли мы посмотреть на эту ошибку, как на подсказку бессознательного? Начнем с того, что метемпсихоз - буквально «переодушевление», учение о переселении душ - является одной из центральных доктрин пифагореизма. Пифагор учил, что бессмертная душа циклически перерождается в тела людей, животных и растений. Сам Пифагор утверждал, что помнит все свои прошлые жизни. По легенде, он был Эталидом (сыном Гермеса), Эвфорбом (троянским воином), Гермотимом, Пирром (рыбаком с Делоса) и затем - Пифагором. Философ считал, что всё живое на Земле является родственным, так как души путешествуют по единому круговороту бытия. И это похоже на неплохой пример того, как личный миф Пифагора, основанный на его мистическом опыте, переплетается с коллективной мифологической орфической и герменевтической традицией, ложится в основу философских воззрений Пифагора и в определенной мере формирует его персону. Но личный миф не складывается из одного только мистического опыта или параллелей с большой мифологией, обнаруживаемой в снах, сеансах активного воображения или переломных моментах судьбы. Личный миф скорее подобен большому мозаичному паттерну, складывающемуся из мелких осколков повседневности. И когда большой миф врывается в нашу жизнь, то гораздо чаще мы оказываемся в ситуации активации архетипического ядра комплекса, захватившего и пленившего нашу жизнь, чем в осознании своего личного мифа. В процессе индивидуации мы обнаруживаем, как наша судьба находится в диалоге с архетипическими темами, но стараемся освободиться от навязчивого и буквального их повторения. Однако архетипические паттерны и большие мифы лежат на больших глубинах бессознательного и их влияние на наше жизнь подобно влиянию больших атмосферных фронтов. Гораздо ближе к поверхности располагается наше личное бессознательное (в том числе его слои, содержащие бессознательную информацию о нашей семейной истории) и его влияние гораздо непосредственнее и часто сильнее, но вместе с тем проще обнаружить и осознать. Не повторять судьбу Ариадны или Гильгамеша и сложнее (за счет универсальности мифа) и проще, чем не повторять не быть как мама или не строить свою судьбу как отрицание всего маминого, фактически оставляя её центром своего личного мироздания. Не менее трудно оказывается не повторять бесознательно передающиеся семейные сценарии, в отношениях с противоположным полом, с деньгами, с образованием и социальной реализацией, не переезжать в том же возрасте что и предки, не умирать, не заболевать в том же возрасте и не делать массу других вещей, подтверждающих нашу бессознательную лояльность семье.