Творческий юрист Наталья Левених

Юрист пишет прозу: как я “сплагиатила идею” у всех сразу В одном из моих рассказов (в каком — не скажу, не люблю спойлеры) сюжет строится вокруг того, что героиня создала для себя искусственную семью.  Первыми читателями были близкие мне люди. Вот спектр реакций, которые я получила.  🩷 Дочка:  “О, современная страшилка про нейросети, модненько, где-то уже читала”. 💙 Коллеги: “Всё понятно, “Чёрного зеркала” насмотрелась”   💛 Мама:  “Похоже на что-то из Брэдбери”. 💚 Друг: “Ура, ты наконец стала читать Азимова!” 🙈 А я вообще на даче заснула в гамаке после шашлыков,   и мне приснился сюжет  :) Идею “сделаю себе искусственную семью” невозможно сплагиатить. Как минимум потому, что идеи не охраняются в силу прямого указания закона (п. 5 ст. 1259 ГК РФ). Поэтому на тему искусственной семьи можно сколько угодно писать рассказы и романы, снимать фильмы, писать картины, создавать скульптуры и так далее. Авторских прав на идею вы не нарушите. Для тех, кто спокойно относится к  спойлерам классики  — рассказ Рэя Брэдбери называется “Долгие годы”.  Кстати, если вы знаете произведения, основанные на идее искусственной семьи - напишите в комментариях? Пополним коллекцию :) И были ли у вас в практике случаи «кражи идей» или просто неожиданных совпадений?

Стоит ли не-юристу использовать нейросети для юридических задач? Напишите свое мнение, пожалуйста! Изначально я не планировала включать этот вопрос в свою юридическую книгу. Тем более, что именно к авторскому праву он имеет мало отношения. Однако в последние полгода я всё чаще получаю вопросы о том, стоит ли советоваться с нейросетью по юридическим вопросам. А иногда мне даже приходится делать для клиентов юридические справки по запросам “а мы вот нейросеть спросили, а она другое ответила, объясните, в чем она неправа”? В связи с этим очень хочу опыта и мнений. ❓ Дорогие не-юристы, поделитесь, пожалуйста, опытом — вы задаете нейросетям юридические вопросы? Используете их для анализа документов, еще каких-то задач? Как ваши успехи? ❓ Дорогие юристы (вас не много среди моих подписчиков, но я знаю, что вы есть) — вашим соображениям тоже буду рада. Как вы относитесь к таким ситуациям? *Репостам тоже буду рада

Как Харуки Мураками “подорвал репутацию” целого города, или еще немного о деловой репутации На днях я разбирала книги на даче, и под руку мне попался сборник рассказов Харуки Мураками “Мужчины без женщин”.  Мураками я люблю с юности, так что решила перечитать. И в предисловии наткнулась на любопытный юридический кейс (да-да, везде “станки, станки”).  В сборнике есть рассказ “Сядь за руль моей машины/Drive my car”. Его героиня —  24-летняя девушка родом из Накатомбэцу (остров Хоккайдо). Во время езды она выбрасывает из окна окурок. В этот момент главный герой думает про себя: "Наверно, для жителей Накатомбэцу такое в порядке вещей".  После публикации рассказа в журнале шестеро местных депутатов написали в издательство письмо о “несоответствии фактов истине”. Депутаты утверждали, что в их городе не принято выбрасывать мусор на улицу. Мураками не стал спорить и внес правки в рассказ.  “Мне тягостно думать, что я доставил жителям поселка неприятные переживания» — сообщил Мураками в своем ответном обращении.  Представители поселка сказали, что они удовлетворены решением автора и не намерены продолжать разбирательство. Так что претензии по поводу деловой репутации можно получить не только от людей или компании, но даже от целых городов.  Ссылки для любопытных:  Предисловие к книге “Мужчины без женщин” Статья в “Российской газете” https://rg.ru/2014/02/20/murakami-site.html?ysclid=ms3fbzuqbj278403172

Юрист пишет прозу: как мы с редактором отказались от вина в пользу чая В еженедельной рубрике #юрист пишет прозу рассказываю о своем писательском опыте с юридической оптикой.  Сегодня поговорим о возрастной маркировке.  Когда я писала свой сборник рассказов, то о маркировке не думала. Ведь основная целевая  аудитория книги — матери, детям, которых от 4 до 44 лет. Очевидно, эти люди  уже достигли совершеннолетия =)  Но когда мы подписали договор с издательством, то нам пришлось задуматься и об этом вопросе.  Дело в том, что  маркировка  18+ влечет за собой ряд ограничений. Бумажная книжка должна быть упакована в пленку, её не везде можно продавать, в интернет-магазинах потребуется блюр и  подтверждение возраста…  В общем, на этапе редактуры мы занимались не только стилистическими правками, но и приведением текста в соответствие с требованиями закона  для информационной продукции  16+. В принципе, было несложно.  Выяснилось, что насилие у меня не натуралистично (сексуальное так вообще за кадром), секса нет вообще (тут горькая шутка о материнстве), ничего противоправного не пропагандируется.  Проблемным оказался только алкоголь.   Поэтому в рассказе “Когда он будет готов?”  героиня, выходя из детской, обнимает мужа и наслаждается протянутым ей бокалом вина  стаканом чая. А в рассказе “Сколько тебе лет?” семья ест пиццу всухомятку (бутылка красного вина тоже пала жертвой цензуры).  Упоминание алкоголя — и даже демонстрацию его употребления —  можно было бы оставить, в 16+ это допустимо. Но тогда пришлось бы это самое употребление  осуждать, сообщать об опасности и ни в коем случае не нормализовывать. А у меня была совершенно обратная творческая задача — показать расслабленную  семейную атмосферу. Пришлось расслабляться без алкоголя…  Зато мы добились категории 16+, и книжку можно будет полистать в магазинах, а при оформлении предзаказа покупки не надо будет подтверждать возраст.  Если вам интересна тема алкоголя и возрастных маркировок, отсылаю вас к своей серии постов о Карабасе-Барабасе. Там Карабас и Дуремар употребляют (или не употребляют)  алкоголь  в разных возрастных категориях, а семейство зайцев их почти всегда осуждает.  ❓А вам приходилось приводить книги к 16+? Что в первую очередь пострадало?

Фрэнсис Бэкон и рождение “Чужого”: вдохновение или переработка? * здесь могла бы быть картинка для привлечения внимания, но я вас пожалела В одном из прошлых постов мы говорили о посмертном обнародовании произведений. А заодно о том, как некоторые художники уничтожали свои картины, считая их недостаточно прекрасными — кто перед смертью, а кто и в течение жизни.  Меня поразила история Фрэнсиса Бэкона, который сделал уничтожение картин своей регулярной практикой. В 1944 году он написал картину “Три этюда к фигурам у подножия распятия”, счел ее первой своей зрелой работой и хотел уничтожить все предшествующие. Когда я рассматривала в интернете картины Бэкона, подыскивая иллюстрацию к посту, ко мне в кабинет вошли дети. Я объяснила им, что именно ищу, и поделилась мыслью, что картины Бэкона слишком неприятны для выкладки на канал. В итоге пост вышел с  кувшинками Клода Моне.  Однако на одной картине дети задержали свое внимание и закричали “Чужой, чужой!” За пару дней до этого мы смотрели шедевр Ридли Скотта, и картина Бэкона напомнила им главного антагониста.  Порывшись в интернете, я обнаружила забавный факт. Действительно, создавая образ  Чужого художник-сюрреалист Ганс Гигер вдохновлялся именно этой картиной Бэкона.  Вот цитата из его интервью:  Вы знаете художника Фрэнсиса Бэкона? В 1945 году он написал картину «Распятие», и на ней изображена тварь, голова которой – одновременно и ее рот. Ридли сказал, что хочет нечто подобное. Это было логично. Это существо должно было буквально прогрызть свой путь сквозь грудь человека. И зубы для него важнее всего. Мне не удалось найти информацию о том, запрашивали ли создатели фильма разрешение у Ф.Бэкона. Обычно эта ситуация описывается в терминах “вдохновился”, “референс” и так далее.  Но чем больше я всматриваюсь в бездну смотрю на эти два произведения, тем больше сходства мне видится. Возможно, некоторые эксперты могли бы дать заключение, что имеет место переработка. То есть дизайн Чужого является произведением, производным от картины Ф.Бэкона. ❓А вы как считаете? Похожи? Картинки положила в комментарии, всё-таки очень уж они страшные…  Ссылки для любопытных: 1. Картина Фрэнсиса Бэкона “Три этюда к фигурам у подножия распятия” 2. Кадр из фильма “Чужой” (Режиссер Ридли Скотт) 3. Интервью Г.Гигера цитируется по материалу https://inoekino.com/blog/giger_alien_interview

Одни и те же примеры в книге и в блоге - как относитесь? У нас тут с бета-ридерами моей юридической книги (подробнее про неё вот тут) возникла небольшая дискуссия. Решила и с вами посоветоваться =)  Допустим, вы подписаны на блог профессионала — юриста, специалиста по продажам, фотографа, редактора. Он излагает полезный вам материал, снабжая его примерами. Потом профессионал решает написать книгу, вы ее покупаете, и… Видите в ней те же примеры, что и в блоге.  ❓Как вы к этому отнесетесь? Обрадуетесь, что видите знакомый пример? Разочаруетесь, потому что это вы уже читали? Что еще? Ниже повешу опрос. А кто хочет рассказать буквами — добро пожаловать в комментарии!

Право автора на имя Право на имя — это право автора использовать или разрешать использование произведения под собственным именем, анонимно или под псевдонимом.  Анонимное использование иногда путают с отказом от авторства или отказом от права на имя.  Напрасно. Даже если на произведении не указано имя — это не значит, что у произведения нет автора. А отказ от права на имя, кстати, ничтожен в силу прямого указания закона.  Решение автора относительно имени обязательно для всех, кто планирует использовать произведение — неважно, говорим мы о свободном использовании (например, цитировании) или об использовании по договору. Если автор решил, что произведение должно использоваться под псевдонимом — так тому и быть. Выпускать или цитировать произведение под реальным именем автора в таком случае нельзя.  #правовые_основы

Конец июля и топ 5 постов 1. К вопросу о технических заданиях в договорах авторского заказа Развеиваем миф о том, что краткое техническое задание выгодно исполнителю или заказчику В пару к нему хорошо пойдет пост о техническом задании в договоре с иллюстратором 2. Субсубсубсубсублицензии - возможно ли? Обсуждаем цепочки сублицензий — когда лицензиат предоставляет разрешение на использование третьим лицам, а те — всё дальше и дальше. 3. Юрист пишет прозу: анонс книги и рубрики и разговор о прототипах Открываю рубрику “Юрист пишет прозу”. В ней буду рассказывать о своем писательском опыте с юридической оптикой. А повод — выход в издательстве “Астрель” моего сборника рассказов о материнстве “Когда мы будем готовы”. Первый пост - о прототипах. 4. Эфемерное искусство А это я пишу книгу по авторскому праву и делюсь всякими интересными штуками, которые нашла в процессе. Вот, например, эфемерное искусство — а я даже термина такого не знала! 5. Последняя воля и первая публикация Рассказываю о посмертном обнародовании произведений — как согласно воле автора, так и вопреки ей. В комментариях обсуждаем этичность поступка Макса Брода — друга и душеприказчика Франца Кафки. Ну и месяц был богат на медийные события =) 📖 Открылся предзаказ на мой сборник рассказов о материнстве “Когда мы будем готовы”. Рубрика #Юрист_пишет_прозу будет еженедельной в ближайшие несколько месяцев — буду рассказывать о своем опыте написания художественной прозы с юридической оптикой. Уже поговорили о прототипах и деловой репутации “Кря-кря”, впереди алкоголь, наркотики и гострайтинг. 🎓 Я дописала черновик нонфика по авторскому праву! Подробности здесь Книга ожидается весной 2027 года 📰 Вышла книжная газета “БИЛЛИ”, которую делает Максим Мамлыга с командой. Там есть и моя статья об издательских договорах 📚 В Москве прошла презентация сборника “Капля прозы”, где есть и мой рассказ (первая публикация в жанре автофикшн) 🖥 Провела лекцию для МИФ.Курсы о законности контента (курс "Литературная редактура"). Очень понравились студенты, их информированность и вовлеченность. На этой ноте я отправляюсь в свой традиционный августовский отпуск. Но посты на канале выходить будут, я всё подготовила, так что не переключайтесь =) #топ_5_ТЮ

Книжная газета БИЛЛИ Вырвалась на денек в город, заодно заехала в любимые "Подписные издания" — сдала старые книжки в "Академию" и забрала авторские экземпляры книжной газеты "БИЛЛИ" Не знаю даже, где приятнее ее читать — в "Подписных изданиях" или на даче =) Как поется в одной распевке: "и так хорошо, и сяк хорошо". Бумажная газета в наше время может показаться спорным решением. Я начинаю понимать, почему у моей бабушки были очки для чтения, потому что мне правда иногда приходится напрягать глаза. Но все равно — читать за утренним кофе не телефончик, а газету ощущается очень правильным и теплым решением. Мне очень нравится подбор материала, и даже рекламу я прочитала с удовольствием. Особенно рекламу онлайн-библиотеки коротких рассказов "Прочитано", в которую создатели ухитрились уместить три автофикциональных рассказа. Моя статья там тоже есть, в рубрике "Помощь начинающему автору". Рассказала о договорах с издательствами — какие они бывают, на какие условия смотреть в первую очередь, и стоит ли использовать нейросети для анализа. Спасибо Максиму Мамлыге и его команде за доставленную радость!

Юрист пишет прозу: об упоминании брендов в книгах, мыльной пене и деловой репутации “Кря-кря” Иногда писатели спрашивают, можно ли использовать в книгах названия реальных брендов. Конечно, всегда нужно смотреть на конкретную ситуацию. Но если уж использовать — то лучше в позитивном или нейтральном контексте. Упоминание реально существующих товаров, мест, брендов и т.п. в негативном контексте может быть поводом для предъявления требований о защите деловой репутации. Подробности о законодательном регулировании можно посмотреть вот в этом посте А сегодня у нас рубрика #юрист_пишет_прозу, где я рассказываю о своем литературном творчестве с юридической оптикой. И раз уж на этой неделе звучит тема деловой репутации, то расскажу, как сама чуть не попала в неловкую ситуацию. В моем сборнике “Когда мы будем готовы”, который скоро выходит в издательстве “Астрель”, есть рассказ “Пеленашка”. Его героиня Вероника строит продвижение своего бизнеса — создание ватных игрушек — на ностальгии по советскому детству. Помимо прочего, она рекламирует в своем блоге современные товары, которые выпускаются под некогда советскими брендами. В частности, "Кря-кря". Когда я залезла в интернет, то с удивлением обнаружила, что теперь “Кря-кря” — это не только знакомый мне по детским купаниям шампунь. Компания выпускает целую линейку детской косметики. Есть там и пена для купания. Ключевую роль в финале рассказа играет сцена в ванне, так что я ухватилась именно за идею с пеной. Сначала я написала, что пена плохо взбивается, и героиня высказывает недовольство. Потом во мне проснулся юрист и спросил, зачем же я порчу деловую репутацию фирмы “Кря-кря”. Тем более не испробовав её продукцию в деле. Так что я заказала на маркетплейсе пену “Кря-Кря” и проверила лично. Пена прекрасно взбилась, и мне даже удалось сделать из нее сердечко — как и Веронике в рассказе. В итоге объективно недостоверную и порочащую информацию — “пена не взбивается” — я заменила на субъективное мнение Вероники. Ей просто не понравился запах. Ну бывает, вкусы у всех разные. Мне тоже не понравился, для меня слишком сладкий. Зато субъективное мнение на деловую репутацию “Кря-Кря” не покушается =) Но вообще я стараюсь избегать реальных названий. Просто ситуация с “Кря-Кря” показалась мне очень удачной находкой именно для этого рассказа. В нем важен хронотоп — действие происходит в современности, но в тексте есть воспоминания Вероники о советском детстве. И “Кря-кря” позволил мне протянуть ниточку между этими мирами. Предзаказ на мой сборник можно оформить на сайтах Буквоеда и Читай-города. А в комментариях — рассказать про свой опыт использования реальных брендов в художественной литературе или задать вопросы =) ***Если вам неудобно читать меня в ТГ, то напоминаю, что есть сообщество Вконтакте

Книга по авторскому праву для не‑юристов: как это случилось Идея обобщить свой обширный опыт и написать книгу по авторскому праву бродила в моей голове давно. А финальным толчком послужила начавшаяся в феврале блокировка Телеграма. Я поняла, как мне жалко мой канал и все его материалы. Из интереса я решила проверить, сколько же знаков я написала за 2,5 года. Оказалось, что полмиллиона, то есть около 15 авторских листов. Решив, что идея обретает контуры, я поделилась ею на канале. Через пару часов ко мне в личные сообщения постучалась Кира Фролова. Я знала Киру как редактора импринта молодежного фэнтези “Черным-бело” и слегка удивилась — где я, а где молодежное фэнтези? Но оказалось, что Кира теперь работает в издательстве “МИФ”, занимается гуманитарным нон-фикшном и заинтересовалась идеей книги по авторскому праву для не-юристов. Вскоре мы созвонились, и случился, как говорится, идеальный мэтч — Кире всё понравилось, за полчаса мы пришли к пониманию по основным вопросам. На редсовете проекту дали зеленый свет… А потом я проснулась я очнулась, обнаружив у себя в руках договор авторского заказа с издательством, на компьютере — согласованную структуру книги, а в переписке — жесткие дедлайны. Признаюсь честно, писать книгу оказалось сложнее, чем я думала. 🤦‍♀️ Оказалось, что некоторые важные темы я умудрилась обойти на канале молчанием — например, почему-то до сих пор не рассказала подписчикам, какие бывают виды объектов авторского права или способы использования произведений. 👨‍🎓 Кроме того, стиль книги всё же отличается от стиля блога, там нужно больше академичности. Фразы вида “сейчас я вам расскажу, как налажала с неприкосновенностью” смотрятся, согласитесь, не очень… 💃 А еще мне было трудно удержаться от искушения завалить всю книгу яркими примерами, ведь тогда объем вышел бы далеко за рамки техзадания. Но всё же я справилась, и на днях в издательство улетел первый вариант рукописи! Основная целевая аудитория книги — творческие люди и тех, кто с ними работает: писатели, художники, издатели, владельцы творческих бизнесов и так далее. Поэтому в книге нет сложных юридических конструкций, зато есть изложенные понятным языком правовые основы и много практических примеров. Сейчас текст на этапе доработки и редактуры, но главное уже произошло — он состоялся, и книга будет =) Если вам откликается тема — ставьте смайлик 🤝 Буду постепенно рассказывать о содержании, спорных моментах и практических кейсах из книги. А если есть вопросы о книге — пишите в комментарии, отвечу, на что смогу!

Защита чести, достоинства и деловой репутации На прошлой неделе мы обсуждали иск Федора Емельяненко к издательству Одно из оснований иска — защита чести, достоинства деловой репутации. 59 человек захотело побольше узнать об этой теме — откликаюсь. Честь, достоинство и деловая репутация — это так называемые нематериальные блага, и они охраняются законом. Если в отношении гражданина распространены порочащие сведения, он может обратиться в суд и требовать опровержения и удаления таких сведений. Если сведения содержатся на материальных носителях (например, в книгах, в рекламных материалах и т.п.), то такие носители изымаются и уничтожаются без какой-либо компенсации для нарушителя. Если они распространены в интернете, то должны быть оттуда удалены. Есть возможность и компенсации морального вреда — она присуждается, когда в результате распространения порочащих недостоверных сведений гражданин претерпел физические или нравственные страдания. За защитой может обратиться не только гражданин, но и организация, в отношении которой распространены порочащие недостоверные сведения. Но у нее не будет права на взыскание морального вреда — предполагается, что организация не испытывает физических или нравственных страданий. Если гражданин или организация обратились в суд, они должны будут доказать, что сведения распространены, а также что они являются порочащими. Согласно судебной практике порочащими считают сведения, содержащие утверждения: - о нарушении законодательства - о совершении нечестного поступка, - о неправильном, неэтичном поведении. А еще поводом для иска могут быть утверждения о деловой недобросовестности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота. Тот, кто распространил порочащие сведения, должен доказать, что эти сведения достоверны. Если ему это удастся, то ответственности по ст. 152 ГК РФ не наступит. Вкратце так. Если есть вопросы — пишите в комментариях, отвечу там или в следующих постах. Знаю, что меня читают юристы и эксперты-лингвисты. Если у вас на канале есть посты на тему защиты чести, достоинства и деловой репутации — смело делитесь в комментариях. Мы тут за просвещение, чем больше знаний — тем лучше =) #правовые_основы Ссылки для любопытных: ст. 152 ГК РФ

Юрист пишет прозу: анонс книги и рубрики и разговор о прототипах На днях произошло радостное для меня событие. Открылся предзаказ на мой сборник художественной прозы "Когда мы будем готовы"!Доступен на сайтах Буквоеда и Читай-города Книга выходит в издательстве “Астрель” (АСТ) и ожидается в конце августа. А я по этому поводу открываю еженедельную рубрику #юрист_пишет_прозу В ней буду рассказывать о своем писательском опыте с юридической оптикой. Сегодня — о прототипах. — Я написала сборник рассказов о материнстве. — Материнский автофикшн о травме? — Нет, все мои травмы тщательно упакованы в сюжеты. Этот диалог с разными вариациями повторяется в моей жизни уже год. Мои рассказы написаны в разных жанрах — больше всего реализма, но есть и магический реализм, и хоррор, и социальная фантастика, и даже небольшая антиутопия. Во многих из них использованы отдельные автобиографические мотивы. Но прямых прототипов у их персонажей нет. Я примерно представляю, как работать с прототипами с юридической точки зрения. Интересующихся отсылаю к материалу, который мы делали совместно со школой писательского мастерства “Мне есть, что сказать”. Кстати, писать именно автофикшн мне не хотелось в том числе и потому, что я была не готова спрашивать разрешения у прототипов. А вдруг им не понравится? А вдруг они передумают? Но есть одно исключение. Моя старшая дочь Алиса согласилась быть прототипом героинь рассказов “Сколько тебе лет?” и “Кто любимчик?” Согласие я получила на этапе идеи, и дальше уже смело создавала персонажей, держа в голове именно образ дочери. Ситуации там вымышлены, но персонаж — вылитая Алиса. В конце концов, с кого мне писать образ разумной поддерживающей дочери, если такая есть у нас дома как не с собственного любимого ребенка? =) Если у вас есть опыт получения разрешения от прототипов — поделитесь в комментариях? Как они реагировали? Если есть вопросы про книжку, их тоже можно задать в комментариях. Из основного — писала я ее в 2024-2025 годах, сначала сборник выходил самиздатом, потом я решилась отнести его на питчинг в бюро "Литагенты существуют" и он понравился прекрасному редактору Ирине Епифановой, и вот мы здесь =)

Нужно ли согласовывать с известным человеком книгу, ему посвященную? Издательство “АСТ” издало детскую книгу «Легенда ММА — Фёдор Емельяненко». А борец подал в суд. Согласно сообщению суда, Федор Емельяненко не давал издательству согласия на использование его изображения на обложке и в промо-материалах, а также согласия на коммерческое использование его имени в составе товара и его продвижении. Досудебного соглашения стороны не достигли, и теперь борец требует с издательства 12+ миллионов рублей упущенной выгоды и 300 тыс. рублей морального вреда. Подробные требования я поместила в комментарии — поверьте, они весьма любопытны. Дело обещает быть очень интересным. В нем затронуты одновременно вопросы использования изображения и вопросы, связанные с защитой чести и достоинства. Использование изображения гражданина по умолчанию допускается с его разрешения. Закон делает исключения для использования в общественных интересах, но не дает расшифровки — в результате многие ситуации с использованием изображений известных людей оказываются спорными. Подробнее мы говорили об этом в посте, посвященном ситуации с масками Сергея Безрукова А вот про защиту чести и достоинства я пока не писала на канале (хотя в моей будущей книге есть и такой параграф). Если интересно — ставьте смайлик 🤝 Тема неавторизованных биографий всегда была острой. С одной стороны, “Жизнь публичной фигуры принадлежит всем нам” (фраза приписывается Кити Келли, известной скандальными биографиями Фрэнка Синатры, Жаклин Кеннеди и британской королевской семьи). С другой стороны, у знаменитостей тоже есть право на защиту своих неимущественных благ — изображения, имени, чести, достоинства и деловой репутации. Найти баланс бывает нелегко, а закон и судебная практика не всегда дает ответы. Так что с интересом следим за развитием дела Емельяненко против АСТ. А мнениями и соображениями можно делиться в комментариях =)

Финальная редактура — какие художники уничтожали свои работы На прошлой неделе мы обсуждали посмертное обнародование произведений https://t.me/creative_lawyer/886 Напомню общее правило: по умолчанию произведения автора можно обнародовать (выпускать в свет) после его смерти, если автор это прямо письменно не запретил. Иногда бывает, что авторы запрещают, а наследники не слушаются. Поэтому, в частности, мы можем читать произведения Кафки. В комментариях была высказана мысль, что Гоголь поступил надежнее. Я заинтересовалась этим аспектом. И выяснила, что некоторые творцы не только регулярно проводили ревизию своих работ, но и устраивали настоящую предсмертную уборку (как будто бы прочитали модную селф-хелп книжку, ей-богу). Микеланджело незадолго до смерти уничтожил свои черновики и незавершенные рисунки. Клод Моне уничтожил около 30 полотен перед большой выставкой, когда проводил ревизию. А перед смертью избавился примерно от 60 полотен, хранившихся в его студии. Помогала художнику в этом его падчерица Бланш. Художник-экспрессионист Фрэнсис Бэкон уничтожал свои работы регулярно. Иногда это было связано с критикой — например, ранние работы он уничтожил в 1933 году, получив отказ от кураторов выставки. Иногда с внутренним ощущением — написав в 1944 году триптих “Три этюда к фигурам у подножия распятия” Бэкон посчитал его своей первой зрелой работой, и уничтожил несколько более ранних. Предсмертная уборка тоже была, в мастерской художника после его смерти нашли уничтоженные картины. Я хотела показать вам картины Ф.Бэкона, но они слишком страшные для формата блога. Так что полюбуемся очередными кувшинками от Моне. Знаю, что среди моих подписчиков есть творцы. Вы уничтожаете свои творения? Я напрямую не уничтожаю, но иногда не переношу какие-то тексты на новые носители. Сейчас жалею, что не сохранились те немногие рассказы, что я пыталась писать в студенчестве. Пару стихотворений я помню, а вот рассказы — нет…

Выход за пределы договора — тоже нарушение Когда звучат слова “нарушение авторских прав”, то обычно представляется, что автора (или правообладателя) не спросили, можно ли использовать его произведение, а уж договора и в помине не было. Но нарушения могут быть и в случае, если договор с автором заключен. Если контрагент использует произведение не так, как это предусмотрено договором, он совершает нарушение. Например, по договору издательство получило права только на издание книги в бумаге — и при этом продает электронную версию. Компания купила программное обеспечение для одного пользователя, а на практике его используют сотни. Срок действия лицензии на фотографию истек, но с сайта ее не удалили. Справедливости ради отмечу, что нарушение договора нередко происходит не по злому умыслу, а в силу обычной небрежности. Не наладили отслеживание сроков, не вели реестры прав и т.п. Поэтому иногда бывает достаточно обычной претензии, чтобы всё пришло в норму. Но бывают и ситуации, когда приходится обращаться в суд. ❓Встречались ли вы с нарушениями договора в своей практике? Обращались ли с претензиями к нарушителю? А в суд?

Юридическая статья в помощь начинающему автору в газете "БИЛЛИ" Вышел второй номер книжной газеты "БИЛЛИ", которую делает большая команда во главе с Максимом Мамлыгой. https://t.me/billybookmedia/5585 Там много всего интересного и полезного, подробности можно посмотреть по ссылке. Там же указано, как газету приобрести (да, она бумажная!) А я написала для рубрики «В помощь начинающему автору» статью о договорах с издательствами. Поделюсь с вами фрагментом статьи, посвященным гарантиям в авторском договоре. Гарантии Этот раздел договора обычно прячется в конце и содержит на первый взгляд очевидные пункты. Автор заверяет издательство в том, что произведение создано его личным творческим трудом, не обременено правами третьих лиц, не содержит запрещённой законом информации и так далее. Кажется, что всё просто. Вряд ли добросовестный автор будет скрывать соавтора или заключать договор на рукопись, которую уже предоставил по договору другому издательству. Однако нарушением гарантий могут оказаться вполне невинные вещи. Например, отрывок из вашего романа был опубликован в сборнике рассказов другого издательства. Значит, этот отрывок уже обременён правами третьих лиц, ведь при передаче отрывка вы наверняка предоставили лицензию на его использование. Или вы попросили друга помочь вам с написанием фрагментов: диалогов или стихов. Если друг не просто дал вам совет, а написал фрагмент текста, — он стал соавтором вашего произведения. Значит, вы не можете утверждать, что всё произведение создано вашим личным творческим трудом без привлечения соавторов. Необходимо или переписать фрагменты самостоятельно, или сообщить издательству, что у вас был соавтор, с которым оно должно тоже заключить договор. ... Внимательно прочитайте гарантии и предупредите издательство обо всех сложных случаях (соавторство, цитаты, ранние публикации и тому подобное). Если вы подпишетесь под ложными гарантиями, то можете лишиться и издания, и вознаграждения. Также вам придётся компенсировать издательству возникшие убытки (например, если тираж с незаконными заимствованиями придётся уничтожать, или если издательство будет вынуждено заплатить компенсацию другому участнику рынка).

Последняя воля и первая публикация Бывают ситуации, когда автор умер, а после него остались произведения, еще не явленные миру. Какова же их юридическая судьба? Для начала уточним, что авторское право распространяется на любые произведения, включая незавершенные. Черновики тоже охраняются. Поэтому интеллектуальные права на такие произведения будут входить в общую наследственную массу. Распоряжаться ими будут наследники. Но что же с обнародованием? Согласно закону, произведение можно обнародовать (выпустить в свет) после смерти автора, если это не противоречит его воле. Причем воля автора должна быть определенно выражена в письменной форме — в завещании, письмах, дневниках и так далее. Свидетельские показания — “Он говорил, что из картин надо сделать погребальный костер!” — не подойдут. По сути, в отношении посмертного обнародования действует презумпция согласия. Если автор не наложил прямой письменный запрет, наследники вправе обнародовать произведение. Классический пример посмертного обнародования - картины Ван Гога. Первые персональные выставки его произведений состоялись уже после смерти художника. Распоряжалась всем Йоханна Ван Гог-Бонгер, вдова его брата. Насколько мне известно, Ван Гог не возражал против обнародования своих картин. Есть творцы, которые не хотят, чтобы их произведения увидели свет, и явно это прописывают. Однако не все прислушиваются к последней воле автора. Так, например, ослушался автора Макс Брод — друг и душеприказчик Франца Кафки. В своих письмах и завещательных распоряжениях писатель просил Макса Брода уничтожить его рукописи, письма и дневники. Макс Брод не выполнил волю друга, в результате чего мир прочитал и “Замок”, и “Процесс”, и “Америку”. ❓А вы как считаете, стоит ли выпускать в свет незаконченные произведения авторов? И что думаете о поступке Макса Брода?

Техническое задание в договоре с иллюстратором Недавно мы говорили о технических заданиях. Загляните в комментарии, там есть любопытные примеры странных ТЗ =) А сегодня я в качестве примера поделюсь перечнем того, что можно указать в ТЗ для иллюстратора детской книги. Список, конечно, ориентировочный, но наработан годами практики =) - сама книга (автор, название, тематика) - обязанность иллюстратора прочитать книгу - тип и количество иллюстраций для книги — разворотные, полосные, заставки и концовки, обложка, форзац и нахзац и так далее - цветность - техника исполнения - стиль - референсы (а заодно указание на то, что они приведены только для ориентира и иллюстратор не должен их перерисовывать) - требования к обложке, допустимость использования в ней иллюстраций блока - соответствие иллюстраций возрастной маркировке книги (0+, 6+, 12+, 16+) - требования к передаваемым файлам (формат, разрешение, цветовой профиль) и порядок их передачи Это основа. Далее она уже может дополняться исходя из конкретных обстоятельств. Например, что обложка должна соответствовать серии. Или что книгу читать не обязательно (если она 16+ или вообще не детская, и всех иллюстраций там - обложка да форзац) Бывает, что иллюстратору передаются дополнительные материалы — например, имеющийся у писателя список персонажей с описанием их характеристик и внешности. Некоторые издательства создают целые таблицы, где подробно расписывают, какие именно сцены книги должны быть проиллюстрированы. Такие таблицы редко прилагаются к договору, поскольку являются скорее рабочим инструментом. Но упоминание о такой таблице и ссылку на нее можно добавить в сам текст договора. Конечно, никакой договор не дает 100% страховки. Но подробное ТЗ помогает согласовать ожидания и предотвращает конфликты. ❓Кто сталкивался с ТЗ на иллюстрации? Какие интересные требования вам встречались? ***Если вам неудобно читать меня в ТГ, то напоминаю, что есть сообщество Вконтакте Там пока не много участников - и, соответственно, меньше комментариев — но контент тот же самый.