Даниил Егармин

О зеркальности и пропорциональности Недавно президент Российской Федерации заявил о зеркальности мер в случае, если будут уничтожать или забирать наши грузы из теневого флота. На мой взгляд, это одновременно свидетельство долгоиграющих перспектив, некого чувства справедливости и... слабости. Чувство справедливости идет бок о бок со слабостью, потому что Россия не может в полной мере противостоять Глобальному Западу. Поэтому нужно придумывать оправдательные вещи, чтобы противостоять ему в рамках его же языка понятий о справедливости. Язык понятий заключается в том, что в политике, в рамках силового взаимодействия, ценится некая пропорциональность действий. Если вы пытаетесь от чего-то избавиться, убрать или поменять, будьте готовы, что это изменение коснется вас пропорционально — в рамках ваших размеров или вашего властного политического ресурса. Это ставит в зависимость малых игроков, но при этом сами малые игроки не уничтожаются в полной мере. Хотя возможность их полного уничтожения весьма реальна, но это будет чревато для большей стороны: сильно уменьшится ресурс у стороны побольше по отношению к той малой стороне, которую пытаются обокрасть, убрать или уничтожить. Когда же мы говорим о зеркальности как таковой, это попытка найти справедливое решение, «око за око» в мире политики. Это желание относительно новое, потому что в политике нет справедливости, а есть взаимные расчеты. Бьют всегда по очень слабым местам. Удары, как правило, бывают непропорциональны по отношению друг к другу, но пропорциональны в соотношении своего ресурса с чужим. Нужно всегда смотреть, где находится так называемая пропорциональная спора: кто как может друг друга ударить. И этот удар по отношению друг к другу не всегда бывает зеркален. К сожалению, его можно оценить только тогда, когда вы этим ресурсом, во-первых, обладаете, а во-вторых, владеете. Это разные глаголы в политической жизни. Обладать — значит иметь ресурс, его можно даже пощупать. А владеть — это то, как вы им управляете. Нащупывают не только обладание ресурсом, но и умение им владеть. Поэтому концепция зеркальных мер — это всегда про возможность оправдать свои действия по отношению к сильной стороне, а не к слабой. Россия на территории Украины может себе позволить гораздо больше, чем Украина на территории России. Но при этом, как вы видите, это все равно не добивает ни Украину, ни Россию. Россия вполне себе существует как экономическая сверхдержава, несмотря на то, что прямо у границ идут военные действия, и даже на территории России что-то прилетает. Однако по отношению к Глобальному Западу Россия вынуждена отвечать (максимум) зеркально. Пропорциональность играет в пользу сильного, а не слабого. Если вы хотите что-то забрать у другого, вы, конечно же, заберете, а в ответ отдадите малое. Поэтому идея зеркальности в политической жизни — это идея слабости, которая, возможно, оправдывается моральными или мудрыми аргументами только для третьих сторон. На самом деле она неплоха с той точки зрения, что некоторые другие страны даже этим не обладают. Они не могут такой хитрой, мудрой моралью ударить, ответить «оком за око» некой справедливостью и зеркальностью. Удачно играть в политические игры, когда ты наиболее слабая сторона — это проходить игру на легендарном уровне. #политическая_философия #международные_отношения

Информационное затишье объяснения действительности Российская подача и пропаганда СМИ в эпоху информационно-цифровых войн вызывают много вопросов у обывателей: (1) своевременность информации, (2) выбор целевой аудитории, (3) эстетическое оформление, (4)…

Ужасные события в Геленджике Беспилотник, атаковавший людей на пляже, на мой взгляд, был направлен туда намеренно, без огрехов оператора той стороны или сбоя техники. У этого есть интересная причина: недавние события вокруг ресторана в столице до сих пор никто не может окончательно дать оценке событий. Просто говорят о том, что это была спланированная акция и что в том ресторане находились высокопоставленные военнослужащие. На самом деле спецслужбам сложно осознать масштаб и факт того, что защита этих лиц находится под высочайшей угрозой, хотя, уверен, они делают всё от них зависящее. А сейчас в информационном поле активно обсуждается еще и трагедия на пляже. Всё это совершенно не играет на руку действующему руководству: главная политическая валюта властей — безопасность — начинает подвергаться инфляции. И именно ради подрыва этого чувства безопасности украинские власти готовы на всё и будут идти до конца в данном вопросе. Очень жаль, что правящие круги пока не осознают всей серьезности этих подводных течений. #политическая_психология #информационное_взаимодействие

Информационное затишье объяснения действительности Российская подача и пропаганда СМИ в эпоху информационно-цифровых войн вызывают много вопросов у обывателей: (1) своевременность информации, (2) выбор целевой аудитории, (3) эстетическое оформление, (4) стратегическое планирование. Все эти вопросы — это вопросы качества, а вот к количеству у меня вопросов нет, потому что мы сами видим, что его дофига. По всем пунктам качества есть просадка, которая ведет к простому вопросу обывателя: «А что дальше?» Нельзя сказать, что дальше только хуже, но соврать нельзя. Поэтому просто никто не отвечает на вопрос, который вертится на языке, он зависает в воздухе, но в конечном итоге кто-нибудь на него ответит. Отсюда возникает проблема контроля над мнением населения. Эта потеря чревата неправильной оценкой реальности уже со стороны властей. #политическая_психология #информационное_взаимодействие

Тренд на изоляционизм Часть 2. В поисках своей местечковости, которую никто не увидит У этой замкнутости есть парадоксальный эффект. Каждая территория и каждый человек на ней снова становятся в какой-то степени уникальными. Люди пользуются только тем, что есть под рукой, производят одни и те же вещи, живут самобытно. Изоляционизм действительно способен сохранить то, что не выходит на глобальные рынки, — где-то защитить потребителя, где-то производителя, особенно в первичных производствах, жизненно необходимых для выживания территорий, регионов и обычных людей, не вовлечённых в большие политические истории. Эту уникальность никто не увидит. Из-за нахождения в своих лакунах и воспроизводства внутри них самобытности будет хоть отбавляй, но нарушается обмен ресурсами, информацией, знанием. Уникальность есть, а увидеть, изучить, разделить её невозможно. И тут вскрывается настоящее противоречие. Я часто думаю, что мир теряет множество уникальных культурных историй и что глобализм уничтожает местную культуру. Но беда в том, что эту местную культуру мы никогда толком и не видели. А чуждые нам культуры чаще вызывают либо равнодушие, либо неприятие. Глобализм показывал уникальность, но стандартизировал её. Изоляция сохраняет уникальность, но делает её невидимой. Глобализм подарил многим очень многое. Но изоляционизм всё равно придётся по вкусу многим странам и обществам — потому что в регионах сами собой возникают местечковые проекты выживания: локальная взаимопомощь, замкнутое производство и потребление, натуральный обмен. Их никто не насаждал специально, и они просто нужны, чтобы структуры и группы выжили. И вот итог, который меня не радует:  изоляционизм одновременно порождает уникальность и приводит к отсутствию информации о ней. Это антимобильность, антидоступность и сохранение того, что уже есть. Пересидеть, уберечь, законсервировать. А вот создать что-то новое будет уже гораздо сложнее. #политическая_психология

Тренд на изоляционизм Часть 1. Изоляция везде, всюду, в каждых отношениях Мы живём в странном противоречии: технологии и информационные системы должны были усиливать взаимообмен, делать нас ближе, релевантнее и конкурентоспособнее друг для друга — не только в товарах, но и в идеях, эмоциях, впечатлениях. Вместо этого всё чаще побеждает обратный порыв: скучковаться, найти своё место, запереться и пересидеть глобальные конфликты, катаклизмы и неопределённость. Я называю это цифровым карантином — когда связанность технически растёт, а открытость падает. Тренд на изоляционизм только на первый взгляд выглядит как чисто политическая или экономическая история про государства. На самом деле он гораздо глубже. Если тренд непоколебим, он не остаётся на уровне границ и рынков. Он проникает внутрь. Государства начинают скукоживаться сами в себе. Смотрите, как это работает по цепочке. Сначала закрывается страна. Потом изоляция доходит до её собственных регионов и деревень. Потом уже до социальных отношений внутри. Переход из деревни в город, а из города в большой город снова становится сложным, как это уже бывало в прошлые века. Меньше мобильности, меньше открытых возможностей, меньше доступа к разным средствам. Изоляционизм, если он начался, не сжимается, а расширяется вниз, до всё более мелких групп, которые замыкаются в себе и проявляют всё меньше открытости. Хаос, который мы видим во всём мире, — это не поверхность. Это отражение глубинных социальных процессов, где традиционализм и замкнутость постепенно проступают почти во всех сферах. #политическая_психология

О справедливых судах Когда-то моему другу вышестоящие лица задали откровенный вопрос: «Скажи, что бы ты сделал в России — только одно — чтобы она стала гораздо лучше?». И он ответил: «Сделал бы справедливые суды». Кажется, что это максимально очевидная и необходимая вещь для страны и её населения. Я согласен с самим посылом, но хочется поговорить скорее о содержании и природе судов вообще, а не просто об их абстрактной необходимости. Суд, на самом-то деле, — это политический актор в моменты тотальной неопределенности. А мы живем, простите, в веке неопределенности. И самое важное здесь то, что помимо рутинных уголовных дел существуют большие ситуации, где право попросту молчит или противоречиво. В такие моменты судья или его коллеги неизбежно становятся политиками в большой игре. Мы знаем примеры, где органы конституционного контроля пытаются влиять на глобальные решения. Взять ту же чистую политику по вопросу абортов в США: она была решена не через выборы, а через назначенных судей — ограниченных людей, которые не могут существовать в вакууме. Они неизбежно оглядываются на реакцию исполнительной власти, общественные настроения и руководствуются стратегическими решениями. Суд часто избегает острых углов, понимая: авторитет инстанции держится на том, что власти будут исполнять его решения. Если они откажутся, это попросту подавит суд как политического актора. Несмотря на то, что я привожу примеры из американского опыта, в российском и международном поле происходит то же самое: большие решения принимаются политически. Важно отметить, что суд принимает решение, оглядываясь на субъектов власти. Это не всегда государственные органы — это могут быть отдельные акторы, напрямую влияющие на политику. В нашем российском правовом поле решения часто политизированы именно потому, что когда политику пытаются убрать как явление, любое действие превращается в политическое намерение. Все пытаются контролировать суды, ведь это идеальный способ не только легитимизации, но и легализации своей власти как таковой. Поэтому «справедливые суды», к сожалению, невозможны до конца даже в самых демократических обществах. Нужно смотреть, кто является реальным субъектом власти. Даже там, где правовая норма главенствует, суды подвержены влиянию, которое проходит сквозь них насквозь. Мы не живем в мире розовых очков — мы пытаемся их снять, хоть это и бывает весьма болезненно. #политическая_психология

Ваша тревога — это ощущение потери ценности Вдобавок к предыдущему лонгриду напишу. Мы часто любим в какой-то степени «стебать» тревожных людей, которые бегут за своим счастьем. Но на самом деле они транслируют важный психологический момент, который мы — люди разумные, осознанные и наблюдательные — должны понимать. Тревога - это ощущение потери ценности. Тревожный человек транслирует вам не то, что вы должны или не должны делать. Тревога - это сигнал о том, что нечто важное для нас находится под угрозой исчезновения. Ценность для психики связана привязанностью. Тревога часто маскирует страх потери отношений, потерю связи с кем-то. Это может казаться банальным, но одновременно это и страх потери своего места в мире вообще. Утрата ценности может проходить через потерю «Я» (самооценки), потерю объекта любви или потерю будущего — той самой надежды, которая позволяет действовать дальше. Удивительно, но мы не можем просто «перестать тревожиться», потому что мы всё время хотим сохранить нашу ценность в отношениях, в деле или в смыслах вокруг нас. Тревога извращена формой заботы, попытка удержать ускользающую ценность через эмоциональное напряжение. Поэтому, когда вам захочется подшутить над тревожным человеком, вспомните о том, что для него действительно важно. Куда он движется? Почему ему это нужно? Поговорите с ним о ценностях, а не о конкретном поводе для волнения. Он всё время перепроверяет будущее через ваше отношение к нему. Постарайтесь быть учтивее к тем, кто вам не безразличен. Фокусируясь на ценностях другого, вы, возможно, гораздо лучше поймете и свои собственные. #психологическое

Психология — это не про счастье (как она (не) работает) Небольшой обещанный лонгрид #психологическое

Друзья, я преподаю английский. Беру уровни A1-C1 По основной деятельности философ, переводчик академических текстов. Увлекаюсь античностью. Опыт преподавания 7 лет. Учить я умею и очень люблю. Готовлю к IELTS или обучаю языку для разных целей: работа, переезд, экзамены, путешествия. Делаю упор на развитии разговорных навыков Объясняю всё доходчиво и с первого раза. Иногда со второго Цена 2500/час. Первое ознакомительное занятие бесплатно Писать @bodyofdeath

В непростые времена… нужно качать языковые навыки

Как бы это странно ни звучало, но новая фаза иранского кризиса начнётся только после того, как сборная Ирана вылетит с чемпионата мира по футболу в Америке. В этом смысле сборная оттягивает проблемы своей страны, чтобы США не оказались в плохом свете, — вот они, настоящие герои. До этого момента власти, вероятно, будут держать паузу, делать вид, что всё под контролем, и не допускать резких движений. Но как только турнир для Ирана закончится, все накопившиеся противоречия сторон снова могут выйти на первый план — и тогда уже футбол никого не спасёт

Четыре года молчания. Что происходит с российским обществом и чего ждать осенью На протяжении четырех лет в России работала одна очень простая, но эффективная схема: власть создавала иллюзию изобилия и спокойствия, а общество охотно в эту иллюзию верило. Или делало вид, что верит. Это был #странный_альянс — никто его не подписывал, никто не объявлял, но он работал. До недавнего времени. Сейчас что-то начало меняться. Экономические проблемы, замедление интернета, раздрай внутри самой системы — всё это постепенно разрушает ту самую «лагуну», в которой огромное количество людей, особенно молодых, умудрялось не замечать реальности. Вопрос в том — это случайность или управляемый процесс?Ошибки системы или осознанное прощупывание почвы перед большими реформами? В лонгриде ниже я попытался разобрать, как именно работала эта машина по производству равнодушия, почему она начинает давать сбои, и что нас ждет осенью, когда власти, судя по всему, придется принимать по-настоящему сложные решения. Те, которые не понравятся почти никому. #политическая_психология #политическая_антропология

К вопросу об имущественном цензе на получение информации Сейчас уже все говорят о том, что создается некий имущественный ценз для получения запрещенной информации с неблагонадежных ресурсов. Это тренд, который на самом-то деле формируется не напрямую. Мне не нравится, когда некоторые спикеры заявляют, будто всё это делается целенаправленно. Возникает лишь иллюзия целенаправленности в силу того, что есть рассинхрон позиций: как запретить то, что нужно запретить, и при этом не заблокировать полезную информацию, которая в том числе остается на этих ресурсах. На самом деле это две линии, которые конкурируют между собой. И так как у нас действительно существует определенный рассинхрон государства с точки зрения политических групп (о которых я писал ранее), мы можем предположить, что желание всё же получать информацию из неблагонадежных источников и желание всё это запретить исходят от совершенно разных акторов. Эти разные силы показывают, что существуют параллельные векторы развития, которые случайным образом переплетаются в вопросе имущественного ценза на получение информации. Точка соприкосновения — это и есть само оформление имущественного ценза. Но это не чья-то изначальная задумка, а лишь случайное пересечение интересов. Образуется некий ситуативный #странный_альянс в одной конкретной точке, хотя на самом деле глобальные задачи у этих групп совершенно разные. Поэтому не стоит искать прямой заговор там, где его нет: ситуация формируется скорее постфактум и уж точно не является результатом заранее спланированной сложной многоходовки. #политологическое #россиеведение

, потому что Украина нарастила потенциал, и это усложняет жизнь простых россиян

Иная сторона «право сильного» Создается ощущение, что все кричат о том, что мир переходит в период без правил, и теперь все будет решать «право сильного». Если честно, мне такая трактовка кажется слишком… западноцентричной в силу того, что глобальный Запад действительно уже навязал глобальному миру свои установки миропорядка. И поэтому в момент, когда эти установки начинают рушиться, возникает другая, альтер-установка — как альтер эго: мир тотального хаоса и тотальной анархии, где побеждает право сильного. Один вопрос, а сфигали радикально в другую сторону? Не кажется ли вам, что в данных трактовках и навязывании позиции (будто этот мир в принципе всегда был устроен по западноцентричным глобальным лекалам, установкам и ценностям) кроется некий «план Б»? Как будто цель состоит в том, чтобы этот же или новый мир вновь навязать по-другому, но уже не с точки зрения правил, а с точки зрения анархии, хаоса и права сильного. Как бы и через легитимное использование этого пресловутого realpolitic: «ну, раз вам не нравится новый порядок, забьем до смерти». Получается иллюзия, будто других миров не существует, потому что нет ни дискуссий о новом мире, ни идей о новом порядке. Как будто мы живем только в одном-единственном мире, который, на мой взгляд, нам действительно в той или иной мере навязали. Его навязывали силой, мы сами это «покупали» и сами принимали всю эту историю. «Запад» сам по себе был успешен в этом деле, хотя хочется назвать его по-другому. Но так или иначе, этот мир долгое время жил по западным и жестко западноцентричным канонам. А мы-то знаем, что наш мир — он хоть и един, но в отдельных своих элементах вполне способен существовать и без жестких западных ценностей. И на самом деле вот это включение режима, при котором мир якобы начинает жить без правил и исключительно по праву сильного, — это, на мой взгляд, явление, которое не должны перенимать. Потому что у стран «незападных» не такого большого ресурса для военного действия. Нужно придумывать иные военно-политические стратегии. Мы, страны незападные, должны исходить из позиции, что нужно придумать режим действия, при котором можно создать свой мир. В наших же интересах создавать свой мир без опоры на концепцию «права сильного», потому что в данном случае она трактуется слишком двояко. #философское #международные_отношения

Пересиживаем. Или что-то ещё делаем в этом роде Размышления после прошедших праздников. 9 мая воспринимается как ещё один Новый год и как второй день рождения в Российской Федерации. Поэтому стоит осмыслить этот момент — с чем сталкивается Россия сейчас. Первое — это, конечно же, условия неудобства, условия социально-экономического неудобства. То есть будут большие проблемы с экономикой, финансами, работой, вопросом занятости, перераспределением экономики. Но самое главное, конечно же, из всего этого — что будет очень много больших бытовых неудобств. То же огромное количество отмен рейсов — в этом году это будет происходить гораздо чаще, потому что Украина нарастила потенциал, и это усложняет жизнь простых россиян. И 2026 год связан с потерей социально-экономического благополучия. Старая тема заключается в том, что, возвращаясь к исключительно экономическим метрикам, никаких рисков государство предпринимать не хочет. Все говорят о том, что нужно пустить в экономику огромное количество заложенных во вкладах денег россиян. Кто-то считает, что нужно понижать ставку; кто-то считает, что нужно делать это вместе с учётом того, что придётся жертвовать благополучием населения, самого бедного населения, потому что будет повышаться инфляция. И вот здесь есть большие проблемы. То, что, к сожалению, чтобы двигаться дальше, нужно чем-то жертвовать, и в первую очередь жертвовать социальным благополучием. Через жёсткую экономическую эффективность. И неудобство превращается в сложную дилемму про экономическую эффективность. Но самое интересное на самом деле из всех вытекающих проблем — это стратегия. Равнодушие проникло уже очень высоко, к ритуальным и сакральным вещам, таким как, допустим, 9 мая. И это показывают последние незаполненные опросы — я думаю, что в России чётко дали понять всяким социологическим агентствам: ничего не проводить, никаких исследований касательно 9 мая, потому что это становится очень сакральной историей для российских властей. Происходит большая дилемма стратегии — куда двигаться. И так как стратегия не сформулирована, цели на самом деле как бы обозначены, но очень абстрактно и не артикулированы, происходит жёсткий рассинхрон разных целей и ожиданий у разных социально-политических групп. Разные элиты, разные узлы системы власти начинают конкурировать между собой и тянуть в свою сторону. Этот рассинхрон показывает нам, что общая стратегия для противодействия если и есть, то она очень размыта. Пытаются усидеть на всех стульях. Государство пытается усидеть на всех стульях, и государство на самом-то деле делает правильно: задача любого государства или задача любого лидера — попытаться усидеть на всех стульях, вести всех в какое-то светлое будущее. Проблема в том, что этот рассинхрон растёт. Стратегия, если она есть, либо не работает, либо не артикулирована и не показана. И исходя из разных целей и задач разных социально-политических групп, происходит непонимание — что происходит во внутреннем контуре и во внешнем контуре. И это на самом деле все темы, которые хочется обсуждать, но как будто пока рано об этом говорить... да, и не хочется, потому что есть ощущение, что как будто само всё пройдёт, само как-то уляжется. Но запасы прочности могут не выдержать. Но в стратегии «само всё уляжется» — для такого большого и довольно-таки сложного управления государством это как бы нормально. Как раз таки из-за того, что просто очень много социально-политических групп пытаются перетянуть на свою сторону государственные узлы политической системы и власти, получается, что в этой сложной, неконтролируемой машине идеальный тактический план — это пересидеть. Что мы все и делаем, уповая на чудо, бизнес или на еще кого-то (Трамп, Иран, Конго, Тонга). Вот мы и пересиживаем. ПересАживаем из одного огорода в другой наши ожидания. Или что-то ещё делаем в этом роде. #политическая_психология

9 мая, или две медиаполитические цели, которые хотят совместить… …и в этом проблема… В современном медиаполе вокруг 9 мая отчетливо прослеживаются две политические цели, которые власть пытается совместить. Еще несколько недель назад можно было предположить, что избыточное раздувание темы Великой Отечественной войны не способствует росту легитимности власти, особенно с учетом того, что текущий конфликт (СВО) длится уже дольше, чем ВОВ. Навязчивое продвижение праздника порой вызывало бы у молодой аудитории отторжение и нежелание ассоциировать себя с любой военной тематикой, а сейчас уже такой ситуации нет, Украина её перевернула в свою сторону. События последних недель показывают, что действия Украины формируют для российских медиаполитиков новую задачу. Теперь важно продемонстрировать, что День Победы остается фундаментальным праздником, символизирующим силу и стойкость страны, вопреки всем попыткам его сорвать или обесценить. Возникает конфликт приоритетов: с одной стороны, нужно снизить уровень раздражения и возможного равнодушия у молодежи и других равнодушных групп, которые хотя решений и действий в современных реалиях для улучшения ситуации, а с другой — максимально использовать внешнее давление для сплочения общества. Парадоксально, но чем активнее Украина пытается посягнуть на сакральные для России смыслы и ритуалы, тем выше становится легитимность российской власти в глазах населения. Вместо ожидаемого наступающего равнодушия к празднику действия оппонентов вызывают обратную реакцию — консолидацию и даже ярость. Ошибочные, с точки зрения имиджа, решения украинского руководства дают российским властям серьезный запас политической прочности. Хотя идея Владимира Зеленского ударить как раз по легитимности российской власти через налеты на Москву радикальное решение, к несчастью для него, эта идея лишь подсказывает российской власти, как и что показывать, что «на Украине упоротые правители, и мы с ними справимся». Тем не менее, чувство равнодушия к официальным торжествам продолжает распространяться среди определенной части общества: предприниматели, молодежь, своеобразные интеллектуалы пока видят впереди мрак, а не чистое небо над головой. Это равнодушие часто становится формой трезвого, реалистичного и порой пессимистичного взгляда на текущую действительность. Люди, дистанцирующиеся от пафоса, оказываются ближе к реальности, что неизбежно ведет к унынию, но в то же время дарит ясность восприятия. А вот неравнодушных я поздравляю с праздником, который важен для того, чтобы помнить о сложных решениях, о грустных моментах и о том, что надежда иногда все же появляется и приходит к нам! P.S. Сейчас тактика российских властей выставить украинцев в неудобном свете для своей аудитории, а для этого надо сбить все дроны, направленные на Москву и парад. А вот если это не получится, то последствия могут быть непредсказуемы…

SoM возрожденный. Полгода спустя. Сегодня полгода как историко-философский проект Sons of Medicine возрожден. Самайн сменился белтейном. Осень весной. А SoM в возрожденном виде представил множество новых исторических материалов и даже целый цикл, посвященный истории медицины Российской империи. Это стало возможным благодаря тому, что старые авторы и несколько новых собрались вместе, чтобы возродить легендарный проект после его длительного анабиоза. SoM появился в декабре 2014 года, когда истории медицины внутри Медача было тесно. Тесно было и экзистенциальным мыслям, нуару и прочей "сельской готике". Был какой-то невнятный образ, напоминающий игру Bloodborne и Dark Academia, причем ни самой Bloodborne ни оформленной в субкультуру эстетики Dark Academia еще не было. Только образы. Тогда я написал такой текст: "В последнее время меня все чаще посещает идея создания околонуарного паблика с эстетикой медицины про медиков и для медиков. И чтобы такая мужицкая музыка была аля драгс энд буз. Нужна отдушина ,знаете, от этих старых обшарпанных больничных стен и унылых университетов. Чтобы мы упивались постсоветской депрессией, потому что какие к черту картинки про миньонов в хирургической одежде и шутки про височную кость когда тут такое вот это все. Хочу чернухи и скальпелей." Drugs and Booze – это популярное в то время сообщество в VK с таким стилем, который можно охарактеризовать как "жирный стоунер дум, старый форд мустанг и бутылка вискаря" – выкладывали альбомы и музыку соответствующих жанров и эстетики. Интересная отправная точка для медицинского сообщества не правда ли? В алхимической реторте под плейлист из Down, Crowbar, дарк кантри и оцифрованных фотографий медицинских палаток времен Гражданской войны в США тогда и был рожден Sons of Medicine. Прошло 12 лет. Из подборок картинок из Pinterest и Tumblr SoM превратился в проект с собственной настоящей философией, расширился до издания гонзо рассказов и выпуска полноценных исторических расследований. Вокруг SoM собралась мощная команда и он стал неотъемлемой частью Медача, сохраняя при свою самобытность. Он пережил множество внутренних кризисов от поиска идентичности до фактического закрытия и смерти одного из основателей, но в итоге выжил и возродился. Что до почившего Владимира Бросалова, подписывавшегося как Бровламих Мантис, то это был человек, который во много определил образ SoM. Это был его собственный храм, к которому он относился соответствующе. И мы храним и ценим тот визуальный и эстетический код проекта, что он создал. Мы бережно сохранили все то лучшее, что было в SoM, чтобы запустить его вновь в обновленном виде, но при этом не пытаясь играться в повторение прошлого. Да и сами мы уже давно не студенты. Годы анабиоза проекта позволили переосмыслить то, что это такое и что мы создали, чтобы затем вернуться и начать новую главу. А получилось у нас или нет вы можете посмотреть здесь: https://t.me/sonsofmedicine