йокнапатофа

«Философский Арбат» с Владиславом Крыловым АЛЬБОМ #КрасныйМузей #КМ_прогулки #ВладиславКрылов

10 посольств Палестины в доме Петра Кропоткина из 10

Перечитал раннюю повесть Тургенева «Дневник лишнего человека», давшую само название явлению в русской литературе. Хотя вышла позже Онегина с Печориным. Но раньше Рудина. Если совсем просто – это дневник умирающего. Автор дневника – ёрничащий, неглупый, внимательный мямля, прошляпивший свою жизнь – и ёрнически, неглупо и внимательно выписывающий горестные размышления и пару особенно показательных и удручающих эпизодов из неё. Жизнь моя ничем не отличалась от жизни множества других людей. Родительский дом, университет, служение в низменных чинах, отставка, маленький кружок знакомых, чистенькая бедность, скромные удовольствия, смиренные занятия, умеренные желания — скажите на милость, кому не известно всё это? И потому я не стану рассказывать свою жизнь, тем более что пишу для собственного удовольствия; а коли моё прошедшее даже мне самому не представляет ничего ни слишком весёлого, ни даже слишком печального, стало быть в нём точно нет ничего достойного внимания... ...но потом всё равно рассказывает, конечно Книга разделена надвое: в первой части, поменьше – лирические размышления о детстве и всём на свете; во второй – история конкретного стародавнего путешествия автора дневника в город N, где – конечно – обеды в доме богатого местного чиновника, у которого – конечно –дочь, и в дочь автор дневника – конечно – влюбляется, а она – не может быть, ага – нет, потому что есть нагрянувший в город N гусар-офицер. И мямля страдает, и дело доходит до дуэли… обычные русские страсти, всё как у людей Проблема только одна – она может показаться несущественной, но всё же: история любви и дуэли поведана настолько в русле классической матрицы русской литературы – хотя понятно, что сама повесть её во многом и сформировала – что в какой-то момент начинает казаться, будто читаешь «Настю» Сорокина. И когда герои задумчиво бродят по дорожкам лесных аллей, томясь невысказанными чувствами, или танцуют на балах, или едут стрелять друг в друга – уже ждёшь, что кому-нибудь – желательно девке, она тут напрашивается – отрежут ногу, и усядутся за стол на веранде откушать под чаек. Лучшее в повести – именно первая часть, где то самое – удивительное, безупречное, освобождающее – лёгкое дыхание тургеневского языка. Только лучшим вещам Бунина и Газданова удавалось приблизиться к этой музыке, но первый – слишком пластичен, и волшебство его речи, всё же, не воспроизводит ощущение неспешного хода времени, а второй – по-толстовски заворожён душевной диалектикой, переходя от одного лица к другому будто переворачивая страницу нот на пюпитре, и печальная ирония о собственной нелепой жизни – ни одному из них не свойственна. Волшебство тургеневского стиля ещё переоткроется каждому, кому не безразлична русская литература. Слишком часто он в тени остальных великих. Особенно Достоевского – как будто вы не всё у него прочитали; лучше возьмите тургеневского Фауста или Вешние воды, серьезно вам говорю. О мой сад, о заросшие дорожки возле мелкого пруда! о песчаное местечко под дряхлой плотиной, где я ловил пескарей и гольцов! и вы, высокие берёзы, с длинными висячими ветками, из-за которых с просёлочной дороги, бывало, неслась унылая песенка мужика, неровно прерываемая толчками телеги, — я посылаю вам моё последнее прости!.. Расставаясь с жизнью, я к вам одним простираю мои руки. Я бы хотел ещё раз надышаться горькой свежестью полыни, сладким запахом сжатой гречихи на полях моей родины; я бы хотел ещё раз услышать издали скромное тяканье надтреснутого колокола в приходской нашей церкви; ещё раз полежать в прохладной тени под дубовым кустом на скате знакомого оврага; ещё раз проводить глазами подвижный след ветра, тёмной струёй бегущего по золотистой траве нашего луга… эх, к чему всё это?

неужели я только болезнь помутнение зренья и читаю по язвам по резям как по брайлю: толстой. «воскресенье» В. Кривулин

<рыло> ещё и последние строчки совершенно денистретьяковские — как же Баратынский хорош

Если какое-то время посвятить чтению русской философии — нельзя не отметить опредёлённую, в прямом смысле, патерналистскую заряженность её. Тут и первый философ России Владимир Соловьёв, в определённый момент задавшийся целью оправдать веру наших отцов, возведя ее на новую ступень разумного сознания — и, конечно, «Философия общего дела» Николая Фёдорова и воскрешение отцов как предельная задача человечества — и много-много кто ещё, периодически переходя из области чистой философии в общую линию русской художественной культуры. И супротив великолепного пафоса преемственности восстаёт только яснополянский граф, как обычно — один противу всех: Люди думают, как отцы их думали; а отцы их думали, как деды думали; a деды думали, как прадеды думали; а прадеды думали, как прапрадеды думали; a прапрадеды — они совсем не думали... Л. Н. Толстой. Полное собрание сочинений. Том 44. На каждый день: учение о жизни, изложенное в изречениях / Часть 2. Государственное издательство художественной литературы, 1932. Стр 424

Жизненный совет от Джерома Сэлинджера барышням всех времён Ты меня слушай, — сказала Элоиза. — Им хочется думать, что у тебя от каждого знакомого мальчишки всю жизнь с души воротило. Я не шучу, понятно? Да, конечно, можешь им рассказывать что угодно. Но правду — никогда, ни за что! Понимаешь, правду — ни за что! Скажешь, что была знакома с красивым мальчиком, обязательно добавь, что красота у него была какая-то слащавая. Скажешь, что знала остроумного парня, непременно тут же объясни, что он был трепло и задавака. А не скажешь, так он тебе будет колоть глаза этим мальчиком при всяком удобном случае… Да, конечно, он тебя выслушает очень разумно, как полагается. И физиономия у него будет умная до черта. А ты не поддавайся. Ты меня слушай. Стоит только поверить, что они умные, у тебя не жизнь будет, а сущий ад. Лапа-растяпа (перевод Р. Райт-Ковалёвой)

Некоторые историко-литературные наблюдения касательно диалогизма русской лирики, рождённые бессонницей: …Месяц умер, Синеет в окошко рассвет. Ах ты, ночь! Что ты, ночь, наковеркала? Я в цилиндре стою. Никого со мной нет. Я один… И — разбитое зеркало… (Есенин. "Чёрный человек", 1923 г.) Грудой дел, суматохой явлений день отошел, постепенно стемнев. Двое в комнате. Я и Ленин — фотографией на белой стене. (Маяковский "Разговор с товарищем Лениным", 1929 г.) Не стало Сталина, Стаханов больше к станку не встанет. Из Польши Анна Герман не споёт нам нового хита, Только больше пидоров дрочат гитары, Рэп читает какая то гопота. (...) Страну продали пидорасы типа Хрома, я бы воткнул им всем в бок перо, а я не слышу больше рокот космодрома, слишком много тут репперов (Бабангида "И больше я не слышу рокота космодрома", 2005 г.)

ЗАХАР ПРИЛЕПИН СОБЕРЁТ МОЛОДЫХ ПИСАТЕЛЕЙ НА ДОНУ Литературная «Мастерская Захара Прилепина» объявляет об открытии очередного сезона. Начинающие авторы, которые пройдут творческий конкурс, получат редкую возможность: работать бок о бок с известными писателями и критиками в течение двух недель, а по итогам – увидеть свои тексты опубликованными в совместном сборнике. К участию приглашаются молодые писатели из России и ближнего зарубежья (приоритет для регионов Юга России и новых регионов), готовые самостоятельно добраться до Ростова-на-Дону. Проживание и питание на время смены организаторы берут на себя. Чтобы подать заявку, пришлите до 15 августа 2026 года на почту litmasterzp@mail.ru свои работы в одном или нескольких жанрах на выбор – стихи, прозу (художественную или нон-фикшн), критическую статью, публицистику или документальное расследование. Объём: подборка стихов – до 10 текстов, проза и публицистика – до 0,5 авторского листа. К заявке приложите ссылки на соцсети, короткое резюме и контакты; по желанию – видео с собой в кадре. Работы лично разберут писатель Захар Прилепин, литературный критик Алексей Колобродов, поэт и литературовед Олег Демидов, философ и публицист Андрей Коробов-Латынцев, поэтесса Анна Ревякина, актёр и поэт Антон Шагин, поэт и философ Владислав Крылов, а также приглашённые ростовские эксперты – они же станут наставниками очной программы. В сентябре резиденты проведут в Ростове-на-Дону две недели интенсивных разборов, лекций и творческих встреч, а затем отправятся в экспедицию по литературным местам Дона – Таганрог, Азов, Старочеркасскую и Новочеркасск, чтобы своими глазами увидеть места силы и литературной истории нижнего Дона. По возвращении резидентов ждёт работа над совместным сборником: книгу издадут и представят читателям до конца 2026 года. Параллельно с резиденцией в начале сентября пройдёт открытая программа для всех желающих: лекции экспертов мастерской, творческая встреча с Захаром Прилепиным и поэтический вечер. Вход свободный, по предварительной регистрации – ссылку опубликуют позже в группах проекта и на сайте. Литературная «Мастерская Захара Прилепина» – образовательный и творческий проект, направленный на поддержку начинающих писателей и поэтов из разных регионов России. Реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив. Следить за новостями можно здесь: ВКонтакте – vk.com/litmzp Telegram – https://t.me/litmasterskayaZP Сайт – https://lit-masters.ru Контакты для СМИ: Вера Кироненко. +79539140415, kironenkovera@gmail.com

В сентябре в родном (уже) и любимом (ладно) Ростове буду в качестве лектора-методиста на литмастерской Захара Прилепина. Оба раза, когда приезжал слушателем, и ещё раз, когда вёл сам — охреневал от происходящего. Слишком хорошо, чересчур хорошие люди собираются. Если кто давно искал повод поехать в Ростов — лучше не будет. Единственное — меня от больших сердечных щедрот представляют в анонсе «философом и поэтом», и если на философа я хотя б учился, то поэтом я себя даже в мыслях никогда не называл Но приходится соответствовать, потому вот вам стишок, ровно четыре года назад написанный: * Лето вмещает в себя непрочитанные книги португальское вино зелëную бессоницу смирившегося одиночества В ста километрах от Ростова спотыкаясь — не замечая их — о гробы лето обосновалось навсегда