Обычные дни

ОБЫЧНЫЕ МЫСЛИ Обсуждали со знакомым аудиокниги, и он сказал, что, когда он слушает какое-то произвидение, примерно на середине ему всегда начинает хотеться, чтобы оно побыстрее закончилось и можно было бы уже начать другое. А сколько бы было самоубийств, если бы мы узнали, что реинкарнация после смерти в нового человека реальна! Знакомый попросил добавить: «В связи с мыслью про реинкарнацию и самоубийства хочу подчеркнуть, что, несмотря на то, что на середине аудиокниги мне хочется уже поскорее приступить к следующей, я все равно дослушиваю всё до конца». #обычныемысли178 #обычныемысли

Смотрю в окно и думаю, что погода наконец-то хорошая. Мне нравится, как свет отражается от поверхностей. Пока раскидывали с женой утренние дела, девятимесячная дочка уснула у меня на руках. Положили ее в коляску, вышли на улицу. Догуляли до кафе со столиками на солнечной стороне улицы. Перешучиваюсь с женой на тему праноедения (питаться солнечными лучами). Заказал белый кофе со льдом, яичницу и хлеб с сулугуни. Дочка проснулась, как раз когда принесли еду. Пришлось есть и пить быстро. Обошлось без плача. Погода — кайф. Час накручивали круг по району и вспоминали медовый месяц. Дочь увидела, как мелкий годовалый паренек в кепке толкает свою коляску. Зафиксировала информацию и позже, дома, повторила трюк с толканием объектов на колесах. Подумал, что было бы неплохо выложить на канал рассказ с весенне-летним дабл плюс вайбом. С ходу ничего не вспомнил, всё у меня депрессивное, осеннее, зимнее. Просматриваю тексты и наконец-то нахожу подходящий. Это рассказ «Славик» из первого сборника «Имена», который опубликовал тогда еще в издательстве «ИЛ-Мьюзик» у Жени Алехина. Хороший сборник с особенным духом, я считаю. ССЫЛКА НА РАССКАЗ

ОБЫЧНОЕ ТЕПЛО Проснулся. После долгих месяцев невнятных пертурбаций погода наконец-то наладилась. Никаких больше грязи и снега, только нестройные, но плотные ряды зелёных листьев, что хором поют дивную песню о том, как же хорошо будет в ближайшие три, а если повезёт, то и все четыре месяца. Олег Митяев пел, что лето — это маленькая жизнь. Не согласен. Жизнь — это как раз-таки все эти бесконечные осени, зимы и лживая весна, которая в этом году вообще была зимой. И вот живешь-живешь, а потом, когда плохие дни заканчиваются, ты как бы умираешь и попадаешь в рай. Некоторое время твоя душа в нём танцует от радости, а потом, когда, в свою очередь, лето подходит к концу, её оттуда выкидывают проживать ещё одну бренную земную жизнь. Такой вот цикл получается. В ресторане на другой стороне улицы открыли летнюю веранду, и теперь, если прислушаться, то можно услышать, как ребята из офиса, что неподалёку, всасывают там спагетти, хрустят гренками из салатов и помешивают лёд трубочками. — Фу, зачем вообще такое слушать?! — Возмущается Дима. — Ненавижу, когда люди громко едят. — С одной стороны, да, а с другой стороны, знаешь, это звуки жизни, — отвечаю я. — Потише надо жить! — Ой, ладно, всё понятно с тобой. Иди дома закройся и беруши вставь. Тепло пришло, дай людям покайфовать. — Как там дела у Толи? Звонил? — Нет, полтора месяца прошло с последнего звонка. Говорил тогда, что два месяца этапировать будут. Говорил, что это у них там бизнес такой: берут три рубля на покатушки заключённых, катают за рубль, а два себе. — Два рубля — это немного. — Ну так он и не один такой, которого катают. — Понятно, — Дима грустно вздохнул. — Слушай, Толя говорил, что, как до места доберётся, так телефон у него будет. Поэтому не переживай, мы ещё с ним групповой чат создадим, и ты будешь ему эти тупые стикеры с тюремными наколками слать. — Да не, ну как-то неудобно человеку, который в тюрьме, слать стикеры с тюремной тематикой. — Да ладно, Дим, ты чего. Наоборот, так принято. Так они там поймут, что ты нормальный пацан и с тобой можно нормальные дела крутить. — Ой, ну тебя ваще. Пойду я, короче, домой, посплю. — Смотри тепло не проспи всё. Стемнело. Там, где днём ели пасту, вечером тоже едят пасту, но уже под джаз. Красиво, думаю я. Хотя, конечно, было бы ещё лучше, если бы море ещё рядом было и на всё на это ложились бы звуки прибоя. Губа не дура. Лучше таких вещей не хотеть, а то внутри может что-то треснуть. В конце концов, есть только два варианта: грустить от того, что чего-то не хватает, и радоваться тому, что есть. И если с высказыванием «Лето — это маленькая жизнь» я не согласен, то с высказыванием «Не в тюрьме и хорошо» вполне. Заснуть сразу не получилось. До половины первого пил ром с чаем и наговаривал всякие глупости в свой новый микрофон. Затем слушал, смеялся над собой. Затем всё-таки лёг спать.

ОБЫЧНЫЕ МЫСЛИ Лежу ночью — не могу уснуть и думаю своей правой половиной мозга: наверно, я делаю по несколько дел за раз оттого, что боюсь что-то упустить в этой жизни. Своей левой половиной мозга думаю, что неплохо бы было на завтрак съесть варёных вкрутую яичек («А вкрутую — это сколько минут надо?»). Параллельно с этим в наушниках чередуются по пять минут джаз Билли Эванса и аудиокнига «Мастер и Маргарита» в исполнении Александра Клюквина. Параллельно читаю свиток новостей на экране телефона. По одному посту с одного из пары десятков агрегаторов. «Нет, так жить нельзя! Нельзя так распыляться, желая объять всё и сразу! Кто спешит жить, тот спешит умереть! Нужно любить жизнь, а не бояться её!» — подумал я левой половиной своего мозга. И параллельно с этим правой: «Рыбки красненькой хорошо бы было к яичкам, да только, кажется, кончилась. А еще завтра надо не забыть оплатить квитанцию». #обычныемысли177 #обычныемысли

ОБЫЧНЫЙ ВОПРОС Что читаете сейчас, друзья? Что порекомендуете? Есть у вас какая-нибудь такая книга, которую прочитаешь, и чтобы прям, блядь, как в кино, жизнь изменилась?!

ОБЫЧНЫЕ КНИГИ На днях дочитал «Кровавый Меридиан» Кормака Маккарти. Стрела не уперлась в кость, поэтому надо протолкнуть, чтобы вышла с обратной стороны; проснулся оттого, что огромная летучая мышь пила из него кровь — издав ужасный протяжный крик, заметался; кто-то поднял винтовку и выстрелил ему в живот; разодетые как клоуны индейцы юмы резали скальпы, обливались кровью и насиловали караванщиков; потекла черная артериальная кровь; на карте, которую вытащила гадалка, была изображена повозка с черепами; они не пили уже больше суток, и их кожа, казалось, прилипла к костям; судья качал четырехлетнего мальчишку апачей на коленке, а уже через полчаса разбил его голову о камень и срезал с нее скальп; «Если хочешь в меня выстрелить, то стреляй уже, а если нет, то убери пистолет»; бармен налил им по полпинты виски, за столиком в углу мексиканцы играли в карты, тихо переругиваясь на испанском; пропавшую девочку шести лет нашли сегодня на пустыре за городом — изуродованный труп в рваном розовом платье; солнце поднялось огненным фаллосом из-за горизонта; и откуда у него взялась скрипка посреди этой чертовой пустыни; пока один деловар стрелял в медведя, тот схватил второго зубами, поднял над землей, помахал словно куклой и унес в лес; не видел ничего в жизни, кроме самого плохого… Ну, вот примерно такой образ получился. Книга очень крутая, хотя, буду откровенен, на все сто процентов я к ней не подключился. Возможно, дело в том, что за всей этой круговертью насилия я увидел старый-добрый (уже изрядно надоевший) постмодернистский трюк: деконструкция через насилие. Рецепт прост: берем нечто возвышенное, идеалистическое, благородное и низводим его до грязи, кишок и запаха мочи. Чем контрастнее, тем сильнее вау-эффект. Маккарти писал книгу в середине 80-х. К тому моменту вестерн как жанр уже давно имел статус легенды. Благородные ковбои, дуэли под напряженную музыку, спасение горожан от банды жестокого Кеседи… Возвышенные коннотации Маккарти справедливо, отвечая за слова, макает в черную артериальную кровь. Книга старается сорвать шаблоны, но лично у меня к 2026-ому году, честно признаться, ничего такого не осталось. Я смотрел много вестернов, классических и современных, и честно проникался героизмом этих крутых мужиков в шляпах, но, видимо, всегда подозревал, что, возможно, на самом деле, все они были сумасшедшими маньяками-убийцами-насильниками детей, которые зарабатывают на продаже скальпов. Кстати, читал и вспоминал Сорокина. Во многом у них с Маккарти схожие подходы к деконструкции классических мотивов и коннотаций. Хотя если у Сорокина вообще весь текст, по большому счету, скатывается в трюк и инсталяцию, то у Маккарти все-таки есть мысль и философия в теле самого повествования. И что же это? Вообще достаточно много всего. Многогранная книга — бриллиант в крови, кале, порохе и кишках. Каждому, кто не побрезгает, хватит на подумать. Лично мне очень близкой показалась идея растворения личности в коллективе, который позже превращается в жестокую толпу. Тут также, кстати, как в «Моби Дике»: поначалу повествование строится вокруг одного героя, а после, когда он становится частью группы, повествование начинает уже крутиться вокруг всей группы. Коллективные потребности естественным образом формируются из средней арифметической суммы потребностей каждого члена команды. Вот и получается отряд убийц, алкоголиков и насильников. Думаю, что общими штрихами обрисовал. Все дальнейшие рассуждения у меня утыкались бы в спойлеры. А в данном случае видится, что их лучше избежать. Как я и сказал выше, «Кровавый меридиан» Кормака Маккарти — бриллиант в испражнениях. Если готовы во всем этом ковыряться, то уверяю вас, труд ваш окупится. Если же нет, то ваше право. Человек, в конце концов, не обязан получать удовольствие от описаний того, как разбивают головы младенцев о камни так, что у них мозги через родничок вытекают. #обычныекниги

ОБЫЧНОЕ ПОЗДРАВЛЕНИЕ Друзья, всех с праздником! Воинская слава героев прошлого — это, по-любому, дело серьезное и заслуживающее уважения. Пусть их имена и подвиги не будут забыты. Брат моей бабушки по отцу совершил тогда переправу через Днепр и подготовил плацдарм. По слухам, это была лихая операция, и она на выходе увенчалась успехом, хотя и шансов изначально, казалось, было не так много. Первая пуля якобы прошла по касательной по голове. Потом снайпер все-таки попал точно. Двоюродный дед получил Героя Советского Союза посмертно. Горжусь наличием такого храброго воина в семье. Жаль, конечно, что все так вышло, но вышло так, как вышло. И жить, думаю, надо сообразно с тем, как было, а не с тем, как могло бы быть. С днем победы, друзья.

ОБЫЧНЫЕ МЫСЛИ Скоро исполняется 35, поэтому надо срочно сделать чек-лист на тему кризиса среднего возраста. Пока читал «Моби Дика», неожиданно перестал есть мясо и перешел на рыбу. Кидаю тиляпию в муку, немного соли, перца и лимона. Жарить по 3 минуты с каждой стороны. Запиваю ромом и думаю о море и отважных людях, что бороздят его. Съел разок кусок мяса с гриля — и тяжело стало. Жирное, жареное… Не, тунец лучше; машет мне плавниками из банки. — Если так любишь рыбу, парень, то лови ее. Тебе сейчас будет 35, пора бы уже увлечься чем-то взрослым и серьезным. Я о рыбалке, если что, — говорит внутренний голос. — А я не соскуфлюсь? — Да нет, конечно, Гер, ты чего. Ты будешь все такой же свежий, легкий, молодой и красивый. Просто будешь сидеть у озера в оверсайз комбинезоне цвета хаки и куртке с большим количеством карманов. Будешь курить крепкие сиги. Будешь пить крепкое из фляжки. Ой, смотри! Движется поплавок, кажется, клюёт! — Пойду проверю. Пока сижу у озера, думаю, что удочка похожа на бильярдный кий. Захотелось поиграть. Всё идет из детства. Мой отец очень хороший игрок. Когда я был мальцом, еще десяти не было, ездил с отцом в Ярославль, на тот момент, как говорили, столицу русского бильярда. Много игр видел. Шары на зеленом сукне чем-то напоминали небесные тела. Одни люди проигрывали деньги, другие выигрывали — как это здорово! Не мудреное дело. Доживая до условной середины жизни, начинаешь острее ощущать ее конечность. Вопросы вроде «А можно ли было по-другому? Можно ли было лучше? Правильно ли я всё сделал?» берут в осаду крепость сознания. Много думая о прошлом, невольно вычленяю из него маркёры счастливых моментов. Что с ними делать? Ну, пожалуй, хочется как-то их воспроизвести в настоящем. Этакая самотерапия, связывание двух половин жизни. Самое, конечно, смешное для меня, что во всех этих процессах нет ничего особенного. Несмотря на свою сложность, они совершенно обычны, миллиарды людей уже переживали это и миллиарды еще переживут. Вот и сидишь одинокой звездой, превращаясь в красного гиганта, и удивляешься этому. На самом деле все звезды превращаются однажды в красных гигантов, после чего их поверхность остывает, сбрасываются внешние оболочки, а ядро превращается в белый карлик. #обычныемысли176

У меня на почве интереса к переводам выросло знакомство с одним парнем, который этим делом занимается профессионально. Про работу эту мы говорили так: — Знаешь, Гер, у меня есть такая теория, что мало кто любит дело, которым занимается, в чистом виде. Всегда есть какая-то надстройка в виде красочного образа. Понимаешь, о чем я? — Кажется, да. Типа вот я работал грузчиком в юности и, когда таскал кофры туда-сюда, почему-то представлял себя викингом, который загружает-разгружает дракар на пристани после рейда. — Да-да, именно такое. — Мне всегда казалось, что это защитная реакция мозга от дерьмовой работы. Разве нет? — А разве есть какая-то не дерьмовая работа? — Он искренне удивился. — Не знаю, — я пожал плечами. — Я вот думаю, что нет. А это значит, что все и везде придумывают разные надстройки, чтобы не казалось, что жизнь смывается в унитаз в обмен на копейки. Я вот, когда перевожу, представляю, что я такой филолог-детектив, как из романов Дена Брауна. Представляю, что текст в оригинальном виде — это такой шифр, который нужно разгадать, переведя его. И чем глубже я вхожу в роль детектива (томно курю в полумраке над текстом, а за окном дождь, подсвеченный красными огнями проезжающих машин), тем лучше у меня получается. — Интересно. Помню, как одно время писал сценарий для канала «Домашний», представляя себя пожилым евреем-композитором. Знаешь, есть такие крутые еврейские деды, которые умеют играть на всех инструментах, блестяще разбираются в классической музыке, практикуют полжизни каббалу, а зарабатывают при этом написанием текстов для поп-певиц и живут в особняках с бассейнами? — И как такой подход? Помогло? — Не, там плохо история с каналом «Домашний» закончилась. Может, их продюсеры и редакторы, оценивая мой текст, представляли себя какими-то офицерами гестапо или погромщиками-антисемитами, читающими донос. Короче, не сошлись наши образы. — Понятно-понятно, — Он закурил, покрутился на месте, подумал и продолжил: — А знаешь, что больше всего мне работать мешает? — Ну-ка? — Бабы из прошлого. Они прям главный мой враг. Вот представь, сижу я, перевожу нон-фикшен про заводчика собак какой-то беспонтовый, представляю себе крутым детективом, и вроде всё ок, всё в балансе. А потом оп, и вдруг вспоминаю Вику, которую в двадцать лет позвал на свидание, и всё было очень круто и классно, мы в кино сходили, и в конце я ее не целую. А она ждет. А мне страшно. Я в ступоре. Вика разворачивается и уходит. И в этот момент я понимаю, что никакой я не детектив, а просто лох, который не смог девчонку красивую поцеловать. А она мне так нравилась. Если бы поцеловал тогда, мы бы встречаться начали, может, даже поженились, может быть, жизнь моя совершенно по-другому пошла. Может быть, работа другая была, и счастье было бы, и не надо было бы представлять себя детективом, — Видно, что от сказанных слов ему потяжелело. — Сочувствую, братан, — я попытался его приободрить, а он махнул рукой. — Да ерунда это всё. Вика, Маша, Оля, Лена… Главное — не вспоминать их, и тогда всё нормально будет переводиться. Все эти щемящие истории из жизни. Уж лучше быть крутым детективом-переводчиком, чем парнем, который не может девчонку поцеловать, которая ему нравится, правильно я говорю? — Да, наверно. На том и закончили разговор. Не думаю, что хочу еще говорить с этим парнем про работу.

ОБЫЧНЫЙ СОН МОЛОДОГО ОТЦА Просыпаюсь от того, что на меня сверху, с кровати, упало восемнадцать килограмм сына. Сам я сплю на полу, и не потому, что это удобно, а потому что год назад, когда у нас родилась дочь, мы поняли, что с детьми очень хорошо работает старый добрый принцип divide et impera (лат. «Разделяй и властвуй»). Проще говоря, двум родителям вместе сложнее управиться с двумя детьми, чем одному с одним. Помню, когда малышка только появилась, мы попробовали вчетвером спать в одной постели. Вышло из этого нечто, напоминающее полотна Фрэнсиса Бэкона: этакая фигуративная живопись, завязанные узлами деформированные человеческие тела. В статике это выглядело мучительно, ну а в динамике сводилось к четырем часам нездорового сна для родителей. Мне тогда ночь за ночью снилась секция бокса, куда ходил по юности. Снова видел своего знакомого оттуда. Маленький узбек Сардур ловко уклоняется от всех моих нелепых медленных махов и иглами своих кулачков накачивает мое лицо болью. Просыпаюсь, а это просто дети ногами мне по лицу бьют. Подставляю руки к лицу, как подставляют те, кого повалили на землю и бьют ногами. Дети сквозь сон чувствуют, что удары не проходят — начинают плакать от расстройства. Решили, что супруга будет спать на нашей постели с малышкой, а я буду в комнате сына на полу на сером матрасе, рядом с его кроватью. Все очень хорошо сложилось, потому что сына надо было к собственной кровати приучать. А они же не хотят вот так вот с ходу к чему-то приучиваться. Короче, если бы я не лежал псом у кровати, то он бы просыпался посреди ночи, а дальше эффект домино: будил бы мелкую, а она будила бы всех. А так, если он просыпается, то тут же слышит с пола: «Сынок, ты чего, с ума сошел так рано вставать, ну-ка ложись на свою мягенькую подушечку». Надо отдать ему должное, он ложится и продолжает спать. Как писал выше, иногда он падает на меня. С одной стороны, больно, с другой — пофиг, пять секунд покряхчу-покашляю и дальше спать и дальше видеть сны, если их в эту ночь показывают. Как водится у людей: хорошо там, где нас нет, и хорошая вещь та, которой я не обладаю. В какой-то момент мой уродский матрас приглянулся сыну, и он стал по ночам делать вид, что случайно падает, с той лишь целью, чтобы, упав, закрепиться и вытолкнуть меня ногами с матраса, заняв тем самым заветную территорию. А куда выталкивать? Сбоку от матраса обычно лежат маленькие с большим количеством острых углов игрушки, вроде машинок, деталей конструкторов и тому подобное. И вот меня ночью выталкивают, и чувствую я, как медленно все эти игрушки (казалось бы, их задача — доставлять радость) впиваются в мою плоть. Это медленная пытка: боль не достаточно сильная, чтобы проснуться, но и чувствуешь ты ее сквозь сон. Под утро вспомнилось жуткое видео пятнадцатилетней давности: через камеру наблюдения видно, как в помещение, где спит продавец (дело происходит, типа, в Тайланде), заходит грабитель с бейсбольной битой и наносит мощный смертельный удар по макушке спящего. Тот в последнем импульсе нервов поднимает голову, чтобы через секунду навечно ее сложить. Жуткое зрелище. Думаю, что убить спящего человека есть вообще один из самых страшных из возможных грехов. Мысль эта тяжела, болезненная. Прижимаю сына, который дрыхнет поперек моего матраса, и сразу становится лучше. Мысли о смерти отступают, ибо жизнь, пусть и с посредственным сном и с впившимися в спину игрушками, в этот раз победила.

Друзья! Настала пора рассказать: в серии "Во весь голос" вышел новый тираж романа "Фоторужье", а его автор – писатель, поэт, музыкант и актёр Евгений Алехин придёт к нам на книжную смену уже в этот четверг, 7 мая. Ловите Евгения у нас на кассе с 19 до 22х часов (до закрытия, получается). Фото предоставлено Евгением с комментарием: "и вот еще уродливо с элементами нейронки". Берём! И ждём всех в этот четверг в ВВГ.

ОБЫЧНАЯ СКАЗКА Впервые за долгое время написал старый знакомый Боря, который на десять лет меня старше. «Зацени. Детскую сказку написал», — к сообщению был прикреплен текстовый файл «Ёж и белка; глава 1» на восемь страниц. Меня это не удивило. Сейчас много разной детской литературы издается. Боря по профессии хоть и строитель, но имеет двух дочерей от двух жен, с которыми развелся. Опыт богатый, точно хватит, чтобы написать сказку на пару десятков страниц. Главное, чтобы иллюстратор был хороший. Сразу не прочитал, забегался и забыл. Спустя пару дней, уже засыпая вечером, вдруг вспомнил. «Прочитаю прямо сейчас, почему бы не побаловать себя перед сном детской сказкой». С первых строк я понял, что попал не туда, куда думал, что попаду. Ёж много пьет, хотя и счастлив, хотя и читатель понимает, что на самом деле Ёж не счастлив. Пьяный на каком-то Новом Году он встречает белку и влюбляется в нее. А еще у Ежа две дочери от предыдущих браков. И всю дорогу в этой «детской» сказке Еж пытается убедить читателя, что все у него на самом деле хорошо. Белка не отвечает взаимностью. Еж начинает пить еще больше и. Задумывается о том, «Не будет ли лес чище без такого грязного и плохого Ежа?!» После прочтения стало не по себе. От этой первой главы веяло предсмертной запиской. Этакое завуалированное послание. «А что, если он так хотел предупредить… А я затянул, и он уже». Позвонил ему. Гудки. Еще гудки. Перед глазами мертвый Ёж. Боря наконец-то взял трубку, и я начал, мол, хорошая сказка, хорошая жизнь, главное не делать глупостей. Когда он понял, что я имею в виду, то возмутился. «Гер, мне кажется, что ты что-то неправильно воспринял. Вообще-то это творчество, и я думал, что ты в таком разбираешься. Конечно, я кое-что взял из своей жизни, но почему нет? У меня с этим нет никаких проблем. Как вы там говорите, экстраполяция опята и все такое. Ладно, спасибо, поздно уже, будь здоров». Спустя некоторое время встретился с нашим общим приятелем. Он сказал, что Боря написал уже пять глав и договорился с издательством о печати. Видимо, после моей рецензии первой главы, другие он слать мне не стал. — Так это детская книжка будет? — спросил я. — Непонятно пока. Говорил вот с Борей, и он сказал, что сам пока не знает, то ли это детская книга для взрослых, то ли взрослая книга для детей. — Передай Боре, что самое главное — это иллюстратора хорошего найти, — подытожил я, подняв вверх указательный палец, словно я знаток в вопросе.

ОБЫЧНЫЙ ДЕФЕКТ Со мной иногда случаются неплохие, и даже поучительные происшествия. Взять хотя бы недавний случай, когда мы позвали в гости соседа на ланч (да, назовем это ланчем. Такое слово, оно предает ценности всем остальным словам в радиусе нескольких…

ОБЫЧНЫЙ ДЕФЕКТ Со мной иногда случаются неплохие, и даже поучительные происшествия. Взять хотя бы недавний случай, когда мы позвали в гости соседа на ланч (да, назовем это ланчем. Такое слово, оно предает ценности всем остальным словам в радиусе нескольких строчек). Сосед, совсем молодой парень (моложе меня, 35-летнего, лет на 5), предупредил, что придет с девушкой. Мы приготовились к встрече. Вернее сказать, почти всё, включая нарезку и подачу закусок, сделала моя дорогая жена, а я лишь надел рубашку и открыл вино, которое незадолго до этого кто-то нам подарил. Пришли ребята: сосед и его миловидная девушка. Я смотрю на нее, и что-то не так, что-то неправильное. Волна легкой тревоги прокатывается по моей лобной доле. Здороваемся. Как обычно, я это делаю так громко и так размашисто, что не слышу половину слов того, с кем я здороваюсь. Следует еще добавить, что я немного глуховат, и это, думаю, как раз и связано с привычкой говорить громко, почти орать. А может, наоборот, ору, потому что плохо слышу. Из потока слов до КПП моих ушей донеслось ее «Прыевет», и я тотчас остолбенел. Внезапная мысль пронзила меня: «Боже правый, у нее речевой дефект!» Тут же я устыдился да так, что вообще перестал кого-либо слушать. Все перекидывались забавными фразочками и хохотали, а я… «У нее такой речевой дефект, наверно, это что-то врожденное. Да, врожденное отклонение. Поэтому и с видом ее что-то такое, на что ранее отреагировала моя лобная доля. Она инвалид! Стоп-стоп-стоп. Ну-ка, на хуй, прекращай так говорить, словно тут что-то не так. Наоборот, это круто, в смысле, что очень прогрессивно, подумай, Гера». Наша колона двинулась в сторону гостиной, продолжая перекидываться приятными словами. Все, кроме меня. Прозябающий в своих мыслях, я шел позади всех и продолжал размышлять: «Ты только подумай, мы живем в такое время, когда человек, несмотря на свои врожденные изъяны, может нормально жить. А на соседа своего посмотри! Они встречаются, и для них это не преграда, ибо человечество развивается, расширяет рамки. То, что раньше казалось приговором, сейчас пшик и пережиток прошлого. Тебе должно быть стыдно, что ты вообще о таком думаешь. Тебе должно быть стыдно. Ну-ка, быстро начинай себя вести, как нормальный человек! Скажи ей что-нибудь нормально, словно все в норме, потому что все реально в норме!» Вынырнув из грязного бассейна своих мыслей, я обнаружил себя на кухне с до краев наполненным бокалом вина. Выпил залпом половину. Она стояла рядом и улыбалась своей «особой» улыбкой, что на ее «особом» лице. «Чем ты занимаешься?» — спросил я, и из глубин моей памяти тотчас же всплыла реклама общества слепых из 90-х, в которой плохо зрячим предлагали трудоустройство, собирать розетки на соответствующем предприятии. И тут она рассказала, что работает во французском посольстве и сама она, кстати, тоже француженка. Рассказала, что с ранних лет питает любовь к русской культуре и языку. «Всю жизнь практикуюсь, но небольшой акцент, конечно, остался. Никак от него не избавиться». Подлая и липкая часть моей души, отвечающая за социальные взаимодействия и этикет, тут же села за руль, и я ответил, что у меня и в мыслях не возникло, что она француженка. Добавлять, за кого я ее принял, деликатно не стал. Что же до формы и изгибов лица, то это просто лицо человека другой национальности. Мне, когда я жил за рубежом некоторое время, тоже часто говорили, что у меня кривое лицо. Правда, мне и на родине так порой говорят. Сдается, что как раз-таки кривизна моего лица продиктована не генетическим, а душевным устройством. Да, кривым душевным устройством, благодаря которому я и попадаю в такие ситуации и позже вот таким вот образом их описываю. Так что же поучительного в этой истории? Все просто: человеку (мне) свойственно думать, что у кого-то там какие-то дефекты, а на самом деле дефекты у меня, ибо думаю и живу я вышеописанным образом.

ОБЫЧНЫЕ КНИГИ Проснулся. Решил, что было бы недурно описать свои впечатления от книги Германа Мелвилла «Моби Дик», которую недавно прочёл. Занятно, что про чудовищного белого кита и капитана Ахава знают почти все. Тем не менее людей, которые книгу читали, я почти и не встречал. Часто слышал: мол, великая литература, но тягомотина — и «бросил на середине». Я не виню этих людей в недостатке упорства, ведь, дочитав произведение, я понял, что сознательный отказ от него как достижение равносилен чтению его до конца. Сейчас поясню… Мне казалось, что к этой книге я был готов. Я искренне люблю море, парусный флот, эстетику середины XIX века и рыбалку с парнями. Надо сказать, что всего этого в книге вдоволь. Однако в контексте «Моби Дика» все вышеописанные предметы не являются феноменами в себе, а лишь служат отражениями и доказательствами помешательства. Для наглядности приведу пример: кухонный чайник — вещь хорошая и полезная, но представьте, если кто-то сядет напротив вас и нудно с вниманием к датам начнет рассказывать вам историю кухонных чайников вперемешку с историей о том, как сам он в процессе белой горячки забил кухонным чайником на смерть своих жену и детей. Хоть о чайнике этот кто-то и говорит больше всего, понятно, что речь не о нем. Вместо чайника мог быть любой предмет. Ведь дело не в нем, а в помешательстве на нем. Да-да, «Моби Дик» целиком и полностью посвящен теме помешательства во всех его проявлениях. Помешаны все: автор, персонажи, американские китобои того времени и… И читатель тоже помешан, ведь, читая эту книгу, он погружается в однородную среду безумия, которое невозможно перебороть. Есть два варианта: отречься от него (бросить книгу) либо поддаться ему и дочитать до конца. И вот, да, если смотреть под этим углом, то отказ от чтения — отказ от безумия помешательства — это очень хорошо и достойно. Примерно так же достойно, как жертва своим психическим и физическим здоровьем ради возможности стать чуть мудрее, пройдя это путешествие до конца. Жизнь моя — череда парадоксов, и чтение «Моби Дика» из этой череды не выбивается. Я думал, что эта книга, как книга про храбрых охотников-покорителей морей, зарядит меня бодростью и наполнит силой, но вышло всё наоборот: книга эта, как никакая другая из тех, что я читал, буквально высасывала из меня жизнь. Каждый день чтения выдавал на стол нечто тяжёлое: сначала это были раздражающие мелкие неурядицы, а под конец я просто натурально заболел и последние страницы дочитывал в горячке. Одно могу сказать точно: я не считаю, что двадцать неприятных инцидентов на двадцать дней чтения — это совпадение… Наверное, я тоже, как и капитан Ахав, помешался. Лет пять, кажется, назад был такой мем-картинка, суть которого заключалась в том, что у православия есть Достоевский, у католицизма — Данте, а у протестантизма — несколько глупых книжек по саморазвитию в мягких обложках. Видно, что автор мема не читал «Моби Дика», который, если серьёзно, должен был быть на этой картинке вместо книг в мягкой обложке. Правда, тогда бы это перестало быть мемом, а стало просто констатацией факта. Ещё хочу привести для вас мысль из книги, которая стала для меня основной и, пожалуй, сильно повлияла: «Не дьявол искушает человека, а человек сам идёт к дьяволу и просит его себя искусить». Но вот в чём вопрос: может ли человек не идти к дьяволу и не просить его себя искусить? Герман Мелвилл печально подытоживает, что нет. Что если человеку на роду написано быть искушённым, то никакие покаяния и никакие дела его не смогут отвратить от искушения, ведь таким его сделал Бог. Для чего так? Непонятно. Рекомендую читать всем тем, кто готов жертвовать здоровьем ради пары очков мудрости в листе своего персонажа. Если нет — смело идите дальше. Хотя подождите, чего я такое говорю… На самом деле выбора у вас нет. Вам либо на роду написано прочитать эту книгу, либо нет. P. S. Картину, которую приложил к этому посту, могу смело назвать одной из самых уродливых, что видел в жизни. Случайно наткнулся на неё. Какой-то американский художник просит за неё 5 долларов.

ОБЫЧНОЕ ПОЗДРАВЛЕНИЕ Друзья-читатели, поздравляю вас со светлым праздником Пасхи. Христос воскресе!

ОБЫЧНЫЙ АПРЕЛЬ Предыдущий месяц был такой хороший. Чудо-март, Господи, хоть ты и всесилен, но после такой зимы… Как тебе удалось сотворить такой шедевральный в своем контрасте по отношению ко всему тому, к чему привык обычный русский человек, месяц?! По-настоящему стабильное голубое небо на ежедневной основе радовало, не прося ничего взамен (типа, там отказаться от чего-нибудь или что-то в этом роде). А солнце? Солнце то видели? На самом деле это было не солнце, а дырка в рай. Тусклый уродец, которого мы привыкли называть солнцем, ушел на весь март в отпуск. Ну, а поскольку, нужно же чем-то все это дело освещать, Господь взял, да и проковырял в небе дырку в рай. Но то был прошлый месяц, а сейчас говно. Выхожу гулять с коляской, где спит царица моего сердца — моя маленькая дочь восьми месяцев от роду. Как выхожу, так и захожу обратно. Так там холодно, что весенняя одежда на моем теле съеживается и просит заменить ее обратно на зимнюю. —Хули вы разнылись, черти?!Перед дочерью меня позорите?! — Спрашиваю я у своего худи, тонких джинсиков, майчонки, легкой куртки безрукавки. —Так это, шо, холодрыга. Ранёха нам ешо на тэлэ вашэм зиждэца. Нам надобно в хортиропэ ешо отлижаться. —Сука, значит в марте у тебя все нормально было, а как март закончился, так тебе, сука, холодно и в гардеробе надо отлежаться, тварь тканевая?! —Ну это. Так март какой был… Март был у-у-у-у. А ща март, ща апрель и он б-у-у-у. Слушать этот бред и нытье, тем более рядом со своей спящей дочерью я больше не могу. Захожу обратно домой. Хочу сначала выкинуть все те вещи, что на мне в помойку за дезертирство, но отказываюсь от этой идеи в связи со своим от природы мягким сердцем. А еще денег, как обычно, не так много, чтобы одеждой разбрасываться. Все называют интернет-магазин «Лямода», «лямодой», а я называю его «Блямодой» и смеюсь себе под нос. Однажды я понял очень важную вещь: в этом мире сам себя не рассмешишь — никто не рассмешит. Бужу, заснувших за время марта, пуховик, шапку, флисовое белье, плотные штаны. На улице и думаю, как было бы смешно, если бы после всех этих переживаний-переодеваний я бы вышел на улицу, а там солнце и жара. Но нет, ничего такого. Все тот же холод, дождь и ветрило-северянин. Тянусь к фляжке с ромом, а нет никакой фляжки с ромом. Пустой карман, да и все. Дочка в коляске во сне улыбается над глупостью своего отца. Ладно, будут и другие месяцы. Будет еще тепло… Да и сейчас не сказать, что прям очень-очень холодно.

ОБЫЧНЫЕ МЫСЛИ Жизнь часто вот прям из принципа не хочет давать нам то, что мы просим. Готова дать даже что-то лучшее, лишь бы не то, что просим. Бычкин работал официантом в одной сети ресторанов и в принципе срезал с полей зарплаты и чаевых неплохой урожай. В связи с осознанием возраста и «ну не вечно же, блядь, с подносом бегать» сделал шаг в сторону карьерного роста. В новом заведении той же сети взялся проходить испытательный срок на менеджера. В качестве первого задания ему скинули видео с припиской «что думаешь?», на котором официант роняет котлетку на кафельный пол, ее тут же подбирает уборщица и кидает в лицо официанту, после чего официант берет с тарелки вторую, не упавшую ранее котлетку, и кидает ее в уборщицу. Минуты полторы они на камеру метали друг в друга эти две котлетки. Через месяц испытательного Бычкину сказали: «Не хватает скорости и восприятия». Он ушел из ресторана, мол, ну и хуй с вами, отдохну-подумаю. Деньги кончились, пошел устраиваться в другой ресторан, где попросил взять себя в качестве официанта. Все-таки он пришел к выводу, что менеджер — это говно, потому что чаевых нет, зарплата почти такая же, как у официанта, плюс еще это слово, которое начинается на «о» и заканчивается на «тветственность». И тут ему сказали, что в официанты он не годится, а вот менеджер из него будет в самый раз. Пришлось устраиваться менеджером. #обычныемысли175 #обычныемысли