ОРДА: фактыVSмнения

Расширение империи Чингисхана Представление о том, что монголами двигало исключительно стремление к завоеваниям, кажется сегодня невыносимо упрощённым. На самом деле у Чингисхана не было грандиозного плана по покорению мира. Более того, целью его походов никогда не было ограбление городов — его задача заключалась в подчинении кочевников степи. И представление о якобы поголовной жестокости монгольских завоеваний тоже требует переосмысления: доступные источники свидетельствуют о том, что Чингисхан не был массовым убийцей. Напротив, он стремился ассимилировать покорённые народы, сделать их частью монгольского мира. Для Чингисхана главным было подчинение Народов Войлочных Юрт — кочевых племён Восточной Азии. Самое ожесточённое сопротивление он встретил не в городах и не в оседлых районах, а внутри самого кочевого мира, который пытался объединить. Именно это противостояние сформировало не только его самого, но и народ, и династию, которую он оставил после себя. Завоевания Китая, Ирана и Руси были, по сути, побочным результатом великой войны кочевников с кочевниками — войны, в которую вмешались их оседлые соседи. Именно из этих «побочных эффектов» рождаются поразительные и новые исторические интерпретации. Например, кочевой образ жизни вовсе не обязательно противостоит государственности — на примере Джучидов можно утверждать обратное: кочевники построили сложную и устойчивую империю именно для реализации целей, заложенных в их собственной политической теории. Монголы стремились к созданию режима, который — подобно их родо-племенным структурам — мог бы впитать в себя всё социальное многообразие и привести его к гармонии. Однако в процессе роста империя столкнулась с сопротивлением. Народы, не принявшие всеобъемлющее отношение монголов к религии, воинской службе, труду и семье, восставали против мобилизации, труда и налогообложения. Это — историческая закономерность: у всякого проекта государственного строительства всегда есть его двойник — народ, сопротивляющийся власти. В ранней Монгольской империи множество войлочных юрт отказались от интеграции в имперскую структуру Чингисхана. Их сопротивление стало причиной завоевания Западной Азии, а затем и Восточной Европы, что, в свою очередь, вызвало ещё большую волну сопротивления. Так оседлые народы стали антигосударственными мятежниками. Источник: Мари Фаверо «История Орды»

Примордиализм как модернисткий взгляд (миф)? Мысль встретилась на просторах интернета, суть: Генетические исследования по сути указывают на ошибочность примордиалисткой парадигмы теории народов (их не изменчивости как явления на всей хронологической линии с момента первого или постоянного их упоминания). Точнее, выводят в иную плоскость - временную, где можно попытаться выделить отдельные компоненты как относительно устойчивые. Сложный, конечно, мысленный эксперимент и с многими условностями. Видимо, корректнее эти явления рассматривать через призмы политий и культуры, а не модернистской этнической парадигмы (и примордиализма, как одной из её "крайних" теорий). Которая, к слову раскручивалась в 19-20вв. как таран политических имперских проектов. Подправьте, если рассуждение ошибочно.

О строительных технологиях в Сибирском юрте (в качестве пищи для размышлений) "И 26 числа Ермак вступил в Кучумову столицу – «во град Сибирь в лето 7089 (1581) октября дня 26, на память великомученика Димитрия Солунского". Историк Сибири Миллер, посетивший это место около полутораста лет тому назад, так говорит: «От дворов или от другого какого строения никаких следов более не видно, как только что по разным местам, от неровности земли, рассуждать можно, что какое-нибудь строение прежде там находилось. Дворы, по обыкновению сибирских татар, построены либо деревянные, либо, по бухарскому обыкновению, из нежжёных кирпичей, потому что с того времени вовсе пропало»... Очевидно, почтенный историк производил осмотр этой местности только наглядным образом, мы же имеем в руках обломки кирпичей большой величины, прекрасно обожжённые так, что не худо бы было эту археологическую древность иметь нашим современным кирпичным заводчикам, авось бы их произведения покраснели от стыда и ожесточились бы при виде вражьего продукта хоть наполовину того, насколько жёсток кирпич Кучума." https://vk.ru/wall-119324364_6905

Города Улуса Джучи. Иногда можно встретить такие утверждения, мол не осталось от джучидов ни одного объекта материальной культуры, и что история с Батыевом нашествием и ордынском владычестве всего лишь байки. Это, конечно же, не так, городская культура…

Критерии выделения города в Деште (Часть 1) С точки зрения урбанистического процесса европейское описание критериев образования городов не подходят для описания градоформирования в других вмещающих ландшафтах и климатических условиях. Попытки ориентилисткой парадигмы описать "европейскими" критериями города могут приводить к ложным выводам, что не было городов и процессов урбанизации. Пример такого ошибочного представления, через призму личного опыта, описать чуждые системы - в системе романовской империи городом признавался обычно населённый пункт (который к слову, тоже не соответствовал европейскому определению города), наделённый обычно военно-административными функциями (будь даже там 300-500 человек, он вполне мог признаваться городом) и соответствующими сооружениями (обычно деревянная крепостная стена, здания связанные с деятельностью казны и воеводы, церковных иерархов также выполнявшим роль интеграторов инородцев в новую вертикаль власти). И, соответственно, когда с этой парадигмы оцениваются города джучидосферы (или шире евразийской степи и симбиотических с ней территорий) - город в "классическом" экспансионистком ракурсе (московитстко-романовской эпохи) не прослеживается. Здесь не о критике, а о фокусе оценки, что подразумевать под городом. Возможно, в этом ключе и нужно подбирать критерии: уровень политии и наличие его ограничения? Модель первая. Полития деспотического характера (сверхсильная централизованная власть, испепеляющая любые формы проявления самостоятельности). Экспанситнисткий вектор подразумевает такую политию, как следствие, это может находить отражение и в форме первичного градостроительного подхода. Крепостные стены, гарнизон и административные функции прибрежных колоний важнее большого по масштабам Теночтитлана, и тп. В свете расширения Московии на восток и продолжения этого курса при Романовых - возможно, такая же оптика? В этом ключе, даже если были города и крепости у инородческих властителей (обладателей политии) - они не соответствуют критерию наличия московитской политии в них. В случае степи или руин городов джучидосферы - их "не было". Руины Маджара (что сложно назвать руинами, там целый город, который мог дать фору любым руинированным античным городам) - это не город, а лишь строительный материал для будущих крепостей (городов) империи Романовых. Модель полицентричная. Этот вариант больше подходит для условий степи, поскольку за исключением коротких периодов всеобщей мобилизации большой период времени - это динамическое изменение пространства каждой из существующих политий (в дораннесредневековые периоды). Ты можешь попытаться навязать свою политию другим, но есть риск того, что они не подчиняться и просто уйдут, сохранив свою субъектную политию (исторически зафиксированные волны "переселений" из просторов Евразийской степи, наличие в каждой из политий двух крыльев, один из которых удерживает натиск, тогда как второе крыло ищёт новое "пространство для жизни", и тп). Что же может быть критерием возникновения городов в таких условиях? Рассуждая с точки зрения политии (власти), поскольку город - это общее для всех место, будет и ограничение в нём любой из политий как абсолютных. Если исходить из такой парадигмы, в просторах Дешта город - это пространство, где ограничивается локальная полития аристократии (если по-ориенталистки, "племенной знати"). Тогда, согласно этому критерию, это: - ставка правителя (любого из признанных наследниками трона, обычно четверо - по основной и " технической/резервной" династии на правом и левом крыльях), ставки караучи-беков (если это было именно над"племенная" структура); - центры товарообмена вдоль торговых путей; - пункты с образовательными функциями, где происходит обучение представителей разных кланов (политий), и т.п. Типичным примером, такого "города для всех" может быть пример трансформации военных поселений кланов в соответствующие городские махалли в городах центральной Азии (когда город, как более общий фактор среды, обусловил постепенную интеграцию в себя различных компонентов). ⬇️ продолжение

Встретилось на открытых просторах мнение, что Владимир (что великокняжеский город) образован от сочетания "владеть" и "меря", т.е. город управляющий землями финоязычных мерян. Были и есть Влади-кавказ, Влади-восток, но Влади-меря впервые.

"Подобного рода государство [олигархическое] не будет единым, в нём как бы будут два государства: одно - государство бедняков, другое - богачей. Они [олигархическая верхушка], пожалуй, не смогут вести какую бы то ни было войну, так как неизбежно получилось бы, что олигархи, дав оружие в руки толпы, боялись бы её больше, чем неприятеля, либо отказавшись от вооружения толпы, выказали бы себя подлинными олигархами даже в самом деле сражения. Вдобавок они не пожелали бы тратиться на войну, так как держатся за деньги" (Платон, "Государство")

Ещё одна генеалогия Джучидов, из книги Lane-Poole, Stanley: The Mohammadan Dynasties Chronological and Genealogical Tables with Historical Introductions 1894 год издания в Вестминстер

Интересный момент, в ходе многочисленных так именуемых "башкирских восстаний" (де-факто, если в современной терминологии, восстаний народов Поволжья-Урала-Сибири) соблюдался политический "этикет" - вплоть до так именуемого "Пугачёвского бунта" восставшие мусульмане направляли своих послов к Крымскому хану (и Османскому султану, по умолчанию, как халифу) с просьбой направить (назначить) им в качестве официального лидера хана (принца) - джучида. Из раза в раз, практически каждое восстание. Де-факто это были направленные по обращению несколько джучидов (основной джучид и иногда "резервный", на случай гибели первого), предки которых в 3-5 поколениях ранее были последними полностью субъектными правителями постордынских ханств (юртов) к востоку от Крымского юрта. Но почему-то не запрашивали ханов-джучидов от правителей центрально-азиатских государств. Видимо, статус (поддержка) Крымского юрта, как ключевого представителя Порты на просторах восточной Европы, а возможно и историческая память (?), были по мнению руководителей восстаний более предпочтительными (RealPolitik важнее)? Статус назначаемых официально ханов, видимо, был фактором легитимности, чтобы из роли "безымянных" восставших (хотя их лидеры были достаточно известные на этих просторах личности, это безусловный факт, причём задолго до распиаренного в советский период образа С. Юлаева) в роль субъектов RealPolitik, не уступающих по статусу московскому правителю, платившему в те времена (хоть и номинальную) дань крымскому хану (позднее императору, разорвавшему данную традицию и выстроившим на новых европейских принципах, достижениях и технологиях современную армию и государственную машину). Если же почитать внимательно хронологию этих восстаний, что обращает на себя внимание. Во-первых, это их длительность (5-7 лет реальной войны с империей, хоть и в условиях осваиваемых новых территорий - романовские войска гнали начиная от Астрахани и заканчивая Тобольском, т.е.собирали с расстояния тысяч километров все войска для локализации восстания), масштаб проводимых операций (с территорию крупнейших европейских государств) и местами ожесточённость с обеих сторон. Во-вторых, инициирование восстаний каждый раз после реализации империей каких-либо реальных действий, ограничивавших субъектность жителей условно-обобщенного пространства Поволжья-Урала-Сибири (пишем так, поскольку обычно и в достаточно короткие сроки военные действия восставших неоднократно охватывали это пространство целиком) - это могло быть, например, строительство очередной пограничной линии и действия, которые в последствии это провоцировало (целями большинства этих бунтов становились именно приграничные форты и крепости/поселения точечного контроля за пределами пограничной линии - относимые к условному сухопутному Rımland, т.е. ключевые элементы имперского контроля над территориями). В целом, история развития этих восстаний в увязке с расширением рубежей романовского Heartland (пограничных засечных черт) и политическая логика развития тех событий - тема интересная, требующая осмысления с новых парадигм и точек зрения. Вне (советско-)национального контекста. Как они могли развиваться в тех реалиях. В качестве пищи для размышлений.

Еще один отрывок из дисера Кадыргали-бек в своем труде пишет, что левым крылом войска Урус-хана являлась «Алашская тысяча», а старейшими из них являются жалаиры с тамгой тарак (гребень). Далее он указывает биев племени Жалаир, в числе которых есть и его предки, которые со времен Урус-хана являлись старейшинами «тысячи алашей». Мы, в свою очередь считаем, что термин «алаш» стал самоназванием племен, входивших в левое крыло и три жуза, при Барак-хане и его военачальнике Алаш-бахадуре. Кадыргали-бек, попавший в плен около 1585 года, описывает реалии, которые он знал именно на тот период. Соответственно, это период правления Тауекель-хана в последней четверти XVI века. Таким образом со времен Барак-хана (1419 – 1427) и до Тауекель-хана (1582 – 1598) термин «алаш» использовался в качестве названия племен трех жузов. После Тауекель-хана к власти приходит его младший брат Есим-хан (1598 – 1628), одним из приближенных биев которого является алшин Жиембет-жырау из Младшего жуза. В своем произведении он называет казахский народ словом «алаш», говоря «алашыма ұран салармын» - «брошу клич своему народу алаш» [94]. Также Махмуд ибн Вали пишет в «Бахр аль-асрар», что Есим-хан собрал под своим началом «все войско алачинов» [95], что подтверждает версию о том, что он правил тремя жузами - левым крылом «алаш», а правым крылом «катаган» правил Турсун-хан. В «Маджмуа мактубат ва маншур» - сборнике писем аштарханидского хана Имамкули (1611 – 1642), есть письмо в котором он обращается к казахскому Мурад-султану- правителю катаганов, с критикой из-за его присоединения к Жангир-хану (1643 – 1652) – правителю «алачинцев» [96]. М. Тынышпаев сообщает, что при Тауке-хане (1652 – 1715) в объединение «алты алаш» - шесть алашей входили: Старший, Средний и Младший жузы, каракалпаки, кыргызы и катаганы. У всех них был общий боевой клич: «алаш!». Правившие после Тауке-хана правители Казахского ханства – Каип-хан (1715 – 1718) и Абулхаир-хан (1718 – 1748) в письме к русским чиновникам называли свой народ «алашские улусы» [97]. В письме Абулхаира в Оренбургскую комиссию от 1738 г. он пишет «посылаю от себя алача, сиречь киргиз-кайсака» [98]. «Сиречь» в старорусском языке означало «иными словами», то есть хан Младшего жуза объяснял русским, что значение слова «алаш» абсолютно идентично слову «казах». Абылай-хан (1771-1781) в своем письме российской императрице Екатерине II от 1778 г. писал, что вся казахская знать собралась у мавзолея Ходжи Ахмеда Яссави в городе Туркестан и выбрали его «трех киргиз-кайсацких алач ханом». В другой версии письма его выбрали ханом «казахского йурта Уч-алач» . Под словами «үш алаш» Абылай, по всей видимости, имеет ввиду три жуза [98]. Аргын Бухар-жырау - один из советников Абылай-хана называл казахов «он сан алаш» - десять санов алашов, где десять санов обозначают многочисленность [99]. Известный батыр и акын Махамбет Утемисов (1804 – 1846) в своих стихах в отношении всех казахов употреблял термин «алты сан алаш» - шесть санов алашов [101]. Один из поэтов Старшего жуза из племени Сиргели, воспевая своих прародителей говорил, что «среди алашов предок наш Ойсыл был старшим» [102]. Поэт из рода Берш Мурат Монкеулы (1843 – 1906) часто употреблял термин алаш. В айтысе с Жасклен-акыном он употребил присказку «Алаш та алаш болғалы, Алаша атқа мінгелі, Ала шұбар ту байлап, Алашқа біреу ұран бергелі» - «С тех пор как алаш стал алашом, и сел на пестрого коня, и повязал пестро-полосатое знамя, дали алашам боевой клич» [103]. Известный казахский поэт, мыслитель Шакарим Кудайбердыулы (1858 – 1931) также приводит эту присказку в виде «Алаш алаш болғанда, Алаша хан болғанда, қалмақты не қылмадық» - «Когда алаш стал алашем, когда был жив Алаша-хан, мы громили калмаков» [104]. Также очень важно отметить, что казахская интеллигенция начала XX века именовало свое движение «Алаш», а правительство «Алаш-Орда», что является весьма символичным и подчеркивает объединяющее начало термина «алаш» в отношении казахского народа.

Для единообразия терминологии смотрятся логичнее обозначения "правое и левое крылья' одного проекта (Орды/Дворца), что идентично понятиям Старший(Большой)/Младший жуз/орда https://t.me/samuraiwithout/2122 Так наверное корректнее?

Мне кажется, нет смысла изобретать геральдику Казанского ханства, стараясь задним числом привести ее в соответствие с канонами европейской геральдики (именно этим - без обид - на мой взгляд, занимается уважаемый автор). По сабжу: в Золотой Орде и образовавшихся после ее распада тюрко-татарских чингизидских государствах (в т.ч. в Казанском ханстве) символом, который с оговорками можно считать соответствием основному европейскому геральдическому символу - гербу, была тамга правящего хана (или правящей династии, как у Гиреев). Ее первоначально помещали на монеты, позднее - на ханские печати (по-тюркски тамга или по-персидски нишан), которыми заверяли ярлыки. Потому что (за некоторыми возможными исключениями вроде города Булгар или города Сарай) по чингизидским понятиям не территория обосновывала легитимность монарха, а личность правящего некоторой территорией (вилайет) и проживающим на этой территории народом (иль, улус) хана-чингизида давала этой территории статус ханства (государства/царства). Именно квадратную печать того или иного хана, содержащую басмалу, шахаду, имя и отчество правящего хана и (иногда) его девиз (тоже на арабском*) с тамгой этого правящего хана в центре печати и можно рассматривать как некоторый аналог государственного герба. Что касается дракона (Бараджа - это прозвание связывает его с булгарским племенем баранджар), то это действительно был распространенный среди населения Казанского вилайета образ, однако каких-либо документальных подтверждений его официального статуса нет. Очевидно, что после "Казанского взятия" русские выбрали его как расхожий "народный" символ по аналогии с символами своих княжеств - медведя (Ярославль), оленя (Ниж.Новгород) и т.п. Не могли же православные правители Царства Казанского использовать тамги с мусульманскими формулами ))) *Очень удачный девиз был на тамге/нишане Улуг Мухаммеда: من عدل ملک ومن ظلم هلک 'Справедливый царствует, тиранствующий погибает'.

Про отсылку к корням. И герб, и гимн, и гербовый знак - в одном ⬇️

⬆️ о булгарах и кочевых уграх (башкирдар/паскатирах), бывших длительное время ближайшими друг к другу политическими проектами

(Упоминание башгирд в Огуз-наме) После этого они все вместе переселились в области северных стран и направились в сторону К.р.л. и Башгурда 29. Сначала они добрались до высокой крепости под названием Улу Багур [Заки Валиди читает как Улу Балугур, что созвучно с "Булгар"]. Здешнего правителя звала Кара-шит Ягы 30. Огуз одержал верх над его войсками и подчинил тамошние края. За то, что Огуз ко всякому проявлял милосердие и любовь, и взрослые, и старшие дали ему имя «Огуз ака 31» Когда начинался поход против К.р.л. и Башгурдов, [32] то к Огузу собрались люди из девяносто тысяч юртов и поэтому их стали называть Он тогуз Огуз. В пути Огуз обнародовал приказ о том, что «всякий, кто отстанет в пути, должен быть наказан по закону (яса), чтобы не отставал». Но среди них была группа весьма престарелых лиц, которые из-за старости не были в состоянии исполнить подобные приказы Огуза. Их участие в сражениях тоже было невозможным. И, они дали знать Огузу о своей немощи и слабости. Тогда Огуз приказал: «В таком случае вы все оставайтесь здесь». Эта местность, расположенная близ Алмалыка, называлась Ак-кая [Ак-кая, по-персидски означает «проход белой (сефид) горы»]. Среди этих стариков был один весьма дальновидный, умный, бывалый, постигший все житейские премудрости, которого звали Йуши Ходжа, [что на тюркском языке означает «пожилой человек», а на монгольском языке Калсан-ку. На тюркском языке пожилых называют ходжа, ибо слово ходжа в действительности тюркское, но не персидское или арабское]. У него (старика) был сын по имени Кара-Сюлюк 32. И сказал отец сыну: «Вы вступаете на неизвестный путь, а среди вас нет ни одного умудренного жизнью человека. Что же вы станете делать, если встретитесь с затруднениями? Не лучше ли будет, если вы возьмете меня с собой, и я когда-нибудь вам пригожусь?». Сын ответил: «Послушай отец, как я могу противоречить повелению Огуза?». Однако, в конце концов, они прекрасно устроили его в сундуке, погрузили на верблюда и прихватили с собой. Что касается жителей страны К.р-л. и Башгурд, то они были весьма необузданными и коварными. Из-за своей гордости и надменности они не склоняли свои головы ни перед одним владыкой. Огуз захватил их падишаха по имени Кара-шит. К.р.л. и Башгурды стали илем и обязались выплачивать дань. — Рашид ад-Дин Фазлаллах Огуз-наме (кон. 13 в. записан Рашид ад-Дином, но устный эпос гораздо более ранний)

Необходимо учитывать, есть мнение, что кыпчаки это политический проект, а не этническое явление в его современном понимании. https://t.me/terra199/3168 Потому, вероятно, более корректно утверждать не через призму модерновых наций, а через политические проекты тех времëн, которые могли включать и различные (в современном понимании) этнические группы?

Заметил, что часто при изучении истории определенного племени возникает соблазн вывести его происхождение из соседних народов (ногайцев, узбеков, башкир, сибирских татар). Да, в их истории они зафиксированы письменными источниками. А в нашей к сожалению отстуствуют сведения о родоплеменном составе в XV - XVI веках. Но это не дает никаких оснований заявлять об отсутствии этих племен составе казахов в этот промежуток времени. Наличие их у соседей тоже не дает оснований в этом. Особенно часто возникает ситуация что одно племя (да почти все) присутствуют у ногайцев и у узбеков по письменным данным, а по присутствию у казахов сведения найти сложно. Сложно поверить что казахи находящие как раз между ногайцами и узбеками не имеют данных племен. Также стоит помнить о том что до конца XVI века мы были практически тремя осколками одного народа: узбеки-мангыты (ногайцы), узбеки-казаки (казахи), узбеки-шибанцы (среднеазиатские узбеки и сибирские татары). То есть один народ разделённый на три политические группы. Если в двух их них есть эти племена было бы странно, чтобы в третьей группе их не было. Пусть даже нет сведений об этом. Также стоит помнить что казахи изначально складывались как казакующая группа под названием "узбек-казак". А в таких группах могли находиться осколки асболютно различных племен средневековых узбеков (не путать с современными). В итоге, хотел сказать что не следует выводить наши племена как пришельцев из соседних краев. Такое отношение к собственной этнической истории как ко второстепенному придатку историй соседей превратилось в какой то тренд. На мой взгляд большая часть казахских племен находились в составе казахов изначально со времен Урус хана. Когда урусиды теряли власть то эти племена само собой входили в подчинение других династий (Тохтамыша, Едыге, шибанидов), поэтому некоторых предков казахских племен можно встретить у них (алшинов, найманов, аргынов, кыпчаков, уйсунов и тд).

С географией вопрос решили. Давайте теперь перейдем к социальному контексту. Подобное глубинное присутствие в регионе не могло остаться бесследным. Политические субъекты, оформившиеся в регионе сразу после выхода Золотой Орды из игры, наследовали принципы и нормы Джучидов в самых разных своих проявлениях. В первую очередь, стоило бы упомянуть язык. Именно благодаря былой инфраструктуре и оформившейся географии расселения обществ, сохраняется лингвафранка Золотой Орды - “тюрки”. Это исламизированная форма тюркского литературного языка, которым пользовались мусульманские народы за пределами Османского султаната, где в обиходе был сильно иранизированный османский. На тюрки говорило практически всё пространство нынешнего СНГ. Известно, что еще во времена Ивана Грозного местная знать при Московском дворе переговаривалась именно на этом языке (тот же Темрюк Идаров вел переговоры с царем на тюрки). Лингвафранка постордынского пространства была упразднена уже в Российской империи Петром I, прорубившим окно в Европу, а вот на Кавказе он оставался актуальным вплоть до начала XX столетия. Носителем тюрки был каждый, кто занимался торговлей, политикой, войной или религией. Язык могли знать и простолюдины из тех обществ, которым часто приходилось кочевать, либо находиться в плотных контактах с иноязычными соседями. Тут ничего удивительного нет, учитывая что представители населения Северного Кавказа могли знать несколько местных языков и в более поздние периоды истории региона (яркий пример). Следующий пункт - традиции. Зацикленность каждого кавказского народа на присвоение себе абсолютно идентичных в регионе адатов - это своего рода адат современности. Наличие одинаковых установок (моральных/этических/юридических), казалось бы, должно намекать на общие корни. Одним из таких корней может быть общая ордынская культурная матрица народов Центрального и Западного Кавказа. К примеру, негативное отношение в адатах к бракам с двоюродными/троюродными, тема про 4 или 7 поколений и т.д. - всё это чисто юридический запрет, тянущийся со времен Чингизхана и не отменный шариатом в период правления Узбек хана. А наши сегодня любят кричать о том, насколько нам чужд “арабский” Ислам, ссылаясь на дозволенность в религии заключать подобного рода браки. Так этот запрет привнесли нам те же люди, что позднее начали в регионе планомерную исламизацию. Чуть расширяйте свой кругозор, товарищи. Таким образом, мы приходим к тому, что аристократические проекты кавказской равнины оставались проводниками ордынской культуры уже в постордынский период. Частью этой культуры был и третий фактор, который мы затронем - религия. Вся эта цепь городов, формировавшая внутреннюю инфраструктуру Ак-Орды, породила полноценную исламскую городскую культуру в регионе. Это торговля, ресурсы, миграционные процессы, тысячи представителей отдаленных стран и империй, оказывавшихся здесь по совершенно разным причинам - религиозный призыв (даават), торговля, политика, наука и т.п. Именно при хане Узбеке территории Центрального и Западного Кавказа становятся "дар-уль-Исламом" (землей Ислама). Кстати, именно с этим связаны постоянные притязания на власть в регионе османских султанов, провозгласивших себя позднее халифами. Однажды обозначенный "дар-уль-Исламом" регион не может находиться вне власти живого халифа, а если население перестало исповедовать религию, то обязанность халифа - исправить ситуацию, ведь земля то Исламская считается. Очевидно, что большàя доля кавказского населения на тот период времени исповедовала номинально христианство (по сути местечковый синкретизм), но также очевидно, что активный процесс исламизации был уже запущен, в особенности среди местной равнинной аристократии. Ислам изначально стал распространяться в ханафитской формации. Особенность исламизации этой части Кавказа заключается в связке религии с аристократическим слоем населения. Это сильно отличало местный контекст от дагестанского, где исламизация изначально проходила “горизонтально”. Продолжение следует...

Маджар-уынэ (на адыгском) название Нижне-Архызского городища. На территории нынешней Кабардино-Балкарии есть курганы, восходящие к данному городу. В российской историографии Маджары упоминаются в 1717 г. в период правления Петра I. Впервые описывает развалины древнего города капитан артиллерии Иоганн-Густав Гербер. Также у нас есть зарисовки многих художников того периода М. Некрасова, И. Гильденштедта и П. Палласа (прикреплю все имеющиеся фотографии и картины в комментариях под завершающей этот цикл публикаций). К 1848 г. от останков древнего города практически ничего не остается. Как пишет французская путешественница: Адель Оммер де Гелль в своей книге "Путешествие по прикаспийским степям и югу России": Покинув Бургун-Маджары, мы пересекли местность, где в былые времена находились знаменитые Маджары, прошлое которых до сих пор — загадка для историков. От них осталось только несколько кирпичей — свидетелей их существования. Русские привезли их сюда, чтобы построить свою деревню. На границе между КБР и РСО по сей день стоят развалины легендарного Татартупского минарета - центр еще одного средневекового золотоордынского города под названием Джулат. Во времена хана Узбека в Татартупе находился мощный гарнизон ордынских войск, активно проповедовался Ислам, велось масштабное строительство мечетей в регионе. Согласно археологическим данным, в это время были построены две грандиозные мечети с самыми большими на тот момент минаретами на всем Кавказе. Большая из них была соборной (джума-мечеть) и проводила службы по пятницам и большим праздникам, меньшая — удовлетворяла повседневные местных мусульман. Османский путешественник XVII в. Эвлия Челеби отмечал: Видны остатки древних зданий <…> На дверях сохранились надписи и даты… Когда смотришь на этот город с высоты, то видишь 800 старых зданий. Во время активных раскопок в 1960 г. за пределами здания одной из мечетей было обнаружено множество захоронений, произведённых по мусульманскому обычаю (тело вытянуто на спине, головой на запад, лицом к югу, без каких-либо вещей). В некоторых захоронениях обнаружены куски рога, что напрямую указывает на традиционный похоронный обряд кабардинцев (в частности, представителей именно мусульманской аристократии Кабарды). О том, какую роль играл Татартупский минарет в истории Северного Кавказа после ухода Золотой Орды с политической арены и формирования известных нам политических формирований (кабардинские княжества, шамхалат, ногйские орды, крымское ханство и т.п.) мы поговорим в дальнейших публикациях. Если продолжить поиски былого ордынского присутствия восточнее нынешней РСО, то мы попадаем в с. Плиево в Назрановском районе Республики Ингушетия. Там мы находим уникальный архитектурный памятник и мусульманский мазар (с араб. مزار ‎ — букв. “место, которое посещают”)- Борга-Каш (с инг. "могила Боргана"). Три плиты с арабскими надписями у входа в мазар сообщают нам, что данное сооружение построено в 808 году по хиджре (1405–1406 гг.) для захоронения некоего "Бек-Султана, сына Худайнада".

🇰🇿Последняя публикация вызвала ряд вопросов о тюркских именах представителей кабардинской аристократии. Постараюсь подробно разъяснить в небольшой серии публикаций. С XIII по XV вв. Северный Кавказ попадает под административное, культурное и социально-экономическое влияние Улуса Джучи (Золотой Орды). Субъектность региона подчеркивается наличием собственных границ внутри Улуса и своей местной администрации. Новообразование получает название Ак-Орда, что переводится как "Белая Орда". В западную часть Белой Орды входили территории Северного Причерноморья и Крыма, а в восточную - Поволжья и Северного Кавказа. Западная часть Орды стала владением Куремсы и Ногая, а восточная — Батыя, Берке и других Джучидов. Городская инфраструктура в Ак-Орде начинает формироваться с 1313 г. в период правления Узбек хана, также известного своим титулом "Султан Гийас ад-Дин Мухаммед". Именно Узбек хан делает Ислам официальной религией всей Золотой Орды, в том числе и Северного Кавказа, административно входившего в состав Ак-Орды. К чему приводит провозглашение Ислама, как государственной религии? Во всех регионах Орды начинается строительный бум и Ак-Орда не становится исключением. Основание города Хаджи-Тархан (Астрахань) приходится именно к этому периоду. Город становится религиозным и культурным центром для всего региона (в том числе и Северного Кавказа), тут же располагается новая осенняя резиденция правителя Золотой Орды. Арабский путешественник Ибн Баттута посетил этот город вместе с Узбек-ханом в 1333 году: Мы отправились в путь с султаном и со ставкою и прибыли к городу Хаджи-тархану <…> Это один из лучших городов, с большими базарами, построенный на реке Итиле, которая одна из больших рек мира. Султан остаётся здесь до тех пор, пока усиливается стужа и эта река замерзает. Замерзают и соединённые с нею воды. Потом он приказывает жителям этого края привезти несколько тысяч возов соломы, который они кладут на лёд, сплотившийся на реке. По этой реке и соединённым с нею водам ездят в арбах на расстоянии 3 дней пути. Часто по ней проходят караваны, несмотря на конец зимней стужи, но при этом тонут и погибают. Именно из Хаджи-Тархана начинается сеть городов Ак-Орды, уходящих вглубь северокавказского региона. Ближайший к Ак-Орде город - Маджары (нынешний Будённовск, Ставропольский край). Тот же Ибн Батута пишет: Город Маджар большой, один из лучших тюркских городов, на большой реке, с садами и обильными плодами. Мы остановились там в ските благочестивого, религиозного, престарелого шейха Мухаммеда Эльбатаиха, родом из Батиаха Иракского (…). В ските его около 70 факиров арабских, персидских, тюркских и русских, женатых и холостых. Живут они подаяниями. Жители этой страны питают большое доверие к факирам и каждую ночь приводят в скит лошадей, коров, овец. Султан и хатуни сами посещают шейха и получают от него благословения. Они расточают милостыню и раздают большие подарки, в особенности женщины, которые делают большие подаяния и творят добрые дела. В городе Маджаре мы совершили соборную молитву, по окончании которой на амвон взошёл проповедник Иззеддин (или Медждэддин), один из правоведов и знаменитостей Бухары, у которого было множество учеников и чтецов, читавших перед ним. Он произнёс проповедь и увещания, причём присутствовали начальник города и старейшины его. На базаре этого города я увидел еврея, который приветствовал меня и заговорил со мною по-арабски. Я спросил его, из какой он страны, и он сообщил, что он из земли Андалусской (Испании), что он прибыл оттуда сушей, а не ездил морем, и приехал через Константинополь Великий, через Румские земли и страну Черкесов. Он упомянул также, что с тех пор, как он был в Андалуссии, прошло 4 месяца. Торговцы странствующие, которые знакомы с этим делом, подтвердили правильность его слов.