Метелкин

https://youtu.be/zYfRnOIxQ4Y?is=XowMsPzcT_jVUzJS Новое видео. В России все еще бонапартизм?

https://youtu.be/zYfRnOIxQ4Y?is=XowMsPzcT_jVUzJS Новое видео. В России все еще бонапартизм?

Илья Гантварг записал видео, где раскладывает по полочкам, почему: 1) надо идти на выборы 2) надо голосовать за КПРФ, даже если сама партия вам несимпатична (а поводов ее не любить хватает). Это видео можно смело кидать тем, у кого еще нет позиции, кто сомневается или даже думает, что выборы не имеют значения. Имеют.

​​Без права на адвоката? В Израиле уже девять дней держат под замком российского критика сионизма 2 августа петербургский историк, публицист и колумнист TRT на русском Артем Кирпиченок прилетел в Тель-Авив из Еревана — и пропал. Последнее сообщение, «прилетел», он отправил в 10:41, через несколько минут связь оборвалась. По данным полиции, погранконтроль в Бен-Гурионе он прошел в 14:00 и с тех пор официально находится на территории страны. 5 августа бывший депутат Госдумы Дарья Митина сообщила, что его держит ШАБАК — Общая служба безопасности Израиля. Кирпиченок — кандидат исторических наук, автор книг «Народная история Израиля» и «Израиль: Путь к катастрофе», пятнадцать лет прожил в Израиле, окончил Еврейский университет и отслужил в ЦАХАЛе. За последние десять дней по делу Кирпиченка прошло два судебных заседания — но ни адвокату Инне Лед, ни назначенному государством защитнику встретиться с ним так и не позволили. Решение о его дальнейшей судьбе Израиль должен был принять 10 августа; срок прошел без комментариев, задержание официально до сих пор не подтверждено. По версии близких Кирпиченка, причина ареста не в конкретном поступке, а в его текстах — многолетней ревизии официальной израильской историографии, от периода создания государства до нынешней войны. Они проводят параллель с историками на Западе, которые лишились кафедр по обвинениям в антисемитизме: если там неудобное прошлое вымарывают академическим остракизмом, в Израиле в ход идет тюрьма. Российское посольство говорит, что к нему никто не обращался, но запрос израильской стороне отправлен. Тем временем, бывшие товарищи Кирпиченка по Марксисткой Тенденции (МТ) организуют кампанию солидарности с историком. Кейс Кирпиченка говорит о нарастающей секьюритизации государства Израиль и дальнейшей эрозии института гражданства: если раньше репрессии и особый порядок были в подавляющем большинстве случаев направлены на палестинцев (на 2026 год без предъявления обвинений в израильских тюрьмах содержится почти 8 тысяч палестинцев, о состоянии которых родственники могут не получать никаких сведений годами), то теперь «полноценные» граждане тоже оказались под угрозой.

https://t.me/leftconservativenotes/759 leviy konservator - diss na zizeka i raddem.mp3

Неожиданно для себя нашел в этом тексте место для того, чтобы поработать по профилю — как историк интернационализма. Для перспективы сравнил в паре абзацев внутреннее устройство и принятие решений в спортивной организации ФИФА с МВФ и ООН: «У ФИФА есть серьезное отличие от привычных международных институтов. Для примера: ООН и МВФ живут на взносы государств — деньги идут снизу вверх, и потому вопрос „кто сколько внес" неизбежно превращается в вопрос „кто сколько решает". ФИФА же зарабатывает сама, на правах и спонсорах, и раздает деньги вниз, национальным федерациям. Причем раздает так же, как считает голоса в процедурных вопросах, — поровну всем странам. В Международном валютном фонде вес голоса определяется размером экономики: у США 16,5%, а важнейшие решения требуют такого сверхбольшинства, что заблокировать их США могут в одиночку. В ООН модель гибридная — голоса равны, зато неравны деньги: страны платят „по способности", для крупнейшего плательщика (это уже давно США) есть потолок, а минимальный взнос на страну составляет несколько десятков тысяч долларов. Плюс отдельно работает Совет Безопасности, где неравенство и лидерство „великих держав" узаконено прямо. Новая реформа Инфантино, как и вся стратегия ФИФА последних десятилетий, играет на неравенстве бюджетов: бедным федерациям важны новые выплаты, взамен президент ФИФА рассчитывает на их голоса — в том числе на очередных выборах главы организации. Для стран побогаче лояльность покупается иначе».

https://t.me/thesisEleven/959 Знаменитые теории среднего уровня, такие как: ну, вы знаете, Путин ведет себя как пацан, поэтому в любой непонятной ситуации он сначала спрашивает «чо думаешь я не перелезу?», а потом перелезает. Жора Крыжовников предупреждал нас уже давно! https://youtube.com/shorts/F9BgC8Sy2gM?is=i586PeMVAq4IOqje А серьезно, если вам не интересна теория, а интересен разбор путинской «кукухи», то стоит в этом хотя бы честно признаться для начала.

Очень толковая иллюстрация того, как выглядят производственные цепочки на примере дронов и почему разные группы российских бюрократов мешают друг другу. https://t.me/ejdailyru/411858

Меня, как и других антикапиталистических левых, корежит и смешит такая постановка проблемы. Вот здесь в хорошем политфилософском подкасте специально обученные люди с юмором разбирают эти идеи и называют их «соевым Шмиттом», указывая на то, что совершенно непонятно…

Меня, как и других антикапиталистических левых, корежит и смешит такая постановка проблемы. Вот здесь в хорошем политфилософском подкасте специально обученные люди с юмором разбирают эти идеи и называют их «соевым Шмиттом», указывая на то, что совершенно непонятно, чего Шанталь Муфф в итоге предлагает? Мы живем в либеральной демократии, где политика толерантна и к капиталистам, и (все чаще) к фашистам. Можете выходить на публичную арену и спорить с ними об истине, а потом опускать бюллетень в урну за любимых кандидатов. Иного горизонта Муфф не задает. Идеи Муфф и Лакло были на пике популярности после глобальной рецессии, когда их взяли на вооружение левые популисты и социальные движения (некоторые из них оформились в новые политические партии). Эту остановку левые в глобальном масштабе уже проехали и проанализировали итоги в разной литературе и публицистике. В Европе самое большое напоминание об этой стратегии, пожалуй, — влияние левых популистов на испанских социал-демократов и Педро Санчеса. Что этап уже пройден — это в тексте РадДема, кстати, отмечается, но непонятно, почему в 2026 году кто-то пытается по инерции ехать на том же теоретическом багаже (который всегда был сомнительным). Несмотря на дежурные ссылки на демократические эксперименты в текстах РД (вроде Рожавы и Альенде), тексты в основном евроцентричны. Причем евроцентризм этот сплошняком состоит из скучных, иногда — неактуальных клише (Франция, Германия, Ле Пен, АдГ, Трамп, Рейган-Тэтчер, неолиберализм, неолиберализм, неолиберализм, подлечить идеями Пикетти, еще одна ссылка на Пикетти, еще одна ссылка на Пикетти...). Ощущение, что анонимные авторы текстов просто не следят за левой политической и интеллектуальной сценой в последние 7-10 лет. А мы точно все еще живем в неолиберализме? Вообще говоря, на этот счет есть большие дискуссии. А в Европе точно больше нет актуальных практических примеров для левых? В Бельгии прямо сейчас в парламенте и местной политике успешно действует крупная марксистская партия, например. Не очень понятно, для кого написаны эти тексты? Почему они анонимны? Забавно выглядит и само приглашение к дискуссии. Это как бы публичный разговор, но вести его рекомендуют в комментах на Сигме или писать РадДему на почту. Публичность, но такая, чтобы никто не увидел! Зато в какие-нибудь отчеты и презентации можно добавить как «публикацию программных текстов», понимаете. И так у вас во всем, ребята, по моим внутренним и внешним наблюдениям. P.S. (большое). На самом деле, к «левому Шмитту» можно относиться по-разному (хотя сочетание и звучит как оксюморон для многих традиционных левых). Разделение на «друзей и врагов», наверное, может быть необходимым элементом политики, если конечной станцией вы называете революцию и некий учредительный момент, когда вам нужно «газовать» за народный суверенитет. Но это не про пару Лакло-Муфф, а скорее про другого теоретика — Андреаса Каливаса. Основной практический вдохновитель радикальной демократии на русском, Саша Замятин, отстранился от тусовки «радикальной демократии» и, судя по его тг-каналу, теперь «торчит» как раз на Каливасе и учредительном моменте. Но радикальная демократия российского разлива, на мой взгляд, является антимарксистской еще в одном измерении — в своем отрицании абсолютной левой классики, связанной с публичной работой. Раддемовцы протаскивают под видом некоего здравого левого смысла (безумное) утверждение о том, что левые не должны всерьез заниматься словами/агитацией/пропагандой/медиа. Мол, мы ждем учредительного момента, когда политическое придет в нашу жизнь по-настоящему, и вот тогда-то можно будет обсудить все всерьез — в конкретных ПРАКТИЧЕСКИХ обстоятельствах. Больше всего меня коробит, когда этому искусственному разделению теории и практики придают какой-то внешний марксистский пафос. Где это написано и на что опирается — загадка. Поколения левых вот уже третий век подряд занимаются прямо противоположным — анализом, теоретической и медийной работой независимо от того, можно прямо сейчас выйти на баррикады или нет. (продолжение ниже)

https://t.me/DespairAndCivism/1071 РАДИКАЛЬНАЯ ДЕМОКРКАТИЯ. ЛЕВЫЕ ПРОТИВ (СО)ОБЩЕСТВА? Прошу прощения у товарищей, что нарушаю установленный порядок проведения дискуссии («в Сигме или на почту»). Напишу по старинке в соцсетях, раз есть запрос на фидбек. Фундаментальная проблема «радикальной демократии» — в радикальной демократии. Общая теоретическая рамка — это суррогат идей философов Эрнесто Лакло и Шанталь Муфф, переработанных на российской почве на факультете политфилософии Шанинки, под влиянием политической практики (довольно ограниченной по масштабу и времени). Практика эта, по большому счету, сводилась к одной думской кампании и (одной?) муниципальной. То есть к электоральным процедурам, хотя риторический пафос радикальной демократии российского разлива всегда был в лозунге «демократия — это не выборы». Но ответ на вопрос, что же такое демократия сегодня, никто так и не дал. Эта теоретическая рамка в буквальном смысле является антимарксистской и антикоммунистической. В своем творчестве политфилософиня Шанталь Муфф прямым текстом говорит, что не согласна с традиционными левыми (марксистами) в их идее о том, что у людей есть заранее данные классовые интересы. Муфф считает, что человечество никогда не сможет преодолеть некий всегда присущий политике антагонизм. Политическое при этом всегда господствует над социальным (к которому Муфф, как и Ханна Арендт, к слову, относится с пренебрежением). Общие интересы де-всегда конструируются через дискурс (ехал дискурс через дискурс) и общее недовольство конкретными проблемами, а дальше находят выражение в современной популистской политике (цепочки эквивалентности между разными требованиями — вот это вот все). В этом интеллектуальном споре они выбрали Карла, но другого. Муфф опирается на «коронного юриста Третьего рейха», философа и правоведа Карла Шмитта для того, чтобы критиковать и либералов, и марксистов (guilt by association, ага! — но здесь можно). Шмитт, напомню, считал, что в политике мы делимся на «врагов» и «друзей» — и этот конфликт нельзя преодолеть. Муфф же говорит, что нам не нужны крайности, которые могут следовать из идей Шмитта, но соглашается с тем, что антагонизм политического люди никогда не смогут преодолеть до конца, и дальше придумывает свою странную концепцию «агонистической демократии». Агонизм — это как бы политическая драка, но не смертельная. Муфф парадоксальным образом считает, что вечный и неустранимый конфликт защищает общество от поползновений тоталитаризма (левых или правых), когда всех членов общества принуждают к общей истине. Несмотря на то, что Муфф на словах вводит различение между «оппонентами» и «врагами» — мол, особо буйных человеконенавистников из «агонистической борьбы» стоит исключить, что это значит на практике и где проходит граница — ответов не дает. Кроме того, отказ этой же теории от претензии на истину сталкивает ее в убийственное противоречие. Сначала вы отказываетесь от любого объективного основания, уравнивая все позиции в их претензии на истину (ведь вам не нужны марксисты, которые найдут политэкономическую правду ДО «политической практики»), но потом все-таки протаскиваете нормативное измерение: плохих людей в Политическое мы все-таки не пускаем. Тут, конечно, хочется громко пошутить про то, что такой примат политики над экономикой (и вообще разделение политики и экономики) — это особый тип СДВГ. Ну вот хочется некоторым интеллектуалам с невозмутимыми лицами и античным пафосом вечно делать «политику» и конкурировать в этом друг с другом, ничего не поделаешь. Иначе как объяснить это вечное присутствие политического конфликта в жизни? И самое главное: при чем здесь общее/общественное благо? Ведь интересы людей объективны. Нам нужны еда, жилье, медицина, образование, планета, пригодная для жизни, и свободное творческое развитие в гармонии с другими видами. Капитализм и капиталисты лишают нас этих возможностей, их классовые интересы прямо противоположны нашим. (продолжение ниже)

«Коммерсантъ» в деталях описывает, что произошло с женщиной курьером, которая принесла бомбу в ресторан в высотке на Кудринской. Предположительно, там проходил день рождения главкома ВКС России Александра Чайко. Мясные штурмы, мясные ходячие бомбы — так и живем.

Ну что. Кажется, настало время поговорить про радикальную демократию (то есть про слабую и одновременно вредную теорию)

На этой неделе неожиданно для себя мы узнали, что у коммерциализации футбола есть пределы. Президент мировой футбольной федерации Джанни Инфантино, кажется, взял на себя слишком много. Он захотел создать отдельную компанию, которая взяла бы под контроль коммерческие права на главные турниры планеты (включая мужской и женский чемпионаты мира), и продать в ней крупный пакет (20–21%) частным инвесторам. Якорным инвестором должен был стать фонд Thrive Capital, которым владеет Джошуа Кушнер, младший брат Джареда Кушнера, зятя Трампа. Европейская футбольная ассоциация (УЕФА) единогласно и молниеносно, после одного созвона, в лице всех 55 стран-членов решила тряхнуть спортивным аналогом ядерной кнопки. Они выпустили резкое коллективное заявление и пригрозили остановить участие всех европейских стран в мировых чемпионатах — и мужских, и женских. Текст— прямо-таки левацкий манифест, посмотрите: УЕФА и её национальные ассоциации не будут участвовать в турнирах ФИФА. <…> Это не просто глубокий провал руководства, а отречение ФИФА от долга хранителя мирового футбола. Национальным ассоциациям по всему миру теперь поставлен ультиматум: смириться с необратимым захватом величайших турниров футбола — или нести последствия. Это не «демократическое решение», а управление через запугивание — акт принуждения, недостойный института, которому вверено попечение о мировой игре. Но наше несогласие выходит далеко за рамки процедуры. В тот момент, когда внешние инвесторы получат долю в собственности на турниры ФИФА, футбол изменится навсегда. Коммерческая отдача становится постоянным обязательством. Ожидания инвесторов — ежедневным давлением. С этого момента любое решение о международном календаре, любое решение о форматах турниров и любое решение, определяющее будущее футбола, будет продиктовано не тем, что лучше для игры, а тем, что лучше для акционеров. Этой модели нет места в мировом футболе. Будущее футбола не может диктоваться ожиданиями тех, чья первая обязанность — максимизировать финансовую прибыль. Как и интересы национальных ассоциаций, лиг, клубов, игроков и болельщиков не могут быть подчинены доходам инвесторов. Футбол не может закладывать своё будущее ради денежной выгоды. Позиция Европы ясна. Мы никогда не дадим этой модели свою легитимность. Ни у кого нет морального права продавать то, что ему лишь доверено сберечь для следующего поколения. Здесь не будет восторженных лозунгов о том, что Европа всех спасет, посыпанных цитатами сумасшедшего трикстера Славоя Жижека. Дело, конечно, в том, что переговорные позиции европейской футбольной ассоциации несравнимо сильнее — это отражение глобального неравенства, а не смелости УЕФА. Дальше к этой критике потихоньку, без ультиматумов начали присоединяться другие региональные федерации футбола. А потом по Инфантино «вдарили» уже внутри собственной организации: старший советник подал в отставку в знак протеста, а операционный директор ФИФА публично назвал затею «проектом одного человека». То есть таймлайн такой: во вторник Инфантино выкатил план-предложение крупной коммерческой реформы мирового футбола, а в пятницу ФИФА уже дала заднюю в официальном заявлении. Организация решила отказаться от планов и фактически признала их плохой затеей. В этой истории есть все: предстоящие выборы президента ФИФА в 2027-м, попытка задобрить 211 национальных федераций футбола быстрыми выплатами (где видно все то же деление стран и регионов на более и менее зависимые), внутренние и внешние расколы, деньги родственников Трампа. Пишу текст про эти страсти. Выйдет на будущей неделе.

После третьей, четвертой, пятой мировой ядерной войны—короче, любого масштаба апокалипсиса—можно быть уверенным, какие-то вещи в нашей жизни останутся неизменными. Бог послал нам российских либералов, чтобы они своей неадекватностью «заземляли» нас всех в любые времена. Смотришь и думаешь: а, ну эти дураки на месте, значит, живем-живем еще.

Как отвечать хейтерам в соцсетях. Инструкция от экономиста Бранко Милановича

В июне–июле у меня случилась большая пауза в публичной активности. Помимо того, что лето — вроде как «не сезон», и иногда просто хочется отдохнуть, есть более весомая причина. Я начал работать фуллтайм курьером в платформах доставки еды. Я взял в лизинг вот…

В июне–июле у меня случилась большая пауза в публичной активности. Помимо того, что лето — вроде как «не сезон», и иногда просто хочется отдохнуть, есть более весомая причина. Я начал работать фуллтайм курьером в платформах доставки еды. Я взял в лизинг вот этот прекрасный китайский электровелосипед (см. фото внизу) и уже проехал на нем по Вильнюсу 3300 километров за 7 недель. Вряд ли есть еще одна европейская столица, где можно так же безопасно и комфортно работать курьером. Как сказал мой коллега из Алжира, когда мы обсуждали тему: «В Париже даже если у тебя нет байка, у тебя всё равно украдут байк». В Вильнюсе — ничего такого. Очень низкий крайм-рейт, компактный город, много районов с дачными загородными вайбами (коттеджи, парки, леса, речка, пруды). При этом еды заказывают прилично, то есть работы хватает даже летом. Людям, которые живут в Западной Европе, обычно сложно представить, насколько Вильнюс белый город. Здесь редко встретишь небелых людей, сюда сложно приехать мигрантам из стран Глобального Юга. Присутствие нескольких сотен курьеров-доставщиков, в основном из Индии и Бангладеш, выглядит в глазах местных как странное и неожиданное нашествие. Однажды мне в спину закричал пьяный мужик: «О, литовский курьер!» Не совсем, дружище, не совсем… хоть и белый. Все это особенно заметно в восточноевропейской культуре, где улыбка и дружелюбный смолл-ток не входят в привычный репертуар общения. Очень часто люди просто пялятся на меня и моих коллег на улице, как будто мы пришельцы. Если на Полимаркете вдруг начнут принимать ставки в духе «используют ли литовские правые популисты тему курьеров в своей антимиграционной риторике», то я бы сказал, что надо ставить. Думаю, что это вопрос времени. Или они уже начали это делать? Я не так активно слежу за местной политсценой (где у власти до недавнего времени находилась, только вдумайтесь, коалиция социал-демократов и крайне правой «Зари Немана»). Но мигрантам в Литве (особенно из России, особенно с левыми взглядами) не стоит сильно погружаться в местную политику — от греха подальше. Вы можете удивиться, но к самой работе в двух платформах у меня пока ноль претензий. Никаких штрафов, деньги нормальные. Столько же я мог бы получать на базовой позиции в медиа или НКО. Но я не хочу работать там — это осознанный выбор. Карьерные треки некоторых (бывших?) товарищей меня, откровенно говоря, смущают. Это было бы личным, если бы не было политическим. Люди продолжают приватизировать сообщества, чтобы говорить от лица неких российских левых/прогрессивных сил, и хотят сделать или уже сделали это своей работой. Все это происходит во-многом на закрытых нко-шных встречах и конференциях, о которых вы даже не узнаете. Понятных организаций, крепкого сообщества с общими идеями, исследований и анализа, агитации и пропаганды, адекватной публичной работы (то есть всего, чем должны заниматься левые) — нет, а отдельные персоны со своими карьерными треками — есть. Такой вот парадокс. Что еще? На мою майскую критику евроцентризма Жижека ответил сам Славой у себя в Сабстеке. Безвозвратных потерь от этого события нет, но пострадал как минимум один российский философ: «С кем спорит Жижек?! Почему с министром Алихановым и каким-то Метелкиным?!». Умора. Сам отпуск и отдых от публичной активности идет на пользу. Остро ощущаю, что должен сделать и написать вместе с товарищами много важного прямо сейчас, что никто, кроме нас, этого не сделает и что публичность стала важной частью моей жизни, без которой я чувствую себя не на своем месте. Почему я описываю это через слова должен/долг? Потому что: 1) some of us are still Marxists, you know 2) these boots are made for stomping Таковы объективные обстоятельства, в конце концов.