ПРОСТО МАРКСИЗМ ☭ JUST MARXISM

⬅️ ФОТО-ИСТОРИЯ №209 Случайная подборка старых фотографий. 🧭 МЕНЮ☭ 🔥 Клёвый чат!

▫️Атомная бомба, которой мы перестали бояться 6 августа 1945 года атомная бомба в одно мгновение уничтожила Хиросиму и около ста тысяч её жителей. Однако ужас случившегося не остановил ядерную гонку. В последующие десятилетия планета превратилась в огромный испытательный полигон: в атмосфере, под землёй и под водой было произведено более двух тысяч ядерных взрывов. Поначалу к ним относились почти как к демонстрации научно-технического прогресса. Военные наблюдали за грибовидными облаками, политики рассуждали о стратегическом преимуществе, а детям объясняли, как прятаться под школьной партой. Затем всё же пришло понимание: ядерная война — это не просто большая война. Это возможность уничтожения самой цивилизации. Страх оказался вполне действенным. Возникли массовые антивоенные движения, появились договоры об ограничении вооружений и запрете испытаний. Миллионы людей боролись за безъядерный мир — и какое-то время это работало. Правда, иногда борьба с ядерным оружием превращалась в борьбу с ядерными технологиями вообще. Бомба, электростанция и медицинский реактор оказывались в одном символическом ряду. Вместо вопроса о том, кто и для чего использует технологию, возникало требование просто запретить всё ядерное. Но атомная бомба и ядерная энергетика — не одно и то же. Ядерные технологии могут разрушать города, а могут освещать их и лечить людей. Проблема не в атоме как таковом, а в общественных и политических силах, которые им распоряжаются. Сегодня мы наблюдаем обратную крайность. Разговоры о тактическом ядерном оружии всё чаще звучат так, словно речь идёт всего лишь о более мощном артиллерийском снаряде. Обсуждаются «ограниченные удары», «демонстрационные взрывы», «контролируемая эскалация» и другие успокаивающие словосочетания. Слово «тактическое» и ставшая привычной аббревиатура ТЯО создают опасную иллюзию, будто возможна маленькая, ограниченная и управляемая ядерная война. Будто можно применить одну или две бомбы, добиться нужного политического решения — и спокойно остановиться. Но ядерное оружие не признаёт границы между тактикой и стратегией. После первого взрыва дальнейшее развитие событий будут определять уже не планы политиков, а страх, ошибки, автоматические системы и ответные действия. За восемьдесят один год атомная бомба не стала менее страшной. Это мы привыкли к мысли о ней. Но это явно не то, к чему стоит привыкать, если человечество хочет выжить! 🧭 МЕНЮ☭ 🅰️ АНАЛИТИКА 🔥 Клёвый чат!

Свободное время — подарок капитализма или завоевание рабочих? Ответ на колонку наследницы империи Кохов Недавно Мэри Джулия Кох, редактор The Wall Street Journal, выпускница Гарварда и дочь покойного миллиардера Дэвида Коха, опубликовала статью под названием «Наслаждаетесь свободным временем? Скажите спасибо капитализму». В ней она утверждает, что именно капитализм, обеспечивший рост производительности и технологический прогресс, позволил сократить рабочую неделю с 60 часов в XIX веке до нынешних 35-40 часов, подарив нам выходные, отпуска и возможность беззаботно листать соцсети. Контекст этой статьи неотделим от истории семьи ее автора. Дэвид и Чарльз Кохи сделали Koch Industries одним из крупнейших частных конгломератов в США, параллельно став главными финансовыми донорами консервативных и либертарианских сил. Десятилетиями они вкладывали сотни миллионов долларов в борьбу с регулированием бизнеса и ослабление государства. Вслед за своим отцом Фредом Кохом (сооснователем ультраправого Общества Джона Берча), братья активно боролись с профсоюзами, продвигая законы «о праве на труд», которые ограничивали возможности организованного рабочего движения. Главная ошибка в рассуждениях Мэри Джулии заключается в подмене понятий. Технологии действительно создали потенциал для сокращения рабочего дня, но то, куда направляются плоды этого прогресса, на сотрудников или на сверхприбыль корпораций, всегда решалось в ходе классового противостояния. Современные выходные и 8-часовой рабочий день в США — это не бонус от «невидимой руки рынка», а результат многолетней борьбы: 1) Еще в середине XIX века британские и американские рабочие создавали комитеты, требуя сокращения смен. 2) После Гражданской войны в США набрало силу движение под лозунгом: «8 часов для работы, 8 для отдыха, 8 для себя». 3) В мае 1886 года по США прокатились массовые забастовки, обернувшиеся трагедией на Хеймаркет-сквер в Чикаго, где гибли рабочие, а лидеров протеста казнили. 4) Восьмичасовой день для железнодорожников (1916 г.) был принят лишь под угрозой транспортного коллапса из-за забастовок. А эпохальный Закон о справедливых условиях труда (1938 г.), закрепивший 40-часовую неделю, стал итогом тяжелейшей политической и социальной борьбы времен Великой депрессии. Даже Генри Форд, введя 8-часовую смену, руководствовался не благотворительностью, а прагматичным ответом на давление рынка труда и угрозу текучести кадров. Без сопротивления рабочего движения капитал всегда стремился бы максимизировать прибыль и интенсивность труда. Мэри берет реальный социальный прогресс и приписывает его исключительно капиталистической системе, полностью стирая из истории тех, кто добивался этого прогресса ценой забастовок, увольнений и даже жизней. Наше свободное время — это не щедрый подарок рынка, а исторически завоеванное право. Более того, сегодня мы наглядно видим, что эти права не гарантированы навсегда. С ослаблением рабочей борьбы и давления профсоюзов происходит постепенный откат от этих исторических завоеваний, выражающийся в росте переработок, развитии гиг-экономики без социальных гарантий, стирании границ между рабочим и личным временем, а также либеральной оптимизации. 👉Поддержать | Предложить новость

⬅️ ФОТО-ИСТОРИЯ №208 ➡️ Случайная подборка старых фотографий. 🧭 МЕНЮ☭ 🔥 Клёвый чат!