Великий Канун

«Школа Званцевой. Лаборатория модернизма», Музей русского импрессионизма, Москва. До 4 октября Мнение Кристины Ким: В Музее русского импрессионизма в самом разгаре очередная любопытная выставка. Куратор Вера Рябинина напоминает зрителям о фигуре Елизаветы…

«Школа Званцевой. Лаборатория модернизма», Музей русского импрессионизма, Москва. До 4 октября Мнение Кристины Ким: В Музее русского импрессионизма в самом разгаре очередная любопытная выставка. Куратор Вера Рябинина напоминает зрителям о фигуре Елизаветы Званцевой, художнице, филантропе и создательницы частной художественной студии, где преподавали звезды объединения “Мир искусства”, а также проливает свет на творчество ряда воспитанников школы, среди которых сразу бросается в глаза обилие женских имен.  После не самой удачной выставки “Под маской”, по верхам рассказывающей о традициях карнавала и наполненной неудачными ИИ-интерактивыми, кураторы вернулись к более привычным проектам. “Школа Званцевой” – добротное исследование, где неизвестные имена удачно перемешаны со всеми знакомыми мэтрами. Так музею удается и сохранить просветительскую миссию, и привлечь зрителей.  Профессиональная работа сотрудников Музея Русского Импрессионизма не в первый раз заставляет вздохнуть о судьбах наследия петербургских институций. Пока Русский музей утопает в выставках-блокбастерах с нулевой научной ценностью, в Санкт-Петербурге лишь частная галерея Kgallery продолжает работу по сохранению памяти о неизвестных коллекциях и растворившихся в истории художниках – забытых, но таких интересных! Есть горькая ирония в том, что выставка о Школе Званцевой проходит вне Санкт-Петербурга: изначально Званцева открывала частную студию в Москве, но более удачное воплощение этот формат получил на Таврической улице, в том же здании, что и знаменитая “Башня” Вячеслава Иванова. Литераторы и художники пересекались между собой: например, Юлия Оболенская забавно вспоминает, как по незнанию студенты, впервые пришедшие в студию, приняли Льва Бакста за Михаила Кузмина, случайно столкнувшись с поэтом в парадной. Бакст обладал несомненным авторитетом в Школе. Противопоставляя мастерскую официальным академиям, он заявлял, что воспитывает “не руку”, а восприимчивость молодого художника, водил студентов в Эрмитаж смотреть античное искусство, а на пленэрах призывал не слепо копировать натуру, а смотреть на природу “наивным взглядом дикаря”. В 1910-е годы Бакст уезжает во Францию и передает руководство школой Петрову-Водкину. В хаотичный метод, основанный на мимолетных ощущениях, Петров-Водкин привносит упорядоченную систему: “трехцветный спектр” колористики, видение пространства как сферы. После революции принципы этой педагогической системы Петров-Водкин воплотит уже во ВХУТЕИНе.  Каких же учеников породила школа Званцевой? Внимание привлекает множество женских имен, представленных на выставке: помимо знакомых зрителям картин Елены Гуро и Софьи Дымшиц-Толстой, здесь можно увидеть работы Магды Нахман, Надежды Лермонтовой, Юлии Оболенской, Фавсты Шихмановой и Раисы Котович-Борисяк.  Эффектный автопортрет Юлии Оболенской в красном платье притягивает взгляд как доминанта выставки. Художница стала главым хроникером объединения и оставила письма, воспоминания и любопытный доклад о годах обучения в школе, где, среди прочего, неожиданно противопоставляла “ретроспективизм” объединения Мир искусства буйной и непосредственной живописи, рожденной в их коллективе. Интересно, что это представление о школе в истории искусств не закрепилось. Мастерскую Званцевой на художественную карту Серебряного века помещают по отношению к “настоящему авангарду” примерно в те же позиции, что Вячеслава Иванова к Велимиру Хлебникову. Не помогло и обилие женских имен: ни одна из художниц в девяностые годы не вошла в сформированную логикой капитализма плеяду “Амазонок авангарда”.

Дорогие читатели, на наши яростные посты был написан серьезный ответ. Затем Антон Майборода тоже не удержался и написал ещё один ответ уже в комментариях канала «Деньги в искусство». Если вам интересны тг-срачи про искусство и ии, вы можете все прочитать!

Мнение Кристины Ким: Скандал с певицей Монеточкой и ее ии-клипом в очередной раз подтвердил мое давнее предположение: девочки из тик-тока с аниме аватарками - совесть нации, которой так не хватает публичным интеллектуалам и деятелем искусства всех мастей.…

Мнение Кристины Ким: Скандал с певицей Монеточкой и ее ии-клипом в очередной раз подтвердил мое давнее предположение: девочки из тик-тока с аниме аватарками - совесть нации, которой так не хватает публичным интеллектуалам и деятелем искусства всех мастей. То, что возмущенные зрительницы вынудили певицу удалить ии-клип —большая победа. Если бы всякая аудитория реагировала на ии точно также, если бы всякий большой исполнитель отвечал на ужас аудитории также оперативно…может, все ии-компании уже давно разорились и мы бы жили в лучшем из миров. И пока девочки-рыцари с большим сердцем напоминают заигравшимся художникам, что ии - не инструмент типа акварельного карандаша, а машина, пожирающая самостоятельное искусство художников, высоколобые арт-критики и институции бросаются защищать нейронку. Это же клип от автора, выставлявшегося в Myth Gallery! У него диплом антрополога! Он не бабушка, оживляющая фотки родственников в фейсбуке, у Федора Максимишина диссер по старообрядцам! И вообще это не просто нейрослоп…это метакомментарий к нейрослопам. Такое глупая юная аудитория Монеточки выкупить не способна, виновата замшелая система образования. То, что аудитория Монеточки разругала нейроклип случилось не благодаря, а вопреки. Вопреки всеобщей нормализации чата гпт, через которого богеры, журналисты и писатели не стесняются писать свои тексты. Вопреки сплошной ии-рекламе, генерации идиотских картинок и видео. Вопреки нового обновления в телеграме, мерзкой кнокпке, сокращающей тексты (дорогие читатели, если вы уважаете мой труд и мое письмо, пожалуйста, не пользуйтесь этой кнопкой, найдите лишнюю минуту прочитать текст от начала до конца). Вопреки злому Богу из машины, который делает все таким предсказуемым и скучным. Федора Максимишина впервые я увидела в Myth gallery на выставке фотографий о русском сюрреалистическом. На фоне остроумных работ Александр Гронского или сложного безумия со своей системой Кирилла Савельева нейронка выглядела слабо и по задумке, и по исполнению. «Сны о России при температуре 39» - такой ярлык нацепили на Максимишина, но, если честно, даже мои сны о России без всяких температур выглядят более хитроумно, достаточно почитать на ночь новости. Какая она, россия? Ну там нейро-храмы на нейро-панельках с грустными нейро-детьми. В своем отзыве я тогда написала, что ко второй работе все это действие начинает «утомлять». И как же я была права. В клипе нейро-россия не просто утомляет, она приедается примерно к двадцатой секунде. Мучительная продолжительность клипа доказывает, что подобного рода эксперминты совершенно не выдерживают длинного формата. Досматривать клип было откровенно скучно - бодрая, живая песенка под эти неловкие кадры потеряла очарование. Интересно, кто монтировал клип - человек или тоже нейронка? Потому что с длиннотами здесь какая-то беда. Некоторые кадры типа медуза горгоны и глаза с блестками повторялись по несколько раз - это выглядело не как концептуальная деталь, а как попытка упростить самим себе работу, которая, удивительно, без ии делалась бы быстрее: намажьте глаз блестками и снимайте в разных ракурсах. Один из комментаторов под видео точно отметил, что в клипе множество одинаковых женщин типажа «красотка нулевых» с нарушенной анатомией и один относительно характерный мужчина (чуть смахивающий на Абдуллова). Догадываюсь, что возможно такова и была задумка авторов, но даже в нелюбимом мной фильме «Москва» по сорокинскому сценарию женские персонажи выглядят по-разному, в диапазоне, на минуточку, от Ингеборги Дапкунайте до Татьяны Друбич. То есть, и красотки из 90-х могут быть интересными! Если не доверять их создание машине. Оправдания Монеточки - якобы эту задумку невозможно было бы воплотить иначе - кажутся неубедительными. На гонорар с «человека-паука», предполагаю, можно было бы снять полноценный мультик. А если мультик лень снимать - опуская иноагентство, в теории любой из участников той самой выставки фотографий в myth gallery мог бы предложить свое видение сюрреалистической России.

Слоп-ситуация Мнение Антона Майбороды: В истории с Монеточкой, Федором Максимишиным, ии и замечательной тик-ток аудиторией младо-зумеров идеально все! Лучше её делает только текст Николая Тихобразова в телеграм-канале «Деньги в искусство», который я люблю…

Слоп-ситуация Мнение Антона Майбороды: В истории с Монеточкой, Федором Максимишиным, ии и замечательной тик-ток аудиторией младо-зумеров идеально все! Лучше её делает только текст Николая Тихобразова в телеграм-канале «Деньги в искусство», который я люблю, но все равно от наезда не удержусь. Не из большого желания набросить на Тихобразова, а просто потому что это замечательный текст, обстоятельно рассказывающий о том, почему же то, что делает Федор Максимишин — глупая и не очень смешная штука, к сожалению, являющаяся частью трагичной и совсем не смешной истории. А уж то, что Николай Тихобразов считает, что это хорошо, разве это важно? ИИ — ужасающее явление. Оно делает людей безработными, оно портит землю, уже сейчас потребляя энергии больше, чем вся страна под названием Россия. Оно уничтожает базовые человеческие практики и превращает привычную нам модель человек-машина в машина-человек. И все это в общем-то для одной простой цели: сверхбогатые должны стать ещё богаче. Всё это ясно, но писать об этом все-таки не мне — в первую очередь художественному критику, а уж потом левацкому пропагандисту. Задача этого текста иная. Я бы хотел сказать пару слов о визуальной слоп-ситуации и том, как практика Федора Максимишина проливает нам свет на её основания. У визуальной слоп-ситуации, в которой мы живем: бесконечном визуальном ии-шуме от государственных учреждений, частных корпораций и бумерских страниц в фейсбуке я вижу два наиболее явных основания. С одной стороны знаменитая капиталистическая бредовая работа, бесконечное рисование картинок и написание текстов, в необходимость существования которых не верят сами их авторы, но очень верит рынок. Без этого трудно было бы представить то, с какой легкостью многие пусть прикладные, но прежде всего художники отказались от рисования. Другая причина серьезнее — уже возложенный во гроб, а потом в очередной раз из него выпрыгнувший постмодернизм. Конечно, никакого слопа никогда не было бы, если бы ужаленным катастрофами и страхами XX века ребятам, получавшим наслаждение от своей роли веселых, надсхваточных и крутых завершителей страшной эпохи, не пришла бы и не показалась дико остроумной идея прекратить производство визуальных образов. С наскальных времен люди производили, а тут мы возьмем и перестанем и дальше скажем много мудрых слов о смерти автора, зрителя, искусства, субъекта и вообще «из постмодерна выхода нет — надпись на стене мужского туалета». И будем тусить, рейвить, нахваливать друг друга и компилировать набор пародий на готовые исторические художественные формы в максимально странных сочетаниях. Значительно! Кто бы рассказал, что, подобно тому как в XX веке на смену модернизму пришел постмодернизм, в XIX веке на смену романтизму приходила эклектика, занимавшаяся примерно тем же, правда, не манифестировавшая это как смерть человечества. Но в чем-то постмодернизм все-таки эклектику превзошел — в живучести. Идут уже 20-е годы нового столетия, а находятся все новые и новые союзники. ИИ сегодня самый модный.

Константин и Владимир Маковские. Любовь земная и небесная. До 13 сентября. Музей Фаберже, Санкт-Петербург Мнение Кристины Ким: Самая уморительная, самая дурацкая, самая - пожалуй, тут это слово особенно уместно - китчевая выставка этого лета! Выставка, в…