Приключения Кати и её Киндла

Решилась-таки и завела себе еще и публичный блог на английском в Сабстеке. Если кто-то подпишется, мне будет приятно! Первый пост уже там, в нем я делюсь уроками, которые я вынесла для себя из своего первого курса про садоводство: https://katrhodin.substack.com/p/lessons-from-the-plant-world

“Once, when he was an undergrad, one of his professors had told him that people’s lives could be divided into Histories, Tragedies and Comedies. Most lives were Histories, and sometimes Tragedies, but it was the truly fortunate who found themselves in Comedies. But how to recognise which one I’m in? he sometimes wondered. And if he did, how would it help?" (c) Country People by Daniel Mason

Country People by Daniel Mason / Random Penguin House, 2026 / Написать по-настоящему смешную книгу очень сложно, но Дэниелу Мейсону это удалось. Над десятками эпизодов я смеялась в голос и от души. Главный герой Майлз – инфантильный, но обаятельный мужчина средних лет, который сперва мне показался бесполезным тунеядцем. Шутка ли, сидеть двенадцать лет на шее у жены и писать диссертацию, каждый год меняя темы! Но потом я поняла, что книга совершает очень интересный поворот гендерных ролей в обратную сторону. Жена увлечена своей академической карьерой и любимым делом, а муж берет на себя практически всю заботу о двоих детях: пакует школьные ланчи, отвозит в школу и забирает из неё, продумывает здоровые и вкусные ужины, помогает учителям как волонтер, укладывает детей спать и даже сочиняет для них сказки на ночь (после некоторых детей приходится вести к психологу). Даже эмоциональная работа часто ложится именно на плечи отца, и это отдельно подчеркивается – он утешает 9-летнюю дочь, когда ее в школе обижают другие девочки, и именно к нему приходит за советом 11-летний сын, когда он получает электронное письмо от незнакомца и сомневается, отвечать ли на него. В общем, не тунеядец он, просто сам себя им считает – как и львиная доля мам-домохозяек, выполняющих огромный объем невидимой домочадцами ежедневной работы. (Думаю, во мне просто говорила зависть к человеку, который может себе позволить двенадцать лет писать диссертацию и не зарабатывать, пока его жена тянет на себе: динамичную карьеру, рождение и вскармливание двух детей и тяжелую хроническую болезнь.) Больше всего в книге мне понравилось, с какой любовью и добротой выписана жизнь в маленьком городке в Вермонте. Его странноватым, мягко говоря, жителям удалось создать настоящее тесное коммьюнити с взаимной выручкой и поддержкой. Рассказчик часто противопоставляет такую мирную сельскую жизнь бешеному ритму Кремниевой долины, где школьники пишут пьесы в паре с гоустрайтерами, а на постановки школьного театра жертвуют миллионы родители-владельцы венчурных фондов. Мне только стало интересно узнать, а жил ли сам писатель в глуши больше года, или это ему просто трава зеленее там, где он бывает наездами. Потому что о недостатках жизни в захолустье, по-моему, сказано недостаточно. Разве что два эпизода могу вспомнить. Там, где главный герой с разрывом мениска проводит шесть часов в приемной неотложки, и к нему так никто и не подходит. И ту, где семья пытается купить еды к завтраку, и понимает, что единственная опция вблизи от дома – это автозаправка с хотдогами, а никаких органических фермерских продуктов как раз не достать там, где эти самые фермеры живут. Вообще получилась книга о вечной тоске людей по несбыточному, по утопии, по тому, что как будто бы раньше было, но исчезло. Стада мамонтов, стаи птеродактилей, сообщества людей, которым друг на друга не наплевать. Писатель как будто бы хочет верить, что это возможно – уехать в глушь, к крестьянам, найти теплый и принимающий социум, где легко найти друзей, где никто не оценивает тебя по социальному статусу и зарплате. Где случайно встреченный таксист (один на весь городок) заберет твою машину из авторемонта, потому что тебе надо ехать в школу к дочке и помогать ставить школьный спектакль. И где тебя любят и ценят просто за то, что ты есть, что ты – сосед и выбрал жить здесь. Но временами Мейсон сам же смеется над своей наивной мечтой о “потерянном рае”. (И да, я сделала ресерч, сам писатель родился и живет всю жизнь в Кремниевой долине, никуда не уезжая) Не знаю, бывают ли такие места на самом деле, как и “тайный подземный мир внутри Земли”, которые ищут герои книги, но даже если нет – наверное, нам всем необходимо верить в их существование.

#williwaw_reads_poetry

* * * Думаю, многим знакомо ощущение, когда запрещают жить. Это происходит постепенно: косым взглядом, когда смеешься слишком открыто или включаешь любимую музыку через колонки. Смешком, когда надеваешь обтягивающие платье или красное пальто. Упреком, когда собираешься встретиться с подругами на час. Ограничения всегда вводятся незаметно, начинаются с малого, а заканчиваются тем, что нельзя любить, говорить, слышать, видеть, отсвечивать вообще. * * * Это почти неприлично, это нарушение чужих границ, когда говоришь вдруг — даже близкому другу — о произошедшем с тобой опыте умирания. Он не хотел этого знать, у него был хороший день и хорошее настроение, а тут ты со своим «пять лет назад мне поставили диагноз». Неудобно, правда? * * * Я очень хотела выжить, чтобы наконец начать жить. (c) “Царствие мне небесное”, Вера Богданова

“Царствие мне небесное”, Вера Богданова / Альпина, 2026 / Это была самая ожидаемая книга года для меня, и она меня не разочаровала! Книге удивительно подходит её обложка - прохладная, нежная зелень и вода. Точно так же прозрачно и акварельно написана книга, хотя речь в ней идет об очень непростых вещах – онкологическом диагнозе, страхе смерти и о том, в какие именно моменты понимаешь, что жизнь коротка, и прожить её надо так, чтобы не было потом мучительно больно. Вера Богданова в каждом из своих романов очень смело и прямо пишет о страшном и сложном, но эта книга, конечно, стоит особняком в силу своей автобиографичности. Сердце сжимается, когда думаешь о том, что вот конкретно через эти испытания проходил живой человек, а не выдуманный персонаж. И в каждой строчке сквозит мощная, неподдельная любовь к жизни. Для меня эта книга удивительным образом перекликается с “Веретеном Василисы”, потому что она тоже – о женской судьбе и о женском выборе себя. О дорого приобретенной мудрости, ради которой иногда приходится зайти в самый темный и пугающий лес и увидеть забор из костей и черепов. И о выходе на свет, к свободе.

Warning by Jenny Joseph When I am an old woman I shall wear purple With a red hat which doesn’t go, and doesn’t suit me. And I shall spend my pension on brandy and summer gloves And satin sandals, and say we’ve no money for butter. I shall sit down on the pavement when I’m tired And gobble up samples in shops and press alarm bells And run my stick along the public railings And make up for the sobriety of my youth. I shall go out in my slippers in the rain And pick the flowers in other people’s gardens And learn to spit. You can wear terrible shirts and grow more fat And eat three pounds of sausages at a go Or only bread and pickle for a week And hoard pens and pencils and beermats and things in boxes. But now we must have clothes that keep us dry And pay our rent and not swear in the street And set a good example for the children. We must have friends to dinner and read the papers. But maybe I ought to practise a little now? So people who know me are not too shocked and surprised When suddenly I am old, and start to wear purple. #williwaw_reads_poetry

* * * Если отношение к себе самой слишком за­висит от того, изменил или не изменил "он", нагрубила или не нагрубила дочь, разочаровались или не разочаровались родители, мы оказываемся в положении заложников, теряем почву под ногами и уверенность в себе. Отсюда полшага до того, чтобы начать ублажать, угрожать, подкупать, иг­рать на чьем-то чувстве долга, вымогать, упрекать. Во-первых, все равно это обычно бесполезно, а во-вторых, разрушает личность. Рано или поздно мы встаем перед выбором: искать и ждать совершенных отношений, заво­роженно, как Девочка со спичками, глядеть на чье-то тепло и свет, куда нас пускают или не пускают, — или отвлечься от соблазнительной картины, ощутить свои затекшие ноги, встать, начать двигаться, согреться самой... И, возможно, даже добыть дровишек и развести огонь, у которого найдется место другим. (с) "Я у себя одна, или Веретено Василисы", Екатерина Михайлова

К счастью, кроме родителей — как бы они ни были хороши или плохи — на пути своего взросления мы встречаем множество других людей. Некоторые из них способны научить нас тому, чему самые близкие не могли — чаще всего потому, что сами не умели. Многим из нас повезло вовремя найти "среду обитания", в которой ум и самостоятельность не счи­тались чем-то вредным и неестественным для женщины. И разговаривая с теми, кто состоялся — по-человечески, по-женски, по самому строгому про­фессиональному счету, — не устаешь удивляться, сколько из них в свой час были буквально спасены каким-нибудь кружком юных натуралистов, школь­ным литературным семинаром, не уставшей от жизни учительницей, "умны­ми разговорами" компании старшего брата, уроками верховой езды... Ни­когда не известно заранее, какими путями приходят к нам люди, встречи с которыми по-настоящему освобождают нас, дают "разрешение на взлет". Но очень важно помнить их с благодарностью и знать, что и на более поздних поворотах дороги они существуют, настоящие учителя. Те, которые уважают способности учениц и при этом сами не стремятся самоутверждаться за их счет — потому что в этом виде самоутверждения не нуждаются. Один мой старинный знакомый, как раз принадлежащий к редкой породе та­ких учителей, обронил однажды в разговоре: "По-настоящему умная жен­щина не бывает обычно ни безумно счастлива, ни отчаянно несчастна, раз­ве что моментами. Как и всякий умный человек, она стремится осознавать, понимать то, что происходит — с нею самой, с другими. В печали это уте­шает, а в радости убавляет радужных красок. Ей, возможно, тяжелее в моло­дости, но в зрелые годы все складывается, и складывается прекрасно, да... Часто совершенно неожиданным для всех образом". И на мой осторожный вопрос: "А много ли Вы знаете таких женщин?" — удивленное: "Голубчик мой, да их куда больше, чем принято считать, на них же мир держится!" (с) "Я у себя одна, или Веретено Василисы", Екатерина Михайлова

"Я у себя одна, или Веретено Василисы", Екатерина Михайлова / Класс, 2003 / Давно я не читала такой вдохновляющей, воодушевляющей и целительной книги, как эта! Стихотворение выше я впервые прочитала именно в предисловии к ней. Жанр её сложно определим. Это не совсем психология, не совсем селф-хелп, не совсем мемуары, не совсем эссе, не совсем социология, не совсем фемтеория и не совсем поэзия - это всё это вместе, перемешанное самым причудливым и чудесным образом. Это, наверное, лучшая книга о женском опыте, что я читала. Теплая, поддерживающая книга-собеседник. Написанная женщиной о женщинах и для женщин. И особенно нужна она нам, женщинам с постсоветского пространства, которые выросли с мамами и бабушками, упорно молчавшими о самом важном и самом сложном. Мне кажется, книге можно было бы дать такой подзаголовок - "О чем молчали наши мамы, бабушки и прабабушки". Потому что она, в первую очередь, про межпоколенческие культурные паттерны, которые на всех нас как-то да повлияли. А во вторую - про то, как их переработать и жить дальше свою лучшую жизнь, смело и осознанно, а не "как надо". Екатерина Михайлова - пионерка психодрамы в России и СНГ, и на протяжении нескольких десятилетий вела женские психологические группы в разных регионах страны. В этой книге она подводит итоги своей многолетней работы, пытается описать её так, чтобы она стала полезна любой прочитавшей это женщине. Это настоящий путеводитель по женской судьбе и родовой памяти, по глубоким психологическим травмам всех советских женщин, которые никогда не были ими осознаны и проговорены, осмыслены и обезврежены. Но даже если наши бабушки и матери этого не сделали, мы все еще можем. Наше эмоциональное наследство - это тяжелый груз, и в какой-то момент каждой из нас придется взять в руки череп с горящими глазами и отправиться в этот темный лес за ответами... Эта книга — не просто психологический труд, а увлекательное и глубокое путешествие к самой себе. Даже если слова вроде "психодрама" звучат для вас как термины из параллельной вселенной, даже если вам, как мне, не подошел бы такой способ групповой терапии, "Веретено Василисы" захватит ваше внимание и воображение с первых страниц. Она написана понятным, живым языком — о реальных женщинах и для реальных женщин. Вы увидите, как судьбы, невысказанные страхи, тайны и даже нереализованные мечты наших мам и бабушек незаметно, но очень мощно влияют на наши собственные жизненные выборы. Книга объясняет, почему мы часто повторяем семейные сценарии в карьере, любви и родительстве. Особое внимание уделяется тому переломному моменту в жизни женщины средних лет, когда привычная суета отступает, и появляется главный вопрос: "А чего хочу именно я?" Это честный взгляд на кризис середины жизни не как на угасание, а как на время мощной трансформации, смены приоритетов и поиска подлинной себя. На понятных жизненных примерах автор показывает, как отследить старые родовые программы и мягко выйти из-под их влияния. Это инструкция, как перестать проживать чужую историю и начать прясть собственную нить судьбы. Она поможет вам с состраданием посмотреть на историю женщин вашего рода, лучше понять природу собственных поступков и смело шагнуть в новый, осознанный этап жизни. Горячо рекомендую к прочтению каждой женщине! Это лучшее пока что из прочитанного мной за год, 10/10 ⭐️

Где это сказано Где это сказано, Что мужьям полагаются 25-долларовые ленчи и приглашения на конференции и симпозиумы в Южную Африку, А женам полагается бобовый суп из жестянок и культпоходы с дошкольниками в местное пожарное депо; И где это сказано, Что мужьям полагаются встречи с очаровательными юристками, и с прелестными преподавательницами древней истории, и с обаятельными художницами, наследницами и принцессами, А женам полагаются встречи с прыщавым кассиром в универсаме; И где это сказано, Что мужьям по воскресеньям полагается послеобеденный сон и футбольный матч по телевидению, А женам полагаются цветные карандаши и картинки для раскрашивания с детьми; И где это сказано, Что мужьям полагаются восторженные похвалы, моральная поддержка и 10 дней подряд горячий чай в постель при первых признаках насморка, А женам полагаются заботы по обеспечению всего этого? И если жена решит в конце концов, Что пускай муж сам возит ботинки в починку, детей к врачу и собаку к ветеринару, а она тем временем будет изучать, допустим, нейрохирургию или трансцендентальную философию, То где это сказано, Что она всегда должна чувствовать себя виноватой? Джудит Виорст 1968 (!) #williwaw_reads_poetry #feminism

ps. Если вам тоже после взгляда на обложку, интересно, что делают собаки: они ищут трюфели! Во время пандемии двое детей Дэниела Мэйсона очень просили щеночка. Все щенки в местном приюте были разобраны, кроме одного - породы Lagotto Romagnolo. Дэниел теперь говорит, что уже тогда должен был насторожиться, но дети в щеночка просто влюбились. Так новым членом семьи оказалась собака, выведенная, чтобы рыть землю и искать трюфели (в нашей местности - умение бесполезное, но собака не сдается). Дэниел говорит, что собака - один из главных персонажей книги, и списана полностью из реальности 😅

Вчера побывала на презентации нового романа Дэниела Мэйсона "Country people". Саму книгу еще не читала, но теперь точно прочитаю, поскольку копия входила в стоимость билета. В этот раз автор "Северного леса" и "Зимнего солдата", представьте себе, написал комедию положений. И судя по всему, посвящена она не столько жизни в деревне, сколько: современному браку и родительству, эпидемии мужского одиночества, любви к собакам и тому, как сложно вести интеллектуальную жизнь в современном мире. Главный герой - незадачливый филолог, который двенадцать лет пишет и всё никак не допишет диссертацию по русским народным сказкам. А еще у него есть жена, которая как раз успешно защитилась и теперь преподает, поэтому они переезжают из Калифорнии в Вермонт, в глушь, куда её пригласили на год преподавать, и там он пытается смотреть за двумя детьми и собакой, надеясь закончить-таки свою диссертацию. Но немножечко отвлекается на конспирологические теории сумасшедших местных жителей... Дэниел Мэйсон вживую совершенно меня очаровал: он скромный, тихий и как будто даже не по-американски застенчивый, но при этом остроумный и немножко дурашливый. Оказывается, он родился и вырос в Пало Альто, а сейчас работает профессором психиатрии в Стэнфорде и в больнице с пациентами, а пишет в свободное от работы время. Свой первый роман про настройщика пианино он вообще написал во время первого года обучение в медицинской школе (по его словам, "просто первый год учебы был относительно легкий"). Дэниел сказал, что первые романы он писал, как архитектор, а не садовник. В частности, написание "Зимнего солдата" у него заняло 14 лет, даже больше, чем диссертация у героя "Country people" Майлза. Теперь же он отошел от этого подхода и разрешил себе больше спонтанности. Так был написан "Северный лес", а все легкие и смешные лесные истории, которые не вошли в него, нашли приют в новой книге. Даже место действия - городок в Вермонте прямо на границе с Массачусетсом, откуда виден городок Оакфилд из "Северного леса". Поэтому в романе можно встретить нескольких героев из "Северного леса". А фамилия Майлза - Кшелевский, то есть он - внук главного героя "Зимнего солдата". Обожаю, когда писатели вот так создают целую вселенную в своем творчестве! Роман он посвятил своему лучшему другу со школы Джошу, сказав: it's because he makes me laugh! По-моему, очень трогательно. На встрече можно было задавать вопросы писателю, мой был вот такой: While researching Russian folktales for this book, which story or character spoke to you the most? К моему восторгу, он сказал, что это сказка о Василисе, которую он читал в сборнике Афанасьева. Я тоже считаю, что это самая крутая русская народная сказка, и не только я (как раз собиралась писать пост о невероятно крутой книге "Веретено Василисы"!) Мне даже кажется, что это очень психоаналитическая сказка: Василиса, как Данте, идет в темный страшный лес со светящимся черепом, без помощников и спутников, одна. Иногда ответы на самые важные вопросы найти можно только так. Поэтому когда подошла моя очередь подписывать книгу, я сказала об этом Дэниелу - что тоже очень люблю Василису, и она и моя любимая сказочная героиня. И теперь у меня даже есть памятная подпись про это. Не терпится прочесть! Если вы тоже любите Дэниела Мейсона, расскажите, какая у вас любимая его книга?

Если вы находитесь в США, не пропустите октябрьский тур Барбары Кингсолвер по городам и весям! Презентация романа "Партита" и фортепианный концерт — два в одном. Потому что новый роман — про пианистку. Я уже купила билеты! https://www.facebook.com/kingsolverbooks/posts/pfbid0h1ksPyBfidLbYdyZqtoDrPvMx2Qk6codq3RSUJdmveQ9M2bhuxEwNE3VBe8sGsFZl