разговор чужими словами

Есть у меня некоторый список книг, с которыми я ношусь как юродивая и рассказываю на каждом шагу, почти насильно заставляя всех вокруг их прочитать. С «Историей позвоночных» каталонской депутатки и филологини Мар Гарсии Пуч вышло именно так: уже месяц я поражена ей, уже месяц я говорю о ней в личных разговорах при первой удобной возможности. Мне кажется, эта книга нужна каждому в обязательном порядке, чтобы мы как-то чуть быстрее начали ехать по дороге в светлое будущее, где тиранические стереотипы вокруг материнства останутся в прошлом, послеродовые состояния психики будут дестигматизированы и исследованы, и где матерям можно будет высказывать вслух спектр эмоций чуть шире, чем по-умолчанию ожидаемое безграничное счастье.  «20 декабря 2015 года я стала матерью и сошла с ума» — так звучит первая фраза книги Пуч, сразу сшибая с ног. В один день она родила недоношенную двойню и избралась в депутатки Конгресса, а ещё потеряла рассудок от страха, тревоги и послеродовой депрессии. Пытаясь отворачиваться от бездны, Мар обратилась к истории женского безумия, античным богиням, свидетельствам многих женщин об их послеродовых состояниях, истории карательной психиатрии, родильного безумия в викторианской Англии, всматриваясь в опыт другой, находя в нём себя, обретая опору в прямом взгляде в прошлое, в том, чтобы впервые увидеть десятки признанных мужской историей безумиц и освободить их от оков глухоты к их страданиям. Сквозь индивидуальное состояние и боль постпартума у Пуч мерцают женщины всех предыдущих поколений, выстраиваясь в необъятные ряды безымянных матерей, на которых впервые обратили пристальный взгляд. Я упала на более мягкую почву, чем та, о которую раскроила себе голову Энн Секстон: отчасти земля подо мною состоит из её смертного одра — её и остальных безумных матерей до меня. В этом жарком июне я вижу их всех: они стоят у престола, который я им возвела. Я открываю их книги, а присущая им сила открывает ещё одну. Во время чтения Пуч я конечно же постоянно думала о двух текстах столетней давности, говорящих о материнстве и безумии честно и страшно, это «Желтые обои» Шарлотты Перкинс Гилман и «Неразумная» Аделаиды Герцык. Книга вышла в ad marginem и прошла какой-то тройной заряд великими женщинами: сама Пуч, любимая моя переводчица с испанского Дарья Синицына и редакторка Аня Захарова. Просто 💅 ОНИ 💅

Практики чтения выходного дня таковы 💔

Цифровое бессмертие, каменная пустошь и печенюшки: разговор о жанровой литературе 🤩 Зачастую литературу делят на «высокую», под которой подразумеваются золотая классика, современные образчики авангардной литературы или просто литература, говорящая «о важном», и на «низкую», которая пишется по лекалам устоявшегося жанра и помогает отдохнуть от повседневной суеты с её заботами и проблемами. Но у библиотекарей Некрасовки свой взгляд на этот вопрос! Представляем вам новый, двенадцатый выпуск подкаста «Практики чтения», в котором библиотекари Нюра Бобракова и Ксения Богун обсуждают с ведущей Анастасией Толочковой жанровую литературу и аудиокниги. Почему теги порой отталкивают от чтения жанровых книг? Как быть с кросс-жанровой литературой, когда библиотекари пытаются определить книгу на тематический стеллаж в библиотеке? Какая литература больше подходит для прослушивания в формате аудиокниги: нон-фикшен или остросюжетные романы? И что же, в конечном итоге, важнее: читать «умную» литературу или просто читать — хотя бы и детективы или любовные романы, — чтобы получить удовольствие от процесса и расслабиться? На сайте «Практик чтения» вы найдёте этот и предыдущие выпуски, а также все упоминаемые в них книги, которые можно заказать там же через личный кабинет — либо через наш бот-ассистент. Подкаст можно слушать: на сайте | в Яндекс Музыке | в Apple Podcast

У нас тут новый выпуск подкаста наконец испёкся 💅 Признаюсь в некотором снобстве, записываю все советы коллежанок, рассказываю про любимейшую Замировскую и Хуана Рульфо! Всем слушать и читать только в удовольствие 🤩

Чудесная Саша из любимого канала о внимательном разглядывании мира вокруг всуе прислала наборчик книголюбки (мечтала об этом цветочке от гаража!) 🐴 Саша собрала бесплатный книжный клуб в формате чата: можно синхронно читать выбранную книжку (в августе — «Выгон») и потом в назначенное время собраться в чате и обсудить текстом свои мысли. Еще там много материалов вокруг и бесплатные лекции онлайн! Каждый новый сезон Саша разыгрывает десяток таких вот книжных наборов, осенью будет что-то новое, буду следить 💅

Практики чтения в цвету флоксов про северные пустоши Исландии у Олафсдоттир ✨✨

Новые поступления последней недели 😅

Сине-голубой диптих этого воскресенья 💙 Книгу из букеровского лонга почти дочитала: сборник новелл иранской писательницы Шахрнуш Парсипур, которая отсидела за них в тюрьме в конце 1980-х и умерла ровно месяц назад, оказывается. Истории иранских женщин, которые вдруг выбились из опрессивной реальности мужского насилия и владения, восстав из мертвых или вдруг начав видеть безголовых мужчин. Все разобщенные пять героинь стекаются в один сад, уходят из Тегерана, теряют и обретают собственное тело, превращаются в дерево, становятся активными, вырываясь из-под мужских взглядов. Жестокая и странная проза, отстранённо говорящая о мизогинии и несвободе, есть в ней неожиданное соположение с малой прозой Евгении Некрасовой и немного с рассказами Тове Дитлевсен.

Прочитала наконец одно из самых легендарных свидетельств о постсталинских лагерях — автобиографическую повесть диссидента и поэта, стиляги из интеллигентской московской семьи академиков Вадима Делоне «Портреты в колючей раме». Делоне был одним из восьми участников демонстрации на Красной площади в августе 1968 года против ввода советских войск в Чехословакию, демонстрация была сидячей, длилась меньше пяти минут, а спустя два месяца двадцатилетний Делоне был приговорён почти к трём годам уголовных лагерей.  «Портреты в колючей раме» — полифония голосов, имитирующая незамолкающий гул тюремного барака. Отличие от всех мемуаров политических заключенных сталинских времен, сразу бросающееся в глаза, это конечно нарочитое и от этого немного абсурдно выпирающее одиночество Делоне, сидящего за "политику", среди уголовной бесконечной зоны: мужиков с пожизненными сроками за убийства, деревенских, обвиненных в порче тракторов, воров в законе, блатных, "ссучившихся" доносчиков. Здесь нет высоких разговоров о культуре, обсуждения общих знакомых, общего разочарования в идеалах. Здесь — свои неписанные законы уголовной зоны, лавирование между групировками, уворачивание от заточек, грубая и простая речь страны, тонущей в преступности и неприглядной повседневной жизни. Делоне как "политик" и интеллигент пользуется определенными привилегиями у сидящих простых мужчин, ведёт за них любовную переписку с «вольняшками», пишет бесконечные прошения начальству, на ходу сочиняет едкие сатирические стихи, а потом втайне их записывает на клочках чего придётся, чтобы в соседнем бараке тоже почитали их вслух, отвлеклись. «Портреты» — низовой, предельно маскулинный мир зоны, человеческие характеры, показанные через живую речь, закапсулированную в янтаре стилизованной прозы, с матом, мизогинией, расизмом, но абсолютно аутентичную. Не смотря на ужасы, у Делоне как будто получилось почти в каждом увидеть человека, не умершую пока что часть души, сохранить что-то важное о трёх годах ада.  Любопытно, что в книге есть послесловие от Эммануэля Каррера, биографа Лимонова, где он вспоминает эпизод из своего детства, в котором на какой-то советской политической тусовке, куда его взяла его мать, он, десятилетний, невыносимо скучал, и спас его молодой парень, три часа обсуждавший «Трёх мушкетёров» с серьёзностью и юношеским пылом романтика из другой эпохи. Угадайте кто это был. Ну и конечно Каррер сополагает лагерный опыт Делоне и Лимонова, на что в маленькой приписке после текста жена Делоне вежливо обозначает, что сам Вадим при жизни "отрицательно относился как к личности, так и к творчеству Лимонова", удивительные переплетения всего со всем. Делоне же с женой эмигрировали в Париж в начале 1970-х, где он и написал свои «Портреты», которые были изданы в Лондоне посмертно, так как уже в 1983 году Вадим умер во сне от сердца в возрасте тридцати пяти лет. А вот жена, Ирина Белогородская-Делоне, всю жизнь собиравшая по крупицам его наследие, прожила долгую жизнь и умерла в феврале этого (!) года.

Любимая практика — отмечать все новые поступления своим выжимным экслибрисом 💖⭐️ На нём — свиристель с веточкой вереска 🌱

Мар Гарсиа Пуч «История позвоночных», одна из тысячи цитат: «Из каждых десяти таблеток, прописываемых при психических заболеваниях, восемь предназначены нам. Даже сокрушительная статистика ВОЗ подтверждает эту асимметрию между полами. Если спросить врачей, а не греческих богов, то они скажут: женщины подвержены факторам риска, способствующим развитию психопатии и депрессии: гендерному и сексуализированному насилию, бедности, нищете, нездоровому режиму работы...А если спросить самих женщин, которые ходят к психиатрам, то они добавят, что люди склонны рассматривать абсолютно всё в нашей жизни как предрасположенность к безумию. Став депутатом, я приняла решение в каждом выступлении обязательно упоминать женщин и книги. Гендер и литература пронизывают всё, чем я занимаюсь, чем дышу, и мне не уклониться от их диктата. Однажды мы обсуждаем потенциальные законопроекты, связанные с психическим здоровьем, и мне поручают высказать позицию нашей фракции. Я следую своему правилу даже активнее, чем обычно: привожу статистику психических заболеваний у женщин, декламирую стихи тех, кто прошел через подобное. После моей речи один депутат в безупречном костюме и галстуке ставит мне в вину, что я пытаюсь во всё пропихнуть феминизм. «Это у тебя мания такая», — снисходительно говорит он. Я стараюсь опровергнуть его утверждение отсылками к истории медицины и общества, данными таких разных учреждений, как наше Министерство здравоохранения и Американская психиатрическая ассоциация. Но этот господин только качает головой и кривит губы в ядовитой высокомерной усмешке. У меня возникает фантазия привязать его тело к тысячам прочитанных мнои страниц о безумицах, об их переживаниях, свидетельствах, надеждах и трагических финалах. Я воображаю, как вся его заносчивость тонет под этим весом, а тело Офелии, наоборот, всплывает и возвращается к жизни»

Утренние практики чтения о послеродовом безумии (книга года, всем обязательно нужно!)

Практики чтения кофейные 🪷 В этом году начала активно заваривать и пить дрипы дома: это и приятный, но не слишком долгий ритуал, и вкусно, и быстро. Заказывали огромные пакеты дрипов в Tasty coffee, обычно брали Бразилию, но я будто не сильно разборчива в нюансах вкуса и готова выпить любое. И много мечтательно шутила, что вот бы Tasty пришли ко мне со своим кофе, и они пришли, ну вау! На пробу прислали огромную коробку всего и сразу: 🔴свежее зерно под разное заваривание, которое обжаривают специально под ваш заказ, потому что пик вкуса приходится на 5-30 день после обжарки! 🔴кофе-тоник в банках, мой фаворит, терпкое, кофейное, не сладкое, ну и я обожаю холодные напитки в баночках 🔴конечно же дрипы, выбор огромный, и под молоко, и с ягодными нотами, и с цитрусовыми, и с шоколадными 🔴и еще бимбо-баночки с растворимым спешелти кофе — новинка, которая меня покорила. Можно просто добавить даже холодной воды, и кофе за три секунды растворится и превратится в плотный фильтр, который можно добавлять в свежевыжатый сок или тоник дома, идеально для меня В общем, Tasty реально супер, я давно их люблю, и правда советую от своей неофитской кофейной души, уверена, что там найдется кофе для каждого Срочно выбирать и заказывать на сайте, ребята сделали мне промокод на 17% на месяц и 10% навсегда — CHUZIESLOVA 🍓 Реклама. ООО Кофе с доставкой ИНН 1832131543, 2W5zFHxEVey