Деньги в искусство

#мысчитаем Анализ цен на работы Ани Желудь (1981-2025). Часть 2: Именно 2025–2026 годы дали самые высокие результаты. Первое место занимает «Ковш» 2006 года — 560 тысяч рублей, проданный на Artsale 24 февраля 2026 года. Второе — «Балкон» 2005 года, реализованный на AI Аукционе 19 декабря 2025 года за 501,5 тысячи. Третье — диптих «У меня в деревне...» 2014 года, проданный на «Совкоме» 27 ноября 2025 года за 374,4 тысячи. Еще два результата — «Натюрморт с банками» 2006 года и «Красная посуда в белый горох» 2015 года — составили по 340 тысяч рублей. Распределение самых дорогих продаж по годам создания произведений особенно показательно: наиболее высокие результаты дают ранние работы. «Балкон» 2005 года продан за 501,5 тысячи рублей, две работы 2006 года — «Натюрморт с банками» и «Ковш» — за 340 и 560 тысяч соответственно. Средняя цена двух продаж 2006 года составила 450 тысяч рублей. Это значительно выше результатов последующих периодов и может свидетельствовать о формировании особого коллекционного статуса ранних произведений Желудь. Следующий сильный период связан с 2014 годом. Тогда Аня работала над выставками для галерей XL, Expo-88 и Открытой галереи, представляя проекты «Домашняя археология» (часто встречается на торгах), «Винтаж» и «Выделенная линия». Четыре подтвержденные продажи работ этого года составили 80, 141,6, 374,4 и 64,35 тысячи рублей, средняя цена — около 165,1 тысячи. Для сравнения, четыре продажи работ 2017 года дали среднюю цену 124,4 тысячи рублей, а продажи работ 2015 года — около 113,8 тысячи. Особенно показательна повторная продажа одной и той же работы. Диптих «У меня в деревне...» 2014 года был продан в январе 2020 года за 80 тысяч рублей, а в ноябре 2025 года — уже за 374,4 тысячи. Номинальная цена выросла примерно в 4,7 раза. Это один из наиболее убедительных признаков переоценки творчества Желудь рынком: речь идет не об единичном дорогом лоте, а о произведении, которое при повторном появлении через пять лет оказалось востребовано на принципиально другом ценовом уровне. Похожую динамику демонстрирует серия «Другая икона». Работа с изображением кастрюли, проданная в декабре 2024 года за 62,5 тысячи рублей, и другая работа из той же серии с аналогичным предметным мотивом, проданная в ноябре 2025 года, достигла 160 тысяч. Рост составил около 156%. В целом именно бытовой предметный мир оказывается сегодня одним из наиболее сильных коммерческих направлений ее творчества. Но не связано ли это со скудной репрезентацией других серий на вторичном рынке? Из представленных данных понятно, что сам по себе год создания не обеспечивает ликвидность: рынок выбирает конкретные сюжеты и произведения внутри периода. Например, такая дифференциация наблюдается в натюрмортах 2021 года. Шесть подтвержденных продаж дали цены от 32 до 240 тысяч рублей: «Чеснок. №34» был продан за 240 тысяч, другие работы серии — за 32, 42, 65, 75 и 110 тысяч. Показательна история «Чеснока. №63»: в апреле 2026 года лот не продался при ставке 80 тысяч рублей, тогда как в июле 2026 года другая информация о продаже этого произведения фиксирует результат 110 тысяч. Всего в выборке 19 непроданных лотов. Особенно заметно изменение ситуации в последние годы: в 2025 году семь из 18 предложенных работ не нашли покупателей, а в 2026-м — семь из 13. При этом рост непродаж в 2025–2026 годах сопровождается не падением, а ростом верхнего ценового сегмента. Это позволяет интерпретировать происходящее как усиление рынка: покупатели готовы платить 300–560 тысяч рублей за определенный круг произведений, но аналогичный спрос не распространяется на весь корпус работ художницы. В результате рынок становится менее однородным, а между наиболее востребованными произведениями и остальными лотами формируется значительный ценовой разрыв.

#мысчитаем Анализ цен на работы Ани Желудь (1981-2025). Часть 1: Последнюю неделю в ЦСИ AZ/ART проходит первый масштабный посмертный проект Ани Желудь. Пока начинают появляться проекты, осмысляющие наследие художницы, ушедшей из жизни так рано, мы подступаемся к разговору о рынке ее работ. Канал «Деньги в искусство» провел анализ, используя открытые базы данных аукционных домов. Исследование сфокусировано на положении наследия Желудь на вторичном рынке. Для контекста важно, что на первичном рынке интересы художницы представляет галерея PA. По текущей выставке в AZ/ART также заметно распределение ключевых работ Желудь по крупным частным коллекциям, в частности Игоря Маркина, Сергея Александрова и Антона Козлова. За последние годы рынок Ани Желудь заметно укрепил ценовой уровень, что, к сожалению, часто происходит после вынужденного сокращения предложения из-за смерти автора. Одновременно рынок становится более селективным: рост цен распространяется далеко не на все произведения, а формирует все более отчетливую иерархию внутри наследия. Выборка из 49 живописных работ, представленных на мировых аукционах в 2009–2026 годах, позволяет проследить путь от первых международных аукционных появлений художницы к сформировавшемуся вторичному рынку, где отдельные произведения уже достигают 500–560 тысяч рублей. При этом рост стоимости сопровождается увеличением числа непродаж. Из 49 лотов 28 имеют подтвержденный результат продажи, 19 остались непроданными, а по двум — «Плите двухконфорочной» 2009 года и «Без названия» с зимним пейзажем 2004 года, выставленному на Vladey 19 марта 2019 года, — результат в доступных данных не указан. Эти работы не включаются ни в число продаж, ни в число непродаж. Таким образом, среди 47 лотов с известным исходом 28 были реализованы, а 19, то есть около 40%, не нашли покупателя. Первые аукционные появления Желудь относятся к 2009 году и оказались неудачными: все три представленные работы — две из цикла Household Devices и «Без названия» с вешалкой и черными предметами — остались непроданными. При этом эстимейты были высокими: «Household Devices» с абстрактной композицией оценивалась в 659,6–879,4 тысячи рублей, работа с изображением плиты — в 439,7–659,6 тысячи, а работа с торгов Sotheby's — примерно в 147,6–246,1 тысячи рублей. В 2014 году три работы, выставленные на Maxim Boxer, уже были проданы, хотя значительно ниже эстимейтов: «Vacuum cleaner» при оценке 140,3–210,4 тысячи рублей ушел примерно за 87,2 тысячи, «Forcer» и «Drill», оцененные в 56,1–70,1 тысячи каждый, — примерно по 34,9 тысячи рублей. В 2017 году единственный лот — «Ночной пейзаж» 2014 года с оценкой 240–260 тысяч рублей — не продался. Более устойчивый спрос сформировался в 2018–2021 годах. В 2018-м все четыре представленные работы нашли покупателей по 30–35,1 тысячи рублей: три натюрморта с чайниками, бидоном и посудой — за 30–32,5 тысячи, «Натюрморт с посудой» — за 35,1 тысячи. В 2020 году были проданы оба лота: «У меня в деревне...» за 80 тысяч и «Красная посуда» за 50 тысяч. В 2021-м «Мясорубка» из проекта «Домашняя археология» была реализована уже за 141,6 тысячи рублей. Таким образом, за четыре года цена успешных продаж выросла от 30–35 тысяч до 141,6 тысячи рублей. Одним из факторов укрепления интереса мог стать важный институциональный проект «Сварка каркасов», проходивший в Музее архитектуры имени А. В. Щусева в 2020 году. Однако в ретроспективе 2018–2021 годы выглядят лишь этапом формирования устойчивого спроса. Наиболее значительное укрепление стоимости приходится на 2025–2026 годы. В 2025 году на вторичном рынке было представлено 18 лотов: 11 проданы, семь остались непроданными. В 2026 году в выборке — 13 лотов, из которых шесть проданы и семь не нашли покупателей.

Информационный партнёр аукциона «В каждом яблоке» — телеграм-канал «Деньги в искусство» — составил свой выбор лотов из каталога предстоящих торгов. В подборке: 📌 «Элемент неожиданности», Рыбакова Анастасия. Работа создана специально для аукциона «В каждом яблоке». 📌 «Толстоножка IV», Насыбуллова Маяна. 📌«Белые пятна 1», Гребенщиков Александр. 📌«ЛЕС (лист 2)», Мортаев Александр. 📌«Практика из цикла «СТРАННА», Басыров Азат. Предаукционная выставка пройдет с 11 по 22 августа в Музейном центре «Площадь Мира» в Красноярске. ➡️ Полный каталог лотов — по ссылке ➡️ По вопросам участия — контакты аукционного дома ON

#чистаякоммерция Торги «В каждом яблоке» от Аукционного дома ON Второй год подряд аукционный дом ON проводит в Красноярске выставку и торги современных сибирских художников в рамках «Поздеев Феста». В этом году проект проходит в год 100-летия Андрея Поздеева, а торги получили со временем заигравшее новым смыслами название «В каждом яблоке». В каталоге под эгидой автопортрета как образа памяти, идентичности, внутренних изменений и среды, в которой существует автор, собраны 48 работ от 33 художников из Красноярска, Иркутска, Омска, Томска, Новосибирска, Якутска и Уфы. Радует, что в основном на аукционе представлены работы молодых, но уже зарекомендовавших себя авторов: Паши Пошукая, Danil Danot, Маяны Насыбулловой, Анастасии Безвершук и многих других. Особенно отметим, что современное сибирское искусство появляется здесь не как приложение к московскому, а как самодостаточное явление с собственными художниками, контекстами и рыночной историей. Поэтому на торги будет особенно интересно посмотреть не только как на тематический аукцион, но как на срез современной сибирской сцены и то, кто из локальных авторов уже перерос региональный статус, а кто пока только начинает собирать свою аукционную биографию. ➡️Предаукционная выставка продлится до 21 августа в Музейном центре «Площадь Мира» (Красноярск) ➡️Аукцион — 22 августа в 16:00 по Москве / 20:00 по Красноярску Делимся своей выборкой топ-лотов, а полный каталог уже доступен на сайте аукционного дома ON

#чистаякоммерция Аукционы 12 — 18 августа Пятница, 14.08, 12:00. Аукцион от ArtInvestment. Из подборки выделим: Без названия (1979) Петра Беленка, Победительница (портрет девочки-гимнастики Ани Антонченко) (1981) Анатолия Зверева, Композиция (1960) Евгения Михнова-Войтенко, Из цикла «Двое» (1984) Вадима Сидура, Блюдо с грушами (1985) Олега Целкова, Композиция (2001) Эдуарда Штейнберга, Вёдра (2018) Семена Агроскина. Комиссия аукционного дома – 18%. До 18.08, 13:00. Аукцион от ArtSale. Интересные лоты: Черная клякса (1968–1969) Петра Беленка, Художник и модель (1992) Эдуарда Гороховского, Портрет художника (1961) Анатолия Зверева, Суперслон (2001) Владимира Немухина, Осенние листья (1996) и Послание (1992) Бориса Свешникова, Закат Европы (Der Untergang des Abendlands) (1995) Ивана Чуйкова, Композиция с коричневым треугольником (1989) Эдуарда Штейнберга, Пейзаж с березами (1974) Владимира Яковлева. Комиссия аукционного дома – 15%.

#смотритесами Евгений Наумов о выставке «Комнаты» в галерее pop/off/art. Часть 2: На полотне Александра Мортаева, созданном в Красноярске, комната оборачивается сценой для случайного, но завораживающего бытового ритуала. Сюжет этой картины родился сам собой, из чистой случайности. Взгляд художника зацепился за натюрморт на полу: строительные инструменты, коробки, ящики и даже кухонная сковорода — все эти прозаические предметы были собраны вместе лишь для того, чтобы послужить прессом при склеивании деревянного планшета, на котором впоследствии и была создана работа. Застигнутый врасплох этой хаотичной композицией, автор разглядел в ней странный, шумный, почти языческий хоровод вещей. Инструменты для создания искусства сами стали искусством, обнажив скрытую поэзию повседневного труда и показав, какие мимолетные, абсурдные детали чужого интерьера способны увлечь и удержать внимание творца. Но как преобразуется жилище художника, если на улице все же будет Франция? В отличии от пропахшей капустой и лыжной мазью кельи Бродского, парижская арт-резиденция Cité Internationale des Arts, запечатленная на картине Ивана Плюща, наполнена ярким солнечным светом. Окна этой комнаты выходили на Нотр-Дам, а само пространство на три месяца превратилось в закольцованный волшебный мир, где мастерская слилась с контекстом соседних музеев, парков и галерей. Сам художник пишет, что дом всегда оставался для него созидательным местом. Искаженные, текучие фигуры на картине словно вторят строкам: «И вообще инкогнито. Ergo sum...» они теряют портретную идентичность, превращаясь в неузнаваемых призраков памяти. В этой парижской комнате через растворение собственного «я» автор заявляет о своем истинном существовании не через мышление, но через творческий акт.  «Комнаты» в галерее pop/off/art — это попытка удержать частную историю, скрытую от посторонних глаз. Проект отзывается в каждом зрителе, ведь комната здесь трактуется как универсальное убежище, ментальный автопортрет и безопасное место для диалога с самим собой. Зритель вступает с художником в заочный диалог, чтобы сопоставить собственное ощущение личного пространство с преображенными искусством комнатами. Эту выставку стоит посмотреть самостоятельно, а я и так уже «написал много букв; еще одна будет лишней».