Пользуйтесь закладкой

Прошел все стадии отрицания и наконец-то доделал выпуск. Получилось живее, чем в прошлый раз. Я все еще ошибаюсь в ударениях и проглатываю окончания, но мысли стали более структурированными. Пока продолжаем! YouTube | ВК

​​Панически быстро пролетает лето, а я продолжаю наводить порядок на полках и канале. Добрался до нового #пакетспакетами. Не могу вспомнить: роман Эмили Сент-Джонс Мандел «Стеклянный отель» попал ко мне после «Доверия» Эрнана Диаза, или я просто пошел по хронологии после книги «Станция одиннадцать». В любом случае рад, что прочитал, по настроению очень похоже.  Читать Мандел одно удовольствие: она хорошо пишет, умеет выстраивать сюжет, с легкостью разрушает привычный нарратив, но пересказать сюжет — задачка со звездочкой. Заходят как-то в бар лобби стеклянного отеля финансист, управляющий отелем, обманутая дольщица, скучающая барменша и ее брат с зависимостью. А там надпись «Почему бы тебе не поесть битого стекла?» Ладно, без шуток. Эта встреча запускает череду событий, переплетая между собой судьбы множества персонажей. Все они так или иначе будут возвращаться в этот момент, и с каждым скачком во времени короткий эпизод будет приобретать больше смысла. По ходу романа метафора о «стеклянном доме» иногда выглядит немного натянуто, но к концу понимаешь, что Манделл понимает, о чем пишет.  Жиль Греле больше десяти лет живет на лодке, у него есть бортовая библиотека, выход в интернет и стойкое желание никогда больше не сходить на сушу. Если убрать странную пунктуацию, выдуманные новые понятия, заключенные в [квадратные] скобки, и приставку анти, шедро рассыпанную по тексту, «Теорию одиночного мореплавателя» очень интересно читать. Как типичный француз, Греле размышляет о политике и эротике, приходя к выводу, что ни то, ни другое уже не приносит человеку никакого удовольствия. Единственный выход из этого болезненного и мрачного мирского бытия — это одиночество и аскетичный образ жизни, желательно на лодке где-нибудь у берегов Бретани. Главное не заплывать достаточно далеко, чтобы окончательно не потерять связь с мирским. Нельзя не согласится.  Я испытываю сложности с так называемыми романами без жанровой определенности, поэтому магия тихой и метафоричной прозы Июнь Ли на меня не работает. В «Книге  Гусыни» 13-ти летняя деревенская девушка Аньес пишет книгу и моментально становится известной. Ей пророчат блестящее будущее, отправляют учится в элитный пансионат, где Аньес должна написать следующий шедевр. Сейчас Аньес взрослая, много лет ничего не пишет, живет на ферме с мужем и пытается завести детей. Новость о смерти подруги детства вдохновляет ее на написание книги об их непростых отношениях. Да, мы читаем книгу, о том как женщина пишет книгу о том, как она написала книгу. Я все ждал какой-то кульминации, но она так и не наступает.    По прежнему испытываю смешанные чувства по поводу сборника «Дни, месяцы, годы» Янь Лянькэ, наверное, пришло время перевести их в слова. В первой повести старик и пес Слепыш после продолжительной засухи пытаются сохранить последний початок кукурузы. Время идет, все крысы съедены, и кому-то из них предстоит стать жертвой, чтобы початок получил необходимые микроэлементы. Во второй повести мать пытается вырастить четырех умственно отсталых детей. Она разговаривает с духом мужа, покончившим с собой из-за чувства вины, и варит отвар из его костей в надежде, что он исцелит ее отпрысков. И с одной стороны, это типичная китайская проза: притчевая, метафоричная, чересчур натуралистичная. Лянькэ описывает страдания обычного человека, используя стыд и отвращения как инструмент социальный критики. С другой, как будто я уже прочитал достаточно книг о структурных недостатках китайского общества и жертвенности со стороны простых работяг.  В «Эпидемии Д» Джереми Бейтса группа пубертатных подростков пытается разобраться, почему соседи, учителя и друзья внезапно начинают танцевать и танцуют, пока не умрут. В книге узнаваемая атмосфера маленького американского городка, стандартный набор подростковых типажей и какой-то вайб Кинга и братьев Даффер. Но, к сожалению, это единственные хорошие моменты: обещанная в аннотации танцевальная лихорадка так и не случается. А в конце романа как будто вообще теряет актуальность, ведь на смену ей приходят цыгане и оборотни.

Наконец-то раскрываем имя приглашенного эксперта, который присоединится к обсуждению романа Салли Руни в онлайн-клубе! Виктор Лукьянов – иллюстратор, графический дизайнер. Именно Виктор создал обложку, иллюстрации и мерч для издания книги «Прекрасный мир, где же ты» на русском языке. Также Виктор участвовал и в продвижении книги🔥 На встрече клуба Виктор расскажет нам, как шла работа над визуалом этого романа, а также подробнее раскроет особенности профессии художника в книжной индустрии. И, конечно, Виктор поделится своими мыслями о романе Салли Руни. Виктор Лукьянов в социальных сетях: 📎тг-канал 📎Behance 🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾🌾 💚Встреча пройдет 16 августа в 13:00 (мск) в формате онлайн, больше о мероприятии читайте на сайте 💚Успейте записаться – осталось еще несколько мест! 💚Для записи и по всем вопросам пишите ведущей клуба @DaryaPonurova До встречи!

Пока я собираю красивые картинки для рубрики #сталообложкой и #моглобыбытьобложкой, покажу вам небольшой анонс. Дорогая Даша пригласила в книжный клуб рассказать о работе над обложкой романа Салли Руни «Прекрасный мир, где же ты». Делал я ее долго: вариант, который все знают, — третий с половинкой. В «Синдбаде» мы потом шутили про «обложку под ключ», потому что, кроме самой обложки, было сделано много гигабайт изображений, видео и чего только не под самые разные форматы и носители. Приходите, будет интересно!

Поэтический понедельник на канале.

На прошлой неделе сходили с дорогой главой редакции Олей в гости к коллегам из «КИОН Строки». И это, пожалуй, было лучшее завершение рабочего дня. Ко второму сезону сериала «Виноград» коллеги выпустили сборник новелл «Сезон любви» — шесть романтических историй от популярных авторов сентиментальной прозы. Классный пример синергии разных направлений одного холдинга.

В этом году привычная летне-отпускная сезонность дала сбой, все решили поработать. Я не исключение, да и отпуск мне грозит только после осеннего нон-фикшена. К сожалению, традиционная простуда после летних дождей тоже не обошла стороной.  Мой безотказный рецепт уже много лет — чтение манги. Пока лежал дома с насморком, дочитал (потому что новых полнометражек ждать еще долго) «Клинок, рассекающий демонов». И чтобы как-то прийти в чувство после уничтожающей концовки решил развеселить себя «Буддистом» Доди Беллами.  Первый раз я прочитал «Буддиста» в 2023 году, и на тот момент не увидел ничего смешного в книге о травмирующих отношениях. Но годы идут, наше отношение ко многим вещам меняется, и теперь, это, пожалуй, самая веселая и обнадеживающая книга.

​​Не испытываю никаких угрызений совести, когда бросаю книги. Если все совсем плохо, не мучаю себя и передариваю или продаю книгу. Но есть книги в целом неплохие, и бросать их не хочется, так как веришь, что к концу все изменится. Сегодня как раз о них. У романа «Недруг» была заманчивая аннотация: в недалеком будущем американская семейная пара держит одну из немногих оставшихся ферм. Их размеренный образ жизни меняет незнакомец, который предлагает отцу семейства отправится бороздить просторы космоса. Чтобы жена могла справлялась с фермерскими делами самостоятельно, к ней предлагают подселить клона — точную копию ее мужа. Читатель наблюдает за разворачивающимся событиями от лица мужа: у него то ли  психическое отклонение, то ли он просто недалекий человек. Главная «интрига» считывается примерно на двадцатой странице, и если вы читали или смотрели что-то в жанре сай-фай в последние пару лет, то быстро поймете, что происходит. Но проблема даже не в плохой пародии на серию «Черного зеркала»: автор так и не понял, что хочет нам сказать. Сначала ругает тоталитаризм, обличает то, как люди легко идут на поводу у системы, потом внезапно переключается на историю несчастливого брака, где муж холоден, а жена погрязла в рутине. Через несколько десятков страниц вспоминает, что это все-таки фантастика и набрасывает немного мироустройства, размышляет о трансгуманизме, а потом рассказывает о жуках… Ну хочешь написать роман о проблемах в браке — пиши, зачем столько претенциозности?  В антиутопии Лилии Ассен «Панорама» на смену вездесущему усатому дядьке пришли соседи. Сквозь стеклянные стены домов они наблюдают друг за другом и в случае намека на преступное поведение готовы устроить самосуд преступнику в социальных сетях. Судебных институтов не существует, полиция разоружена, власть у народа. Тем не менее, однажды из богатого квартала исчезает семья. С точки зрения идеи — круто. Есть общество тотальной открытости, которое отказывается от личной жизни ради безопасности, но именно это отсутствие личного пространства и делает их менее свободными. А вот реализация подкачала. Стеклянные дома существуют в рамках одного района, как живут в других районах, где обычные дома и также нет полиции, — мы знаем немного. В глобальном масштабе объяснению этому тоже нет. Детективная линия слабая, очень много повестки. Всю книгу остаётся ощущение, что Лилия Ассен так до конца и не определилась, как раскрыть потенциал этой идеи. У аудио сериала «Семь способов засолки душ» классная атмосфера: эти скрежеты, звуки, завывания ветра, шорохи. Голоса Дмитрия Поклонского и Саши Сулим дают полное погружение в историю о маленьком городке, сектах и семейной травме. Героиня Ника, дочь лидера секты, возвращается в родной город после психиатрической больницы. Она обнаруживает, что несмотря на смерть отца, секта продолжает функционировать, а кто-то в городе убивает молодых девушек. И кажется, это абсолютное «Да!» для поклонников жанра, но та самая неопределенность, которая в аудио сериале работает как крючок, исчезает, когда начинаешь читать книгу. Сразу замечаешь сюжетные дыры, понимаешь, что тебя не объясняют, откуда берутся герои и куда деваются, мистика это, в конце концов, или все зло от плохих людей.  #пакетспакетами

Наконец добрался до ЗилАрта. Ездил смотреть африканское искусство в исследовательских целях — в прошлом году рисовал обложку, которая, к сожалению, не подошла. Хотелось сравнить ощущения от работы с книгами, альбомами и фотографиями с реальными экспонатами.  Про выставку «Африканское искусство: боги, предки, жизнь» написали, кажется, уже все телеграм-каналы про искусство. Оно и понятно — на выставке более 800 экспонатов, которые почти тридцать лет собирал скульптор Михаил Звягин. Тут и правители Нигерии, и «кубистические» и «фовистические» маски, и фетиши с гвоздями, как на обложке «Лонтано» Жана Кристофа Гранже.  В пространстве легко ориентироваться: оно поделено на архетипические «острова» — рождение, инициация, семья, война, магия и т. д. На каждом «острове» собраны работы разных народов центральной и западной Африки. Можно включить бесплатный аудиогид, а можно просто час с лишним слоняться между рядами, ища знакомые силуэты, как это делал я.  Не секрет, что европейские модернисты любили все экзотическое. На выставке можно обнаружить работы, которые могли послужить вдохновением для Пикассо и Матисса, посложнее — Модильяни, и даже несколько масок, перекликающихся с картинами Клее. А если все время держать в голове, что это не просто скульптуры и маски, а разные ритуальные и сакральные атрибуты, становится еще интереснее.

​​В субботу последний экзамен, а значит, впереди два чудесных месяца на чтение. Летом успеваю и больше читать, и больше писать, и вообще внутренне оживаю.  Перелистал книгу Джона Коэна «Неработа», все еще хороша. Она о нашей постоянной внутренней борьбе: желании не работать и желании чего-то достигнуть. Коэн считает, что с желанием не работать мы боремся с самого детства: одни побеждают и становятся успешными, другие выгорают и увольняются, кто-то впадает в депрессию от недосыпа, стресса и постоянной загруженности. На примере пациентов и известных личностей — Эмили Дикинсон, Энди Уорхола, Дэвида Фостера Уоллеса — Коэн рассказывает, как важно принимать желание не работать, относиться к лени не как к врагу, а как к сигналу, что отдых необходим. Планирую прислушаться к его советам и дать себе отдых, чего и вам желаю.  Удивительно, но «Крах Атласа», заключительная часть трилогии Оливи Блейк о шестерке одаренных, оказалась самой хорошей. Удивительно потому, что обычно бывает наоборот. К третьему тому Блейк как будто научилась писать, закончила почти все сюжетные линии и перестала объяснять, как работают способности героев в этой вселенной. Напомню, что в этом цикле классный лор: «Гарри Поттеры» выросли, магия тут творится за счет законов физики, используется крупными корпорациями для обогащения, а тайными обществами — для власти. И есть группа одаренных, которые вроде как должны изучать тайны Александрийской библиотеки, но три тома выясняют кто с кем переспал (много кто, много с кем, и не все из них были людьми).  Так до конца и не понял, понравилось «Масло» Юзуки Асако или нет. По сюжету журналистка Рика хочет взять интервью у Манако Кадзии, которую обвиняют в убийстве ее поклонников: Кадзия вела кулинарный блог, в котором, помимо рецептов, давала советы по обольщению мужчин. Попутно соблазняя их в реальной жизни, получая от них деньги и, вероятно, убивая. Рика хочет выяснить, что же произошло на самом деле, начинает втираться в доверие к Кадзии, но не замечает, как становится жертвой ее манипуляций. Я старался не читать рецензии, чтобы не поймать спойлеры, а из-за маркетинга думал, что это какой-то триллер. Оказалось — психологическая проза о фэтфобии в стиле Миэко Каваками, с критикой отношения к женщинам в японском обществе. Запутавшаяся в подростковых травмах Рика несчастна: она подстраивается под окружающих, редко ест, чтобы оставаться худой, живет с мужчиной, которого не любит. Благодаря Кадзии ее жизнь постепенно начинает меняться: Рика проживает подростковые травмы, открывает для себя готовку и радость от еды, налаживает отношения с близкими. Спасибо за хэппиэнд, но это не то, что ожидаешь от книги с рекламными слоганами в стиле «История домохозяйки-убийцы, основанная на реальных событиях».  Книга «Хранитель мировой поверхности» напоминает нам, что самые неблагонадежные люди — это сообщество читателей. Это история безымянного цензора, который однажды понимает, что больше не хочет запрещать книги. Вроде бы мы все это уже видели и читали, но в этой книге есть две интересные особенности: во-первых, она построена как литературная игра, каждая глава — это отсылка к конкретной книге. Во-вторых, убийственный финал, вот такого финала вообще никак не ожидаешь. Прочитал в статье Егора Михайлова, что одновременно с «Хранителем…» на русском вышла еще одна арабская антиутопия, жаль, не могу и с ней познакомиться.  #пакетспакетами

Знаю, что есть как минимум пара хейтеров Оливии Лэнг среди читателей этого канала, но не могу пройти мимо текста в The Guardian в честь десятилетия (!!) с момента выхода «Одинокого города».  Идея написать книгу родилась из унизительного и болезненного чувства страха, из боязни оттолкнуть людей, признавшись в своей слабости. Лэнг решила исследовать одиночество и пришла к удивительному выводу: одиночество — это не череда личных неудач, это политическое явление, следствием которого становится уязвимость определенных групп. Спустя десять лет тема одиночества перестала быть табуированной. Согласно докладу Всемирной организации здравоохранения за 2025 год каждый шестой человек в мире чувствует себя одиноким. К сожалению, несмотря на освещение темы в публичном пространстве одинокие люди склонны считать, что в одиночестве виноваты они сами.  Больше всего Лэнг пугает интернет и социальные сети. Если в период изоляции социальные сети для нее (и для многих) были утешением, то в последние несколько лет они превратились в место травли и насилия. Алгоритмы загоняют людей в информационные пузыри, люди разочаровываются в гражданском обществе и становятся более радикальными.  Различные ультраправые группировки играют на нашем чувстве одиночества. Они находят людей, которые чувствуют себя брошенными и незаметными, и начинают их вербовать. Единственный способ противостоять этому, по мнению Лэнг, это — перестать быть одиноким восстанавливать социальные связи в реальном мире.

​​Книгу Сюзанны Хадсон «Современная живопись» можно смело назвать путеводителем по актуальному искусству. Для меня она стала настоящим открытием, потому что мои знания о современном искусстве заканчиваются примерно на «Молодых британских художниках», создание и расцвет которых пришлись на конец 1990-х начало 2000-х.  Найти хорошую книгу о современном искусстве гораздо сложнее, чем кажется. Обычно авторы выбирают один из двух путей: составить альбом из красивых картинок с минимальным количеством текста или написать настолько академическое исследование, что уже через двадцать страниц начинаешь жалеть о своем решении разобраться в современном искусстве. Мне кажется, Хадсон удачно избегает обеих крайностей. Сюзанна Хадсон — американский искусствовед, критик и профессор, много лет занимающаяся исследованием современного искусства. В книге она ставит перед собой амбициозную задачу: рассказать о том, что происходит с живописью в XXI веке. Причем не через историю отдельных художников или перечень важных выставок, а через идеи, которые сегодня определяют развитие медиума: апроприацию, телесность, отношения живописи с цифровой культурой, политикой идентичности и экологической повесткой.  Сразу оговорюсь, что это не история современной живописи в привычном смысле слова. Если вы ждете последовательного рассказа о том, как одно направление сменяло другое, то не ждите книга может разочаровать: рядом оказываются художники из разных стран, поколений и художественных традиций. При этом Хадсон не превращает произведения искусства в иллюстрации к политическим тезисам. Это важное качество, которого сегодня не хватает многим исследованиям современного искусства. Единственный минус — критерии отбора произведений сформированы американской и европейской академической средой. Хоть Хадсон и старается «угодить всем», в центре повествования все равно остаются зарубежные художники.  Тем не менее книга выполняет свою главную задачу: после ее прочтения начинаешь лучше понимать, почему живопись, которую на протяжении десятилетий регулярно объявляли мертвой, продолжает оставаться одним из самых востребованных художественных медиумов. Пока критики спорили о будущем искусства, художники просто продолжали писать картины. #многобукв