Игорь Караулов

Неужели не существует? Стоит поискать - авось найдём.

Петербург, 26 августа в 19:00 в Библиотеке им. В.В. Маяковского состоится презентация новой книги Андрея Полонского (1958-2025) "Я БЫЛ, И ВТОРОЙ РАЗ МЕНЯ НЕ БУДЕТ" (АСТ, 2026). Адрес: наб. р. Фонтанки, 44, 1-й этаж, Медиахолл Напоминаю, что издание можно купить онлайн /На вечере будет возможность приобрести книги Андрея Полонского ниже магазинных расценок/

Кто-нибудь объясните Шойгу, что спортивные состязания исторически возникли как часть похоронного обряда.

«Книга — это ощущение дома, книга — это наш русский дом», — П. Беседин На II Марийском книжном фестивале в Йошкар-Оле прошли творческие встречи членов СПР Игоря Караулова и Платона Беседина. И. Караулов говорил о том, как сегодня заново встречаются поэзия и читатель, в постсоветское время эта связь во многом была потеряна, однако последние годы многое изменили: современные поэты снова собирают полные залы, ездят по стране и разговаривают с читателями напрямую: «Пока литератор жив, он способен быть самым лучшим пропагандистом своих книг, да и чтения как такового». П. Беседин начал встречу с разговора об одной из своих последних книг «Как исчезает дым» — романе о судьбах людей, соприкоснувшихся с донбасским конфликтом. Говорили и о новой книге, которую писатель создаёт сейчас в Севастополе: «Удивительным образом именно в это время под обстрелами мне хочется писать о любви. В сорок лет, в общем, пора бы уже написать о любви…» Продолжением фестивальной программы стала открытая дискуссия с участием марийских писателей, представителей литературных студий и объединений о положение писателя в современном мире, проектах СПР и возможности для авторов из разных уголков страны. Завершилась поездка встречей с журналистами Марий Эл в пресс-центре Дома печати. Наши авторы поговорили с представителями СМИ о том, как меняются медиа и читательские привычки и о том, какое место в профессии писателя занимает ИИ. «Машина не хочет всматриваться в людей. Ей это не нужно. Я хочу видеть, слышать людей, писать о них и так сохранять их в истории», — отметил Игорь Караулов. 🤩 СПР В МАХ

Ключ к русской земле – созерцание речной долины. Тверца в Торжке, Волга в Старице, Ока в Тарусе, Волга в Плесе, Ока с Беховского холма, Ока в Константинове. Река в Центральной России – это часть земли, зимой она скована льдом и по ней можно ездить, как по суше, а летом своей неторопливостью она создает впечатление статичности. Река – ось ландшафта, долина – ее оправа, ее ножны. Обязательно должны быть облака над рекой, должен быть лес на холме или вдали, за поймой. Созерцание долины – это не просто любование красивой картинкой. Это обведение глазами внешними и внутренними контура, концепта, в котором пространство врастает в историю, а история вырастает из него. Церкви здесь как булавки, воткнутые в местах, на которые надо обратить особое внимание. Река на равнине – это не четкая линия на карте, а водное кружево, прорезанное в земле: острова, протоки, старицы. Читать далее: https://m.vz.ru/opinions/2026/7/25/1437405.html

Мой дебют в газете "Культура" - о Марийском книжном фестивале, с которого я только что вернулся. https://portal-kultura.ru/articles/opinions/378180-kogda-kniga-prevrashchaetsya-v-obereg/

80 лет Топорову. В каком-то лучшем мире к этой дате прошла бы в университете конференция, вышел бы юбилейный сборник, а ещё спецвыпуск какого-нибудь журнала, и ещё какие-нибудь программы на телевидении, да много чего ещё. Но мы живём в том мире, в котором живём, а не в лучшем, поэтому сегодня просто посидим узким кругом. За тринадцать лет, что его нет, кажется, прошла не одна жизнь, а несколько; мир изменился до неузнаваемости несколько раз подряд. Я встретил и узнал множество в высшей степени интересных, умных и талантливых людей — просто чудо как много. Жаль, что их уже нельзя познакомить с Виктором Леонидовичем — они бы ему очень понравились. Ему бы вообще было интересно посмотреть, как мы тут все теперь живем. Он бы, конечно, знатно охренел и нам сказал бы, что мы знатно охренели, — но все-таки. Мы все принадлежим эпохе, и Топоров, конечно, тоже ей, своей, принадлежал, но вот что понимаешь, пожив без него и посмотрев чуть побольше вокруг: дело абсолютно не в эпохе. Просто тебе повезло в жизни столкнуться, не знаю, с единорогом. Или с инсулиндским фазмидом, типа того. Таких людей — таких голов, таких мозгов — бывает один на миллион, а может, и реже. Во многом все это осталось и в книгах — см. «Двойное дно», «Похороны Гулливера», «Жесткая ротация» и т.д. И однажды все это оценят, и будут и конференции, и спецвыпуски журналов, и вот это вот все. Очевидно, в Росси надо не только жить долго, но и еще и долго ждать после смерти.