Книжная среда Куплевацкой

«Мария и я» Мария Гаярдо и Мигель Гаярдо Двухчастный графический роман испанского художника-иллюстратора Мигеля Гаярдо – трогательные отцовские наблюдения-зарисовки о дочери Марии, которая живёт с РАС. #переводсиспанского сделали Екатерина Чуракова и Мария Соколова. Изначально части комикса выходили отдельно, теперь есть дилогия под одной обложкой. В год выхода комикс «Мария и я» получил Национальную премию Каталонии, спустя год, в 2010 году, вышел полнометражный документальный фильм о героях книги и том, как публикация на них повлияла. А спустя 8 лет после выхода первой части вышло продолжение графического романа «Марии исполняется 20 лет». Части комикса (напомню, в русскоязычном издании они под одной обложкой) объединены не только героями (Мария и её папа-художник), но и общей рамкой – несколько недель летних каникул, которые отец проводит с дочерью у моря, на Канарских островах. Мигель через доступный ему и любимый Марией язык иллюстрации рассказывает об особенностях взросления дочери с РАС, собственных страхах, связанных с будущим дочери, ежедневной рутине и привычках Марии. В комиксе много лиц (почти шаржей), потому что Мария постоянно требует, чтобы отец рисовал ей всех, кого они когда-либо встречали: от соседа по лежаку на пляже до близких друзей семьи. Мигель откровенно говорит о том, что его может утомлять в общении с дочерью (иногда это то самое требование рисовать лица) и что его раздражает в реакции окружающих на нестандартное поведение Марии (отец терпеть не может, когда окружающие смотрят на его дочь не просто с любопытством, но с жалостью или раздражением). Сам стиль рисовки графического романа продиктован потребностями Марии. Здесь много лиц её знакомых из разных групп (семья, друзья, одноклассники, прохожие, ребята из секции плавания и тд) и пиктограммы, которые помогают Марии понять окружающий мир (например, подробное расписание на день в картинках, инструкция к конкретному бытовому действию или объяснение, почему нельзя щипать людей, даже если они очень тебе нравятся…). Большая текстовая часть касается чувств и размышлений Мигеля о своей дочери, её настоящем и будущем. «Мария и я» при всей серьёзности темы – комикс летний, каникулярный. В нём много моря и смешных иностранных туристов, за которыми интересно наблюдать. Семейные праздники, любимая Марией музыка, скетчи и портретные зарисовки, самолёты и автобусы, едущие на пляж. Здесь много любви, настоящего внимания к ребёнку и его необычному миру, готовности принимать особенности дочери, желание найти способы близко с ней общаться, быть частью её жизни. Первая часть, в которой Марии 12 лет, отрисована чёрно-белым с красными акцентами, вторая часть, где Мария предстаёт двадцатилетней девушкой, – чёрно-белая с голубыми акцентами. Если опустить нейроотличие Марии (хотя я понимаю, что это краеугольная тема графического романа), можно читать комикс как трогательное признание в отцовской любви. #читаеткуплевацкая

Это должно было случиться (но я слишком долго прокрастинировала, извините) Мой соло-подкаст (возможно, не только первый, но и единственный выпуск) без названия и айдентики врывается в ваши ленты. Здесь я говорю о графических романах, которые написаны и отрисованы на основе личных историй авторов. Автобиографии и автофикициональные комиксы. В качестве примеров беру три, по-моему, важных книги: ⏺️«Вышивая раны» Беа Лема ⏺️«Дом на улице Ленина» Юлия Никитина ⏺️«Ирмина» Барбара Елин Все три вышли в Бумкниге. Послушайте этот эпизод, поделитесь им с друзьями и дайте мне обратную связь. Это мой первый опыт записи и монтажа, так что простите великодушно🤍

Даже Папа Римский не смог... #вокругкниг

Надия Микаил «Выходя из дома, не забудьте кота» Чего может хотеть девочка, только что закончившая школу? Поступить в университет и получить профессию мечты, создать семью с юношей, в которого уже пару лет влюблена, поездить по разным странам и узнать мир получше… Айша, героиня романа «Выходя из дома, не забудьте кота», тоже всего этого хочет, но прекрасно понимает, что ни один из пунктов не сможет воплотить в жизнь. И никто не сможет. Потому что к Земле приближается метеорит, учёные полагают, что у человечества осталось не больше года, и рекомендуют людям провести это время в любви и согласии с близкими, наслаждаясь маленькими радостями. Айше сложно наслаждаться жизнью, ведь её маленькая семья расколота. 4 года назад старшая сестра девушки поссорилась с мамой и ушла из дома, с тех пор ни Айша, ни мать ничего о Джун не слышали. Теперь, когда конец света всё ближе, Айша предлагает маме отправиться на поиски беглянки, простить друг другу обиды и встретить неминуемое в кругу семьи. В это драматичное путешествие Айша приглашает своего парня Уолтера и его родителей. В кислотно раскрашенный фургон берут рыжего кота Блохиша, прибившегося к Уолтеру накануне, килограммы фруктов и три блендера (не спрашивайте). За этот роман Надия Микаил, студентка юридического факультета одного из университетов Лондона, уроженка Малайзии, получила премию в области детской литературы от Waterstones и была номинирована на ещё пару наград. И, действительно, это весьма неплохой YA-роман (скорее, повесть даже). С помощью него Надия Микаил решает две задачи: знакомит молодого западного читателя с культурой Малайзии (особенно с кухней) и напоминает, что очень важно обращаться за психологической помощью, когда переживаешь горе. Мне кажется, неопытный юный читатель вполне может получить удовольствие от этой книги. У меня же была масса претензий. Во-первых, мир летит в тартарары, автор сообщает нам, что все бросили работу, чтобы быть с семьями в последние месяцы жизни, при этом ничего не накрылось медным тазом. Герои отправляются в путешествие на автомобиле, значит, есть бензин. Они готовят сложные карри, значит, есть электричество. Никаких разговоров о том, что города завалены мусором, значит, ЖКХ работает. И как это всё устроено? В романе есть упоминание о том, что друзья и соседи объединились в общины, где поддерживают друг друга и обмениваются продуктами. Но мы же понимаем, что всегда есть те, кто не хочет трудиться во благо общины и предпочтёт ограбить соседа. Но в мире Айши этого, видимо, нет, раз дружелюбная компания легко разъезжает между городами и не встречает на своём пути ни хулиганов, ни мародёров, ни просто людей с отлетевшей крышей. Во-вторых, за 200 страниц писательница реально утомляет метафорой затягивающихся (душевных) ран. На каждой пятой странице то свежие раны болят, то больно прикасаться к корочке на едва затянувшихся ранах, то раны затянулись и чешутся… Но есть подозрение, что это сделано специально, чтобы читающая молодёжь, привыкшая к тик-токам, не потеряла суть повествования. Видимо, с этой же целью автор постоянно напоминает нам, что Блохиш был цвета несвежего карри, у Уолтера «кривоватые резцы», а дверь дома Айши лаймово-зелёная. В-третьих, для такого напряжённого сеттинга психологизм слабоват. Люди знают, что скоро умрут, что Земля перестанет существовать, что ни один из планов на будущее не осуществится. При этом все спокойны, обходительны друг с другом, семья Уолтера вообще образец поддерживающей принимающей среды. Айшу иногда клинит (но причина не в надвигающемся апокалипсисе), и тогда ещё больше заметно, что остальные герои – функции. Можно и дальше рассказывать, что мне не понравилось, но правильнее будет вернуться к тому, что я не целевая аудитория этого романа. Книга тёплая, милая, в ней есть кот и много манго. Мне кажется, она вполне может понравиться читательнице лет 14-16. В романе нет насилия, эротических сцен, описания употребления каких-либо запрещённых веществ, сплошные традиционные ценности и вкусная еда. #читаеткуплевацкая

«Теорема близнецов» Любава Горницкая Один ребёнок – для семьи, второй – для государства. По такому принципу живёт новое общество, после пережитой восемьдесят лет назад тяжелейшей эпидемии. Миру нужны новые граждане, но они должны быть легко управляемы и согласны на тяжёлую и опасную работу буквально за еду и крышу над головой. Как этого добиться? Легко. Убедить людей, что в семье должен быть только один ребёнок, которому будет хватать родительской любви и заботы, материальных ресурсов, для которого в стране будет предусмотрено хорошее образование и достойная профессия в будущем. Но желательно родить ещё одного, для общества, и отдать его в систему интернатов-накопителей, а взамен получить неплохой налоговый вычет. С системой никто не спорит. В числе согласных и семья Ларцевых. Хотя ситуация их не совсем типичная. Тринадцать лет назад у Ларцевых родились близнецы, девочки Ника и Лика. Как из двух одинаковых малюток мама выбрала одну – загадка для всех. Но что сделано, то сделано. Или нет? Повествование в «Теореме близнецов» ведётся из двух сменяющих друг друга точек. Одна линия – жизнь Ники в семье, другая – Лики в приёмнике. И в каждой из этих жизней есть свои проблемы и неразрешимые вопросы. Ника мучается от синдрома самозванца и непроходящего страха «вылететь» из семьи. Демографическая политика позволяет обменять детей до 14 лет. Родители получают из интернатов отчёты о здоровье, внешнем виде и успехах отданного в систему ребёнка и в случае необходимости могут изменить своё решение. Вдруг окажется, что у семейного, «основного», развилась аллергия, он растёт со сложным характером или не демонстрирует успехов в той науке, которая для родителей важна. Тогда его можно отдать в интернат, а оттуда забрать «резервного». Ника помнит об этой опасности каждый день своей жизни, поэтому ходит в ненавистную музыкальную школу, чтобы радовать папу, и в художку, чтобы развиваться всесторонне. Лика же каждый день задаётся вопросом «почему»? Почему именно ей выпало стать «резервной», ведь они с той, другой дочкой Ларцевых, абсолютно одинаковые. И она бы с удовольствием ходила в музыкалку, у неё есть задатки, но интернатовским не полагается никакого дополнительного образования. Их готовят к тяжёлой конвейерной работе на заводах, жизни в рабочих общежитиях со скудным питанием и однотипной одеждой. Буквально униформой, чтобы достойные основные люди понимали, кто перед ними, и держались подальше. Лика не готова смириться с такой участью, даже не попробовав встретиться с семьёй. По закону жанра близнецы должны встретиться и понять что-то важное о себе и мире, в котором их родили. «Теорема близнецов» – антиутопия для юных читателей, но Любава Горницкая даже не пытается обойти острые углы и подстелить соломки. Её книга местами очень жёсткая. В какой-то момент, например, Лика рассуждает о волонтёрах, которые приходят в накопители ухаживать за «резервными», и читатель понимает, что далеко не у всех этих людей благие намерения. Да и сами интернаты имеют градацию: от хороших, пребывание в которых оплачивает семья, до буквально работных домов, где дети с трёх лет трудятся за хлеб и кров. А ещё «резервные», которые посмели бежать из системы, сталкиваются с облавами, похожими на отлов бездомных собак. И, как и в случае с собаками, отлов не всегда официальный, есть риск встречи с живодёром (подробностей таких встреч в книге нет, бояться не надо). В общем, «Теорема близнецов» – антиутопия по всем канонам, в ней показан пугающий, потенциально возможный мир. Но также это гуманистический текст о потребности каждого человека быть собой и не бояться, что тебя настоящего отвергнут самые близкие. И, конечно, о том, что любящее сердце сильнее теорем. #читаеткуплевацкая @apricotbooks

«Машина для интерпретаций» Рикардо Монсальве М рождается заново спустя сто лет после своей смерти. Герою (и читателям) врач-куратор объясняет, что память М и его сознание поместили в клонированное тело, потому что академический опыт М важен для нынешней науки. Оказалось, что герой возродился в стенах своего же университета, но академия за сто лет претерпела серьёзные изменения. Из-за сокращений бюджетов на образование нужно было выбирать, от каких факультетов избавляться. Научное сообщество приняло решение выдворить из академии гуманитариев, потому что они не приносят прямой и осязаемой пользы обществу (не строят, не лечат, космолёты не изобретают, понятно). А М в своей первой, настоящей, жизни как раз был профессором литературы. И теперь он должен выступить перед уважаемыми реальными учёными и объяснить им, как так вышло, что всякое шарлатанство вроде литературоведения так долго оставалось в стенах университетов всего мира. Вполне увлекательная завязка для романа в духе гуманистической фантастики, маскирующейся под научную. Двести крошечных страниц, на которых заметно не столько замешательство главного героя, сколько ужас самого автора перед внедрением ИИ в гуманитарные науки. И, действительно, Рикардо Монсальве, чилийский литературовед, преподаватель Питерской Вышки и РГПУ имени Герцена, этим вопросом озабочен. В одном из интервью он говорит: «чем больше мы изучаем влияние современных технологий на студентов новых поколений — особенно на их когнитивные способности, — тем лучше понимаем, что эти самые технологии, такие яркие и полезные, представляют серьёзный риск для образовательного процесса и потенциально могут быть вредны», а свой роман Монсальве определяет как «короткую приключенческую историю, в которой я соединяю философскую проблему — как мы читаем, понимаем и интерпретируем литературные книги — с кошмарным сценарием, где суперкомпьютеры превосходят нас в наших самых сущностных и человеческих интеллектуальных способностях». Да, в «Машине для интерпретаций» есть и кошмарный сценарий, и философская проблематика, но в романе, кажется, нет ничего нового. Особенно, для тех, кто фантастики в своей жизни много прочитал. Этический вопрос о праве учёного использовать Другого в научных целях, если заведомо известно, что этот Другой обладает сознанием и способностью к рефлексии. Было. Суперкомпьютер, который способен прочесть все тексты мира, проанализировать их и выдать какое-то резюме. Ну, было. Например, у Лема в «Големе XIV». Герой, которого наука воскрешает к жизни спустя 100 лет после смерти. Да даже не в фантастике, а вполне себе в боллитре было совсем недавно (Водолазкин «Авиатор»). Если выделять какой-то эпизод, который мне показался свежим и одновременно смешным и горьким, это часть выступления М перед научным сообществом, где он жалуется на низкий уровень гуманитарного образования в его бытность. М говорит, что для существования факультетов нужно было определённое количество студентов, и на гуманитарные направления брали буквально всех, кто пришёл. А приходили туда чаще «за корочками», а не за знаниями: «Проблема заключалась в том, что они не были способны к интеллектуальной деятельности. Их даже не интересовали книги. Они просто хотели получить корочки, чтобы все называли их профессорами. Но у большинства от профессора был только интеллектуальный снобизм. За редким исключением с преподавателями дела обстояли ещё хуже. Даже светила гуманитарных наук могли заниматься культурами, чьих языков не знали». В целом, за этим виднеется личная боль самого Монсальве, который много где учился и преподавал и, кажется, наблюдает снижение уровня подготовленности студентов, приходящих на филологический факультет, и квалификации преподавательского состава. В итоге весь роман «Машина для интерпретаций» представляется мне художественно оформленными страхами и сожалениями Рикардо Монсальве о настоящем и будущем гуманитарных наук. А ещё все учёные спустя сто лет будут пить много виски, если верить автору) #читаеткуплевацкая #переводсиспанского Алексея Смыченко изд-во Иностранная литература

Как будто и нечего добавить к этой понедельничной картинке, но я всё же скажу. Мы с группой отчаянно прекрасных людей продолжаем рассказывать о книгах и практиках чтения на этой мерцающей площадке. Просмотров меньше, запретов больше, но мы читаем и пишем о прочитанном. Если вы хотите пополнить подписки, найти новых для себя книжных блогеров или провести социальное исследование на тему «какие книги сегодня попадают в блогерские топы» (ну вдруг), приглашаю заглянуть в нашу папку Здесь собралась очень пёстрая компания. Пишут о детском и взрослом, нонфике и художке, классике и новинках, литературе отдельных регионов и конкретных жанров... В общем, реально можно найти своих и успокоиться. 💚 И пользуясь случаем: Спасибо всем, кто остаётся подписанным на мой канал💚

Встречайте финалистов! Каждый год мы с несколькими другими выпускниками Школы литературной критики В.Я.Курбатова пару месяцев читаем много (очень много, очень-очень много) книг, потом пару часов напряжённо спорим и выбираем-таки финалистов номинации "Молодость" премии "Ясная поляна". Для чего? Конечно же, для того, чтобы наш длиннокороткий список разлетелся по соцсетям (посодействуйте, пожалуйста) и буквально каждый получил возможность поругать нас за выбор (или не выбор) того или иного произведения. И хочется надеяться, что наш список помогает читателям ориентироваться в спектре современных книг, написанных для молодой аудитории (от подростков до тех, кто молод душой). Лауреата объявим в октябре, а пока знакомьтесь с финалистами: ⏺️Иван Бевз «Супергерои для грустных» (Азбука. Голоса, 2026) ⏺️Ирина Богатырева «Золотое время» (РЕШ, 2025) ⏺️Любава Горницкая «Теорема близнецов» (Абрикобукс, 2026) ⏺️Размик Кочарян «Виски сауэр» (Чтиво, 2025) ⏺️Кася Кустова «Стены» (Inspiria, 2026) ⏺️Илья Мамаев-Найлз «Только дальний свет фар» (Polyandria NoAge, Есть смысл, 2026) ⏺️Светлана Павлова «Сценаристка» (РЕШ, 2025) ⏺️Ольга Птицева «Радиус хрупкости» (Азбука. Голоса, 2026) ⏺️Максим Симбирёв «Спать не хочется» (СмартБук, 2025) ⏺️Коля Степанян «Где. Повесть о Второй карабахской войне» (Individuum, 2025) ⏺️Марина Чуфистова «Отец Серёжа» ( Азбука. Голоса, 2026) ⏺️Александра Яковлева «Дочери Колыбели» (Marshmallow Books, Яндекс Книги, 2025) Поздравляю авторов, редакторов, издательства! Спасибо всем финалистам и номинантам за то, что выбираете литературу🤍Вдумчивых вам читателей

«Почтальон Неруды» Антонио Скармета В небольшой рыбацкой деревушке Isla Negra живёт Пабло Неруда, поэт в изгнании. В той же деревушке живёт юноша Марио Хименес, который отказывается продолжать дело отца-рыбака и устраивается работать почтальоном. На дворе июнь 1969 года. Единственным, кто ведёт переписку в Исла Негра, оказывается Неруда, поэтому Марио начинает общаться с известным поэтом. И постепенно становится другом Неруды, почитателем поэзии, и сам начинает смотреть на мир и жизнь как на бесконечный источник метафор. Это яркий текст о жизни рыбацкой чилийской деревни конца 60-х - начала 70-х годов прошлого века: чайки, мощь океана, звёздное небо, рыбная похлёбка, мужики, пьющие дешёвое вино в местном кафе, вера в только что избранного Альенде и крушение надежд. Также это роман о юности, поиске своего пути, этапе, когда сердце открыто новому, когда легко сближаться с людьми любых возрастов и статусов, когда мечты ещё кажутся осуществимыми. Это текст о дружбе и поэзии. О том, как вдруг меняется мир, когда начинаешь смотреть на него взглядом поэта. И это книга о последних годах жизни Неруды, поэта и политика. Он получает предложение баллотироваться в президенты, снимает кандидатуру в пользу Сальвадора Альенде, уезжает послом Чили в Париж, работает там 2 года, в это время получает Нобелевскую премию (в романе очень здорово описано, как Марио и вся деревня празднует эту награду), и возвращается в Исла Негра, сломленный тяжёлой болезнью и военным переворотом, приведшим к власти Пиночета. Всё написанное о романе выше – правда. Но… Я не учла, что книга написана чилийцем и ещё до моего рождения. То есть в те годы, когда мачистская культура была едва ли не единственным путём мужской социализации в странах Южной Америки. Большая часть романа посвящена тому, как Марио хочет Беатрис. Парнишка (ему 18 лет) видит девушку в кафе и влюбляется. Потому что грудь, бёдра, ложбинки, ямки и всё такое. Марио бежит к своему старшему товарищу Неруде, рассказывает о своей любви (желание срочно овладеть девушкой, которую ты видел один раз в жизни, автор называет любовью), и поэт помогает другу преодолеть препятствие на пути к сексу. Препятствие – мать Беатрис. Женщина с характером, чувством юмора и предпринимательской жилкой. Она говорит дочери: «будешь путать поэзию с политикой, скоро станешь матерью-одиночкой» и «море приносит гальку, а слова – ляльку». Не доверяет, в общем, поэтам. И правильно делает. Потому что Марио тратит дни не на то, чтобы заработать побольше и предложить девушке и их будущему ребёнку (о предохранении в деревне не знают) рай хотя бы в шалаше. Он мечтает, как гектолитры его семени (прям так и формулирует, да) вознесут Беатрис до небес (не о таком рае мы мечтали). В общем, заметная часть романа – это мечты Марио о сексе, где всё колышется, вздымается, пронзается, и описание того, как эти мечты осуществляются то в сарае, то в кухне, то в супружеской всё-таки спальне (надо ли говорить, что до того девственный Марио так ловко намечтал себе разные умения, что на деле с первого же раза отправляет Беатрис в нокаут в экстатические дали?). Кстати, для первого раза Скармета придумывает затянутую кринжовую и совершенно не возбуждающую сцену с яйцом (куриным). Ладно бы ещё Марио чуть подуспокоился, когда заполучил желаемое, и начал всё же знакомиться с женой, разговаривать с ней, интересоваться её планами и мечтами. Нет. В личностном плане его интересует только Неруда. Марио мечтает писать стихи и скопить деньги на поездку в Париж к любимому другу. Напомню, к этому моменту он женат на Беатрис, она беременна, Марио не работает (просто муж мечты). При этом молодой человек не забывает пригрозить жене ножом, когда замечает, что на неё заглядывается посетитель кафе. А потом Неруда возвращается в Исла Негра и умирает. Конец. Для своего времени и культурной среды роман адекватный, но сегодня читать книгу, в которой девушка – это только лишь райские кущи с колышущимися над ними грудями, странно. #читаеткуплевацкая #переводсиспанского Анны Егорцевой

Психотерапию часто комично изображают как бесконечные разговоры о том, какие ошибки совершила твоя мать со дня твоего зачатия. Это забавно и далеко от реальности, но всё же в какой-то момент, чтобы двигаться дальше и по-настоящему повзрослеть, надо понять что-то важное про отношения с материнской фигурой. Которая, конечно, не всегда биологическая мать. Сборник «Поймать мать» – некая попытка художественного осмысления этих первых и фундаментальных отношений в жизни человека. 21 рассказ современных авторок/в. Это очень плотные, ёмкие тексты по 9-12 страниц. Не биографии и последовательное рассуждение о каждом этапе жизни, а, скорее, фокусировка на каком-то ключевом моменте, краеугольном аспекте, доминанте. И, как я писала выше, мать здесь не всегда та, что родила. Материнской фигурой может быть бабушка, крёстная, свекровь… Она может быть тёплой и принимающей, ускользающей, тревожной и какой угодно ещё. Частой темой рассказов становится эмоциональная истощённость матери, женщины, которая в девяностые вынуждена метаться между несколькими работами и устройством быта и просто не имеет возможности быть достаточно тёплой, поддерживающей, включённой. Также нередко авторы говорят о детской тревоге за мать, которая уходит из дома в холодный опасный мир, и о парализующем ужасе ребёнка, которому приходится проживать смерть матери (даже если ребёнок уже формально вырос). В сборнике много примет времени: от необходимости «подклеивать» капроновые колготки лаком для ногтей, чтоб стрелка не побежала выше, и выдаваемой натуральным продуктом зарплаты до постоянных диет в попытках соответствовать мифическим стандартам… Важно сказать, что все эти «фундаментальные отношения, ускользающие матери и материнские фигуры» – часть моего отзыва, а не сборника рассказов. Вся эта психологизация – это мой способ осмыслить прочитанное. Тексты сборника же художественные, живые, порой очень поэтичные (иногда буквально) и метафоричные, они говорят языком литературы, а не психотерапии. Часто травмирующие события (вроде сексуализированного или физического насилия) даже не названы прямо, но настолько сильно раскрыты через метафору, что могут причинить боль (такие тексты помечены значком триггер-ворнинг, не игнорируйте его, если выше эмоциональное состояние сегодня нестабильно). При всей сложности и болезненности темы, нельзя сказать, что сборник исключительно тяжёлый и мрачный. В большинстве рассказов есть ностальгическое тепло, свет и надежда, благодарность и любовь. Если вы нуждаетесь в моём совете, скажу, что рекомендую читать по 1-2 рассказа в день. #читаеткупевацкая @sodapress

Новая рубрика, получается. #непотерять Буде здесь рассказывать о не просто интересующих меня новинках, а о тех, которые я почти пропустила (из-за маленьковости издательства или потому что о книге мало говорили), но всё же мы встретились. «Капоте в СССР», Денис Захаров изд-во Найди лесоруба Российский историк и литературовед Денис Захаров провел двенадцать лет в американских и российских архивах, разыскал семьи участников исторических гастролей, расшифровал дневники, сопоставил донесения и письма. Результат — «Капоте в СССР: подлинная история одного путешествия». О том, как молодой Капоте в конце 1955 года приехал в СССР в составе труппы оперы «Порги и Бесс». Очень много для продвижения книги сделал сам Денис Захаров. Купить можно на сайте издательства. Прямо сейчас свободных денег на эту книгу у меня нет, но есть риск, что её расхватают… «Машина для интерпретаций», Рикардо Монсальве изд-во Иностранная литература Чилийский писатель и филолог, это второй его роман, в оригинале на испанском вышел в 2024 году. Что обещают? В романе «Машина для интерпретаций» поднимаются вопросы возможности переноса сознания, исследуются мрачные стороны использования искусственного интеллекта. В работе Монсальве, во многом вдохновленной Данте, Булгаковым и Борхесом, сочетаются элементы классической русской школы научной фантастики в духе Александра Беляева и характерные черты произведений американских писателей-фантастов. Уже заказала, жду доставку. «Надежда. Автобиография», Папа Римский Франциск изд-во Альпина Паблишер Вышла книга 14 января 2025 года и была опубликована одновременно в более чем 100 странах, мы получили книгу с некоторым опозданием, но она есть и это главное. Первая в истории автобиография понтифика, выпущенная при его служении. Писал её Франциск совместно с итальянским журналистом Карло Муссо. Когда книга вышла в Италии, критики отмечали, что Папа в ней откровенно рассказывает о детстве и весьма дипломатичен в рассказе о жизни иезуита-провинциала, изгнании и противоречиях служения в Ватикане. Когда я планировала поездку в Рим в Юбилейный год (2025), я хотела встретиться с Франциском. Но человек, как известно, лишь предполагает. Поэтому в ноябре 2025 года я в Ватикане получала чётки для розария из рук нового Папы Льва, а с Франциском встречусь на страницах книги. Пока не купила.

Новинки на моих книжных полках (полки, если честно, закончились, книги лежат на всех горизонтальных поверхностях, пока они не захватили только кухню). Две верхние книги этой стопочки уже начала читать. Сборник рассказов крепкий, при общей теме тексты разные. И сюжетно, и по настроению. Дочитаю к концу недели, читаю за утренним кофе и послеполуденным чаем. А вот крошечная книжка Озлю даётся тяжело из-за мрачности и даже депрессивности какой-то. Остальные пока не начинала, но теперь есть такая возможность, высвободилось немного времени для личного чтения (то есть такого, которое не связано с работой). 🔹 Завершился большой этап чтения номинантов на премию «Ясная поляна» в номинации «Молодость». В этом году пришлось прочесть 70 книг разной степени увлекательности и языковой красоты. Определили с другими членами жюри финалистов, организаторы их объявят на следующей неделе. 🔹 И ещё один большой проект закончили. Онлайн этап школы книжного блогера «Краснокнижники» завершён. Больше не надо готовить для участников вебинары, аудировать их блоги, выбирать финалистов. Всё это позади. Хороший сезон, классные блоги, интересные люди. Теперь перерыв до фестиваля «Красная строка» в Екатеринбурге, где мы будем встречаться с теми, кто прошёл в оффлайн этап. 🔹 Ближайшие выходные (оба дня) проведу на питчинге выпускных работ совместного курса двух литературных школ. В прошлую субботу занималась тем же, ушла воодушевлённой. Люди пишут и пишут хорошо. Надеюсь, у всех них, рано или поздно, будет возможность издать свою книгу. 🔹 Недавно получила приглашение от Союза писателей России поучаствовать на их форуме в секции «Книжные обозреватели». Пока не уверена, что пойду туда, но мне, наверное, было бы интересно не столько выступить, сколько послушать, что другие думают о сегодняшнем положении обозревателей в медиа. Подумаю. ❓ Появились ли новые книги в вашей домашней библиотеке? #вокругкниг

«Илария» Габриэлла Залапи Женева, 1980-й год, восьмилетняя Илария ждёт сестру на школьной площадке, чтобы вместе пойти домой. Приходит отец и забирает девочку, обещая, что отвезёт её в кафе, где она встретится с мамой и той самой сестрой. До этой встречи пройдёт несколько лет… В основу романа легла история, случившаяся с итальянской писательницей и художницей Габриэллой Залапи, но «Илария» – не автобиография. Автор говорит, что события детства послужили ей вдохновением, однако она намеренно дистанцировалась от текста, переписывала его, добавляла много художественного. «Илария» – это, в конечном счёте, литература, а не жизнь, благодаря чему читателю довольно просто даётся знакомство с по сути тяжелейшей историей. Роман «Илария» построен как дневник. От дня похищения родным отцом до возвращения к привычной жизни. Несколько лет на 160 страницах. Повествование ведётся от первого лица в настоящем времени и включает только то, что видела и чувствовала героиня во время скитаний. Хотя пространство текста большую часть времени ограничено салоном автомобиля, в котором отец и дочь колесят по Италии, роман не кажется клаустрофобным. Итальянские автострады, устройство закусочных и мотелей на трассе, детские площадки и пляжи, на которые похититель всё же иногда приводит дочь, католическая школа-пансион, в которой девочка проводит пару недель, деревенский дом бабушкиной подруги, куда Иларию буквально ссылают, когда она оказывается никому не нужной, – всё это описано одновременно скупо и детально. При желании можно выстроить путешествие по маршруту Иларии, и мы будем понимать, чего ожидать от того или иного места, но в самом романе описаний наберётся едва ли на пять страниц. Весь роман, скорее, состоит из умолчаний, чем из объяснений. Илария не знает, почему её родители расстались, версии отца и матери сильно разнятся. Папа всю дорогу говорит ей, что любит жену всем сердцем, и девочка начинает жалеть этого одинокого детину с разбитым сердцем. Но детская память также хранит вечера, когда отец заходился яростью, кричал, выгонял семью из дома… И во время бесконечных переездов из города в город, от отеля к отелю, отец всё больше пьёт, всё чаще кричит и обвиняет дочь в разрушенном счастье. Он эмоционально неустойчив, «с ним не угадаешь. Одно и то же слово может вызвать у него противоположные реакции. Надо оставаться начеку». Неизвестность, непредсказуемость в поведении похитителя, бытовая неустроенность, показанная глазами восьмилетней девочки, рождает у читателя чувство тревоги, предчувствие катастрофы. Дополняют картину новости Италии 1980-го года: теракт в Болонье, покушение на Папу Римского, похищения чиновников, ультиматумы террористов… Девочка выхватывает эти сообщения из потока радиовещания, и, как любой восьмилетний ребёнок, не придаёт им значения. Они важны для общей напряжённости среды, но благодаря детской оптике остаются как бы снаружи истории. Долгое время как бы «вне» остаётся для Иларии и мать. Девочка скучает, мечтает о встрече, видит, как отец звонит маме из телефонных будок на трассе, но благодаря манипуляциям похитителя начинает верить, что мать не хочет с ней разговаривать. Это вообще во многом роман о потере базовых знаний. Отец оказывается не надёжным защитником, а тем, кого стоит опасаться и – позже – жалеть. Мать стараниями отца перестаёт быть принимающей и любящей, а становится той, перед кем стыдно. Даже привычный французский язык общения заменяется постепенно итальянским. Единственным надёжным, что помогло выстоять Иларии в постоянно обрушающемся мире, было творчество. Девочка рисовала, тем и спаслась. Хотя понятно, что после всего пережитого простое возвращение в привычную среду, к матери, любящей и стабильной, ещё не равно спасению. Автор заканчивает роман на воссоединении Иларии с мамой и сестрой, но даёт понять, что это похищение ещё долго будет ранить героиню. «Меня ни о чём не спрашивают, я тоже не задаю вопросов. Слово «папа» лежит под ногами. Осколком стекла. Не наступить бы». #читаеткуплевацкая перевод с французского Нины Хотинской

Книжная среда Куплевацкой pinned a photo

Всем привет! В наше нестабильное время всё течёт и изменяется, в том числе блогерские субличности, поэтому я решила немного рассказать о том, кто я сегодня и о чём мой канал. Я – Кристина. Постоянно вовлекаюсь в разнообразные книжные проекты, устаю от этого и хочу ещё. Редактор портала ReadRate, куратор школы книжного блогера «Краснокнижники», член жюри номинации «Молодость» премии «Ясная поляна», куратор книжных проектов, спикер, популяризатор чтения. В прошлом году я собрала почти 80 перелётов, 70% из них были связаны с книжными мероприятиями. Живу на Крайнем Севере, поэтому любая вылазка – перелёт, а то и не один. Если говорить о моих личных книжных предпочтениях, сегодня это современная испаноязычная и русскоязычная литература. Но, бывает, и классику перечитываю (обычно для книжных клубов), и графические романы листаю (особенно, если они испаноязычные))) Один раз зашла не в ту дверь в литературу с другой стороны, написала рассказ «Отвечают бабули» для сборника «Действующие лица». Понравилось, но пока планирую оставаться на стороне читателей. В этом канале пишу отзывы о прочитанном под тегом #читаеткуплевацкая (с недавних пор есть отдельный тег #переводсиспанского), иногда шучу и высказываю непопулярные мнения (а иногда – очень популярные). С особой теплотой благодарю давних подписчиков канала, которые остаются здесь, и с радостью приветствую новеньких. *при желании расскажите в комментариях, из какого города вы меня читаете.

Продолжаем с коллегами по книжному ТГ читать длинные списки литературных премий за вас 😁 Сегодня на очереди – номинация «Иностранная литература» премии «Ясная Поляна» Ссылка в названии книги ведет на отзыв на нее   В короткий список вошли: 📚 Жузе Эдуарду Агуалуза «Креольская нация» (пер. с португальского Варвары Махортовой) 📚 Робби Арнотт «Лимберлост» (пер. с английского Дарьи Расковой) 📚 Такис Вюргер «К Полине» (пер. с немецкого Татьяны Набатниковой) 📚 Риэ Кудан «Симпати Тауэр Токио» (пер. с японского Анны Слащевой) (вторая часть отзыва – здесь) 📚 Омер Зюльфю Ливанели «Серенада для Нади. Забытая трагедия Второй мировой» (пер. с турецкого Сабиры Серазидиновой) 📚 Хань Шаогун «Словарь Мацяо» (пер. с китайского Алины Перловой) 📚 Саманта Харви «По орбите» (пер. с английского Екатерины Даровской) (еще один отзыв – здесь) 📚 Хван Согён «Три поколения железнодорожников» (пер. с корейского Марии Солдатовой и Ро Чжи Юн) 📚 Хатльгрим Хельгасон «Женщина при 1000 °C» (пер.с исландского Ольги Маркеловой) 📚 Чжан Лин «Одинокая Ласточка» (пер. с китайского Ольги Кремлиной) 📚 Халид ан-Насрулла «Белая линия ночи» (пер. с арабского Катерины Колосковой)   Остались в длинном списке, но нас это не остановило: 📖 Сельва Альмада «Не река» (пер. с испанского Дарьи Синицыной) (и здесь) 📖 Хуан Габриэль Васкес «Имена Фелисы» (пер.с испанского Анны Берковой) 📖 Абдулразак Гурна «Рай» (пер. с английского Любови Сумм) 📖 Каваками Миэко «Летние истории» (пер. с японского Марии Прохоровой) (и здесь) 📖 Юнас Хассен Кемири «Монтикор. Молчание тигра» (пер. со шведского Натальи Братовой) 📖 Миа Коуту «Ароматы» (пер. с португальского Екатерины Хованович, Марии Мазняк, Варвары Кузнецовой, Варвары Махортовой, Марии Бондаревой) 📖 Луис Ландеро «Нелепая история» (пер. с испанского Михаила Емельянова) 📖 Хишам Матар «Мои друзья» (пер. с английского Марии Александровой) 📖 Йоанна Элми «Сделаны из вины» (пер. с болгарского Антонины Тверицкой) 📖 Дженни Эрпенбек «Кайрос» (пер. с немецкого Веры Ахтырской) (еще один отзыв здесь) 📖 Альбан Николай Хербст «Корабль-греза» (пер.  с немецкого Татьяны Баскаковой) 📖 Инго Шульце «Праведные убийцы» (пер. с немецкого Софьи Негробовой) 📖 Питер Хёг «Твоими глазами» (пер.  с датского Елены Красновой) 📖 Антонио Муньос Молина «Ночь времен» (пер. с испанского Александры Горбовой и Елены Горбовой) 📖 Гитанджали Шри «Растворяясь в песках» (пер. с хинди Екатерины Комиссарук) 📖 Мирьяна Новакович «Страх и его слуга» (пер. с сербского Ларисы Савельевой) 📖 Персиваль Эверетт «Джеймс» (пер. с английского Юлии Полещук) (еще один отзыв) 📖 Джейн Энн Филлипс «Ночной страж» (пер. с английского Александры Глебовской) 📖 Симон Лопес Трухильо «Обширная территория» (пер. с испанского Анны Папченко) 📖 Чон Чиа «Дневник освобождения моего отца» (пер. с корейского Людмилы Михэеску) 📖 Асако Юзуки «Масло» (пер. с японского Полины Гуленок) (другие отзывы - здесь, здесь и здесь)   Лауреата мы узнаем в октябре, а пока поделитесь, кто ваш фаворит в этой номинации?

Если вас заинтересовала тема романа «Жакаранда», почитайте и послушайте о событиях в Руанде ещё и это: «Маленькая страна» Гаэль Фай Автобиографичный роман. В центре сюжета 10-летний Габи, который родился в Бурунди. Гражданская война глазами ребёнка. «Богоматерь Нильская» Схоластик Мукасонга 70-года, накануне гражданской войны. События происходят в католическом лицее для девочек. «Мы вынуждены сообщить вам, что завтра нас и нашу семью убьют» Филип Гуревич Документальная книга обозревателя The New Yorker о событиях в Руанде 1994 года. «Таракан из Руанды» Ульяна Бисерова Подростковая повесть об Оливии, которая пережила геноцид тутси и теперь пытается жить дальше. Подкаст «Чёрный лебедь», несколько выпусков 3-го сезона посвящены событиям в Руанде Подкаст «Диссидентки», 26-й эпизод посвящён двум женщинам, которые ценой собственных жизней спасли десятки тутси.

​«Жакаранда» Гаэль Фай Второй роман франко-руандийского рэпера и писателя снова об истории Руанды, гражданской войне, межэтнических конфликтах и геноциде народа тутси. Первая книга – «Маленькая страна» – была явно автобиографичной, вторая – «Жакаранда» – частично основана на истории семьи автора. Снова в центре сюжета – дети, пострадавшие от войны и вынужденные разбираться с её последствиями. Милан родился и растёт в предместье Парижа, его отец – француз, мать – руандийка. Но Руанда для Милана лишь далёкая африканская страна, мать никогда не говорила ему о причинах переезда, об оставшихся в Руанде родственниках, не пыталась обучить сына хотя бы базовым словам и выражениям на киньяруанду. Даже когда в 1994 году ситуация в Руанде обострилась до беспрецедентных пиков, и «месяцами раскаленные потоки насилия, беженцев и смертей лились…на тарелки» семьи Милана, родители предпочитали никак это не комментировать. «Зрительский шок у нас в семье заедался большим куском молчания. И каждый раз у меня ужасно крутил живот». Так было бы и дальше, если бы в доме Милана не появился руандийский ровесник Клод. Мать представила его племянником от дальних родственников. Голова мальчика была обезображена глубоким шрамом, Клод не говорил по-французски, а по ночам кричал и бился в истерике. Но для Милана он стал долгожданным братом, живым человеком в этой эрзац-семье. Он включал мальчику свой любимый рок, показывал компьютерные игры, брал с собой в парк развлечений и крепко обнимал во время ночных кошмаров. Когда через несколько недель Клод вернулся в Руанду, Милан решил, что они больше не увидятся. В 1998 году шестнадцатилетний Милан едет с матерью в Руанду, чтобы познакомиться с оказывается существующими близкими родственниками. В первые дни его пугает отсутствие удобств и чужой язык, но вскоре, не без участия Клода, парень адаптируется и проживает обычное подростковое лето: зависает с друзьями, слэмится с ними под громкую музыку, впервые напивается до потери сознания и даже успевает подраться. Но он так и не понимает глубины руандийских ран. Это случится позже. В 2005 году Милан вернётся в Руанду снова. Повзрослевшим, заинтересованным, вовлечённым. Постепенно он будет углубляться в историю геноцида тутси и понимать, что случившаяся по глупости одних и малодушию других война никогда уже не уйдёт из этой страны. И дело не только в том, что раны пострадавших не заживают. Даже после того, как умрёт последний реальный свидетель тех событий, останется тяжёлое наследие, с которым рождаются новые руандийцы. Всё, что делают молодые граждане выжившей страны, так или иначе связано с её кровавым прошлым. Одни живут с яростью и желанием отомстить за убийство предков, другие – с неизбывным чувством вины за то, что натворили их отцы, третьи осознают, что не могут жить свою жизнь, потому что обязаны «поднимать» страну из руин и наводить в ней порядок. Одни уверены, что обо всём надо забыть, другие настаивают на публичных свидетельствах выживших. Одни надеются на примирение, другие понимают, что оно невозможно. «Знаешь, в чем для меня главная вина всех этих людей?... В том, что они на многие годы вперед создали здесь общество недоверия». В «Жакаранде» Гаэль Фай снова говорит о том, что у него болит. В книге есть тяжёлые сцены, описывающие ужас, который один человек способен сотворить с другим. Но в целом, за счёт отчасти подростковой оптики и некоторой дистанции рассказчика, роман не кажется эмоционально перегруженным, при всей сложности темы в нём есть свежий воздух. #читаеткуплевацкая перевод с французского Тимофей Петухов

💞💞💞💞💞 💞💞💞💞💞💞 Приглашаем на speed dating с книжными блогерами! 🐹 Ваше свидание начинается прямо сейчас! ✨Имя, канал: Кристина, Книжная среда Куплевацкой, в первом своём книжном блоге планировала публиковать посты каждую среду (но что-то пошло не так) ✨Кредо твоего канала: Хотелось бы никого не обидеть, но пока, кажется, нет такой возможности ✨О чем твой блог, если коротко? Примерно о пятой части всего, что я читаю: от современной русскоязычной прозы до переводных графических романов ✨Два поста из твоего канала, которые тебе очень нравятся: Почти канонический негативный отзыв и отзыв о романе Сельвы Альмады "Не река" как пример моего особенного интереса к испаноязычной литературе ✨Что ты любишь кроме книг: Готовить и есть, играть в спортивную версию ЧГК и бочче, тренировать своих бабулитас (кто читал мой рассказ "Отвечают бабули", тот понял), путешествовать и смотреть рыбов ✨О каком книжном проекте ты мечтаешь: Это может быть что угодно книжное, но участвовать смогут только те, кто пройдёт пару сессий с психотерапевтом... Чтоб снизить уровень пафоса и токсичности ✨Кто ты без своего костюма книжного блога: Редактор, кулинар, эмпат и путешественник Захотелось познакомиться поближе? 😏 ⏪️Ссылочка на канал ⏩️ Если тоже хотите поучаствовать в рубрике #свиданки, заполняйте анкету 🥂