история экономики

https://www.patreon.com/cw/EconomicStories Теперь статьи появились и на английском, новые публикации - по пятницам. Патреон относительно неплохо переводит с английского на любой другой язык и - там тоже можно подписываться и донатить. Конечно, заранее благодарен тем, кто расскажет о новом канале своим англоязычным друзьям, т.к. для меня англоязычная аудитория - совершенно новая, начинаем с нуля. И - посмотрим, что там с динамикой. Но - рук опускать не планируется, новые публикации будут появляться всегда.

Экономика скупости Джон Рокфеллер обожал лично влезать во все мелочи. Как-то он наблюдал, как наполняются канистры с керосином. Процесс был механизирован: на тележке к шлангу подавались канистры, в каждую закачивалось ровно пять галлонов, наворачивалась крышка и запаивалась. Рокфеллер поинтересовался, сколько капель припоя тратится на каждую из крышек, и когда ему сказали, что тратится 40 капель, тут же велел попробовать использовать 38. Выяснилось, что при 38 каплях часть канистр дает течь, — попробовали использовать 39, и оказалось, что течи при этом нет. К вечеру того же дня всем предприятиям компании ушло предписание отныне тратить 39 капель припоя на каждую крышку, что и было исполнено со следующего дня. Для кого-то эта история звучит как эпическая глупость, хотя в ней, как в капле нефти отражается суть правил жизни Рокфеллера: любое решение имеет свою цену. В 1890-м, когда произошла эта история, Стандард Ойл произвел 1,04 трлн литров керосина, который разливался в 18,93-литровые канистры, то есть экономия одной десятой цента — цены одной капли припоя — на канистре принесла Рокфеллеру только в тот год $5,22 млн ($190 млн в современных деньгах). Для монстра-монополиста, которым было тогда детище Рокфеллера, эта экономия была не так уж и заметна, но это был плюс, а не минус. Добавим, что в те времена компаний с таким оборотом, который принесла Стандард Ойл сэкономленная капля припоя, на свете были единицы. Поздние исследователи приводят эту историю как еще один пример мелочности Рокфеллера, который, например, в офисе запрещал использовать скрепки и требовал, чтобы бумага использовалась с двух сторон. Но мало кто подсчитывал в какие суммы выливалась эта экономия: при масштабировании «чудачества» Рокфеллера приносили дополнительную прибыль, которая, суммируясь, давала огромный прирост капитала. Позже будут иронизировать над его блокнотиком, в который он записывал все личные траты и поступления — он стал его вести, едва научившись писать и считать, и для него блокнотик стал личной школой экономической грамотности. В детстве, пробуя выращивать индеек на продажу, он заметил, что, покупая корм оптом, он экономит очень много, и этот опыт он перенес в бизнес: он сторонился мелких, разовых проектов, какие бы выгоды они не сулили, и  всегда брался за масштабные дела, потому что вложения, например, в сеть нефтеперерабатывающих заводов, в расчете на единицу, оказывались намного меньше, чем вложение в один завод — можно было экономить на оптовых закупках материалов, металла, даже на услугах архитекторов и строителей. Рокфеллер всегда тщательно выверял каждый свой шаг — считал каждый цент, искал подводные камни, пробовал найти подвох. Зато, когда решение было принято, то никаких промедлений и шагов назад уже не существовало. Рокфеллер (страшно пугая акционеров) вкладывал в дело, которое считал прорывным, огромные деньги, и собственные, и заемные, и практически всегда добивался успеха. Знакомство Рокфеллера с Флеглером, самым близким своим партнером и своей правой рукой (Рокфеллер был гениальным стратегом, но Флеглер — не менее гениальным исполнителем) тоже началось с экономии. В 1865-м, когда доходы Рокфеллера исчислялись уже десятками тысяч в неделю, он обнаружил, что офис его компании не полностью загружен, и стал сдавать излишки, за $9 в неделю, Флеглеру. Так они познакомились, стали компаньонами, а Флеглер стал ключевым человеком в захвате нефтяного бизнеса созданной ими Стандард Ойл. При всей маниакальной бережливости Рокфеллера никто на свете не счел его жадным: даже в самые сложные для себя годы он обязательно отчислял 10% на благотворительность. В своем блокноте он подводит итог своего личного дохода в один из сложных для себя годов — тогда он заработал $92. И он тут же перечисляет местной баптистской церкви $9. Рокфеллер стал первым человеком в истории, заработавшем миллиард, а еще — он стал первым, отдавшем на благотворительность больше половины своего состояния. #ключевыерешения — новый проект @antidigital и @ivanovdirect Книгу по мотивам предыдущего проекта #техноистории можно заказать здесь!

Вот новая рецензия на последнюю книгу подоспела. Приятная. Ну а приятным и делиться приятно, согласитесь. Итак: Книга Александра Иванова «Люди и земли. История народов, территорий и государств и опыт их поисков своего места в мире» ценна прежде всего как масштабное, доступное изложение того, как человечество формировало современные политические, экономические и социальные порядки через взаимодействие людей и территорий. Что даёт книга читателю Широкая историческая панорама. От первых земледельцев и кочевых сообществ до современных государств — автор показывает, как разные группы людей осваивали земли, создавали институты власти и искали устойчивые «правила игры». Фокус на механизмах, а не на морализаторстве. По описанию автора, книга избегает нудных рассуждений «что такое хорошо и что такое плохо», вместо этого разбирая конкретные сюжеты: как люди пытались обустроить свою жизнь, какие форматы государства и законы возникали и почему. Связь истории с современностью. Подзаголовок («…и опыт их поисков своего места в мире») указывает на прикладную ценность: материал помогает увидеть, откуда взялись сегодняшние проблемы суверенитета, границ, национальной идентичности и экономического устройства. Почему это может быть особенно полезно вам Учитывая ваш интерес к европейской торговой и экономической истории, а также к институциональным вопросам (санкции, бизнес-этика, структуры управления), книга полезна как: контекстуальная основа для понимания долгосрочных трендов в организации территорий и государств; источник примеров того, как разные сообщества решали задачи координации, распределения ресурсов и легитимации власти — темы, напрямую пересекающиеся с экономической историей и политэкономией. От себя добавлю, что сам-то я очень ценю читателя, который умеет не просто читать о прошлом, но и переносить опыт, добытый нашими предками, на собственное восприятие жизни. Ну а то, что люди всегда были обеспокоены устройством жизни и всегда пробовали найти оптимум в балансе свобод и следования правилам - факт. Мы все и сейчас об этом думаем. Что касается самой книги, то - в России её можно купить только на Озоне (увы), и продается она вот ЗДЕСЬ А во всех других странах книга продается примерно везде, практически в люобм интернет-магазине. P.S. На фото - не две разные книги, а два разных дизайна обложки, выбирайте.

У пиратства, конечно (как у многих явлений на земле) тоже был свой "золотой век" - период, когда это ремесло стало настолько прибыльным, что моря и океаны буквально кишели бандами. Это было очень яркой время (про романтические произведения о якобы "благородных" морских разбойниках можно даже не упоминать), которое принесло нам своего рода "пиратские конституции", заслуживающие внимания и изучения и бывшие полной противоположностью бесправному "остальному миру". Но, как это часто случается, "золотой век" стал причиной истребления пиратов и понятийной базой для создания мирового закона о правилах судоходства. Впрочем, не стану пробовать выдать здесь конспект статьи, лучше читайте подробно вот здесь: https://spark.ru/startup/redaktsiya-spark-ru/blog/352469/gosudarstvennoe-piratstvo-2-zolotoj-vek-piratstva

История пиратства, наверное, прекрасна тем, что отражает, в миниатюре, историю вообще, историю торговли и историю экономики - в частности. Ремесло - древнее, по своему даже уважаемое, правда, начиная с какого-то момента начавшее всем без исключения мешать, за что его и извели. Вывести под корень, правда, все еще не выходит, но вот "относиться с пониманием" к морскому разбою уже нельзя - слишком это диссонирует с миром, в котором мы живем. Впрочем, две статьи - вот эта и та, которую предложим читателю завтра, продолжение сегодняшней, не о современности, они о тех временах, когда страны гадили друг другу как могли и чем могли, а пиратство было хорошим стартапом и притягивало инвесторов. Итак, часть первая: https://spark.ru/startup/redaktsiya-spark-ru/blog/352463/gosudarstvennoe-piratstvo-3-v-popitkah-poiska-schastiya

Если кто-то думает, что это - история про пиво, то, безусловно, будет прав - любителям этого напитка, в истории которого так прекрасно отразилась бытовая культура Европы, масса интересного и привлекательного (да и, вообще - отчего бы в жаркий день не о пиве?)) Но для внимательного и вдумчивого читателя (а иных здесь не держим) это - о ставке на науку и индустриализацию, конечно. И о том, какой невероятный путь приходится проделывать людям, делающим ставку на новации - и чтобы эти новации стали нормой (а в нашем случае - даже образцом) и - для того, чтобы сберечь сам подход и его логику. Ну и про конфликт отцов и детей, о том, как болезненно сказывается на любом деле смена эпох и взглядов - конечно, тоже в этой статье. Читайте, рекомендую. Кстати, в голове автора нет (наверное, и быть не может!) "рейтинга" написанного, но если допустить его существование, то эта статья была бы где-то вверху списка. Впрочем, это вкусовщина (пусть даже авторская вкусовщина), выбирать - вам. Ну а статья - вот она: https://dzen.ru/a/Z5TQMb1SPwxoOD7o

Актёр, обшивший весь мир Свои первые деньги Исаак Зингер заработал актерством, в 12 лет, когда, сбежав от семьи, пристроился к бродячей труппе. Но труппа распалась, и мальчишка стал учился механике. Дело у него спорилось, но он все равно мечтал о сцене. Получив патент на буровую установку, и продав его за солидные деньги, он, конечно же, вложил их в театр, после чего несколько лет разъезжал по Пенсильвании, играя Шекспира. Позже он будет говорить, что был лучшим королем Ричардом в истории театра. Увы, не нашлось никого, кто с ним согласился бы в этом — деньги закончились, и театр пришлось закрыть. Нужда привела его в мастерскую по ремонту швейных машинок, придуманных Элиасом Хоу. Зингера они раздражали своим несовершенством, и он поспорил с владельцем мастерской, что сделает лучше. Пари он выиграл, всего через 10 дней представив идеальную машинку, вобравшую в себя все лучшие идеи эпохи. К слову, Зингер, которому скромность была не свойственна, никогда в жизни не назовет себя изобретателем швейной машинки (зато это сделают другие). На первую же машинку тут же находится покупатель, заплативший $100, а фабрика мужских сорочек заказывает целых 30 машинок. Так, за три дня Зингер зарабатывает больше, чем за продажу своего первого патента. Но закипают патентные споры: швейные машинки тогда изобретались часто, конструкции или совпадали или были схожими. Еще и Хоу, чьи несовершенные машинки приходилось чинить Зингеру, подал в суд. Конец сутяжничеству положил адвокат Поттер, предложивший объединить патенты (и, благодаря этому мудрому решению проскользнувший в акционеры компании). Зингер соглашается выплатить штраф Хоу и очаровывает его — тот тоже входит в альянс производителей. С этого момента начинается победное шествие по планете швейных машинок Зингер, а сам Зингер, наученный патентным спором, отныне патентует все, даже самые малейшие, изменения в конструкции. Поначалу дело тормозила цена: отцы семейств не считали возможным тратить целых $100, предпочитая, чтобы жены шили вручную. Зингер в ответ предлагает продажи в рассрочку — ход небывалый, покоривший сначала Новый, а затем и Старый Свет. А еще он сделал свою швейную машинку ремонтируемой на дому, разделив изделие на несколько легко заменяемых блоков. Зингер стремился максимально снизить цену, чтобы нарастить объемы продаж. Помогло массовое производство: компания Зингера консолидировала производителей в стране, чуть ли не впервые применила конвейер, и вот результат: швейная машинка, которая стоила в 1851 году $100, уже в 1858 стоила $10. В 1867 году в Глазго открылся первый завод Зингер в Европе (в 1902 году, к слову, завод Зингера заработал и в России, в Подольске). Европейские конкуренты были сильны, но Зингер выиграл: в 1889-м, когда объем его продаж в Европе превысил продажи в Америке, там ежегодно продавалось больше 400 тысяч машинок «Зингер», около 45 тысяч немецких «Пфафф» и около 30 тысяч шведских «Хускварна». Умер Зингер в 1875 году в Лондоне, куда сбежал из Америки, где его обвиняли в многоженстве. Шести женам и 24 детям досталось наследство в $22 млн. Увы, он так и не вернулся на сцену, о чем он мечтал всю жизнь (наверняка - искренне), но что делать — не все мечты сбываются. Завод в Подольске, выпускавший в 1913 году 600 тысяч машинок марки «Зингеръ» в год и экспортировавший их в Персию, Японию, Китай и Турцию, был национализирован. В 1955-м он вышел на выпуск 100 тысяч швейных машинок в год, которые, правда, назывались теперь «Подольск». Швейные машинки прочно вошли в промышленный обиход, по сути, создав швейную промышленность, выпускающую в огромном количестве изделия на всех континентах и в любых объемах. Компания Singer существует и сейчас, и швейные машинки выпускает, хотя сегодня она больше известна как производитель космической и ракетной техники. Как сказал Остап Бендер Шуре Балаганову, указывая на автомобиль «Антилопу Гну»: «Смотрите, Шура, что можно сделать из обыкновенной швейной машинки Зингера!» #ключевыерешения — новый проект @antidigital и @ivanovdirect Книгу по мотивам предыдущего проекта #техноистории можно заказать здесь!

Теперь лонгриды об истории экономики есть здесь. На английском. Подписывайтесь и - приглашайте своих англоязычных друзей и знакомых, которым эта тема не чужда https://substack.com/@alexivanoff