Лидер на кушетке

Укрощение строптивого В психоаналитической среде предпринимателя слишком часто встречают готовым диагнозом. Стоит предпринимателю предъявить масштаб, амбиции и стремление к исключительности, как у части специалистов мгновенно появляется почти рефлекторная диагностика: “нарцисс”. Даже если это действительно так, проблема не в самой диагностической рамке, а в том, что она слишком быстро начинает работать как защита самого аналитика от сложности предпринимательской личности. Диагноз становится не способом понять человека, а способом уменьшить его до знакомой формы, чтобы самому аналитику стало спокойнее. Так возникает страх, что психоанализ может обезвредить предпринимателя — лишить его внутренней силы, из которой рождается бизнес. Там, где аналитик бессознательно стремится привести человека к усредненной нормальности, такой риск действительно существует. Предпринимателя начинают не исследовать, а приручать. Его интенсивность принимают за угрозу, амбицию — за симптом, способность идти против среды — за психопатическую патологию. Однако предпринимательство не рождается из внутреннего равновесия – за ним стоит напряжение, которое ищет форму. Именно в этом напряжении находится главный источник жизни, силы и способности создавать. Хороший психоанализ должен не погасить эту энергию, а помочь человеку понять, какая ее часть создает будущее, а какая заставляет снова и снова разыгрывать старую боль. «Цель анализа — развить поэта, художника или музыканта, о котором зачастую не подозревает сам пациент и который тихо прячется внутри него». Антонино Ферро Суть хорошего анализа в том, чтобы ослабить власть внутренних запретов, которые подавляют живое движение психики. Именно эта внутренняя инстанция часто говорит голосом страха, стыда или вины: нельзя хотеть слишком много, быть заметным, злиться, доминировать или претендовать. Хороший анализ возвращает человеку способность встречаться со своими желаниями без ужаса и немедленного подавления. Не подчиняться им слепо, как будто любое желание требует немедленного действия, но и не уничтожать их в себе ради иллюзии безопасности. Между запретом и разрядкой появляется пространство мышления, где желание можно почувствовать, выдержать, соотнести с реальностью и постепенно придать ему форму. Именно здесь возникает возможность сублимации: энергия желания перестает быть угрозой и становится материалом для творчества, работы, любви, бизнеса, идеи или собственной авторской позиции в мире. В этом смысле анализ не отнимает у человека силу. Он учит его обращаться с этой силой: сначала вернуть себе способность чувствовать, затем различать свои потребности и аффекты, видеть их связь с реальностью и находить для них такую форму, которая не разрушает ни самого человека, ни других. Хороший психоанализ не гасит огонь. Он помогает ему стать формой жизни. @leaderonthecouch #Зонаотчуждения@leaderonthecouch #лидернакушетке #психоанализбизнеса

Субъектность Бизнес часто оказывается удивительно точной диагностической средой. Он довольно быстро обнаруживает границу между тем, что человек способен представить, и тем, что он способен воплотить. Эта граница далеко не всегда проходит по уровню знаний или ресурсов. Иногда она совпадает с границей той части личности, которой человеку разрешено быть. Понятие фрагментированного Я можно использовать для описания состояния, при котором разные части психического опыта остаются недостаточно связанными между собой и поэтому не складываются в целостное представление о себе. Отвергнутая часть при этом продолжает существовать. Человек теряет прежде всего возможность свободно узнавать её как собственную и использовать связанную с ней психическую функцию и...ее потенциал. К примеру, если часть нашей идентичности, способная противостоять другим и говорить нет, остаётся отчуждённой, то мы теряем возможность противостоять давлению извне. Человек может быть талантливым, компетентным и достаточно амбициозным, но в момент, когда его замысел сталкивается с чужой волей, ему становится трудно оставаться на собственной стороне. Для бизнеса это особенно существенно. Создание собственного проекта предполагает не только способность придумать что-то ценное. Оно требует внутреннего права считать своё желание достаточно значимым, чтобы организовать вокруг него реальность. Основатель неизбежно сталкивается с несовпадением своего замысла с ожиданиями других людей, и именно здесь становится видно, насколько его Я способно выдерживать собственную субъектность. Оказавшись в такой ситуации основатель часто адаптирует свой замысел к тому, что кажется безопасным и понятным другим. Он ищет подтверждение и одобрения там, где требуется авторская позиция. Так, постепенно, он оказывается внутри бизнеса, который всё меньше выражает его собственное желание. По мере отказа от собственного желания, энергия питающая проект – идет на убыль. В конечном итоге, на самом деле так бывает довольно часто, мы имеем всем понятный, но уже никому не интересный проект. Бизнес, не возбуждающий основателя – не возбуждает никого. @leaderonthecouch #психоанализбизнеса #лидернакушетке #зонаотчуждения@leaderonthecouch #потенциал

Лидер на кушетке pinned «Лидер на кушетке | Рубрикатор Бардак у меня с этим телеграм каналом выходит. Ни тебе позиционирования, ни тебе четкой целевой аудитории. С одной стороны, канал для предпринимателей – визионеров, которые раньше остальных осознали важность пресловутого человеческого…»

Лидер на кушетке | Рубрикатор Бардак у меня с этим телеграм каналом выходит. Ни тебе позиционирования, ни тебе четкой целевой аудитории. С одной стороны, канал для предпринимателей – визионеров, которые раньше остальных осознали важность пресловутого человеческого фактора и связанные с ним бессознательные процессы. С другой стороны, здесь коллеги психоаналитического направления, стремящиеся расширить свои представления о применении психоанализа за пределами клинической практики. Мне самой, сидящей на двух стульях, оба направления одинаково интересны. И по всем критериям, канал имеет отличные шансы претендовать на место главного профильного медиа ресурса в своем сегменте. Ну по крайней мере, мечтать мне об никто не запретит. В общем, после мучительных раздумий, я решила составить рубрикатор и объять необъятное. Главный критерий – интерес к объективной субъективности, то есть, поиск рационального объяснения иррациональных процессов в вопросах бизнеса, лидерства и предпринимательства. Ниже краткое описание рубрик и активные ссылки по которым можно находить необходимый контент. Бизнес по науке — научный взгляд на создание, развитие и управление бизнесом. Нейробиология позволяет увидеть закономерности там, где обычно обнаруживают лишь иррациональность, ошибки и «человеческий фактор». #Бизнеспонауке@leaderonthecouch Групповая динамика — скрытые процессы, которые возникают в группах и определяют поведение людей сильнее формальных ролей и правил. #Групповаядинамика@leaderonthecouch Организационная супервизия — пространство исследования бессознательной динамики организации и способность сохранить рефлексивное мышление там, где система вынуждает действовать вместо того, чтобы думать. #Организационнаясупервизия@leaderonthecouch Зона отчуждения — речь идёт о части психической жизни, которая была исключена из представления о себе ради сохранения любви, принадлежности и безопасности, однако именно эта часть является источником человеческого потенциала. #Зонаотчуждения@leaderonthecouch Лидер на кушетке — исследование природы лидерства и предпринимательства: как внутренний конфликт, желание и психическая энергия основателя превращаются в бизнес, а его личность определяет характер, ценности и направление развития созданной им системы. #Лидернакушетке@leaderonthecouch Психоанализ бизнеса — метод исследования бессознательных процессов, которые блокируют способность организации выполнять свою основную задачу. Он переводит скрытую организационную динамику в пространство мышления: то, что прежде проявлялось через конфликт, саботаж или управленческий тупик, становится доступным для понимания и изменения. #Психоанализбизнеса@leaderonthecouch

Сколько стоит организационная супервизия? Когда речь заходит о стоимости организационной супервизии, возникает любопытный парадокс. Клиент видит встречу продолжительностью 60 минут и вполне естественно пытается оценить её как 60 минут работы специалиста. Но в организационной супервизии покупают вовсе не 60 минут времени специалиста. Организационная супервизия отличается самим объектом работы. На встречу приходит один человек, но вместе с ним в супервизионное пространство в некотором смысле приходит вся ОРГАНИЗАЦИЯ, включая всю существующую в ней психическую динамику. Супервизор работает не только с тем, что участник рассказывает, но и с тем, что организационная система начинает воспроизводить непосредственно во взаимодействии с ним. Далее, следует понимать, что работа начинается гораздо раньше встречи и заканчивается гораздо позже самой супервизионной сессии. Во первых, необходимо исследовать контракт. Кто является инициатором, кто платит за услуги, каким образом обсуждаются цели и каковы критерии достижения этих целей, обсуждение стоимости работы – все это ценный источник диагностической информации. В этот момент, я решаю готова ли я как специалист к сотрудничеству с этим клиентом. Насколько его ожидания реалистичны и обладаю ли я нужными качествами и инструментами для достижения поставленных клиентом целей. При достижении соглашения, я включаю диагностические сессии в стоимость контракта.  Затем появляется подготовка к каждой сессии, удержание предыдущего материала, анализ динамики и последующее осмысление того, что происходило в самой встрече. В результате часовая супервизия легко превращается в полноценных два, а то и три часа профессиональной работы.  Но даже это объясняет цену лишь частично. Главная стоимость находится в способности супервизора выдерживать давление системы и при этом сохранять возможность мыслить. Организация бессознательно стремится включить консультанта в собственную динамику: заставить принять одну из сторон, разделить тревогу, поддержать привычный способ защиты или решить проблему вместо неё. Если специалист включается в эту игру, супервизия превращается ещё в одно место, где организация воспроизводит саму себя. Поэтому высокая стоимость организационной супервизии — это плата не за продолжительность встречи. Это стоимость позиции человека, который способен находиться внутри эмоционального поля системы, не становясь его функцией. Парадокс организационной супервизии состоит в том, что клиент оплачивает работу, большая часть которой внешне почти незаметна. Самое дорогое здесь — способность сохранить рефлексивное мышление там, где система вынуждает действовать вместо того, чтобы думать. @leaderonthecouch #организационнаясупервизия@leaderonthecouch #психоанализбизнеса #лидернакушетке

Зона отчуждения Ребёнок злится. Взрослый оказывается перед довольно сложной задачей: выдержать интенсивность этого состояния или решить проблему иначе — объявить это чувство вне закона. «Не злись» или любимое «хорошие дети так себя не ведут». На первый взгляд кажется, что ребёнка учат контролировать себя. На самом деле его учат бояться того, что происходит у него внутри. Ярость возникает раньше, чем ребёнок способен объяснить её себе. Она принадлежит к древним аффективным механизмам, которые позволяют организму реагировать на препятствие, фрустрацию и угрозу собственным потребностям. Развитие добавляет к ним обучение, память, представление о себе и другом, способность прогнозировать последствия, символизировать переживание и выбирать действие. Ребёнок должен научиться различать собственную ярость и действие, которое он совершает под её влиянием. Для этого ему необходим другой человек. Взрослый временно выполняет ту функцию, которой у ребёнка ещё недостаточно: выдерживает напряжение, сохраняет отношения и вводит границу. Так сильный аффект перестаёт быть чем-то всепоглощающим и становится частью собственного психического опыта. Проблема возникает, когда взрослый сам оказывается неспособен выдерживать эти состояния. Тогда ограничение действия постепенно превращается в запрет на чувство. Ребёнок сталкивается уже не с тем, что существуют границы его поведения, а с тем, что определённые переживания делают его плохим, опасным или недостойным любви. Для зависимого ребёнка цена такого знания слишком велика. Сохранение связи со значимым другим важнее сохранения полного представления о самом себе. Так некоторые части психической жизни постепенно оказываются за пределами того, что человек способен признать своим. Я называю эту область зоной отчуждения. Туда попадает не только ярость. Общество склонно переводить сложные психические процессы в язык морали, тогда как сама психика устроена гораздо менее «воспитанно». Эволюционные системы возникли прежде всего для сохранения жизни, поиска ресурсов, построения отношений и воздействия на среду, а не для соответствия представлениям окружающих о приятном человеке. Отчуждение этих состояний не уничтожает лежащую в их основе психическую динамику. Скорее человек теряет возможность свободно ею распоряжаться. Именно поэтому тот, кто совершенно не способен переживать собственную агрессию, вовсе не становится исключительно мирным. В этом смысле опасен не сам аффект, а разрыв между аффектом и субъектом. Человек гораздо лучше регулирует то, что способен переживать как собственное. Пока ярость остаётся «чем-то ужасным, что иногда со мной происходит», она обладает одной властью. Когда появляется возможность сказать «я сейчас в ярости и понимаю, что со мной происходит», возникает пространство между переживанием и действием. Именно в этом пространстве появляется выбор. Меня, как психоаналитика, мало интересует традиционное разделение человеческих качеств на хорошие и плохие. Гораздо важнее другой вопрос: какую психическую функцию выполняет то, что мы привыкли считать нежелательным, и что человек теряет вместе с попыткой избавиться от него @leaderonthecouch #лидернакушетке #психоанализбизнеса #зонаотчуждения@leaderonthecouch

Как бы чего не вышло Наличие в организации организационного коуча – это своего рода симптом. Симптом, который сам по себе является материалом для исследования. Представьте организацию, в которой сотрудники перестали проявлять инициативу. Руководство объясняет это недостатком самостоятельности и нанимает коуча: развить ответственность, уверенность и лидерские качества. На сессиях сотрудники учатся принимать решения, выдерживать неопределённость и опираться на себя. Но, возвращаясь в организацию, они быстро обнаруживают прежние правила. Инициатива без согласования вызывает раздражение, несогласие воспринимается как нелояльность, а ошибка становится доказательством некомпетентности. Возникает довольно изящное противоречие: коучу сознательно заказывают развитие самостоятельности, а бессознательно поручают сохранить зависимость. Его приглашают изменить поведение сотрудников, оставив нетронутой систему отношений, которая это поведение производит. Работая внутри организации, коуч неизбежно становится частью её бессознательной динамики. Постепенно организация объясняет специалисту, что здесь разрешено замечать. Можно обсуждать мотивацию сотрудников, дефицит компетенций и трудности коммуникации. Значительно сложнее спросить, почему самостоятельность в этой системе становится опасной. Чем сильнее коуч зависит от оценки организации и продолжения контракта, тем труднее ему поставить под вопрос устройство самой системы. С психоаналитической точки зрения организация назначает консультанту определённую роль. Он может стать союзником руководства, спасателем команды или контейнером для напряжения, которое система предпочитает не признавать. Все эмоциональные реакции, фантазии и порывы действия – не просто личные реакции специалиста. Через них организация размещает в нём то, что пока не способна осмыслить сама. Психоаналитическая позиция не выводит консультанта за пределы системы. Она позволяет исследовать собственную включённость как материал. Для этого необходимы независимая рамка, профессиональная автономия и внешняя супервизия. Иначе специалист незаметно начинает исполнять бессознательный заказ организации, пока формальный контракт продолжает называться развитием. Изменения начинаются тогда, когда предметом исследования становится сама система — включая то, зачем она пригласила специалиста и какую роль отвела ему в сохранении привычного порядка. @leaderonthecouch #лидернакушетке #психоанализбизнеса@leaderonthecouch #сопротивлениеизменениям

Нейробиология сопротивления Бизнес существует внутри системы представлений о себе, сотрудниках, клиентах и рынке. Организационные представления можно считать аналогом ожиданий индивидуальной психики по Карлу Фристону. Эти представления необходимы: без них невозможно принимать решения и действовать. Однако со временем рабочие гипотезы легко превращаются в убеждения, наделённые почти абсолютной достоверностью. Организация уже не проверяет, соответствует ли её модель реальности, а отбирает такую реальность, которая продолжает эту модель подтверждать. С точки зрения модели Фристона (free energy principle) система — в том числе организация — стремится минимизировать «ошибку предсказания», то есть расхождение между ожидаемым и фактическим состоянием среды. Для этого она либо обновляет свои внутренние модели, либо действует так, чтобы среда соответствовала ожиданиям. Ключевой параметр здесь — точность предсказаний: чем выше уверенность в текущей модели, тем меньше система склонна учитывать противоречащие ей данные. Это является ключевой причиной почему взрослые и стабильные организации терпят неожиданное фиаско – они игнорируют все то, что противоречит привычной им модели мира. В результате организация может не столько «ошибаться», сколько стабилизировать собственные ожидания, снижая чувствительность к сигналам, которые требуют пересмотра базовых предпосылок. Именно это определяет её способность или неспособность к изменениям: адаптация возможна только там, где новые данные получают достаточный вес, чтобы изменить внутреннюю модель, а не быть объяснёнными в её рамках. Именно так проявляется сопротивление изменениям. Организация сопротивляется не новым стратегиям, технологиям или регламентам самим по себе. Она сопротивляется опыту, который угрожает привычному способу понимать себя. #психоанализбизнеса #лидернакушетке #бизнеспонауке@leaderonthecouch #принципсвободнойэнергии @leaderonthecouch

Лидер на кушетке pinned «Меня зовут Анна Шерер. Я психоаналитик и основатель проекта Marketing Evangelist. Моя профессиональная оптика складывается на пересечении психоанализа, нейробиологии, нейромаркетинга и психоанализа бизнеса. В основе моей работы лежит идея о том, что любой…»

Меня зовут Анна Шерер. Я психоаналитик и основатель проекта Marketing Evangelist. Моя профессиональная оптика складывается на пересечении психоанализа, нейробиологии, нейромаркетинга и психоанализа бизнеса. В основе моей работы лежит идея о том, что любой проект — будь то бизнес или частная практика — рождается не из внешнего оформления. Он возникает из внутреннего конфликта, истории его преодоления и способности превратить этот опыт в символическую форму, с которой другой человек может вступить в контакт. Именно из этой логики появилась программа «Маркетинг для кушетки». Она выросла из наблюдения за тем, как психологи и психоаналитики сопротивляются маркетингу: не потому, что не хотят развивать практику, а потому, что чувствуют в нём угрозу своей профессиональной идентичности. Эта программа — для тех, кому претит «упаковка», для тех, кто не готов обменять профессиональную субъектность на маркетинговый грим. Здесь речь идёт о том, как занять своё место в публичном пространстве, сохранив по дороге себя. До встречи! https://marketingevangelist.ru/ouch-marketing #маркетингдлякушетки #лидернакушетке #психоанализбизнеса #бизнеспонауке @leaderonthecouch

Тварь я дрожащая или право имею? Перестать работать на дядю – довольно распространенный ответ на вопрос о мотиве создания бизнеса. Другими словами, ведущий мотив создания собственного бизнеса является – избегание зависимости. Но не тут было...иллюзия эта разрушается как только дело доходит до продаж. Именно продажи делают видимой зависимость бизнеса от другого человека. У основателя есть продукт, идея, знания, труд, но их экономическая ценность возникает только в момент, когда другой человек признаёт эту ценность и соглашается заплатить. Покупатель получает право сказать «да» или «нет», а основатель оказывается в положении ожидающего решения. Для человека с высокой чувствительностью к зависимости это легко переживается как унижение: мне приходится просить, доказывать, убеждать, демонстрировать свою нужность и отдавать другому право определять мою ценность. Финансовая зависимость незаметно превращается в эмоциональную: покупатель словно решает, достоин ли я существовать, получать деньги и занимать место на рынке. Второй полюс — унижение покупателя Агрессивные продажи возникают из той же тревоги зависимости, только психика выбирает противоположную защиту. Вместо переживания собственной нужды бизнес стремится поставить в зависимое положение покупателя. Покупателя превращают в объект воздействия, подвергая его рекламному преследованию и ценовому шантажу. Таким образом, покорность продавца и агрессия продавца — две стороны одной конструкции. В первом случае бизнес отдаёт покупателю власть над собственной ценностью. Во втором — пытается лишить покупателя власти над собственным выбором. Один говорит: «Пожалуйста, признайте, что я чего-то стою». Другой: «Я заставлю вас признать, что вам это нужно». Третья позиция – это выход из дихотомии выбора между подчинением и доминированием. Эта третья позиция строится на взаимном признании. У бизнеса есть ценность, форма, опыт и идея. У покупателя есть собственное желание, критерии выбора и право на отказ. Продажа становится встречей двух автономных субъектов, каждый из которых способен получить что-то важное от другого, сохраняя собственную свободу. Бизнес больше не выпрашивает признание и не захватывает внимание силой. Он создаёт ценность, делает её различимой, придаёт ей символическую форму и предлагает человеку занять по отношению к ней собственную позицию. Основатель открыто признаёт, что нуждается в покупателе и его деньгах. Покупатель открыто признаёт, что нуждается в продукте или в той возможности, которую он создаёт. Эта взаимная зависимость приобретает зрелую форму: обмен вместо подчинения, договор вместо захвата, желание вместо давления. Продажа в этой системе сохраняется, однако меняется её природа. Она перестаёт быть просьбой о признании и инструментом манипуляций. Продажа становится предложением обмена: «Я создал нечто ценное. Я способен объяснить, в чём состоит эта ценность. Я называю цену. Вы свободны определить, подходит ли это вам». #лидернакушетке #бизнеспонауке #психоанализбизнеса #архитектуравыбора @leaderonthecouch

„Техническая экспансия человечества является сублимированным, то есть принявшим культурно приемлемые формы, садизмом.“ Зигмунд Фрейд. #фрейдбылправ #природаинноваций #лидернакушетке

Модель успешного бизнеса Принято считать, что бизнес начинается с идеи, продукта или найденной рыночной потребности. Но в действительности он начинается раньше — с человека, который решает что-то создать. В основе любого бизнеса находится основатель: его опыт, желания, внутренние конфликты и представление о том, чего не хватает миру. Продукт возникает как материализация этого внутреннего движения. В психоаналитической оптике его можно рассматривать как результат сублимации: личный мотив получает социально приемлемую форму и превращается в товар, услугу или новый способ решения проблемы. Однако одного продукта недостаточно. Пока он существует только в психической реальности основателя, это ещё не бизнес. Бизнес появляется тогда, когда продукт встречается с другим человеком — клиентом. У клиента есть собственные потребности, желания, мотивы и представления о ценности. Он покупает продукт не потому, что бизнес объективно считает его хорошим, а потому, что обнаруживает в нём возможность изменить своё состояние, решить значимую задачу или приблизиться к желаемому образу себя. При этом одного желания также недостаточно: клиент должен быть способен и готов заплатить за его удовлетворение. Третьей стороной формулы становится обмен. Бизнес передаёт клиенту продукт, а клиент передаёт бизнесу деньги. На первый взгляд это простая экономическая операция, но именно она превращает личную идею основателя в социально признанную ценность. До покупки продукт остаётся выражением замысла. После покупки он становится частью жизни другого человека. Поэтому модель успешного бизнеса можно представить в виде треугольника: основатель, клиент и обмен. В центре этого треугольника находится продукт — объект, через который встречаются два желания. Основатель хочет создать и продать. Клиент хочет получить и готов заплатить. Обмен становится возможным, когда продукт одновременно выражает мотив основателя и имеет ценность для клиента. Проблемы бизнеса возникают там, где одна из сторон треугольника выпадает. Основатель создаёт продукт, который нужен прежде всего ему самому. Клиент видит ценность, но не готов платить. Продукт вызывает желание, но бизнес бессознательно препятствует продаже. Обмен совершается под давлением, но не формирует долгосрочного отношения. Поэтому отсутствие продаж — это ещё не диагноз. Важно понять, где именно нарушена формула: в мотивах основателя, в способности продукта встретиться с желанием клиента или в организации самого обмена. Эта модель является основой подхода Marketing Evangelist и образовательной программы "Бизнес по науке". Нейробиология позволяет увидеть как устроен мозг и обеспечивает прочную научную базу для глубокого понимания всех бизнес процессов. Психоанализ бизнеса позволяет понять, как мотивы основателя формируют продукт и устройство компании и каким образом продукт приобретает ценность для клиента. Маркетинг создаёт условия, в которых эта ценность может превратиться в покупку и устойчивые отношения. Успешный бизнес возникает не там, где один человек научился воздействовать на другого. Он возникает там, где желание создать встречается с желанием получить, а продукт делает взаимный обмен – возможным. #бизнеспонауке #MarketingEvangelist #психоанализбизнеса #прикладнойпсихоанализ @leaderonthecouch

Точка несовпадения Природа предпринимательства берет свое начало в удивительной способности человека к преобразованию мира — не ждать, пока человек приспособится к изменившемуся миру, а создавать новый способ существования внутри него. Большинство живых систем опирается на накопленный опыт. Пока среда остаётся стабильной, привычное поведение оказывается самым экономичным: организм повторяет действие, которое уже приносило результат. Но если условия изменились, а прежняя модель продолжает управлять поведением, адаптация превращается в ловушку. Система воспроизводит прошлое в мире, которого больше нет. Предприниматель появляется в точке этого несовпадения. Он замечает, что существующий порядок больше не отвечает потребности, хотя сама потребность ещё может оставаться неясной. Люди уже испытывают затруднение, неудовлетворённость или желание другого опыта, но рынок пока не располагает формой, способной на него ответить. В этом смысле предприниматель видит не готовую возможность. Он видит разрыв между тем, как устроена реальность, и тем, какой она могла бы стать. – представить как выпускаемый продукт или услуга изменят мир. Теория Карла Фристона позволяет описать этот процесс как встречу внутренней модели с ошибкой предсказания. Мы ожидаем определённого результата, но реальность отвечает иначе. Тогда можно изменить ожидания, приспособившись к существующему положению, или попытаться изменить внешние условия. Предпринимательство начинается там, где человек выбирает второй путь, но делает это не буквально. Он сохраняет значимое ожидание и создаёт новую форму, в которой оно может встретиться с ограничениями реальности. Холод можно принять как неизбежность, а можно создать способ сохранять тепло. Расстояние можно переживать как предел, а можно превратить в задачу передвижения. Отсутствие нужного продукта можно рассматривать как данность, а можно увидеть в нём пространство для новой системы отношений между человеком и средой. Поэтому предпринимательская идея редко рождается из отвлечённого стремления к оригинальности. Её источником становится переживание, что существующее решение больше не работает или работает недостаточно хорошо. Креативное мышление позволяет представить другую возможность, а предпринимательство придаёт этой возможности материальную, социальную и экономическую форму. Здесь проходит граница между креативностью и предпринимательством. Креативность создаёт новую связь. Предпринимательство превращает её в действующую реальность: продукт, услугу, организацию, технологию или новый способ обмена ценностью. Идея перестаёт быть частной фантазией и становится частью среды, которой могут пользоваться другие. Однако предпринимательская креативность всегда балансирует между двумя угрозами. С одной стороны находится покорная адаптация, при которой человек принимает существующие правила как окончательные. С другой — фантазия всемогущества, в которой рынок, команда и потребитель должны подчиниться замыслу основателя. Настоящая инновация возникает между ними: предприниматель сохраняет желание изменить мир, но позволяет реальности изменить первоначальную форму этого желания. Поэтому предпринимательство требует не только смелости создавать новое. Оно требует способности пережить несовпадение между идеей и действительностью, не разрушив ни идею, ни контакт с реальностью. Возможно, в этом и состоит природа предпринимательства: человек отказывается ждать, пока мир станет подходящим для его замысла, и начинает создавать условия, в которых этот замысел сможет существовать. Предпринимательство — это эволюционная способность превращать ограничение среды в пространство для новой возможности. @leaderonthecouch #лидернакушетке #бизнеспонауке #психоанализбизнеса #природапредпринимательства

Аффективная реальность Когда мы анализируем организацию, на поверхности почти всегда оказывается то, что можно объяснить рационально. Стратегия, процессы, роли, структура, KPI, управленческие ошибки, конфликт интересов, нехватка компетенций, слабая коммуникация. Все это удобно исследовать, потому что такой материал уже оформлен в язык. Его можно втиснуть в знакомую схему, описать в отчете и вернуть клиенту в виде понятного управленческого вывода. Но у организации есть еще один слой — аффективная реальность системы: то, что организация на самом деле переживает, но часто не может признать, назвать и переварить. Именно поэтому эмоциональная правда часто остается за рамками исследования. Она неудобна, потому что разрушает официальный рассказ организации о самой себе. Система хочет верить, что у нее есть только управленческая проблема, которую можно исправить правильной структурой, новым регламентом или стратегической сессией. Но эмоциональная правда показывает, что проблема не просто возникла в системе, а каким-то образом ей нужна. Она удерживает, защищает, скрывает, позволяя не сталкиваться с тем, что было бы слишком болезненно признать. Психодинамический консультант тоже может избегать этой правды. Не потому, что он недостаточно умен или недостаточно подготовлен, а потому что он сам попадает в поле организации. Система начинает бессознательно предлагать ему роль, которая помогает ей сохранить привычную защиту. Так консультант незаметно оказывается внутри системной динамики, которую он должен исследовать. В этот момент сопротивляется уже не только организация. Сопротивляется сам консультант, потому что эмоциональная правда требует от него выдерживать напряжение, не спешить с решением и не прятаться за красивую модель. В психоанализе бизнеса важно не разоблачать организацию, а помочь ей постепенно приблизиться к тому, что она уже знает, но пока еще не осознает. Эмоциональная правда не должна быть брошена в систему как обвинение. Ее нужно контейнировать, связать и вернуть в такой форме, которую организация сможет выдержать. Иначе интерпретация станет нападением, а консультант вместо аналитической функции окажется еще одной фигурой из прошлого. Работа с эмоциональной правдой начинается с вопроса не только о том, что происходит в организации, но и о том, что она заставляет чувствовать. Какая часть организационного опыта размещается в консультанте? Какую правду система пытается не знать через него? В свою очередь, психоанализ бизнеса начинается там, где консультант выдерживает соблазн быть удобным для защиты системы и сохраняет способность видеть то, что организация пока не может вынести как истину о самой себе. #психоанализбизнеса #лидернакушетке #сопротивлениеизменениям #бизнеспонауке @leaderonthecouch

Контейнер для контейнирующего В психоанализе бизнеса супервизия — это место, где консультант возвращает себе способность думать, потому что организация помещает в него травматический материал, который не может выдержать сама. Психоаналитическая супервизия возникла как часть профессиональной подготовки аналитика. В классической традиции специалист учится не только через теорию и личный анализ, но и через регулярное обсуждение своей работы с более опытным аналитиком. В психоанализе невозможно работать только знанием. Здесь работает вся психика целиком: аффект, поведение, когнитивный уровень, а также способность связывать все три элемента психики между собой – ментализация. В психоанализе бизнеса это становится особенно важным, потому что консультант работает не с одним человеком, а с целой организационной системой. Организация приносит в работу свое напряжение, тревогу, вытесненную агрессию, стыд, зависть, страх распада, борьбу за власть и невозможность признать то, что слишком опасно знать. Работая с организацией, консультант неизбежно становится контейнером. В него начинает помещаться то, что система не может удержать внутри себя. Проблема в том, что контейнируемое не исчезает само по себе. Если консультант долго удерживает чужое напряжение без переработки, оно начинает оседать в его собственной психике. Сначала это может выглядеть как усталость, потеря ясности, раздражительность или ощущение, что “я больше не понимаю, что происходит”. Потом снижается способность к ментализации: специалист перестает связывать события, чувства и смыслы, хуже различает, где его собственная реакция, а где аффект системы, быстрее втягивается в чужую динамику и начинает действовать из того места, которое он должен анализировать. Супервизия становится вторым контейнером — контейнером для того, кто сам контейнирует организацию. В супервизии консультант может вынести вовне то, что начало оседать внутри: тревогу, раздражение, бессилие, путаницу, фантазии, сомнения, телесное напряжение, повторяющиеся импульсы и странные эмоциональные реакции, которые возникли в работе с системой. Супервизия помогает снова превратить аффект в мысль. Регулярная супервизия защищает специалиста. Она нужна потому, что психоаналитическая работа устроена через контакт с бессознательным материалом. Задача супервизии — придать форму этому материалу. Сделать видимым то, что было размыто. Связать то, что распалось. Назвать то, что действовало молча. Часто сопротивление супервизии связано с представлением о слабости. Консультант, работающий с организационной системой, представляет себя эдаким одиноким героем, который все выдерживает сам. К сожалению, это дорога в никуда – консультант помогает системе перерабатывать напряжение только до тех пор, пока сам не становится местом, где это напряжение застревает.  Важно также помнить, что длительная работа без переработки чужого травматического и аффективного материала повышает риск викарной травматизации – постепенное накопление травматического воздействия при длительном контакте с болью и страхом других людей. Самые очевидные последствия такого воздействия на психику: выгорание, избегание отношений, соматизация.  Обращение к супервизии – это практика, выработанная за столетие существования психоанализа, которая является формой заботы о себе и своей профессиональной идентичности. Берегите себя. @leaderonthecouch #организационнаясупервизия #психоанализбизнеса #лидернакушетке #бизнеспонауке

Как система справляется с напряжением Любая живая система должна каким-то образом обходиться с напряжением. Человек делает это через психику: он может осознавать свои чувства, выдерживать их, связывать с опытом или превращать в действие. А может вытеснять, отрицать, расщеплять, рационализировать или проецировать то, что становится слишком болезненным для прямого переживания. Организация делает то же самое с помощью групповой психики или матрицы. Если организация способна переработать напряжение, она развивается. Например, компания растет, и прежний способ управления перестает работать. Основателю приходится передавать часть власти, руководителям — брать больше ответственности, команде — выходить из прежней близости и привыкать к новой дистанции. На рациональном уровне это называется масштабированием. На аффективном уровне это переживается как утрата старой формы связи. Именно здесь появляется напряжение. Основателю может быть страшно потерять контроль над собственным творением. Команде может быть больно расставаться с ощущением семейной близости. Руководителям может быть тревожно занимать более взрослую позицию. Сотрудникам может казаться, что в новой структуре они окажутся менее нужными. Формально компания просто переходит на следующий этап развития, но внутри системы разворачивается куда более сложный процесс: она должна выдержать тревогу сепарации, перераспределение власти и утрату прежнего порядка. Если это напряжение может быть признано и выдержано, оно становится энергией перехода. Система взрослеет, роли становятся яснее, границы — устойчивее, решения — менее личными, а власть постепенно отделяется от фигуры одного человека. Развитие происходит не за счет подавления тревоги, а за счет ее переработки. Но если система не может выдержать собственное напряжение, она начинает защищаться. Тогда аффект не исчезает, а принимает обходные формы. Тревога может превратиться в контроль, и тогда любое действие начинает требовать бесконечного согласования. Запрет на агрессию может выглядеть как вежливая пассивность: все улыбаются, соглашаются и продолжают ничего не делать. Иногда напряжение уходит в отделы. Маркетинг начинает воевать с продажами, продажи — с производством, финансы — со всеми, а реальный источник конфликта остается за пределами обсуждения. Иногда конфликт между собственниками проявляется как операционный хаос, хотя формально проблема описывается как слабая исполнительская дисциплина. Особенно часто система размещает напряжение в одном человеке. Так появляется “проблемный сотрудник”, вокруг которого собирается все раздражение организации. Он становится слишком сложным, эмоциональным, слабым, амбициозным, конфликтным или сопротивляющимся. У человека могут быть реальные особенности поведения, но в психодинамической оптике важно увидеть не только его личный вклад, но и функцию, которую он начинает выполнять для всей системы. Такой человек может становиться носителем того, что организация не хочет признавать как свое. Через него может говорить вытесненная агрессия, страх изменений, вина руководства, зависть группы или запрет на прямой конфликт. Система как будто говорит: “Проблема в нем”, — и тем самым получает возможность не смотреть на собственную динамику. Так формируется симптом. Симптом в организации — это не просто поломка. Это способ системы справиться с напряжением, которое она пока не может осознать, назвать и переработать. Он возникает там, где аффект оказывается слишком сильным, опасным или запрещенным для прямого переживания. Обычное консультирование часто стремится как можно быстрее исправить проблему, что является фатальной ошибкой. Избавление от симптома всегда приводит к усугублению ситуации, росту напряжения и в конечном итоге – распаду системы. Психоанализ бизнеса пытается понять, зачем этот симптом возник, какую функцию выполняет и какое напряжение удерживает. Симптом — это не случайная поломка и не досадный сбой. Это место, где система сообщает о том, с чем она не может справиться напрямую. #психоанализбизнеса #лидернакушетке #бессоззнательноеорганизации @leaderonthecouch

Ошибка – источник мышления Мы привыкли относиться к ошибке как к тому, чего нужно избегать. Она кажется признаком некомпетентности, слабости или недостатка знаний. Словно человек каким-то чудесным образом должен с самого начала все знать и уметь. В результате люди начинают бояться ошибок — и постепенно перестают учиться. Парадокс в том, что именно ошибка лежит в основе любого развития. Когда ребенок делает первые шаги, он падает десятки раз. Когда учится говорить, неправильно произносит слова. Исследуя мир, он постоянно обнаруживает, что реальность устроена иначе, чем он ожидал. Благодаря этим несовпадениям его представления о мире постепенно становятся точнее. Ошибка — это не просто неверное действие. Это момент встречи двух миров: внутреннего и внешнего. Пока реальность совпадает с нашими ожиданиями, психике незачем меняться. Но когда происходит что-то неожиданное, привычная картина мира дает трещину. Возникает вопрос, с которого начинается мышление: «Почему это произошло?» Уилфред Бион писал, что человек учится не на самих событиях, а благодаря способности их переживать. Событие становится опытом, когда вызванные им чувства удается осмыслить и превратить в мысль. Если этого не происходит, человек не учится. Он начинает избегать ситуаций, способных снова вызвать болезненные переживания. Поэтому ошибка сама по себе никого не развивает. Развитие начинается тогда, когда человек может остаться рядом с ней достаточно долго, чтобы понять, что именно произошло. Современная нейробиология во многом подтверждает эту мысль. Мозг постоянно строит предположения о мире и сравнивает их с реальностью. Когда ожидание не совпадает с тем, что произошло, возникает ошибка предсказания. Она сообщает мозгу, что прежнее представление о мире нужно изменить. Если бы реальность всегда полностью соответствовала нашим ожиданиям, мозгу было бы незачем учиться. Получается очередной любопытный парадокс: то, что мы переживаем как неудачу, одновременно становится главным источником обучения. Если только ошибка не воспринимается как приговор. Если в раннем опыте ошибки сопровождались критикой, стыдом, унижением или наказанием, человек перестает воспринимать их как естественную часть исследования. Ошибка начинает означать: «Со мной что-то не так». Тогда любопытство уступает место контролю. Человек больше не исследует реальность, а пытается защититься от возможного провала. Именно поэтому многие взрослые постепенно утрачивают способность экспериментировать. Не потому, что им больше ничего не интересно, а потому, что цена ошибки становится слишком высока. #лидернакушетке #психоанализбизнеса #рефлексивноемышление @leaderonthecouch

Откуда берется напряжение в системе? Чтобы понять, что такое давление в организации, сначала нужно понять, что такое напряжение в психике отдельного человека. Яак Панксепп, один из ключевых авторов аффективной нейронауки, описывал базовые эмоциональные системы мозга. Это не просто эмоции в бытовом смысле: страх, злость, интерес, привязанность или печаль. Это сложные конструкции, где чувство связано с программой действия. Страх — это не просто переживание. Это готовность защищаться, замирать, избегать опасности или искать безопасность. Ярость — это не просто злость. Это мобилизация силы для восстановления гомеостаза. Поиск — это не просто интерес. Это внутренняя энергия, которая заставляет двигаться, хотеть, исследовать, искать объект, смысл, возможность, ресурс. Печаль утраты — это не просто боль. Это система, которая удерживает связь с потерянным объектом и запускает потребность в восстановлении контакта. Каждая базовая эмоциональная система создает напряжение. Она заряжает психику энергией и направляет организм к действию. Человек чувствует не потому, что у него “есть эмоции”, а потому что его нервная система постоянно оценивает мир: опасно или безопасно, можно приблизиться или нужно отступить, нужно защищаться или искать контакт, можно доверять или нужно контролировать. Так формируется давление в психическом аппарате. Само по себе это давление не является патологией. Без него невозможна жизнь. Проблемы начинаются там, где это напряжение не может быть переработано. Если страх невозможно признать, он превращается в контроль. Если злость нельзя выразить, она уходит в пассивную агрессию, саботаж или телесный симптом. Если потребность в признании становится стыдной, она может проявляться через зависть, конкуренцию или обесценивание. Если зависимость переживается как унижение, человек начинает демонстрировать ложную автономию. Симптом возникает там, где психика не справляется с переработкой аффекта. С организацией происходит то же самое. Организация — это не только структура, процессы, роли, регламенты и KPI. Это живая эмоциональная система. В ней тоже циркулирует напряжение. Только его источником становится не один человек, а множество людей, связанных общей задачей. Конечно, организация не чувствует буквально так, как чувствует человек. У нее нет единого мозга. Но у нее есть эмоциональное поле, которое возникает между людьми. И именно это поле порождает давление в системе. Давление в организации — это движение аффекта. Именно движение аффекта определяет динамику всей организации. А вовсе не стратегия, как нам хотелось бы думать. Динамика организации определяется тем, как напряжение движется внутри системы: куда оно уходит, где застревает, в ком размещается, через кого говорит. Если в организации преобладают конструктивные процессы, напряжение трансформируется в продукт. Если в организации преобладают деструктивные процессы, они формируют симптом, который мы незнанию пытаемся быстренько устранить, игнорируя сигнал о том, что в системе что-то пошло не так. #лидернакушетке #психоанализбизнеса #рефлексивноемышление @leaderonthecouch

Бизнес нельзя понять головой Проверяю ВКР, выпускные квалификационные работы, по программе "Психодинамический коучинг". От работы к работе наблюдаю одну и ту же тенденцию – опора на теоретические конструкции и практически повсеместное игнорирование аффекта. Для кого я о нейробиологии бессознательных процессов распинаюсь? В психоанализе бизнеса нас интересует не только то, что организация говорит о себе. Прежде всего, нас интересует то, что организация заставляет нас чувствовать. Именно здесь проходит граница между обычным консультированием, коучингом и психоаналитической работой с бизнесом. Большая часть коучинговых подходов, даже когда они используют психодинамическую лексику, часто остается на когнитивном уровне. Специалист разбирает ситуацию, ищет паттерны, задает вопросы, помогает клиенту осознать сценарии, увидеть повторяющиеся модели поведения, сформулировать новые решения. Все это может быть полезно. Но этого недостаточно, если мы имеем дело с бессознательной динамикой организации. Потому что бессознательное проявляется не только в содержании рассказа – оно проявляется в аффекте. В напряжении, которое возникает в разговоре. В раздражении, скуке, тревоге, растерянности, желании спасать, спорить, доказывать, исчезнуть или срочно дать правильный совет. Это и есть настоящий материал. Если консультант внезапно чувствует себя беспомощным, возможно, организация бессознательно размещает в нем собственную беспомощность. Если он чувствует раздражение, возможно, система передает ему вытесненную агрессию. Если хочется срочно спасать клиента, возможно, он уже оказался внутри сценария, где кто-то постоянно должен компенсировать провал функции власти. Если появляется сонливость, путаница или потеря мысли, возможно, это не личная слабость специалиста, а способ организации не знать то, что знать опасно. В этом смысле психоанализ бизнеса работает не только с рациональным материалом кейса. Он работает с аффективным полем, которое кейс создает. Организация приносит не только проблему. Она приносит способ эту проблему производить. И если специалист остается только на уровне рационального анализа, он рискует описать симптом, но не встретиться с его источником. Можно идеально разобрать конфликт между основателем и генеральным директором как проблему ролей. Можно описать его через зоны ответственности, границы полномочий и управленческую зрелость. Но если не увидеть перенос, останется невидимым главное – бессознательная динамика, источник конфликта. На когнитивном уровне это конфликт полномочий. На аффективном уровне — драма власти, признания, зависимости и сепарации. Именно аффект показывает, где находится бессознательное ядро кейса. Недостаточно знать теорию групп, лидерства, объектных отношений или организационных защит. Теория становится живой только тогда, когда специалист способен выдерживать эмоциональное давление системы и использовать собственный отклик как часть диагностики. Работа с бизнесом в психоаналитической оптике — это не применение концепций к организации. Это способность входить в организационное поле и замечать, какую роль система пытается вам передать. Там, где обычный коучинг ищет решение, психоанализ бизнеса спрашивает: какую бессознательную функцию выполняет сама проблема? Аффект — это вход в бессознательную динамику организации. Там, где становится тревожно, скучно, раздражающе, стыдно, невыносимо или слишком срочно, — там находится главное. В том эмоциональном следе, который организация оставляет в другом. #лидернакушетке #психоанализбизнеса #рефлексивноемышление @leaderonthecouch