Пишущего толкни

Большинство российских СМИ конца 2010-х — тлен, уныние и хор кастратов, которые поют одну ноту, потому что от остальных у начальства болит голова. На этом фоне «Кольта» с бесподобным Михаилом Ратгаузом была «Домом у дороги» среди апатичного шума, дряблой ярости и зарождающегося военного гарнизона: любой консенсус подлежал вскрытию, любая правильная мысль — подозрению, а правда жила в полифонии взглядов, от которой у т.н. благонамеренных господ кружилась голова. В феврале 2022-го мир как будто бы раскололся на чёрное и белое, и всем показалось, что полутона отменены. Но в этом была ловушка: тот, кто знает, на чьей стороне правда, и перестаёт её критиковать, превращается в оловянного солдатика — стойкого, одноногого, бесполезного (впишите нужные имена). Да, это всё наверняка льёт воду на мельницу всяческих нетакоднозначников с ипотекой в Мариуполе и журналом «Москвичка» в кармане пиджака — но что они по сравнению с величием звёзд, которые светят вне зависимости от того, случится ядерная война или нет? Этот пост — поздравление с днём рождения нашего дорогого БРАТА Константина Шавловского — редактора «Репаблика», а это, УВЫ, чуть ли не единственное приличное русскоязычное СМИ, и там водораздел не проходит по привычной линии между «СВО» и «полномасштабным вторжением». Константин — сверкающий, талантливый, обаятельный и непозволительно родной для нашего проекта человек. С днём рождения, дорогой! Любить, пить, петь и пережить этот ужас, сохранив себя и близких (т.н. киншип) в целости. Напомню, что у нас был эфир с Константином, а также совместный — с ним и его коллегой, главредом «Репаблика» Зинаидой Пронченко. Лучшим подарком Константину и нашему медиапространству, сжимающемуся до размеров игольного ушка (сначала хотел написать «больного сфинктера», но так и не понял, широкий он или узкий), будет подписка на «Репаблик». Ну что ещё сказать? Можете послушать Пророка Санбоя, который пытается петь под собственный AI-кавер на животный джаз. Надеемся, что хотя бы одну строчку пропоёт сегодня вместе с ним и наш дорогой Константин. P.S.: Этот текст написал наш дорогой БРАТ-РЕДАКТОР Денис, который почему-то до сих пор так и не сделал тайм-коды для эфира с Михаилом Куртовым. Почему так?

Всем привет! Мне сегодня 43 года, через два года мой российский паспорт превратится в тыкву вместе с банковскими счетами. Последние пару лет мне приходится жить с четко осознаваемым ощущением сужающегося пространства разрешенной жизни, в статусе “пока не иноагента”. Все время думать о планах B и С, чтобы как-то предохраниться от того, от чего на самом деле невозможно защититься. И вот уже больше года моя личная безопасность зависит от медиа, которое мы делаем с самой замечательной командой на свете. До этого я очень долго жил в башне из слоновой кости, занимаясь современной поэзией и российским кинематографом (по как всегда меткому выражению Зины Пронченко, шел в библиотеку, а попал на оргию). Хотя вообще-то я начинал с журналистики — и, как оказалось, очень скучал по годам работы в еще черно-белом МК начала 2000-х. Когда Гусев лично проводил все утренние планерки, главным аттракционом которых были штрафы (при копеечной зарплате это было очень ощутимо). Все ждали, кого и на сколько он оштрафует сегодня, а потом шли в редакционный буфет, где с утра можно было бахнуть коньяку — страшно подумать — с Айдером Муждабаевым, который о чем-то перетирал с Александром Хинштейном (я тусил, конечно, не с отделом политики, а с редакцией “МК-бульвара” — покойным Владиком Ковлейским, Ильей Легостаевым, Митей Ткачевым и Геной Авраменко; раз в неделю, кажется, в “Бульвар” приносил свои заметки, написанные от руки, тов. Денис Горелов). Но потом со мной случился журнал “Сеанс” — 14 лет, про которые точнее всех сказал Лев Лосев: “Все, что я помню, — день ледяной, / голос, звучащий на грани рыданий, / рой оправданий, преданий, страданий, / день, меня смявший и сделавший мной” (Лосев это про встречу с Пастернаком; моему поколению Пастернак, Шкловский и Гинзбург достались, увы, через третьи руки). В этой довольно-таки грандиозной эпопее под названием “Сеанс” был один период, который я часто вспоминаю. “Сеанс” только-только запустил сайт, соцсетей еще не было — и вот там и тогда была прямо настоящая свобода. Делай, что хочешь, главное — талантливо. Мы тогда сделали, например, эпохальное интервью с Ромой Волобуевым, которое до сих пор периодически всплывает в каких-то пабликах. Потом было много всякого, были номера “Сеанса”, которыми я лично горжусь (например, номер о Фасбиндере или номер про историю российского кино нулевых и десятых). Но такой свободы в медиа, когда ты делаешь что-то на полях, что для тебя и твоего круга важнее того, что в центре, больше, наверное, не было. И такой же вайб абсолютной свободы спустя 15 лет я поймал в этом году, делая Republic. Потому что мы идем поперек всех повесток, собирая коллаж из того, что сами любим и ценим: острой колумнистики, философских эссе, литературной критики, длинных и умных интервью, диалогов и рецензий. У нас — без скидок — лучшие авторы, многие из которых не согласны друг с другом примерно ни в чем (последний раз такой плюрализм был, кажется, в “Русской жизни”). И, главное, что нам самим — интересно. А сейчас ведь жизнь устроена так, что интерес становится мерцающим (у многих и вовсе пропадает; можно понять). Особенно — когда тебе 40+. Но я это все к чему. Меня тут спросили вчера, что мне подарить на день рождения. Товарищи, коллежанки, подруги и друзья, а также неравнодушные читатели: лучшим подарком для меня будет подписка на Republic. Да, это недешево. Но, как все нишевое — тут либо дорого, либо бесплатно. Зато мы можем провести вместе увлекательный год. Потому что сейчас, кроме прочего, мое личное будущее зависит от того, будет Republic жить или нет — а живет он только за счет читателей. Если вы собирались, но отчего-то не решались — пусть этот пост будет последней каплей. А если кому-то совсем дорого и жмет — напишите мне в личку (@kshavlovsky), мы что-нибудь придумаем.

"Непокой" Леонида Шмелькова — это, возможно, лучшее, что случилось с российской анимацией за 26 лет и точно лучшее, что произошло с российским кино в 2020-е. Его обязательно нужно смотреть в кинотеатрах, пока он в прокате — тем более что перспективы появления его онлайн пока что весьма туманны. Когда я посмотрел его впервые — я буквально потерял на сутки дар речи. Потом он, к счастью, вернулся, и мы с Леонидом Шмельковым поговорили о том, как смотреть его кино, почему российская авторская анимация не превратилась в индустрию, подобно Adult Swim, а также обсудили лучшую эротическую сцену в истории российского кино (и да, она тоже — в "Непокое"): — У слов есть цвета? — Да! У Юрия Коваля есть роман «Суер-Выер», и там в одной главе герои спорят, какого рода буквы. «Ю» — мужского, «А» — женского, «О» — среднего, «Ы» — среднего, сильно склоняющегося к мужскому, «У» — женского с намеком. Мне вот такие игры очень близки. Внутри меня живут цвета, поэтому и слова, и звуки, и люди имеют свои цвета. — Слово «непокой» какого цвета? — Вот такого, как в фильме — серо-розового. Я вообще всегда сначала пытаюсь понять, какого цвета у меня фильм, и только после того, как я это понимаю, он начинает проявляться. «Непокой» — это розовый, желтый и серо-зеленый цвета. — Почему у героев такие странные имена — Яша и Бернар? — Я всегда очень долго выбираю имена для персонажей и иногда стараюсь специально уходить от русских имен, потому что за ними стоит определенный контекст. Россия — сложная страна, и многие вещи могут происходить только в ней. А когда ты хочешь рассказать более универсальную историю, которая может произойти где угодно, контекст мешает. С русскими именами во мне прямо какой-то Гоголь просыпается. Если вы приходите в гости и узнаёте, что человека за столом зовут Чиполлино, вы очень долго будете отвыкать, что он не луковка. Поэтому в «Непокое» у меня такой интернационал: есть еврейское имя, немецкое имя, русское имя. А хозяйку отеля вообще зовут Мадам. — А почему Бога у вас зовут Валера? — Ну, это не Бог. Это — Валера.

Вышла книга «Номер дома» — сборник рассказов и эссе, составленный главным редактором Republic Зинаидой Пронченко*. Среди авторов — Владимир Сорокин, Дмитрий Быков*, Дмитрий Глуховский*, Антон Долин*, Полина Барскова*, Ксения Лученко*, Михаил Ямпольский, Елена Костюченко* и другие. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ПРОЕКТ «REPUBLIC» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ПРОЕКТ «REPUBLIC» Зинаида Пронченко рассказала проекту «Слова вне себя» о сборнике: Идея книжки не моя, а редактора отдела культуры Republic Константина Шавловского. Я согласилась, потому что мне дорого издание Republic, а совместный с Vidim литературный проект может помочь Republic привлечь к себе внимание. Хоть я и не люблю всё это нытьё, характерное для эмиграции — об оболганном прошлом и утраченном будущем, — отдаю себе отчёт, что и нытьё тоже часть большой культурной истории. Кроме того, я сама ною постоянно. Тексты отбирались исходя из нашего с Костей литературного кругозора — это если о широте выборки. Ну а если о качестве — критерий всё тот же: чистая вкусовщина. Для меня этот опыт стал настоящей работой над собой, поскольку я никогда не любила современную русскоязычную литературу, являясь по сути карикатурным русофобом — почти Денисом Катаевым из серии: французское, значит хорошее. Оказавшись вне России, я с Россией почти смирилась, в том числе благодаря авторам, осмысляющим её место в своей новой жизни. Часть текстов сочинялась специально по моей просьбе. По устройству сборник — концептуальная виньетка: чётная сторона — скорее автобиографические эссе, нечётная — фикшн. Покупайте сборник «Номер дома» на сайте издательства Vidim Books. Текст Вадика Королёва «На Камском побережье» — на сайте «Слов вне себя». * Минюст считает «иноагентами»

👆Прекрасный Вася Степанов — про главный фильм этого лета. Обязательно надо идти!

Написал немного про «Непокой» тоже. Без упоминаний Курёхина и Кортасара. https://www.kinopoisk.ru/media/article/4013073/

Привет! На протяжение последнего почти-уже-года мы работали как группа поддержки Гликерия Улунова и всех пострадавших от уголовного дела вокруг журнала «Флаги». Мы очень благодарны всем, кто помогал стороне защиты за вашу финансовую поддержку, и продолжаем работать — теперь уже в гораздо более светлых, но до сих пор удручающих обстоятельствах. ЧТО БЫЛО? За те девять месяцев, что Гликерий провел в заключении, наши регулярные траты были такими: Работа первого адвоката (сентябрь — июнь) — 45 тысяч руб/мес. Работа второго адвоката (октябрь — июнь) — 55 тысяч руб/мес. Первый адвокат занимался защитой Гликерия; второй представлял Софью Суркову, соавторку стихотворения, против которой также было возбуждено уголовное дело, но которая по счастливому стечению обстоятельств в этот момент оказалась недосягаема для следствия. Кроме того, у нас были и крупные разовые траты: аренда квартиры под домашний арест (трижды, по 25, 20 и 20 тыс. рублей); оплата труда приглашенных со стороны защиты специалистов и разовая помощь адвоката в московском суде (в сумме — около 200 тыс. рублей), командировка одного из адвокатов (50 тыс. рублей). Вместе с мелкими, но постоянными расходами (письма, передачи в СИЗО) мы потратили около 1 300 000 рублей. Около 500 тысяч рублей мы собрали благодаря частным донатам в пользу Гликерия Улунова. Эта сумма почти целиком покрывает работу представлявшего его адвоката и работавших в его деле специалистов. Другая существенная часть пришла от крупных частных и институциональных жертвователей, которые непублично поддержали не только Гликерия, но и других фигурантов дела, и которых мы здесь назвать не можем, но которым очень благодарны.  ЧТО ДАЛЬШЕ? После освобождения Гликерия мы можем открыто говорить о том, что в этом уголовном деле под удар попали и другие люди. Софья Суркова, соавторка стихотворения, за которое Гликерий оказался в СИЗО, до сих пор находится в розыске и под следствием. Юридическую помощь оказывает ей первоклассный адвокат, согласившийся работать за очень небольшую (по профессиональным меркам) сумму: 55 тысяч рублей в месяц. Финансовое положение Софьи вкупе с бесчисленными сложностями существования в эмиграции в статусе преследуемой по уголовному делу не позволяет ей целиком оплачивать услуги адвоката и сопутствующие траты. Поэтому хотим обратиться за помощью к сообществу и возобновляем наш сбор в поддержку пострадавших от дела вокруг «Флагов» — но на этот раз в ограниченном объеме, на конкретную финансовую цель: закрыть предстоящие в ближайшие четыре месяца затраты на работу адвоката (220 тысяч рублей). Юридическая помощь, которую адвокат оказывает Софье, имеет принципиальное значение, поскольку в перспективе ей может грозить экстрадиция в Россию и огромный тюремный срок по двум уголовным обвинениям в связи с той же публикацией, за которую Гликерий провел 9 месяцев в СИЗО. Кроме того, адвокат также консультирует других пострадавших и людей, находящихся в зоне риска, что в наших обстоятельствах крайне важно. Мы будем очень признательны за вашу помощь. Ниже — реквизиты рублёвого и валютных сборов: Для перевода в рублях: 916 948 81 33 (Т-банк, с пометкой: «На юридическую помощь») Для перевода в евро: Account holder: Dina Stein BIC: TRWIBEB1XXX IBAN: BE26 9675 3251 6929 Wise's address: Avenue Louise 54, Room S52 Brussels, 1050, Belgium

За свои 42 года у меня ни разу не возникало желание поговорить с политиком. Но конкретно за этим политиком я наблюдаю последнее время с восхищением. Вижу, как ее пытаются сломать и дискредитировать и российское государство, и его критики, потому что ни тем, ни другим она неудобна. А я люблю неудобных людей. Поговорили для Republic* с Юлией Галяминой*: — Вам не кажется, что своими радикальными высказываниями политики в эмиграции в глазах россиян дискредитируют всю оппозицию? Когда, например, радуются прилетам дронов или рассказывают, что жизни российских детей стоят дешевле на рынке скорби? — Всех политиков в эмиграции сваливать в одну кучу неправильно. <...> Про персон, которые радуются ударам ВСУ, — мне кажется, что они дискредитированы уже достаточно давно. Люди, живущие в России, по большей части на них не ориентируются. Если говорить про хоть сколько-нибудь широкую аудиторию — она, во-первых, просто не имеет возможности их слышать из-за ограничений, а во-вторых, реально считает экстремистами. — Потому что режим их назначил «экстремистами»? Или люди так думают без помощи пропаганды? — Пропаганда, конечно, играет свою роль. Но и вообще, когда ты призываешь бомбить российские города — ну а как тебя еще люди будут воспринимать? — Может ли российский политик в эмиграции, который публично радуется ударам ВСУ по России и очередям за бензином, оставаться российским политиком? Или в России у такого политика будущего нет? — В нашей ⁠стране настолько непредсказуемое прошлое, что, может быть, ⁠будущее у них и есть. Память ⁠у людей короткая. С хорошими деньгами и пиаром, при сохранении того неолиберального диспозитива, который сейчас господствует во всем мире, они вполне могут остаться в игре. Многие просто приспосабливаются к ситуации там, а потом будут приспосабливаться здесь. Конечно, если они будут продолжать говорить на том же языке, вернувшись в Россию, когда это будет возможно, то, наверное, они останутся в маргинальной позиции. Возьмем того же Гарри Кимовича Каспарова* — при всей странности его взглядов и стилистики в настоящее время, он же всегда таким был. Непримиримым, людей не любил. И долгие годы его позиция была маргинальна. Я это хорошо знаю, потому что работала с Каспаровым несколько лет. Такие бескомпромиссные чуваки — они есть в любом обществе. Причем со всех сторон. У нас они не только в либеральном лагере присутствуют — такие же есть и бескомпромиссные зетники, и правые радикалы. — Вы заметили, что оппозиция в эмиграции парадоксальным образом совпала с радикальными сторонниками войны: и те и другие приветствуют удары вглубь России. Только одни считают, что народ проснется и свергнет Путина, а другие — что народ проснется и пойдет на фронт? — Да, все ждут от народа радикализации. Радикалы всегда хотят дестабилизации — чем хуже, тем лучше. Это же их лозунг во все времена. * Минюст РФ считает "иноагентами"

«Dacha — слово, которое стоит в одном ряду со словами sputnik и pogrom. Это то, что Россия подарила мировой культуре. Антропологиня Мелисса Колдуэлл в книге «Дачные идиллии» пишет о том, что для советских людей дача была убежищем от государства, в котором даже отдых в санаториях и на курортах был по разнарядке. Свою книгу она заканчивает пассажем: "Не следует ли считать, что истинный центр России там, где дачная и сельская местности, а периферия — в городах с их общественными институтами, в том числе — самим Кремлем?" Подозреваю, американская исследовательница даже не представляла, до какой степени она права» НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ПРОЕКТ «REPUBLIC» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ПРОЕКТ «REPUBLIC» Самый трогательный текст летнего печатного выпуска Republic-Weekly написал Константин Шавловский.

👆Из России заказать не получится и вообще удовольствие это недешевое, но зато в этом номере есть мой текст про дачу и эмиграцию. Если хотите поддержать нашу работу, то можно вот купить наш единственный бумажный номер (и через 50 лет продать его на аукционе за бешеные деньги, так как тираж во всех смыслах limited).

У Republic вышел летний БУМАЖНЫЙ номер. Это наш отчаянный спецпроект (лучше бы поставили бюджет выпуска на polymarket на Испанию): раз лето это маленькая жизнь, значит живем на полную катушку. Внутри этой изящной и бессмысленной вещицы, впрочем, отличные тексты наших любимых авторов о жарком, долгожданном, мимолетном, последнем, волнительном, тревожном лете 2026. К журналу прилагается еще и мерч с символикой и цитатами (лучше бы напоили их авторов аперолем). За мерч не ручаюсь, хоть он и симпатичный, потому что любой мерч кроме футбольного и Кашинского, честно говоря, презираю. В общем, если хотите по(д)держать Republic, go по ссылке. На фото - примеры нашего отчаяния) НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН ИЛИ РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ЗИНАИДОЙ СЕРГЕЕВНОЙ ПРОНЧЕНКО ИЛИ КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ЗИНАИДЫ СЕРГЕЕВНЫ ПРОНЧЕНКО

👆буду сегодня в 22.00 мск здесь, приходите!

Новый стрим Republic Smoke — 18 июля в 22:00 по Москве. Кто мечтает об оттепели в загробном мире, выборы без ББ, одиссея Ильи Красильщика и Кристофера Нолана, сочувствие госпоже Собчак (и господину Ремесло), за кого болеть в финале ЧМ и когда придут за кофейней «Чапа». Субботний Republic Smoke с Олегом Кашиным*, Зинаидой Пронченко* и Константином Шавловским — про тьму перед рассветом в конце тоннеля. Начнем в субботу, 18 июля, в 20:00 по Лондону, 21:00 по Парижу, 22:00 по Москве. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ПРОЕКТ «REPUBLIC» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ПРОЕКТ «REPUBLIC» * Минюст РФ считает «иноагентом»

Прощание с Анатолием Заславским состоится 20 июля. Похороны пройдут в 14:00 на Казанском кладбище в Пушкине. В 13:00 от станции метро «Московская» будут организованы два автобуса для всех, кто хотел бы проводить Анатолия Савельевича в последний путь. Можно добраться своим ходом. В воскресенье будут уточнения про место сбора на Московской и в Пушкине. Поддержать семью https://hopelessart.ru/in-memory-of-zaslavsky