United Knigdom

Это правда остров «В исследовании 2007 года, проведенном для Международного общества экологической экономики (ISEE), к прибрежным регионам относились все территории от 220 метров вглубь моря до земель, расположенных в пределах 62 миль (100 км) от береговой линии. Согласно этому определению, почти вся территория Великобритании может быть отнесена к прибрежным районам. Действительно, максимальное расстояние от моря при отливе в любой точке страны составляет всего 70 миль (110 км).» From: A Brief History of the Coast in 100 Objects, Sally Coulthard

​​«Сорочка» Уинстона Чёрчилля (1914) «Во время беременности ребёнок развивается внутри амниотического мешка, или «плодной пленки», заполненной жидкостью. Обычно при родах эта мембрана вместе с плацентой выходит из организма матери после рождения ребёнка. Однако в крайне редких случаях ребенок может появиться на свет с прикрепленным амниотическим мешком. Такие «роды в рубашке» — случающиеся лишь раз на 80 000 родов — считались знаком огромной удачи и, как полагали, наделяли ребенка особыми способностями. Сами сорочки имели большую ценность, особенно те, что оставались практически целыми, или, что еще лучше, принадлежали близнецам. […] Лондонские продавцы [в 1878 году] просили около 3 фунтов за амниотические оболочки своих собственных детей — что в пересчете на сегодняшние деньги составляет около 400 фунтов, — в то время как счастливая обладательница «двойной мужской сорочки» могла с легкостью рассчитывать на 7 фунтов, что более чем в два раза превышало сумму, запрашиваемую за одиночную. Люди хранили плодные оболочки как амулеты. Они считались талисманами не только из-за своей редкости, но и потому, что, как полагали, защищали своих владельцев от утопления. […] Продажа плодной оболочки передавала её силу покупателю. Работавшие прибрежных районах [Британии] особенно стремились заполучить плодную оболочку. Во время Первой мировой войны Германия со смертоносным эффектом использовала подводные лодки: сначала против военных кораблей союзников, но по мере развития войны — и против торговых судов. Взволнованные моряки, рыбаки и их близкие стремились купить эти талисманы, и цена на плодные оболочки взлетела до заоблачных высот. […] Этот объект [+письмо] представляет собой совершенно особенную «рубашку». Считается, что его отправил Уинстон Черчилль Филипу Дж. Клейфу в Портсмут — человеку, прослужившему два десятилетия в Королевском флоте. Письмо датировано 1914 годом, когда Черчилль занимал должность первого лорда Адмиралтейства. Почему Черчилль решил отправить талисман, точно неизвестно, но интересно то, что этот предмет был дорог Клейфу, который позже передал его своему внуку, когда тот тоже отправился в море.» Из книги «Краткая история побережья в 100 предметах», С. Култхард. Wiki перечисляет в т.ч. таких «родившихся в рубашке»: Лорд Байрон Карл XII, король Швеции Габриэле д'Аннунцио Зигмунд Фрейд Яков I (VI), король Шотландии и Англии Джонас Солк

Сделал интервью с этой прекрасной писательницей нонфика -> здесь.

Sunday brunch и зачётные плафоны для бра

из The Economist

Название «daisy» [маргаритка] считается искажением выражения «day’s eye» («глаз дня»), поскольку весь цветок закрывается на ночь и раскрывается утром. Узнал из The Secret World of Twilight: A Natural History of Dusk and Dawn. Sally Coulthard.

​​«Одно из самых нелепых народных поверий о летучих мышах — женщинам не следует выходить на улицу в сумерках, иначе у них почти наверняка запутается в волосах летучая мышь. Говорили, что женские волосы настолько привлекают летучих мышей в сумерках, что те запутываются в них так, что это может привести к их гибели, и единственный способ избавиться от них — обрезать все волосы. Несомненно, этот миф был придуман для того, чтобы удержать женщин от вечерних прогулок, и он оказался настолько живучим, что о нём говорили ещё в 1950-х годах. Устав от этих слухов, выдающийся защитник природы Гаторн Гаторн-Харди, который, кстати, был также графом Крэнбруком, провёл удивительно эксцентричный эксперимент. Позже, описывая это в разделе «Заметки и наблюдения» журнала «Труды Суффолкского общества натуралистов», он с весельем сообщал: «Только что пойманного нетопыря [вид летучей мыши] […] — который извивался, пищал и кусался — засунули в довольно длинные вьющиеся волосы на затылке брюнетки лет тридцати пяти. Летучая мышь осторожно взобралась на макушку головы «жертвы» и взлетела, ничем не запутавшись. Суффолкские натуралисты могут испытывать косвенную гордость за то, что три жительницы Суффолка оказались […] готовы проверить на практике истинность старинного суеверия». На самом деле Гаторну-Харди удалось найти ещё четыре вида летучих мышей, которых можно было засунуть в женские волосы — вечерницу, ушана, ночницу Наттерера и водяную ночницу — и, разумеется, каждый раз, когда эксперимент повторялся, летучие мыши без труда ориентировались в волосах добровольцев и без проблем взлетали. Стремясь получить более полную картину, Гаторн-Харди выразил надежду на продолжение исследований: «Остается надеяться, что некоторые смелые женщины из Западной Англии попробуют провести эксперимент с подковоносыми летучими мышами, которых нет в Суффолке». Неясно, нашёлся ли кто-нибудь желающий.» Из книги «Тайный мир сумерек», Сэлли Култхард

Современный дешевый пакетный туризм придумал наш человек Вычитал тут о том, кто изобрел чартеры и пакетные туры из Британии на Средиземноморье. И попутно постепенно убил традиционные британские курорты. Владимир Гаврилович Райц (1922 — 2010) — британский бизнесмен российского происхождения, соучредитель Horizon Holiday Group, которая стала пионером в организации первых массовых пакетных туров за границу. Он родился в Москве в еврейской семье, которая покинула Советский Союз, когда ему было шесть лет, и, побывав в Берлине и Варшаве, в конце концов обосновалась в Лондоне. Он учился в школе «Милл-Хилл» в Лондоне, а затем изучал экономику в Лондонской школе экономики. После окончания учебы в 1942 году он начал работать журналистом, сначала в агентстве «British United Press», а затем, с 1943 по 1949 год, в агентстве «Reuters». В 1949 году, находясь в отпуске в Кальви на Корсике, он получил предложение от Николаса Штайнхайда, представителя светского общества, имевшего связи среди местных жителей, привлечь в следующем году британских туристов. Рассчитав, что сможет арендовать самолёт и организовать двухнедельный отдых «все включено» на Корсике менее чем за 35 фунтов стерлингов [£1102 сейчас], он 12 октября 1949 года основал компанию «Horizon Holidays» и положил начало индустрии пакетных туров. Название было выбрано в честь голубого горизонта, который пассажиры будут видеть из иллюминатора самолета. Используя деньги, унаследованные от родителей, он арендовал самолет и наладил необходимые связи с аэропортом в Кальви. Однако после значительной задержки только в марте 1950 года Министерство гражданской авиации разрешило полеты при условии, что они будут предназначены исключительно для «студентов и преподавателей». Краткая рекламная кампания в журналах для учителей и медсестёр предлагала возможность совершить полёт, переночевать в палатке, попробовать местные вина и два раза в день питаться блюдами, содержащими мясо — это было особенно привлекательно в связи с продолжавшимися мерами жесткой экономии в послевоенной Великобритании [карточки на продукты там отменили лишь к середине 1950х. А на хлеб их ввели ПОСЛЕ победы в 1945]. Стоимость по системе «всё включено» составляла 32 фунта 10 шиллингов, что примерно вдвое дешевле, чем стоимость рейса туда-обратно в Ниццу — ближайший аэропорт, обслуживаемый авиакомпанией BEA. Первый чартерный рейс между аэропортом Гэтвик и Корсикой состоялся 20 мая 1949 года. После организации встречи пассажиров на вокзале Кингс-Кросс пассажирский самолёт «Дакота» доставил одиннадцать «учителей» (платящих пассажиров) и 21 «друга» (гостей, которые сразу же вернулись обратно). Он был включён в Зал славы британской туристической индустрии. В 2001 году вышла его книга воспоминаний «Полёт к солнцу» (Flight to the Sun). Horizon Travel была основана Владимиром Райцем и Ленни Ковеном 12 октября 1949 года. В 1950 году компания организовала первые массовые пакетные туры за границу с чартерными рейсами между аэропортом Гэтвик и Корсикой, а в 1952 году — первый пакетный тур в Пальму де Майорка, в 1953 году — в Лурдес, а в 1954 году — на Коста-Браву и Сардинию. Кроме того, поправки, внесенные в 1954 году в Монреале в Конвенцию о международной гражданской авиации, послужили толчком для развития массового туризма с использованием чартерных самолетов в Испанию.

Футбол прошел, но вернулся University Challenge! Сегодня уже вторая игра, и защиту титула начнет команда Манчестерского универа. А на прошлой неделе, в первой игре за Бристоль дебютировал … москвич! Математик Артём Борисов, из местного вуза. Он обнаружил приличные знания и за пределами математики, но определенным препятствием стало (как и для меня) произношение правильных ответов…

Чемпионат прошёл, yarn bombing остался 🙂

​​«Когда в ноябре 2020 года в первом раунде Кубка Англии клуб «Марин» из Мерсисайда по жребию получил домашний матч против восьмикратного обладателя трофея «Тоттенхэм Хотспур», разница в рейтинге между этими командами составляла 161 позицию [т.е. между ними в иерархии был 161 клуб]. Для тех, кто ценит романтику кубковых матчей, это, без сомнения, был самый интересный поединок раунда, в котором лидер Премьер-лиги того времени встречался с командой из Северной Премьер-лиги, дивизион 1 Северо-Запад. [т.е. 1 уровень футбольной пирамиды с 8-ым] Обычно такой матч привлек бы огромную толпу зрителей на стадион «Россетт Парк», вмещающий 3 185 человек, которых привлёкла бы надежда на сенсацию в Кубке. Но из-за ограничений, связанных с Covid-19, игра прошла без зрителей. Столкнувшись с потерей доходов, «Марин» попытался компенсировать часть убытков, продавая виртуальные билеты по 10 фунтов стерлингов, рассчитывая реализовать около 500 штук. Вместо этого было продано 32 202 билета, в основном болельщикам «Тоттенхэм Хотспур» из 45 стран. Было собрано более 300 000 фунтов стерлингов, что обеспечило будущее клуба. В день матча «Тоттенхэм» выиграл со счётом 5:0, а трансляцию на BBC посмотрели 9,2 миллиона зрителей.» Из: The Story of Football in 100 Objects.

«Эта шерстяная футболка сборной Англии, в которой в 1872 году играл Арнольд Керк Смит, считается самой старой из известных сохранившихся футболок. Хотя она и выглядит совершенно иначе, чем современная высокотехнологичная и облегающая футболка, это, без сомнения, форма сборной Англии, на которой гордо красуется культовая эмблема «Три льва» и корона. В те времена на футбольных майках не было номеров на спине, но на этой майке есть интересный ромбовидный узор на груди, придающий её дизайну особый шарм. Сам матч завершился ничьей 0:0 при зрительской аудитории около 4 000 человек. В репортаже газеты «The Scotsman» отмечалось, что игра была напряжённой: «Шотландия доминировала в первом тайме, а Англия — во втором». Несмотря на ничью, этот матч стал знаковым событием в истории футбола, поскольку стал первым официальным международным матчем между двумя странами». Из: The Story of Football in 100 Objects. После окончания университета Керк Смит стал священником.

​​«В послевоенные годы в Британской империи реализовывались государственные программы по производству продовольствия. Они были направлены на благо [сугубо] Великобритании и сопровождались высоким уровнем эксплуатации колониальной империи как в военный, так и в послевоенный периоды, когда Соединённое Королевство могло удерживать на низком уровне в своих интересах и за счёт производителей цены на сырьевые товары, производимые в колониях. Самой амбициозной программой, разработанной дочерней компанией Unilever и одним из колониальных сельскохозяйственных чиновников, было выращивание арахиса в Танганьике [теперь ±Танзания]. Арахис может показаться незначительной культурой, но его планировалось выращивать ради масла, которое использовалось бы для производства маргарина, в то время, когда масла и жиры всех видов были в дефиците. Миллионы акров незаселенных, зараженных мухой цеце зарослей должны были быть засажены. Территория размером с Йоркшир должна была управляться более чем 100 крупными механизированными сельскохозяйственными хозяйствами (в каждом из которых работало бы около 300 африканских рабочих). Предполагалось, что к 1950–1951 годам будет произведено 600–800 000 тонн арахиса по цене, вдвое ниже мировой, что позволило бы сэкономить 10 млн фунтов в год [304 млн в ценах 2026]. Необходимо было построить новые порты и железнодорожные линии, жилые помещения для тысяч людей, а также станции для обслуживания сотен крупных тракторов. Были задействованы специалисты самых разных профилей: агрономы и инженеры, энтомологи и эксперты по труду, почвоведы. Были использованы значительные объемы военных излишков, в том числе американские тракторы «Caterpillar» с Филиппин, модифицированные танки «Шерман» («Шервики»), бензопровод, проложенный во время войны в Бирме, танкодесантные катера, военные палатки, телефоны, джипы и самолеты. Многие сотрудники — от местного директора до ремонтной бригады — были бывшими военными техническими специалистами; работы по расчистке вела команда, которая во время войны строила и ремонтировала аэродромы. Ключевую инженерно-подрядную фирму возглавлял сэр Джон Гибсон, строитель плотины Гебель-Аулия на Белом Ниле и проектировщик части гавани «Малберри» [система временных береговых сооружений, использовавшаяся на необорудованном побережье Нормандии для выгрузки военной техники, личного состава и материальных запасов при проведении операции «Оверлорд» во время Второй мировой войны]. Работы велись в спешке, возникали проблемы с техническим обслуживанием, а недостаточное понимание особенностей местных осадков и почвы приводило к выходу техники из строя. Проект был закрыт в 1951 году, после того как на него было потрачено почти 50 миллионов фунтов стерлингов, а урожай арахиса оказался меньше, чем было закуплено в качестве семян. Правительство, которое осуществляло проект через новую Оverseas Food Corporation при Министерстве продовольствия, подверглось резкой критике, и на протяжении десятилетий лейбористов высмеивали криками «арахис» всякий раз, когда они предлагали крупный государственный проект, не нравившийся тори. Это было фиаско». Из The Rise and Fall of the British Nation, D. Edgerton

«До 1941 Британия в одиночку противостояла целому Гитлеру» Любят в UK такой нарратив ввернуть. Однако, если присмотреться: «Ни «Великобритания», ни Британская империя никогда не держались в одиночку. Они были в союзе со многими правительствами в изгнании, которые предоставляли небольшие вооруженные силы, порой крупные торговые флоты и богатые имперские территории, такие как Бельгийское Конго и Голландская Ост-Индия. Империя также не всегда находилась в оборонительном положении. Были также небольшие, но значимые победы — в воздушной «Битве за Британию» летом 1940 года было нанесено поражение Люфтваффе, хотя это не остановило последовавших за этим бомбардировок британских городов. Королевский флот нанёс поражение итальянскому флоту с воздуха у Таранто в 1940 году. В 1941 году в Африке была проведена успешная наступательная операция против итальянцев. Большая часть военных усилий заключалась в неуклонной общей блокаде Германии с 1939 года и континентальной Европы с 1940 года, а также в создании огромных вооруженных сил для последующего использования. Германия и Италия были загнаны в угол мира, остальными ресурсами которого Британская империя могла свободно пользоваться. Однако Соединённое Королевство оказалось отрезанным от континентальной Европы и от важных источников снабжения. Насколько именно они были важны, не ясно из исторических источников, в которых, по-видимому, предполагается, что Соединённое Королевство импортировало товары исключительно из империи и других отдалённых мест. Между тем оно полагалось на шведскую и средиземноморскую железную руду, балтийскую древесину и бумажную массу, а также на голландские яйца и датский бекон и многое другое. Удивительно, но благодаря кораблям — некоторые из которых были получены от европейских союзников — и деньгам оно могло и действительно получало всю необходимую продовольственную продукцию и сырье из других регионов, а теперь и импортировало промышленные товары. В ходе войны стоимость британского импорта оставалась на довоенном уровне, при этом боеприпасы приобрели огромное значение. Великобритания не замкнулась в себе для ведения войны, а, напротив, установила новые связи с миром. Британские военные усилия характеризовались не национальным характером, а тем, что они носили глобальный и союзнический характер. Во многих отношениях, с британской точки зрения, это была международная и интернационалистская война. Безусловно, некоторые элементы экономики приобрели более национальный характер, в частности выращивание пшеницы и овощей, а также поставки древесины, но это были скорее отдельные случаи, чем проявления общей тенденции. Британское государство обладало возможностью закупать и транспортировать продовольствие, топливо и материальные средства со всего мира, причем без необходимости осуществлять взамен экспорт. Это стало возможным не только благодаря американской программе «Ленд-лиз», но и за счет фактического принуждения поставщиков, в том числе бедные слои населения империи, к торговле в кредит с Великобританией. Являясь единственным значимым рынком сбыта для экспортеров продовольствия, она могла требовать поставок в обмен на отсрочку платежа. В случае с колониями контроль над их экономикой усилился, а степень эксплуатации возросла. Это также означало, что она могла позволить себе вести войну с более широким использованием военной техники и технологий, благодаря чему большая часть британских войск на протяжении большей части войны оставалась в тылу.» Из The Rise and Fall of the British Nation, D. Edgerton

А как у сб. Англии с этим делом сейчас? «Пол Мерсон вспоминает, как на Чемпионате мира по футболу 1998 года во Франции он оказался «окруженным» азартными играми в команде, которая почти месяц «заперта» на уединённой тренировочной базе, вдали от родных. «Все делали ставки на первого голеадора, ставили на матчи, потому что все они транслировались в прямом эфире, и у нас в команде были частные букмекеры… Я чувствовал себя окружённым этим». На Чемпионате мира 2002 года в Японии и Корее таблоиды писали, что вице-капитан Майкл Оуэн — который взял на себя роль букмекера — накопил долги на сумму 30 000 фунтов стерлингов в карточной игре. В то время Оуэн категорически отрицал эту историю, но в 2019 году в своей автобиографии «Reboot» признался: «Это было бы проблемой, если бы я делал это каждую неделю, но когда ты находишься вдали от дома целый месяц, просто на стену лезешь». Скука также фигурировала в объяснениях Уэйна Руни о том, как азартные игры проникли в его повседневную жизнь во время поездок с клубом и сборной: «Я был молодым парнем, который только что разбогател. На выездной игре за „Манчестер Юнайтед“ ты останавливаешься в отеле, а в составе сборной Англии проводишь в отеле от семи до десяти дней. Начинаешь скучать и ищешь, чем занять время. В то время азартные игры были одним из таких занятий». Пожалуй, самое откровенное признание на сегодняшний день прозвучало в автобиографии Кирона Дайера «Old Too Soon, Smart Too Late», в которой утверждается, что во время чемпионата Европы 2004 года в Португалии азартные игры «полностью вышли из-под контроля». «Мы ставили такие огромные суммы, что понимали: делать это на публике просто невозможно. Поэтому мы играли в номерах друг у друга, за закрытыми дверьми. Мы были как тайные пьяницы, прячущиеся, чтобы напиться. Только наркотиком были азартные игры, и среди нас была немалая группа тех, кто был зависим от них». На фоне последующей «охоты на ведьм» [или разбора полётов с поиском виноватых] в таблоидах покойный Свен-Ëран Эрикссон, тогдашний тренер сборной Англии, столкнулся с утверждениями о том, что азартные игры, возможно, были упущенным фактором, стоящим за провалом так называемого «золотого поколения». Хотя это и было категорически опровергнуто, оно перекликалось с одним из наиболее часто упоминаемых факторов зависимости у спортсменов: стремлением к эскапизму. В атмосфере высокого давления на базе сборной во время чемпионата мира, когда надежды и ожидания целой нации ложатся на плечи немногих, вполне легко понять, как азартные игры могли служить способом отвлечения или подавления сознания, средством ограждения себя или всей команды от неопределённости реального мира.» Из: Imitation Games: How Gambling Hijacked Sport. D. McGee

Случайно открыл для себя легенду Севера и всей Англии Фреда Дибну. Он верхолаз, вручную по кирпичику разбиравший высоченные фабричные трубы, практически без страховки. Иногда он их сваливал с помощью костров в основании. При этом всегда находился в считанных метрах от падающих исполинских колоссов. Кроме того он был фанатом как сейчас скажут стим-панка — индустриального наследия Викторианской Англии. Он разъезжал на лично восстановленном паровом катке, изучал и чинил множество механизмов той эпохи, а под конец жизни даже попытался создать модель шахты у себя на заднем дворе. Его верхолазные подвиги привлекли внимание BBC, которая с конца 1970-х начала снимать документальные фильмы о его необычной деятельности. Это и располагающая манера говорить, своеобразный юмор и философия Дибны понравились зрителям. Передачи с ним переключились на промышленное наследие страны, и он стал популярным ведущим. Посмотрите первый д/ф о нем или это видео покороче, где он взбирается на особо сложную башню. Отмечу комментарии просмотревших профессионалов, не чуждых высотам (пожарных, пром.альпинистов, и тп.) — все без исключения восхищены подвигами Фреда, и никто не отважился бы это сейчас повторить. P.S. Его фамилия Dibnah (от Dibney) происходит от прозвища, образованное от французской фразы «dieu (le)benie» — «Да благословит (его) Бог».