Жанна Валеева\Контейнер мыслей

Параллельный процесс позволяет супервизору увидеть происходящее в терапии через отношения, возникающие в супервизии. Небольшие изменения в том, что чувствует или говорит супервизант, могут содержать важную информацию о клиенте. Если супервизор распознаёт признаки переноса или контрпереноса, он может помочь супервизанту увидеть новые перспективы и затем перенести это понимание обратно в работу с клиентом Кевин Сент-Арно Отношения в супервизии нередко становятся отражением того, что происходит в кабинете с клиентом.

Мне кажется, что один из самых неудобных вопросов в психоанализе звучит очень просто: Чем мы лечим? Теорией? Интерпретацией? Личностью аналитика? Пространством, которое возникает между двумя людьми? И чем больше я размышляю над этой темой, тем больше прихожу к мысли: аналитик никогда не находится вне происходящего. Мы неизбежно становимся частью поля, частью истории, которая разворачивается в кабинете. И возникает вопрос, который для меня становится даже важнее: За что именно отвечает аналитик? Не за идеальный анализ или «правильную» жизнь пациента, а возможно, за способность замечать собственное участие в том, что создаётся между нами… Об этом я сейчас думаю, готовя новый доклад в ПсиClub. Это будет разговор не только о психоанализе, а о встрече двух людей. Каждый из нас неизбежно влияет на пространство, в котором находится. Вопрос лишь в том, замечаем ли мы это? Что мы делаем с этим? Буду рада вашим мыслям. Возможно, именно они станут частью этого будущего разговора. 16 августа в 17:00 мск. Вход свободный

Какие бывают психоаналитики? Посадите за один стол шестерых аналитиков разных школ, дайте им один и тот же случай, и вы получите шесть разных пациентов. Один услышит младенца, которого вовремя не взяли на руки. Другой зацепится за оговорку. Третий вообще оборвёт разговор на седьмой минуте. Снаружи всё это называется одним словом, изнутри разница огромная. Портреты ниже — дружеские шаржи, и я тут никого не щажу, включая себя. Настоящие аналитики любой школы похожи друг на друга сильнее, чем на свою карикатуру, а лучшие носят в себе все шесть сразу. Но правды в каждом ровно столько, что кто-то сейчас узнает своего терапевта. Классический. Кушетка, несколько раз в неделю, молчание, от которого сначала неловко, а потом невозможно остановиться. Верит, что сновидение это королевская дорога, а оговорка телеграмма из бессознательного. Совета не даст никогда. Работает медленно и не извиняется за это: то, что складывалось двадцать лет, за шесть встреч не разбирается. Британский. Знает всё про зависть, благодарность и достаточно хорошую мать. Вы рассказываете ему про дедлайны, а он слышит младенца, которого вовремя не взяли на руки. Главное его оружие — тихое «похоже, вам сейчас очень одиноко», сказанное ровно в ту секунду, когда вы бодро объясняете, что всё под контролем. Работает безотказно. Французский. Сессия может закончиться через семь минут, если вы сказали что-то по-настоящему важное. Не потому что он устал, а потому что дальше слова только замажут то, что прозвучало. Говорит загадками, поскольку бессознательное структурировано как язык. Вы будете годами разгадывать его последнюю фразу. В этом и был замысел. Итальянский. Для него сессия — общий сон на двоих. Ваш рассказ про утренние пробки уже сновидение, которое вы видите вместе, и важно не что случилось на дороге, а какой образ вы принесли в комнату. Тепло, поэтично, немного оперно. После него кажется, что психика это литература. Возможно, так и есть. Современный американский. Реляционный и тёплый, скажет «я чувствую» чаще, чем Фрейд за всю жизнь. Признаёт, что в ваших отношениях у него тоже есть переживания, и считает это не нарушением нейтральности, а инструментом. Сюда же школа Спотница, которая идёт дальше: аналитик не толкует, а присоединяется, молчит ровно столько, сколько молчите вы, а собственное раздражение в кабинете считает не своей слабостью, а наведённым — вашим сообщением, которое пока не стало словами. Благодаря этому туда доходят те, кого классический анализ считал недоступными. Постсоветский. Учился у всех сразу: Фрейд в самиздате, Кляйн по ксерокопии, Лакан в пересказе того, кто слушал лекции в Париже. Личной терапии прошёл больше, чем все его учителя вместе, потому что было что прорабатывать, и не только своё. Немного суров снаружи, сентиментален внутри. Цену молчания знает не только по Фрейду. Ну и главное. Никакая школа не лучше. Школа определяет, как аналитик думает, на что смотрит, чего от него ждать в кабинете. Но лечит не школа. Лечит то, сможете ли вы с этим конкретным человеком говорить о том, о чём молчите со всеми остальными. Найдите своего. Остальное — детали биографии.

Друзья и коллеги, продолжаем знакомить вас со спикерами и мероприятиями V Международной конференции по психоанализу. Сегодня рады представить вам Виталия Козырева и Жанну Валееву — ведущих психоаналитических дебатов «Близость vs Тревога: что организует психическую жизнь?» Виталий Козырев - психоаналитический психотерапевт, клинический психолог, автор и ведущий проекта «Психоаналитические дебаты». Жанна Валеева - психоаналитик, групп-аналитик ECPP, р-ль Академии Современного Психоанализа и Психотерапии - Сочи. На конференции Виталий и Жанна Валеева проведут 8-й тур Дебатов, в котором участниками станут не приглашённые команды и эксперты, а все, кому интересен исследовательский формат. В центре дебатов — вопрос, на который в психоанализе не существует окончательного ответа: "Что в большей степени организует психическую жизнь человека: стремление к близости или тревога?" Этот вопрос возник не случайно. Накануне конференции среди коллег был проведён опрос с просьбой назвать одним словом наиболее частый запрос клиентов. Чаще всего звучали «отношения», вторым запросом по частоте стала «тревога». А действительно ли это два разных запроса? Или перед нами две взаимосвязанные стороны одного психического процесса? В начале дебатов участникам будет предложено выбрать одну из двух исследовательских позиций и занять соответствующую сторону зала. Затем каждая из сторон попробует обосновать свою гипотезу, опираясь на вопросы модераторов, клинический опыт, психоаналитические концепции и профессиональные наблюдения. Цель дебатов — не определить победителя, а провести совместное исследование, в котором столкновение различных психоаналитических взглядов позволяет глубже понять природу обсуждаемого феномена. В завершение участники смогут вновь ответить на исходный вопрос и проверить, изменилось ли их понимание проблемы в ходе профессионального столкновения мнений. Интересные факты о спикерах: Виталий Козырев за несколько лет проекта Психоаналитические дебаты обьединил десятки специалистов, сохранив главный принцип: в психоанализе особенно ценны вопросы, на которые невозможно ответить окончательно. Жанна Валеева более 16 лет в профессии. Верит, что психоанализ развивается через встречу, диалог и совместное мышление. Эти идеи и легли в основу Международных конференций в Сочи и Академии Современного Психоанализа и Психотерапии. *** 📍26–27 сентября 2026 года 📍ОЧНО: Сочи 📍ОНЛАЙН: Zoom Подробная информация и регистрация: https://sochi-conference.ru/ Социальные сети: Конференция ТГ | Конференция ВК

Что мне более всего нравится на конференциях — это встречи, живые встречи с коллегами. Ощущение того, что мы разрозненные в своих организациях, можем быть вместе, обсуждать, дискутировать и рождать что-то новое общее в моменте. Все это мы уносим внутри себя, вновь погружаясь в психические реалии нашего профессионального поля🤓 В этом году будет мой дебют в Психоаналитических дебатах Виталия Козырева. И об этом в посте далее ⬇️

Дни контрастов погоды, изменений планов при постоянстве удовольствия от происходящего. День Рождения там где не про вкусно поесть, а радость гастрономических ощущений переплетается с наслаждением от красоты и необычности подачи и все это на фоне шторма - прекрасный Тукан. И никуда никто не торопится, все время здесь и сейчас. И конечно звучит наша прекрасная Ирина Макарова - на этот раз в записи, но она все же рядом 🤩❤️

«Слово страсть представляется удачным обозначением стремления к соединению в широком смысле — как физическому, так и психическому. Таким образом, страсть является функцией поля, связанной с возможностью задействовать примитивные чувства, не прибегая к насилию. В этом смысле она связана с ревери, которое одновременно является следствием любви и способом её выражения. Можно предположить, что, когда страсть присутствует, она представляет собой связь, укрепляющую способность понимать друг друга и способствующую трансформации бета-элементов (необработанных сенсорных данных) в альфа-элементы (единицы осмысленного опыта); при этом страсть может включать метаболизированные эротические элементы.» Элена Молинари «Ребёнок, родители и психоаналитик Иными словами группа» #мысликкофе ☕️💌🍪💀