نهمة الطالب

«Методика, методика, методика… Все разговоры об идеальных учебных методиках, и при этом нет никакого прогресса в реальной учебе! Хочешь методику? Я тебе расскажу. Берешь книгу, садишься перед учителем и читаешь. Вот тебе методика. Все остальное учитель сам тебе укажет». Шафиитский факых, шейх Абу ас-Сууд аль-Джадхи сегодня на уроке по «Мухтасар аль-фаваид аль-маккия».

ما في المقامِ لذي عقلٍ وذي أدبِ ... مِنْ رَاحَة ٍ فَدعِ الأَوْطَانَ واغْتَرِبِ سافرْ تجد عوضاً عمَّن تفارقهُ ... وَانْصِبْ فَإنَّ لَذِيذَ الْعَيْشِ فِي النَّصَبِ

https://youtu.be/joXdxdTLCbA?si=uooBe_ArpvTSigjP

И это — истина, которая вынудила западных историков признать: «История не знала более милосердного завоевателя, чем арабы». «Исламская цивилизация» Шейх Хасан Хиту رحمه الله

Испанское вероломство по отношению к мусульманам в период упадка Говорит шейх Хасан Хиту да смилуется над ним Аллах : «Шли дни, и Андалусия пала под властью испанцев. Одним из условий сдачи Гранады было то, что мусульманам гарантируется право на имущество, оружие, религию, мечети и другие условия, которые обеспечивают человеку свободу в его вере и убеждениях. Но как только испанцы утвердились у власти, они начали забывать об этих условиях и принялись уничтожать мусульманские памятники — крепости и цитадели, водружая на них кресты и христианскую символику. Затем они обратились к мечетям: одни из них они разрушили, а остальные превратили либо в церкви, либо в загоны для скота. И это было не всё. Они также запретили мусульманам отправлять свои религиозные обряды, как явные, так и тайные, касающиеся мужчин, женщин и всех аспектов жизни. Помимо всего этого, они принуждали их к крещению и смене исламских имён на христианские. А тех, кто отказывался принять крещение, убивали или сжигали заживо. Для этой цели они учредили инквизиционные трибуналы, которые шпионили за мусульманами в их частной и общественной жизни. Всякий, о ком было установлено, что он не принял христианство, подвергался казни или сожжению. Тысячи мусульманских женщин были подвергнуты жестоким пыткам в ходе этих расправ; с них заживо сдирали кожу, поскольку было доказано, что они не отреклись от ислама и не приняли христианство. Шпионы рыскали среди мусульман, и для обвинения человека было достаточно, если его видели совершающим молитву, находили Коран в его доме, или если один из его маленьких детей произносил: «Мы — мусульмане». Это служило неопровержимым доказательством того, что он не принял христианства, даже если он и сменил своё имя на христианское. Ведь если маленький ребёнок говорит: «Я — мусульманин», — значит, он слышал это от своего отца, и этого было достаточно, чтобы предъявить обвинение отцу в том, что он не стал истинным христианином. Дрова для костров собирали в течение всей недели на городских площадях, а в воскресенье христианский король или его представитель являлся на главную площадь, куда приводили «преступников» — тех, о ком было доказано, что они не приняли истинного христианства, даже если они и сменили имена, как я упоминал ранее. Их помещали поверх дров, чтобы сжечь, и священник или монах приходил, чтобы призвать их отречься от ислама перед сожжением. Приводили всех их родственников — близких и дальних — и усаживали в первом ряду среди толпы зевак, собиравшейся полюбоваться на мучения мусульман на костре. И это ещё не всё. Самым ужасным было то, что поджигать костёр должен был непременно мусульманин, являющийся их родственником, если это было возможно, дабы доказать, что он искренне принял христианство и что его не трогают ни жалость, ни сострадание к этим «преступникам», которые не отреклись от ислама в пользу христианства. И это ещё не всё. Самым ужасным было то, что шпионы ходили среди родственников сожжённых, сидевших в первом ряду для наблюдения за казнью своих близких. Во время церемонии они обязаны были выказывать довольство и радость происходящему сожжению своих родичей. Если же шпионы замечали на лице кого-либо из них признаки недовольства, они понимали, что это недовольство казнью означает, что он на самом деле не христианин, и значит, именно он будет следующим, кого сожгут в следующее воскресенье. И то, что я говорю, — это не слова арабских историков, а слова западных историков. И если кто-то желает узнать больше о той ненасытной жажде человеческой крови, пусть прочитает то, что было написано об инквизиции. Воистину, это такие речи, от которых у мусульманина, как бы слаб ни был его иман, волосы встают дыбом, не говоря уже о том, чтобы применять это или даже приближаться к этому. Разве знало человечество что-либо более ужасное, отвратительное и низкое, чем эта затаённая ненависть в сердцах тех, кто мнит себя носителями цивилизации? Это — человеческое варварство в самом отвратительном его проявлении.

حُبُّ السلامةِ يَثْنِي همَّ صاحِبه عن المعالي ويُغرِي المرءَ بالكَسلِ فإن جنحتَ إليه فاتَّخِذْ نَفَقاً في الأرضِ أو سلَّماً في الجوِّ فاعتزلِ

Surah Al-Anfal 20-40 @Mohamed_Obada

Безмерная хвала Аллаху за то что он использует нас для своей религии

ارفع رأسك فأنت اشعري

يقوم لهولاء الزنادقة رجال من اهل السنة يحفظ الله بهم الدين

https://telegra.ph/Podmena-Islama-06-13

هذه درة ثانية ترجمتها من تراث الشيخ الجليل أبي غدة وفاء بحق هذا العالم الرباني واعترافا بجميل تراثه الهائل في نصرة الإسلام وثوابته ، وكم يطيب لي ان أكون ممن يساهم في نشر تراث العلماء الربانيين وتبليغ جميل ذكرهم إلى المسلمين . شيخ شيوخنا ابو غدة هو الذي غرس في نفسي حب العلم والمطالعة منذ قرأت له قيمة الزمن عند العلماء وعلمني التثبت والتحري من خلال تحقيقه الرائع على المنار المنيف والمصنوع كما علمني الأخلاق والسلوك القويم من خلال تحقيقه النفيس على رسالة المسترشدين ولا أكذب إن قلت إني تربيت على كتبه منذ صغري وأنها أنشأت في نفسي ميزانا أفرق به بين الصحيح والباطل فجزاك الله أيها الإمام خير الجزاء فقد رسخ علمك واكتمل عقلك وطاب سرك وأسأل الله الكريم أن يجمعني بك في الفردوس الأعلى جوار النبيين والشهداء والصالحين وحسن أولئك رفيقا

بروتوكول التصوف المعاصر وإخصاء الشخصية.. هذا الكلام لا يعجب كثيرا من الذائبين والمائعين في الأشخاص.. كثيرٌ من الناس يدخلون بعض الطرق أو الجماعات الصوفية بحسن نية، باحثين عن تزكية النفس، وذكر الله، وصحبة الصالحين. فيتحمل الواحد منهم في بداياته ما لا يتحمله عادةً خارج هذا الإطار: سماع القصص المكررة، والإكثار من ذكر المناقب، والخضوع لجملة من الأعراف والتقاليد الخاصة بالجماعة، والتعامل مع أنماط من السلوك لا تنسجم بالضرورة مع شخصيته أو تكوينه. ثم لا يلبث أن يجد نفسه داخل منظومة كاملة: الشيخ، والمريدون، والبروتوكولات الخاصة، والمراسم، والاستقبالات، وأنواع من التعظيم والتبجيل. وهنا تبدأ المشكلة. فإذا سأل سؤالاً، أو أبدى ملاحظة، أو ناقش تصرفاً من تصرفات الشيخ، رُفع في وجهه سلاحٌ جاهز: "هذه نفسك"، "إياك والاعتراض"، "أنت لم تتربَّ بعد"، "أنت محجوب"، إلى آخر هذه العبارات التي تجعل أي نقد أو سؤال دليلاً على مرض السائل لا على إمكان خطأ المسؤول. وبمرور الوقت يتحول احترام الشيخ ـ وهو أمر مشروع ومطلوب ـ إلى حالة من التعظيم المفرط الذي لا يكاد يترك مجالاً للاعتراض أو المراجعة. حتى إن بعض المتشيخين يصرح أو يلمح بأن مخالفة الشيخ مخالفة لله ورسوله، وأن الشيخ لا يتصرف إلا بإذن خاص، وأنه وارث كامل لا يُتَصوَّر في حقه الخطأ. وهنا يبرز السؤال: إذا كان الشيخ لا يخطئ عملياً، وإذا كان كل فعلٍ له مؤولاً على أحسن الوجوه مهما بدا مخالفاً، وإذا كان مجرد السؤال عنه يعد سوء أدب، فما الفرق بين هذا وبين العصمة وإن لم تُنطق الكلمة صراحة؟ والأعجب أن كثيراً من هؤلاء يرددون كلام السلف والصوفية الأوائل: "إذا رأيتم الرجل يطير في الهواء أو يمشي على الماء فلا تغتروا به حتى تعرضوا أمره على الكتاب والسنة". لكن ماذا بقي من هذا الأصل إذا صار مجرد السؤال عن فعل الشيخ جريمة، وصار الاعتراض دليلاً على فساد القلب، وصار النقد خروجاً من الطريق؟ إن التربية الحقيقية لا تُلغي شخصية الإنسان، ولا تُعطل عقله، ولا تجعل الشيخ فوق المحاسبة والمراجعة. نعم، من لا يحترم شيوخه لا ينتفع بهم، ولكن الاحترام شيء، وإضفاء هالة من القداسة العملية شيء آخر. ولهذا يجد كثير من الداخلين في مثل هذه البيئات أنفسهم أمام خيارين لا ثالث لهما: إما الخضوع التام لهذه المنظومة بكل ما فيها، وإما الاعتراض والخروج منها، فيُوصمون بالتمرد وسوء الأدب، وربما قيل لهم إنهم حُرموا الخير وطُردوا من الطريق. فيا للعجب! أين التصوف الذي كان مدرسةً في محاسبة النفس، وتجريد التوحيد، وكسر حظوظها؟ وأين بعض المظاهر التي صارت اليوم تجعل الإنسان يعطل عقله باسم التربية، ويخفي شخصيته باسم الأدب، ويترك الإنكار باسم التسليم؟ إن التصوف الذي نعرفه من كلام الأئمة هو تزكيةٌ للنفس على ضوء الكتاب والسنة، لا صناعةُ طبقةٍ من البشر لا يجوز أن تُسأل، ولا أن تُناقش، ولا أن يُقال لها: أخطأت.

Выбор большого количества тем, которые трудно понять и которые не соответствуют уровню обучения, для которого предназначена программа. 7. Выбор тем, которые стали историческим наследием и не имеют в практической реальности никакого применения. 8. Отбор текстов, трудных для уровня учащихся, которые очень сложно понять и запомнить. 9. Направление самого пристального и целенаправленного внимания на предметы современной жизни, которые не содержат основы, опоры или поддержки для исламских вероучений, нравственности, законов и систем, или отражения особенностей (ценностей) мусульман, чтобы изучение этих предметов затмило собой исламские предметы — так что оно поглощает время, необходимое для них, и отвлекает от них учащегося, поскольку другие предметы вобрали в себя всё его внимание и большую часть учебных усилий. Источник: «غزو في الصميم»

Почему враги ислама включают религиозные предметы в свои учебные планы Сказал шейх Абдуррахман Хасан Хабаннака (да смилуется над ним Аллах) : «А когда мы находим в некоторых учебных планах, составленных крестоносцами-колонизаторами, или школами, указывающими на крестовые походы, или сионистскими колонизаторами, или атеистами-националистами, или светскими людьми, не верующими в религию и её учения, некоторые предметы, связанные с религией, то это объясняется одной из следующих причин: 1. Лицемерная забота и политические уступки верующим в Аллаха массам, которые настояли в своих требованиях на том, чтобы их религия или история их нации имели долю в учебном плане. Примечательно, что это либо происходит в рамках временной, промежуточной программы, которая вскоре будет отменена, как только те, у кого есть власть, смогут реализовать все свои цели. 2. Лицемерие, которое подталкивает лицемеров из числа политиков и административных руководителей прикрывать своё неверие показными действиями, создающими впечатление, что они верят в Аллаха, в Его религиозные источники и что они не являются неверующими, — ради удовлетворения масс, которые отдают им свои голоса на выборах или поддерживают их против их соперников из числа политиков и «колющих великодушием». Когда эти лицемеры включают исламские предметы в план, они искажают их либо в форме, либо в содержании. К искажению формы относится их подача в готовом, отталкивающем виде, не соответствующем стилю эпохи, не следующем её языку и знаниям. А к искажению содержания относится фальсификация и искажение. 3. Желание включить предметы, номинально связанные с религией, но содержание этих предметов искажено и изуродовано, что отвращает от религии и отделяет от неё, не прививает любви к ней и не объединяет поколения на ней. Таким образом, эти предметы оказывают обратное воздействие против религии и позитивно способствуют достижению целей образовательной политики, враждебной исламу и мусульманам. 4. Иногда некоторые исламские предметы существуют в области высшего образования с враждебными исламу целями — путём навязывания их сравнения с позитивистским учением, при искажении этих предметов в том, что касается непредоставления принципам, учениям или исламским системам, представленным в них, их права на разъяснение, объяснение и детализацию. Это если они вообще свободны от фальсификации или искажения, как это делают многие востоковеды, многие лишённые человечности, а также поступают материалисты-атеисты коммунисты и им подобные.» Методы искажения исламских материалов (уловки, меняющие смысл на противоположный) «И когда обладатели образовательных целей, враждебных исламу, вынуждены включать в учебные материалы элементы, противоречащие их целям, или компоненты в учебные программы, содержание которых идёт вразрез с их задачами, они прибегают к другим уловкам для искажения этих материалов или компонентов, чтобы они давали противоположный их естественному действию результат. К числу уловок с этими материалами относятся следующие: 1. Искажение содержания материалов или компонентов путём фальсификации, изменения, добавления или убавления. 2. Выбор вопросов, по которым существует много разногласий и которые служат, например, предметом споров и разделения между мусульманами, таких как вопросы мутазилитов и идеи некоторых крайних суфиев. 3. Выбор недостатков или отклонений из истории мусульман, их сбор из разных эпох и представление их в качестве примера всей истории исламской нации, при одновременном сокрытии картины их великих достижений, либо игнорирование и отворачивание от них. К этому относится, например, сосредоточение на политической истории и пренебрежение социальной, научной и цивилизационной историей в целом. 4. Вылавливание маргинальных мнений или еретических течений, которые были приняты некоторыми группами, примкнувшими к исламу, и рассмотрение их как исламских понятий. 5. Выбор общих тем, присущих всем религиям и не специфичных для ислама, например, некоторых аспектов этики. 6.

Когда учитель может по-настоящему понять, что он преуспел? Не тогда лишь, когда ученики заучили материал, И не тогда, когда они получили высшие баллы… А когда он оставляет след, который остаётся в их душах спустя долгие годы после окончания урока. Успешный учитель не просто преподаёт свой предмет — Он учит мыслить, Вести диалог с достоинством, Чтить знание, Верить в себя, Любить учиться. Ученик может забыть многое из выученного, Но он не забудет того учителя, рядом с которым почувствовал свою ценность, благодаря которому открыл свои способности, чей искренний словно изменил его взгляд на жизнь. Потому истинный вклад учителя измеряется не тем, что он сказал в классе, А тем, что осталось жить в сердцах после. И когда учитель видит, что его ученики стали зрелее, Что их мышление стало осознаннее, Что они глубже уважают знание, нравственные ценности и людей, — Только тогда он понимает: его призвание не было просто работой. Это было строительство Человека. Доктор Абдулкарим Баккар

قال لي شيخي في العبادة : " لا يَذهبْ بك الزمان في مُصاوَلة الأقران، ومُواصَلة الإخوان". - القاضي ابن العربي المالكي- Мой духовный наставник сказал мне : «Пусть время не уведет тебя в беспрестанные споры с равными и в чрезмерное общение с братьями». — Кади Ибн аль-Араби аль-Малики И то и другое отнимает у тебя время, а оно — самое драгоценное, чем ты владеешь.