nata_doctor_brain

Сегодня я хотела бы познакомить вас с очень интересной обзорной статьей, опубликованной в журнале Frontiers in Neuroscience в 2026 году. Авторы — Eric Azabu, Dana M. Small и соавторы — предлагают новый взгляд на нарушения нейроразвития и роль блуждающего нерва в их коррекции. Еще недавно считалось, что аутизм, СДВГ и многие другие нарушения нейроразвития — это исключительно заболевания головного мозга. Однако сегодня становится все очевиднее, что мозг невозможно рассматривать отдельно от организма. Огромную роль играет ось «кишечник — микробиота — мозг», а одним из главных «проводников» между ними является блуждающий нерв. ✨Что особенно интересно? 🌟Авторы рассматривают неинвазивную стимуляцию блуждающего нерва (taVNS/nVNS) не просто как способ воздействия на нервную систему, а как инструмент, который потенциально способен восстанавливать нарушенный баланс всей оси «кишечник — мозг». Согласно данным, собранным в статье, стимуляция блуждающего нерва потенциально может: ✔️ восстанавливать гомеостаз кишечной микробиоты; ✔️ снижать системное и центральное воспаление; ✔️ улучшать целостность кишечного барьера; ✔️ нормализовать работу гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковой оси и реакцию организма на стресс; ✔️ влиять на серотониновую, норадренергическую и холинергическую системы; ✔️ улучшать синаптическую пластичность и нейронные связи; ✔️ повышать устойчивость организма к стрессовым воздействиям и поддерживать общий гомеостатический баланс. 🌟Авторы подробно объясняют, почему именно блуждающий нерв рассматривается как центральное звено оси «кишечник — микробиота — мозг». Около 80% его волокон являются афферентными, то есть передают информацию от кишечника к головному мозгу, и лишь около 20% — эфферентными, направляя сигналы обратно к кишечнику. Благодаря этому блуждающий нерв одновременно получает информацию о состоянии кишечника и регулирует его работу, формируя двустороннюю связь между кишечником и мозгом. 🌟Интересно и то, что авторы предлагают новую концепцию лечения. В отличие от пробиотиков или трансплантации фекальной микробиоты, которые воздействуют непосредственно на состав микробиоты, стимуляция блуждающего нерва потенциально влияет на собственные регуляторные механизмы организма, помогая поддерживать естественный гомеостаз оси «кишечник — мозг». Именно поэтому этот подход рассматривается как более системный и физиологичный. 🌟Конечно, авторы подчеркивают, что сегодня необходимы крупные клинические исследования, которые помогут окончательно подтвердить эти механизмы у людей. Но уже сейчас становится очевидно, что при нарушениях нейроразвития важно смотреть гораздо шире, чем только на головной мозг. Иммунная система, кишечная микробиота, кишечный барьер, автономная нервная система и мозг работают как единая сеть, и воздействие на одно из этих звеньев может отражаться на работе всей системы. 🤩На мой взгляд, это одна из самых интересных концепций современной нейромодуляции. Именно за такими системными подходами, которые помогают организму восстанавливать собственные механизмы регуляции, может быть будущее реабилитации детей с нарушениями нейроразвития. #Нейроразвитие #БлуждающийНерв #Микробиота #Нейромодуляция #Наука #Мозг #Здоровье

〰Недооценивать влияние искусственного интеллекта на все сферы нашей жизни сейчас уже просто невозможно. И медицина, а особенно неврология, на мой взгляд, окажется одной из тех областей, которые ИИ изменит очень сильно. 〰Сегодня прочитала интересный материал о том, каким видят наше ближайшее будущее Марк Цукерберг и Илон Маск. Прогнозы у них местами звучат почти как научная фантастика — но если посмотреть, с какой скоростью всё меняется последние несколько лет, уже не хочется автоматически записывать их в фантазии. 〰Маск, например, считает, что примерно через 5 лет ИИ сможет превзойти совокупный интеллект человечества и практически не останется задач, которые человек выполняет лучше машины. 〰У Цукерберга прогноз несколько другой и, пожалуй, мне он интереснее именно с медицинской точки зрения. Он говорит о появлении огромного количества персональных ИИ-агентов и даже приводит пример «персонального биолога», который с помощью сверхинтеллекта сможет разрабатывать индивидуальные подходы к лечению конкретного человека. 〰Как мы с вами знаем, современная неврология постепенно уходит от модели: «есть диагноз → есть стандартное решение». Мы всё больше понимаем мозг как огромную динамическую сеть, где один и тот же симптом у двух людей может возникать совершенно по разным механизмам. 〰И чем больше данных мы можем одновременно учитывать — генетику, ЭЭГ, сон, нейровизуализацию, когнитивные показатели, движение, речь, физиологические сигналы, реакцию на терапию, — тем очевиднее становится проблема: объём информации начинает превышать возможности одного человеческого мозга. 〰И именно здесь ИИ потенциально может стать невероятно мощным инструментом врача. Не заменить невролога, а помочь ему увидеть связи, которые человеку сложно заметить: сопоставить тысячи параметров, найти похожие фенотипы среди огромного количества пациентов, прогнозировать ответ на препарат или нейромодуляцию, анализировать изменения не раз в полгода на приёме, а практически непрерывно. 〰И здесь появляется ещё одно очень интересное понятие — цифровой фенотип. 〰〰Мы привыкли оценивать пациента на приёме: как он спит, насколько активен, как реагирует на нагрузку, бывают ли эпизоды перевозбуждения, как меняется его поведение. Но приём — это всего лишь короткий «снимок» состояния человека. 〰А теперь представьте ребёнка с РАС, который носит умный гаджет, например браслет. Устройство неделями собирает данные о ЧСС и HRV, электродермальной активности, температуре кожи, движении, сне, дыхании, уровне активности и даже освещённости окружающей среды. 〰Сам по себе этот огромный массив цифр врачу мало что даёт. А вот ИИ способен сопоставить миллионы таких точек между собой, с поведением ребёнка и событиями его дня — и постепенно сформировать его индивидуальный цифровой фенотип. 〰И тогда то, что сегодня родители описывают словами: «после плохой ночи всё хуже», «сегодня он перевозбуждён», «в школе неожиданно случилась истерика», — потенциально можно будет увидеть в объективных физиологических данных. 〰А самое интересное — возможно, обнаруживать изменения ещё до того, как они становятся заметны внешне. 〰И это уже не совсем футурология. В исследованиях носимых технологий при РАС уже используются данные EDA, HRV, температуры кожи и двигательной активности, а машинное обучение пытаются применять для распознавания физиологических состояний и прогнозирования изменений поведения. 〰Представьте следующий шаг: ИИ одновременно анализирует сон ребёнка, двигательную активность, HRV, ЭЭГ, изменения речи и поведения, данные окружающей среды и реакцию на терапию — и постепенно строит индивидуальную модель работы его нервной системы. Конечно, пока между прогнозами технологических миллиардеров и реальной клинической практикой лежит огромная дистанция: качество данных, ошибки, конфиденциальность, ответственность за решения и необходимость хороших клинических исследований никто не отменял. Вопрос «будет ли ИИ частью медицины?» уже практически закрыт. Гораздо интереснее — как изменится роль врача рядом с интеллектом, способным анализировать несопоставимо больше информации, чем человек?

Продолжим про нейронные сети. Недавно прочитала статью моих любимых и глубоко уважаемых коллег — А.Б. Пальчика, Т.П. Калашниковой, Н.А. Савельевой и Г.В. Анисимова — о ранних маркерах моторной дисфазии развития. И она снова заставила меня задуматься о том, о чём я постоянно говорю: речь — это не работа одного «речевого центра». Это результат созревания и взаимодействия целой нейронной сети. В исследовании за детьми наблюдали с первых месяцев жизни до 3 лет. И самое интересное — ещё в младенчестве, задолго до того, как нарушение формирования экспрессивной речи становится клинически очевидным, у этих детей уже обнаруживались особенности тонких движений рук: контактов «рука–рука», перебирающих и манипулятивных движений. Причём качество этих движений оказалось связано с параметрами самых первых детских звуков — довербальных вокализаций, или протофонов. На первый взгляд — причём здесь руки, если мы говорим о речи? Но с точки зрения нейронных сетей это как раз очень интересно. Самый первый звук ребёнка — плач. Но плач — это ещё не речь. Это эволюционно гораздо более древняя система вокализации, в которой большую роль играют стволовые структуры, лимбические и связанные с ними моторные системы. Новорождённому не нужно учиться плакать — эта программа в значительной степени уже готова к моменту рождения. А дальше начинается удивительная трансформация. Постепенно к этой древней системе управления голосом подключается всё более сложный корковый контроль. Ребёнок начинает издавать звуки уже не только в ответ на голод или дискомфорт. Появляются протофоны — гуление, визги, рычание, фырканье, псевдогласные. Младенец словно экспериментирует со своим голосом: меняет высоту и длительность звука, учится управлять дыханием, гортанью, губами, языком и челюстью. И одновременно нечто похожее происходит с руками. От генерализованных и во многом автоматических двигательных паттернов ребёнок постепенно переходит к всё более организованным движениям кистей и пальцев — появляются «рука–рука», перебирание, манипуляции. То есть голос и рука параллельно становятся всё более управляемыми. И там, и там мозгу необходимо спланировать движение, выполнить его, получить сенсорную обратную связь и скорректировать следующую попытку. Поэтому особенности движений кистей и вокализации могут быть двумя внешними проявлениями созревания распределённых сенсомоторных нейронных сетей, на базе которых позже формируется речь. А с голосом появляется ещё одна важнейшая составляющая: движение → звук → я слышу собственный звук → мозг анализирует результат → корректирует следующее движение. Так постепенно формируется слухомоторная петля — auditory–motor loop, одна из основ будущей речи. И начинается это гораздо раньше, чем ребёнок способен говорить. Когда младенец слушает речь, у него активируются не только слуховые, но и премоторные речевые области, а параллельно созревают связи между ними. Интересно, что собственные вокализации младенца уже связывают с микроструктурой левого arcuate fasciculus — важнейшего пути дорсальной речевой сети. Получается, детское «агу» — это не просто милый этап развития. Возможно, это настоящая тренировка формирующейся речевой сети: ребёнок производит звук → слышит себя → сопоставляет результат с моторной программой → пробует снова. Авторы статьи отмечают важный возрастной переход: после трёх месяцев характер протофонов меняется — от «визгов, фырчания, рычания» к псевдогласным. Параллельно созревают двигательные речевые и прилегающие к ним орофациальные зоны мозга. А дальше появляется канонический лепет — «ба-ба-ба», «ма-ма-ма», «да-да-да». Примерно в это же время руки приобретают ещё одну функцию — становятся инструментом коммуникации: формируется жестово-мимический комплекс, предшествующий полноценной речи. Получается интересная параллель: плач → протофоны → лепет → слова, а одновременно движения рук → манипуляции → жест. Всё это можно рассматривать как разные проявления созревания распределённой сенсомоторной сети. Поэтому первые звуки и движения младенца — своеобразное окно, через которое мы можем наблюдать формирование будущей речевой системы.

Смотрите, с какими милашками мы вчера познакомились в самом центре Сан-Франциско! 🤍🤍🤍 Кажется, что они просто лежат, греются на солнышке и громко спорят друг с другом. Но на самом деле это калифорнийские морские львы — удивительно умные и социальные животные. Они могут развивать скорость в воде до 40 км/ч, нырять на глубину более 200 метров, а добычу находят даже в мутной воде с помощью своих чувствительных вибрисс — «усов», которые улавливают малейшие колебания воды. Самое интересное, что эти морские львы появились на пирсе не специально. После землетрясения 1989 года несколько животных выбрали понтоны Pier 39 для отдыха. Место оказалось настолько удачным, что вскоре сюда приплыли сотни их сородичей. Сегодня эта шумная компания стала одной из самых узнаваемых достопримечательностей Сан-Франциско — и, честно говоря, наблюдать за ними можно бесконечно. ❤️

Ну вот и закончилось мое главное научное приключение этого года 🌟 Конференция по нейромодуляции в Нью-Йорке позади 🗽🇺🇸 Для меня это были не просто несколько дней докладов- это была возможность представить результаты нашей собственной работы. 📌В этом году я выступила с постерным докладом «Transcranial Photobiomodulation in Comprehensive Rehabilitation of Children with Developmental Disorders: Preliminary Results», посвященным применению транскраниальной фотобиомодуляции у детей с нарушениями развития. Но самым ценным для меня стали даже не новые устройства. 🖇Главная мысль, которая красной нитью проходила практически через все выступления, была про нейронные сети🖇 🔴Современная неврология постепенно уходит от представления, что каждая функция мозга «живет» в каком-то одном центре. Сегодня мы все больше говорим о сложных сетях взаимосвязанных областей мозга. Именно поэтому один и тот же симптом — нарушение внимания, тревожность, проблемы с речью или двигательным контролем — может возникать по совершенно разным причинам. Симптомы могут быть одинаковыми, а нарушенные нейронные сети — совершенно разными. А значит, и лечение должно быть максимально персонализированным. ➡️Именно поэтому одним из ключевых направлений конференции стала персонализированная нейронавигация. Все больше клиник используют не только анатомические ориентиры, но и данные функциональной МРТ, ЭЭГ и fNIRS, чтобы определить, какие именно нейронные сети нарушены у конкретного пациента и куда лучше направить стимуляцию. ➡️Еще одна важная тенденция — paired neuromodulation. Сегодня практически все современные технологии стремятся не просто стимулировать мозг, а делать это одновременно с выполнением целевого действия: двигательной тренировки, речевых упражнений или когнитивных задач. Именно такая синхронизация позволяет эффективнее запускать процессы нейропластичности и формировать новые функциональные связи. Если попытаться сформулировать главный вывод конференции одной фразой, то он звучал бы так: Мы постепенно перестаем лечить отдельные симптомы и все больше учимся воздействовать на конкретные нейронные сети, которые лежат в их основе. 📓Как всегда, мне было очень интересно посмотреть и на новое оборудование. Особенно на то, которое можно использовать не только в клинике, но и дома. Если говорить о фотобиомодуляции, то для меня безусловным лидером отрасли по-прежнему остается Vielight. Компания представила новую клиническую систему Neuro Pro, однако для домашнего использования мое мнение не изменилось: Vielight Neuro Duo (Alpha + Gamma) по-прежнему закрывает большинство задач домашней фотобиомодуляции и остается тем устройством, которое я чаще всего использую в своей практике. Со стимуляторами блуждающего нерва революции не произошло. Продолжают активно развиваться как шейные, так и ушные устройства, появляются новые исследования и уточняются протоколы применения. А вот среди домашних устройств для tDCS появились действительно интересные новинки. Больше всего мое внимание привлекли Flow и Proliv Rx — современные аппараты, предназначенные для использования дома под контролем врача. Для клиник запомнился новый портативный аппарат H-tES, который объединяет сразу несколько режимов стимуляции (DC, AC, импульсные протоколы и исследовательский режим), при этом весит всего около 1,8 кг. Очень интересно наблюдать, как оборудование становится одновременно компактнее, умнее и более персонализированным. Кажется, что граница между клинической и домашней нейромодуляцией постепенно стирается. Все больше технологий становятся доступными вне стен клиники — конечно, при грамотном подборе пациентов и сопровождении специалиста. А как вы думаете, за домашней нейромодуляцией действительно будущее, или такие технологии должны оставаться только в руках клиник?

📌В общем, главный вывод первого дня конференции — в современной нейронауке всё больше говорят не о «центрах» отдельных функций, а о нейронных сетях, которые работают как единая система. Именно поэтому одно и то же нарушение может выглядеть похоже, но иметь совершенно разные механизмы у разных людей. Кстати, о том, как нейронные сети участвуют в формировании речи у ребёнка, я подробно рассказываю в своей лекции «Речь ребёнка и её нарушения».

Еще один очень сильный доклад сегодня был посвящен тому, почему такие разные методы лечения депрессии — лекарства, ТМС, глубокая стимуляция мозга (DBS) и электросудорожная терапия — могут работать через один и тот же механизм. Ученые проанализировали сотни исследований и обнаружили интересную закономерность. Хотя разные методы воздействуют на совершенно разные участки мозга, в итоге они влияют на одну общую терапевтическую нейронную сеть. Ключевыми узлами этой сети оказались структуры, связанные с миндалевидным телом — центром обработки эмоций и стрессовых реакций. То есть важно не столько куда мы стимулируем, сколько в какую нейронную сеть попадает этот сигнал. Особенно впечатлило, что исследователи пошли еще дальше. Они сопоставили эту сеть с данными генетики, молекулярной биологии, нейромедиаторных систем и когнитивных функций. Оказалось, что одна и та же сеть связана с экспрессией генов риска депрессии, работой дофаминовой, серотониновой и норадреналиновой систем, а также с вниманием, памятью, принятием решений и эмоциональной регуляцией. Самый практический вывод доклада — будущее нейромодуляции за сетевым подходом. Вместо поиска «идеальной точки» для стимуляции ученые предлагают определять, насколько выбранная мишень связана именно с терапевтической сетью конкретного пациента. Чем сильнее такая связь, тем выше вероятность ответа на лечение. Именно поэтому персонализированная навигация при rTMS, DBS и других методах нейромодуляции может значительно повысить их эффективность. На мой взгляд, это один из тех докладов, которые хорошо показывают, как меняется современная неврология и психиатрия: мы постепенно перестаем мыслить отдельными зонами мозга и начинаем понимать мозг как систему взаимосвязанных нейронных сетей. И, вероятно, именно такой подход станет основой персонализированной нейромодуляции в ближайшие годы.

Сегодня на одной из самых интересных лекций конференции в Нью-Йорке обсуждали вопрос, который волнует меня уже много лет: почему одним пациентам отлично помогает определенный протокол нейромодуляции, а у других он почти не работает? Долгое время считалось, что при одном диагнозе должна существовать одна «правильная» мишень для стимуляции. Но современные исследования показывают совсем другую картину. Оказывается, депрессия, ОКР и многие другие психические расстройства — это не болезнь одной зоны мозга, а нарушение работы целых нейронных сетей. Причем у каждого человека эти сети немного разные. Именно поэтому сегодня ученые все больше говорят о персонализированной нейромодуляции: сначала с помощью записи активности мозга и поиска индивидуальных биомаркеров определяют, какая именно сеть вызывает симптомы у конкретного пациента, а уже потом подбирают мишень и параметры стимуляции. Еще одна очень интересная мысль из доклада: один и тот же стимул может дать совершенно разный эффект в зависимости от того, в каком состоянии находится мозг в данный момент. Именно поэтому будущее, вероятно, за адаптивной нейромодуляцией (closed-loop), когда устройство не просто стимулирует мозг по заранее заданной программе, а постоянно анализирует его активность и меняет параметры стимуляции в режиме реального времени. На мой взгляд, именно такой подход станет следующим большим шагом в развитии персонализированной неврологии и психиатрии.

Начало конференции по нейромодуляции в NY ♥️

Пришла в отель, а команда Healbe оставила для меня очень приятный сюрприз — свой браслет- трекер. 🎁🥰 Теперь начинается самое интересное — буду тестировать его в реальной жизни. Если он окажется таким же удачным, как стимулятор блуждающего нерва NEEM, которым я пользуюсь уже больше месяца и которым действительно очень довольна, это будет отличная находка. Обязательно поделюсь своими впечатлениями ✏️ А вы пользуетесь подобными трекерами здоровья?

〰История моего пациента, с которым мы знакомы очень давно. В этом году, для подготовки к такому ответственному периоду в его жизни, мы подключили программу TLP на 6 мес. Как вам результат?

⭐️Ночной Манхэттен похож на сияние нейронов в головном мозге. Миллионы огней, бесконечное движение, энергия, которая, кажется, не останавливается ни на минуту. 🗣И любопытно, что именно ночью Нью-Йорк становится немного «счастливее». Исследователи проанализировали более 600 тысяч геолокализованных сообщений жителей города и обнаружили, что наиболее позитивная эмоциональная окраска публикаций наблюдалась около полуночи, а самая низкая — с 9 утра до полудня. Кроме того, сообщения в выходные были позитивнее, чем в будние дни. 🌛Мне тоже вчера ночной Манхэттен поднял настроение — делюсь этой красотой и с вами. 📖 Исследование: Sentiment in New York City: A High Resolution Spatial and Temporal View (2013)

Мы на месте ✈️ время 2-32 ночи - проснулась полна сил 〰〰〰 Надо справляться с джетлагом 〰