Zayn | Зайнулла Атаев

Очень показательная встреча двух учёных: один из них — салафит, другой — ашарит. Между ними есть серьёзные богословские разногласия, но нет личной неприязни и дешёвого фанатизма. Несмотря на серьёзность этих расхождений, между ними сохраняются уважение, братство и адаб. А мы порой, называя себя суфиями, умудряемся из-за каждого разногласия превращать брата во врага. Разногласие само по себе не разрушает братство. Его разрушает фанатизм. Если учёные, между которыми существуют куда более серьёзные богословские расхождения, способны сохранять уважение друг к другу и находить общий язык ради Ислама и Уммы, то мы тем более должны этому научиться.

Посланник Аллаха ﷺ сказал: إنَّ الدِّينَ يُسْرٌ، ولن يُشادَّ الدِّينَ أحدٌ إلا غَلَبَه، فسَدِّدوا وقارِبوا وأَبشرِوا ... «Поистине, религия легка. И кто бы ни пытался превозмочь её чрезмерной строгостью, она непременно одолеет его. Поэтому держитесь правильного пути, старайтесь быть близкими к совершенству и радуйтесь благой вести…» Передал имам аль-Бухари. То есть тот, кто проявляет чрезмерную строгость к самому себе и возлагает на себя непосильное, со временем ослабеет и не сможет продолжать. «Держитесь правильного пути» — стремитесь поступать верно. «Будьте близкими к совершенству» — если не можете выполнить всё идеально, делайте то, что вам по силам, не создавая лишних трудностей. «Радуйтесь благой вести» — Аллах вознаградит вас за дела, совершаемые постоянно, даже если их немного. Религия призывает не к надрыву, а к верному и постоянному пути. Ведь лучше малое дело, которое стало частью твоей жизни, чем большое, на которое тебя хватило лишь ненадолго.

﴿وَاتْلُ عَلَيْهِمْ نَبَأَ الَّذِي آتَيْنَاهُ آيَاتِنَا فَانْسَلَخَ مِنْهَا فَأَتْبَعَهُ الشَّيْطَانُ فَكَانَ مِنَ الْغَاوِينَ ۝ وَلَوْ شِئْنَا لَرَفَعْنَاهُ بِهَا وَلَٰكِنَّهُ أَخْلَدَ إِلَى الْأَرْضِ وَاتَّبَعَ هَوَاهُ ۚ فَمَثَلُهُ كَمَثَلِ الْكَلْبِ إِنْ تَحْمِلْ عَلَيْهِ يَلْهَثْ أَوْ تَتْرُكْهُ يَلْهَثْ ۚ ذَٰلِكَ مَثَلُ الْقَوْمِ الَّذِينَ كَذَّبُوا بِآيَاتِنَا ۚ فَاقْصُصِ الْقَصَصَ لَعَلَّهُمْ يَتَفَكَّرُونَ﴾ «Прочти им весть о том, кому Мы даровали Наши знамения, но он отринул их. Тогда шайтан последовал за ним, и он оказался среди заблудших. Если бы Мы пожелали, то возвысили бы его посредством этих знамений. Однако он прильнул к земле и последовал за своей страстью. Он подобен собаке: если ты прогонишь её — она высовывает язык, и если оставишь её в покое — она всё равно высовывает язык. Таков пример людей, которые отвергли Наши знамения. Рассказывай же эти истории — быть может, они задумаются». Сура «аль-А‘раф», 7:175–176.

Умар ибн аль-Хаттаб رضي الله عنه, наставляя одного человека, сказал: «Не говори о том, что тебя не касается. Держись подальше от своего врага и остерегайся даже друга — кроме того, кому можно доверять. А по-настоящему доверять можно лишь тому, кто боится Аллаха и повинуется Ему. Не водись с нечестивым — иначе он научит тебя своему нечестию. Не открывай ему своих тайн. И советуйся в своих делах лишь с теми, кто боится Аллаха». «Аль-Адаб аш-шар‘ийя», 4/223.

О ком идёт речь в документе о разрешении, написанном Саидом Афанди в 2002 году? Есть категория людей, которые постоянно ищут повод для создания смуты. К этой категории можно отнести и некоторых товарищей, которые пытаются сеять сомнения вокруг документа о разрешении на наставничество, написанный Саидом Афанди в 2002 году Абдулжалилу Афанди. Поэтому приходится ещё раз вернуться к этому вопросу, хотя нет никакой надежды на то, что эти товарищи примут истину, какова бы она ни была. Итак, информация по этому вопросу — для людей, способных размышлять: - Саид Афанди дал иджазу Абдулжалилу Афанди ещё в 1995 году. - Мансуриль Мухаммад Афанди из Инхело стал муридом Саида Афанди лишь в 2003 году. - Муфтий получил иджазу от Саида Афанди только в 2010 году. Следовательно, Муфтий, равно как и Мансуриль Мухаммад Афанди из Инхело, в принципе не могут иметь никакого отношения к документу, написанному Саидом Афанди в 2002 году (разве что в воображении невежественных фанатиков). Об этом ясно свидетельствуют и сами даты. ‎رغما لأنوف المنكرين الجاهلين المتعصبين Как можно утверждать, что Муфтий имеет какое то отношение к документу, написанному в 2002 году, когда он иджазу получил лишь в 2010 году? Не это ли фанатизм и невежество? Когда Саид Афанди скрыл имя человека, о котором сообщает в этом документе, он, вероятно, предполагал, что у муридов хватит ума и здравого смысла понять: он обязательно сообщит имя этого человека своему сыну, которому доверил этот важный документ. Но, к сожалению, на сегодняшний день у многих людей здравый смысл и способность размышлять спрятаны под толстым покровом фанатизма и невежества. والله المستعان О Аллах! Дай разума неразумным, чтобы они могли принимать истину такой, какова она есть, нравится она им или нет, и чтобы они прекратили вносить смуту и раскол в ряды мусульман

«Мы не хотим от них пользы лишь на год или два» Халиф ‘Умар ибн ‘Абд аль-‘Азиз написал своему наместнику в Ираке, приказав выдать людям всё положенное им содержание. Наместник ответил: — Я всё выдал, но в казне ещё остались деньги. ‘Умар велел погасить долги тех, кто оказался в долгах не по причине расточительства. — Сделано. Деньги ещё остались. Тогда он велел помочь жениться тем, кто хотел создать семью, но не имел средств, и выплатить за них махр. — Сделано. В казне всё ещё есть деньги. И тогда ‘Умар написал: «Посмотри на тех, кто обязан платить джизью (подушный налог со взрослых мужчин-немусульман, находившихся под защитой мусульманского государства), но ослаб настолько, что не может обрабатывать свою землю. Дай ему из казны средства, которые помогут ему восстановить хозяйство. Ведь мы не хотим от них пользы лишь на год или два». См.: Абу ‘Убайд аль-Касим ибн Саллям, аль-Амваль. Сообщение также приводится у Ибн Занджавейха в аль-Амваль и у Ибн ‘Асакира. Здесь поражает сам подход: если человек ослаб и перестал справляться со своим хозяйством, с него не пытаются выжать последнее. Ему помогают снова встать на ноги. И особенно сильна фраза: «Мы не хотим от них пользы лишь на год или два». То есть думать нужно не только о том, сколько можно получить от человека сегодня, но и о том, в каком состоянии он останется завтра. Справедливое управление не истощает людей ради сегодняшнего результата. Оно помогает им стать сильнее завтра.

Религию защищают знанием Имам ан-Навави رحمه الله сказал: قال الإمام النووي رضي الله عنه: «يجب أن يكون في المسلمين من يقيم البراهين، ويظهر الحجج، ويدفع الشبهات، ويحل المشكلات.. فهو فرض كفاية». «روضة الطالبين» (10/217). «Среди мусульман обязательно должны быть те, кто умеет приводить доказательства, разъяснять доводы, устранять сомнения и разрешать сложные вопросы. Это — коллективная обязанность (фард кифая)». «Раудат ат-талибин», 10/217. Отсюда простой вывод: защита религии от сомнений и искажений — не дело случайных спорщиков, а обязанность людей знания, умеющих говорить с доказательством, глубиной и ответственностью. И чем больше становится путаницы, тем нужнее такие ученые.

Правило шафиитского фикха гласит: «Если вода достигает двух кулла (примерно 216 литров), она не становится нечистой от небольшой примеси нечистот». Так же можно смотреть и на редкие ошибки великих учёных. Если перед нами настоящий имам, глубоко укоренённый в знании, то отдельная ошибка не перечёркивает море его знаний и заслуг. Но совсем другое дело — человек, который сам выискивает редкие и ошибочные мнения и делает их своей основой. Такой уже подобен небольшому количеству воды: иногда достаточно совсем малой примеси, чтобы она испортилась. Редкая ошибка учёного — не то же самое, что привычка жить за счёт чужих ошибок.

Не сказал — значит против? Есть религиозные деятели и организации, которые активно высказываются на общественно значимые темы, в том числе об СВО, и считают это выражением своей гражданской позиции. Это их право. Проблема начинается тогда, когда собственную активность начинают превращать в критерий оценки других: если богослов не говорит на ту же тему, значит, с ним «что-то не так», он недостаточно лоялен или вовсе подозрителен. Хотя человек не сказал ничего против страны, армии или государства. Он просто не высказался. А молчание и несогласие — не одно и то же. Причин не говорить публично может быть много: человек считает своей задачей богословские, а не политические вопросы; не считает себя достаточно компетентным в теме; предпочитает не превращать проповедь в общественно-политическую трибуну или просто видит свои приоритеты иначе. Само по себе молчание ничего не доказывает. Негативный смысл ему приписывает уже тот, кто хочет этот смысл в нём увидеть. И вот здесь начинается самое неприятное: патриотическая риторика превращается в удобный способ борьбы с религиозными оппонентами. Уже не нужно отвечать на их доводы, спорить по существу и разбирать богословские аргументы. Достаточно поставить под сомнение их благонадёжность. И тогда патриотизм перестаёт быть любовью к своей стране и становится инструментом сведения счётов с теми, с кем у тебя религиозные, организационные или личные разногласия.

Когда борьба с притеснением начинается не с лозунгов, а с устройства государства Халиф Харун ар-Рашид однажды поручил великому факиху и верховному судье Абу Юсуфу написать труд, в котором были бы разъяснены вопросы государственных доходов, налогов, сборов и обращения с людьми. Так появилась знаменитая книга «Китаб аль-харадж» (كتاب الخراج). Но особенно интересно, как сам Абу Юсуф объясняет цель, ради которой халиф попросил его написать эту книгу: «وَإِنَّمَا أَرَادَ بِذَلِكَ رَفْعَ الظُّلْمِ عَنْ رَعِيَّتِهِ، وَالصَّلَاحَ لِأَمْرِهِمْ» «Он желал этим устранить несправедливость по отношению к своим подданным и привести их дела в порядок». А затем Абу Юсуф обращается уже непосредственно к халифу: «لَا تُؤَخِّرْ عَمَلَ الْيَوْمِ إِلَى غَدٍ…» «Не откладывай дело сегодняшнего дня на завтра…» См.: Абу Юсуф, Китаб аль-харадж, предисловие автора к халифу Харуну ар-Рашиду, с. 13. Примечательно здесь само понимание государственного управления. Халиф просит факиха написать книгу о налогах и государственных доходах — но целью называется не увеличение сборов и не наполнение казны, а устранение зульма — несправедливости в отношении людей. И сразу следом — другое наставление: не заставлять людей ждать решения тех проблем, которые можно решить сегодня. Ведь несправедливость не всегда выглядит как открытое притеснение. Иногда она выглядит как бесконечное: «Приходите завтра». «Это не к нам». «Подождите ещё». Человек, которому доверены дела людей, может не отнять у них ни копейки — и всё же причинить им зульм своим безразличием, волокитой и откладыванием того, что обязан был сделать сегодня. Власть становится справедливой не тогда, когда много говорит о заботе о народе, а тогда, когда человеку не приходится унижаться ради получения того, что ему и так положено по праву. #ГосударствоИОтветственность

Немного о личном. Его дедушка, Саадухажиясул Мухаммад, قدس سره, относился к моей маме как к своей родной дочери. Именно поэтому Саадухажиясул Мухаммад называл моего отца своим зятем — Дурц Ахмад. И что бы ни говорили всякие выскочки о Саадуеве, он мой родственник — человек, который мне гораздо ближе многих иных родственников по крови. Эти узы были заложены и закреплены задолго до того, как многие из нынешних глашатаев вообще появились на свет. Единственное, о чём я жалею, — так это о том, что к осознанию этих истин, по воле некоторых обстоятельств и не без стараний некоторых иных личностей, я пришёл несколько позже, чем следовало бы. Хочет кто-то этого или нет, рад кто-то этому или печален, Саадуев — один из самых известных и уважаемых алимов Дагестана. Слишком долго он служил Дагестану и его народу, чтобы его имя можно было очернить или предать забвению всякими сплетнями. Да продлит Аллах его жизнь в здравии, благополучии и баракате! Амин! 🤲

Кто думает, что истина его подведёт… «Кто думает, что ложь принесёт ему победу, тот плохо думает о своём Господе. Кто думает, что истина его подведёт, тот ещё не познал истину. Кто переходит границы дозволенного в споре, того в итоге победит его же нечестие. А тот, кто переходит эти границы под именем богобоязненности и «защиты религии», превращает своё нечестие в богобоязненность. И это один из худших видов лицемерия: творить нечестие — и при этом выдавать своё нечестие за веру». — Шейх, доктор Шариф Хатим аль-Ауни حفظه الله

﴿وَالَّذينَ يَقولونَ رَبَّنا هَب لَنا مِن أَزواجِنا وَذُرِّيّاتِنا قُرَّةَ أَعيُنٍ وَاجعَلنا لِلمُتَّقينَ إِمامًا﴾ «И те, которые говорят: “Господь наш! Даруй нам в наших супругах и потомках отраду глаз и сделай нас примером для богобоязненных”». [Сура «аль-Фуркан», аят 74] В этом аяте есть очень тонкий смысл: прежде чем попросить Аллаха сделать их примером для богобоязненных, верующие просят даровать им хороших супругов и праведных детей. Потому что человеку намного легче идти к высоким целям, когда рядом есть поддержка самых близких. А когда этой поддержки нет, даже простые вещи становятся тяжёлыми, силы уходят, движение замедляется, и человек будто оказывается связанным изнутри.

Три наставления учёных Когда алимы встречались, они наставляли друг друга этими словами, а находясь вдали, писали их друг другу: «Кто исправит своё внутреннее состояние — намерения, мысли и дела, скрытые от людей, — тому Аллах исправит и его внешнее состояние. Кто исправит свои отношения с Аллахом, тому Аллах поможет наладить отношения с людьми. Кто будет заботиться о своей вечной жизни, того Аллах избавит от многих мирских забот». #Наставления

Её предметом являются сионизм и преступная политика сионистского образования Израиль: оккупация, изгнание палестинцев, разрушение их городов и продолжающийся геноцид в Газе. Именно поэтому сегодня особенно неуместно романтизировать образ иудеев ценой искажения сиры Пророка ﷺ. Осуждение сионизма — это не вражда к национальности, а нравственная позиция против расистской идеологии, оккупации и массового уничтожения мирного населения. Историю необходимо рассказывать честно. Уважение к любому народу не требует приписывать Пророку ﷺ причёску, которой в данном хадисе нет, и объяснять его действия мотивом, которого классические учёные не называли. См.: صحيح البخاري، № 3558، 5917؛ صحيح مسلم، № 2336؛ ابن حجر، فتح الباري، باب الفرق؛ الزرقاني، شرح المواهب اللدنية؛ سنن أبي داود، № 4191؛ سنن الترمذي، № 1781؛ سنن ابن ماجه، № 3631.

«Пророк ﷺ причесывался как иудеи»? Что на самом деле говорится в источниках Один человек, представляющий себя историком, заявил, будто после переселения в Медину Пророк ﷺ, проявляя уважение к людям Писания, начал причесываться подобно иудеям. При этом он поясняет: мекканцы якобы отпускали волосы, а иудеи «собирали косички». Прямо он не сказал, что Пророк ﷺ заплетал волосы в косы. Однако сначала назвал косички причёской иудеев, а затем заявил, что Пророк ﷺ долгое время причесывался подобно им. Поэтому у зрителя естественным образом складывается именно такое представление. Между тем классические источники говорят о другом. Ибн ‘Аббас رضي الله عنهما передаёт: كان أهل الكتاب يسدلون أشعارهم، وكان المشركون يفرقون رؤوسهم، وكان رسول الله ﷺ يحب موافقة أهل الكتاب فيما لم يؤمر فيه بشيء، فسدل رسول الله ﷺ ناصيته، ثم فرق بعد. Люди Писания носили волосы без пробора, тогда как многобожники разделяли их пробором. Пророк ﷺ первоначально предпочёл согласиться с людьми Писания в вопросе, относительно которого не было отдельного повеления, а позднее стал разделять волосы пробором. Хадис приводят аль-Бухари и Муслим. Таким образом, в приведённом утверждении обычаи двух групп оказались переставлены местами: согласно хадису, именно люди Писания отпускали волосы без пробора, а многобожники делали пробор. Ключевое слово здесь — السدل, а не الضفر. Ибн Хаджар поясняет: كان أهل الكتاب يسدلون أشعارهم، أي يرسلونها. То есть садль — свободно отпустить волосы, не разделяя их пробором. Дафр же означает заплетание волос в косы. Следовательно, косички в этом хадисе вообще не упоминаются. Не вполне соответствует объяснениям классических учёных и утверждение, будто причиной было особое «уважение к иудеям». Ибн Хаджар пишет: فكانت موافقتهم أحب إليه من موافقة عباد الأوثان، فلما أسلم غالبهم أحب حينئذ مخالفة أهل الكتاب. Согласие с людьми Писания было для Пророка ﷺ предпочтительнее согласия с идолопоклонниками. Когда же положение Ислама укрепилось, он стал предпочитать отличие от людей Писания. В другом месте это объясняется стремлением расположить их к Исламу: فكان يحب موافقتهم ليتألفهم. Аль-Куртуби выразил эту мысль ещё яснее: ليتألفهم حتى يصغوا إلى ما جاء به. Иными словами, Пророк ﷺ не перенимал эту причёску из особого почтения к иудеям. В вопросе, по которому ещё не было отдельного шариатского указания, он предпочёл обычай людей Писания обычаю идолопоклонников, стремясь расположить их к Исламу и побудить прислушаться к его призыву. А что же сообщение о косах? От Умм Хани رضي الله عنها действительно передаётся: دخل رسول الله ﷺ مكة وله أربع غدائر، تعني ضفائر. «Посланник Аллаха ﷺ вошёл в Мекку, и у него было четыре заплетённые пряди». Однако это совершенно другое сообщение. В нём говорится о вступлении в Мекку, а не о переселении и жизни в Медине. В нём нет ни слова об иудеях, уважении к ним или подражании им. Поэтому соединять хадис о свободно отпущенных волосах без пробора с сообщением о четырёх заплетённых прядях нельзя. Это разные события и разные способы укладки волос. Следовательно, более точный вывод таков: Источники не сообщают, что Пророк ﷺ в Медине заплетал волосы в косы, подражая иудеям или проявляя к ним особое уважение. Они говорят лишь о том, что некоторое время он носил волосы без пробора, соглашаясь в этом с людьми Писания по причинам, связанным с призывом и расположением сердец. Еврей, иудей и сионист — не одно и то же Ислам не отрицает существования народов и происхождения людей. Люди созданы народами и племенами, чтобы узнавать друг друга, а мерилом достоинства является богобоязненность. Поэтому национальность сама по себе не является ни виной, ни достоинством. Следует различать: еврей — этническая или национальная принадлежность; иудей — последователь иудаизма; сионист — сторонник политической идеологии и колониального проекта. История Ислама знает евреев, принявших Ислам ещё при жизни Пророка ﷺ. Самый известный пример — сподвижник ‘Абдуллах ибн Салям رضي الله عنه. Поэтому критика не должна быть направлена против человека лишь за его происхождение.

Старыми ключами новых дверей не открыть

Не учёные и не простые люди: кто же разжигает смуту? Али ибн Касим Ханаш (ум. в 1219 г. х.), сказал: «Люди делятся на три категории. Первая — высшая: крупные учёные, способные отличить истину от заблуждения. Даже когда они расходятся во мнениях, их разногласия не приводят к смуте, поскольку каждый из них понимает доводы и позицию другого. Вторая — низшая: простые люди, сохранившие естественную чистоту восприятия и не отвращающиеся от истины. Они следуют за теми, кого считают примером: если их наставник придерживается истины — они следуют истине, а если заблуждается — заблуждаются вместе с ним. Третья — средняя: именно она становится источником зла и основой религиозных смут. Эти люди не углубились в знание настолько, чтобы подняться до уровня первой категории, но вместе с тем уже не остались среди простых людей второй категории. Когда они слышат, как кто-либо из больших учёных говорит нечто, чего они не понимают и что противоречит убеждениям, к которым привело их собственное невежество, они обрушиваются на него с нападками, приписывают ему самые чудовищные взгляды и посредством ложных уловок отвращают простых людей от принятия истины. Именно тогда религиозная смута разгорается во всю силу». См.: аш-Шаукани. «Аль-Бадр ат-тали‘». Т. 1. С. 473.