Запрещенный фармаколог 2.0

Хлордегидрометилтестостерон - безусловный бестселлер в галерее анаболических андрогенных стероидов. В кругах бескорыстных спортивных энтузиастов и биохакеров из подворотни более известен под ласковым уменьшительным именем турик. В 1961 году это счастье синтезировали в восточногерманской VEB Jenapharm и внедрили в клиническую, а точнее, спортивную практику через пять лет. В одной молекуле объединили две особенности. 1) Структурная модификация клостебола - введение в тестостерон атома хлора в C-4 положение, что блокирует взаимодействие молекулы с ароматазой. Результат - отсутствие конверсии в эстрадиол и защита потребителя от феминизации, задержки натрия и воды, и такой эстетической проблемы как гинекомастия. 2) 17α-алкилирование как у метандростенолона - добавление метильной группы к 17 атому углерода, обеспечивающее устойчивость стероидного ядра к первичному прохождению через печень и позволяющее употреблять препарат перорально, без лишних дырок в жопе. Клостебол, к слову, триумфально вошёл в историю благодаря 1) звездной норвежской лыжнице Терезе Йохауг, которая якобы случайно намазала губы бальзамом с этим стероидом; 2) первой ракетке мира Янику Синнеру, жертве раздолбая физиотерапевта и мази под названием трифодермин, в результате получившему 15 суток за мелкое хулиганство трехмесячное отстранение на период, удачно пришедшийся на свободное от главных турниров время. Эффективностъ туринабола обкатывалась не в рафинированных условиях 3-й фазы клинических исследований, а в рамках секретной государственной программы ГДР Staatsplan 14.25 … времена были суровые. Под руководством Штази и спортивных врачей недавние синегалстучные пионеры превращались в бультерьеров, способных рвать как Советы, так и Америку. Туринабол обладает высоким анаболическим индексом (100-180%) при умеренной андрогенности (около 50%). Он не заливает, не вызывает скачков АД за счёт гиперволемии и даёт сухой прирост силовых показателей и скоростной выносливости. За что он и был уважаем в легкой и тяжелой атлетике, плавании, и борьбе. Подвальная гопота из качалок морщила нос. Весы не показывали плюс 10 кило за месяц. В попытках получить быстрый эффект адепты объемов завышали дозировки в 5-10 раз, искренне удивляясь потом желтоватому оттенку глаз и внезапно потемневшей моче. Долгое время турик считался безопасным в плане контроля. Считалось, что его короткоживущие метаболиты вылетают из организма за 20-30 дней. То есть надо было хитро спрятаться и грамотно отмыться. Всё изменилось в 2011-12 годах, когда Григорий Родченков и Тимофей Соболевский (Московская антидопинговая лаборатория... эх, были же времена) разработали и внедрили высокочувствительный метод для обнаружения долгоживущих сульфатированных метаболитов. Оказалось, что молекулярные «хвосты» туринабола можно уверенно ловить в моче спустя 250-360 дней после окончания курса. Повторный анализ проб Пекина-2008 и Лондона-2012 привел к валу дисквалификаций с последующим отъемом медалей у атлетов из стран бывшего СССР, а также Турции, Румынии и стран Восточной Европы. Позже туринабол всплывал в качестве одного из трех ингредиентов коктейля «Дюшес». Об этом рецепте того же ГР (не путать с «гормошкой») будет позже. Несмотря на то, что современный масс-спек щелкает турик, как болельщик второй лиги семки, естественный отбор среди спортивных функционеров и атлетов продолжается. Желающие проверить предельную чувствительность оборудования ВАДА, похоже, никогда не иссякнут.

Таня вполне академично и достаточно подробно расписала риски и медицинские проблемы масс-стартов. Справка от врача и ЭКГ покоя не делают нас счатливее бессмертными. Они лишь помогают организаторам отвечать на разные неудобные вопросы в случае чего. А «случаи чего» будут - это такое же ожидаемое нежелательное явление, хотя и нечастое.

Супрафизиологические дозы тестостерона (в спорте это от 300 до 2000+ мг в неделю, при норме заместительной терапии 70-100 мг/нед) гарантированно вызывают системный отклик. Подавление оси гипоталамус-гипофиз-яички) Экзогенный Т по принципу отрицательной обратной связи подавляет секрецию ГнРГ в гипоталамусе и ЛГ/ФСГ в гипофизе. Итог - прекращение эндогенного синтеза Т, прекращение сперматогенеза, апоптоз клеток Лейдига и Сертоли. В исходе тестикулярная атрофия и вторичный (гипогонадотропный) гипогонадизм. Восстановление оси (ПКТ) с помощью антиэстрогенов (кломифен, тамоксифен) или ХГЧ не гарантирует возвращение к исходным базальным уровням, особенно после длительных или высокодозных курсов. Кровь. Эритроцитоз и риск тромбозов/эмболий. Т напрямую стимулирует эритропоэз через андрогеновые рецепторы в костном мозге и понижает уровень гепсидина, что увеличивает всасывание железа. Гематокрит > 50-55% дает увеличение вязкости крови, гипертензию, критический рост риска инфаркта миокарда, ишемического инсульта и тромбоза глубоких вен. Обмен липидов. Андрогены стимулируют печеночную триглицеридлипазу, в итоге ЛПВП вниз, ЛПНП вверх, что по общепринятому мнению очень нехорошо, ибо способствует атерогенезу. Ремоделирование миокарда. Да, высокие дозы андрогенов усиливают гипертрофию левого желудочка, а дальше фиброз, диастолическая дисфункция и повышенный риск внезапной аритмической смерти. Эстроген- и ДГТ-обусловленные проблемы Угри, сиськи, волосатые ладони плечи и лысина на голове - об этом уже говорили. Юридический статус и терапевтические исключения (ТИ) Тестостерон - это субстанция группы S1, запрещенная как в соревновательный, так и во внесоревновательный период. 4 года бана для первохода почти что гарантированы. ГЗТ в спорте высших достижений. Получить ТИ на тестостерон профессиональному атлету практически невозможно. ВАДА требует доказательств органического гипогонадизма (например, гипофизарная микроаденома, резекция яичек, генетические синдромы). «Возрастное снижение Т», «функциональный гипогонадизм спортсменов вызванный перетренированностью и дефицитом калорий» не являются основаниями для выдачи ТИ. Введение Т под видом «лечения по справке от андролога» в 99% случаев заканчивается принудительным отдыхом от опостылевшей деятельности, либо переходом в разряд рыцарей без страха и упрека фитнес-инструкторов. Ну и хватит про тестостерон… дальше поговорим об анаболиках.

В отличие от турика или метана, метаболиты которых в норме отсутствуют, тестостерон есть в организме всегда. Задача лаборатории сводится к доказательству, что найденный Т имеет экзогенное происхождение. Для этого используется трехуровневая система. 1. Соотношение Тестостерон / Эпитестостерон (T/E ratio) Эпитестостерон, природный стереоизомер Т, синтезируется параллельно с Т в соотношении примерно 1:1, но не обладает анаболической активностью (нафиг он нужен я не знаю). При введении экзогенного Т собственный синтез Т и эпитестостерона падают симметрично. Поступающий снаружи Т в основном превращается в глюкуронид тестостерона, который выводится с мочой, а эпитестостерона в крови, как и в моче, почти нет. Соотношение T/E резко взлетает. Порог ВАДА для него с 2004 года равен 4.0 (было 6.0, но ужесточили). Однако же существуют аномалии (генетическая вариация фермента UGT2B17), приводящие к высокому соотношению T/E даже у тех, кто не фарит. Поэтому T/E 4.0 и больше - это повод потратить деньги на второй этап тестирования. 2. Масс-спектрометрия соотношения изотопов углерода (GC-C-IRMS). В природе существуют два стабильных изотопа углерода, 12C (98.9% примерно) и 13C (1.1%). Синтетический тестостерон получают из растительного сырья, стигмастерол или ситостерол, добываемых из сои или ямса. Дело в том, что растения активнее поглощают более легкий изотоп углерода (тут еще можно порассуждать про С3, С4 и CAM типы фотосинтеза, но в этом я ни черта не смыслю). Эндогенный Т человека, питающегося по смешанному типу (то есть всем, что не приколочено), имеет более высокое содержание 13C. Кстати, а что у строгих вегетарианцев? Т и его метаболиты сжигаются, в образующемся углекислом газе тупо промеряется соотношение изотопов δ13C в промилле (‰) для метаболитов Т и этот показатель сравнивается с эндогенным референсным соединением (ERC), на которое введение Т не влияет (например, прегнандиол или эндогенный андростерон). Разница между δ13C референса и метаболита Т (Δδ13C) 3.0‰ говорит о синтетическом происхождении Т. Против этого анализа адвокаты атлета бессильны (на контаминацию спортпита или фермерского мяса тут не свалишь). 3. Биологический паспорт спортсмена, стероидный модуль Продвинутая схема, которая мониторит динамику стероидного профиля конкретного организма на протяжении многих лет (пока организм еще кому-то нужен) Учитываются соотношения T/E, Андростерон/Этиохоланолон, 5α-андростандиол/5β-андростандиол. Если у атлета T/E всю дорогу было в районе 0.8, и внезапно скакнуло до 2.5 (что ниже порога 4.0, но всю равно подозрительно), возникают вопросы, алгоритм адаптивной модели помечает пробу как «Atypical Finding» (ATF) и автоматически отправляет её на IRMS (см. пункт 2). Мораль. Если очень захотят, то зажопят и зачехлят. Однако же большинство «физкультурников», которые нахер антидопингу не упирались, могут быть спокойны. В их случае ограничивающим фактором являются возможные побочные эффекты и последствия, о которых потом.

Акне и вирилизация Спина превращается в кратерное поле, а если «метаху» решит попробовать женщина, у неё появятся баритон из под усов и клитор размером с гороховый стручок. Спортивная слава В 60-е и 70-е метан ели абсолютно все, от Арнольда Шварценеггера до копьеметателей и штангистов. Это было золотое время, когда допинг-контроль заключался в вопросе: «Пацаны, вы же ничего не принимали, да?» Но потом пришла эпоха хромато-масс-спектрометрии. Сам метан выводится из организма довольно быстро (период полувыведения от 3 до 6 часов). Но его долгоживущие метаболиты вынюхивают в моче даже через несколько месяцев после того, как спортсмен клятвенно побожился на Библии, что ест только куриную грудку и обезжиренный творог. Сегодня попасться на метане в профессиональном спорте - это высшая степень клинического долбоебизма. Однако неутомимые воины света из ВАДА ежегодно банят пачки тяжелоатлетов и борцов, которые искренне недоумевают… Ой, а как оно в меня попало?! Наверное протеиновую нямку загрязнили на заводе!

Метандростенолон - святая святых, икона и одновременно главный эликсир утилизации здоровья для нескольких поколений школоты, подвальных качков и советских тяжелоатлетов. Снадобье обещало титанические мышцы, но впридачу дарило гинекомастию, печень размером с ведро и пожизненный абонемент в базу данных ВАДА. В мире качалки метан - это не просто стероид. Это базовая религия. Каждая школьная легенда о том, как «Димон за лето раскачался до 90 кг», начинается с заветного блистера с розовыми пентаграммами или белыми таблеточками. Рождение легенды: Штаты vs Союз Вопреки дворовым легендам о том, что доктор Циглер сварил метан ночью на кухне из подручных реактивов, история была куда прозаичнее и циничнее. Всё началось на чемпионате мира по тяжелой атлетике 1954 года в Вене (ранее, на Олимпиаде-52 в Хельсинки советы просто всех вынесли, вызвав у буржуев лютый батхёрт). В венском баре доктор американской сборной Джон Циглер напоил своего советского коллегу, и тот по секрету вывалил военную тайну. Мы попросту льем тест ведрами. Вернувшись в США, Циглер испытал чистый тестостерон на себе и паре лабораторных гоблинов. Мышцы перли, но вместе с ними приходили агрессия, облысение и отекшая простата. Поняв, что все не так просто, Циглер пошел на поклон к фармгиганту CIBA. Швейцарские химики в 1957 году допилили молекулу тестостерона, получив метандростенолон (он же дианабол, патент 1958 года). Задумка была простой - сделать препарат с мощным анаболическим эффектом, но без превращения атлета в агрессивного волосатого павиана. Первоначальная дозировка дианабола составляла смешные 5 миллиграммов в день (одну таблеточку с утра под язык). Но качки быстро поняли простую арифметику. Если от одной таблетки бицепс растет на сантиметр, то от десяти он вырастет на десять! Уже к концу 60-х спортсмены жрали Дианабол горстями. Видя, как изобретенная им витаминка превращает молодых парней в инвалидов с разрушенной печенью, гипертрофией миокарда и сдувшимися яичками, дедушка Циглер впал в глубокий экзистенциальный депресняк. Перед смертью в 1983 году он громко покаялся. Лучше бы я вообще не связывался с этой дрянью. Я искренне жалею, что создал препарат, который искалечил столько людей. Естественно, целевую аудиторию ворчание старика не остановило. к тому моменту метановая гидра уже жила своей жизнью в каждой качалке от Калифорнии до Люберец. Матчасть С точки зрения биохимии метандростенолон - это 17-α-алкилированный стероид. Молекулу допилили так, чтобы печень не смогла пережевать её при первом же прохождении. Препарат успешно проникает в кровь, но печень от такой наглости охреневает и начинает тихо умирать, выражая протест холестазом и взлетом трансаминаз до цифр, приводящих врачей в состояние паники. Формально анаболический индекс должен был быть мягким (анаболическая активность 200% от тестостерона, андрогенная - 50%). Но в организме метан превращается не просто в эстроген, а в 17-α-метилэстрадиол, дрянь, которая заставляет тушку запасать воду, подобно верблюду перед путешествием через Сахару. Принял таблетку - и через пару дней ты залитый водой колобок, зато рабочий вес в жиме лежа вырос на 10 кг. Трицепс забит, качок счастлив, рожа как блин, ну и давление в качестве бонуса подскочило. Метан - препарат честный. Он не прячет и не оттягивает побочки, а щедро делится с каждым, кто решил читить и экономить. Гинекомастия (она же «гино» или «сучье вымя»… на самом деле, последнее - это подмышечный гидраденит, но кого такие нюансы волнуют). Из-за ароматизации у суровых бородатых дядей начинают расти вполне себе женские сиськи. Если вовремя не заглушить это ингибиторами ароматазы, дорога одна - к хирургу. Гипоталамус-гипофиз-яйца. Собственный тестостерон после курса уходит в небытие. Яички сжимаются до размеров крыжовника и отказываются работать. Без ПКТ качок превращается в унылого евнуха с депрессией. Печень - см. пункт про 17-α-алкилирование. Запивать метан пивом - лучший способ встать в очередь на трансплантацию.

Разговоры о "дизайнерских" стероидах не умолкают и по сей день. Есть такая городская легенда, согласно которой за любым успешным атлетом стоит команда яйцеголовых, разрабатывающих специально для него волшебные лекарства, о которых никто ничего не знает. ВАДА и этот вопрос решила с присущей ему незамысловатой прямотой, в алфавитном порядке перечислив в разделе S1 Запрещенного списка несколько десятков субстанций и добавив в конце фразу ... и другие субстанции с подобной химической структурой или подобным биологическим эффектом. Так что драг-дизайнерам только и остается, что вспоминать золотые времена. Продолжая стероидную тему хочу заметить, что разнообразных ААС в современном мире существует чуть больше, чем до фига. Но так как это ни разу не секрет для ВАДА, то и способов их определения достаточно. Не появись гормон роста и некоторые другие пептидные препараты (о них как-нибудь потом), эта борьба снаряда и брони имела бы большой простор для продолжения. Впрочем, ААС вполне себе синергично взаимодействуют с гормоном роста, поэтому пептиды темы стероидов не закрывают. Разработку «дизайнерских стероидов» чуть ли не под каждого известного спортсмена, чтобы они, будучи неизвестными (незарегистрированными, незапатентованными) не ловились ни в моче, ни в крови теоретически предположить можно. Однако нужно учитывать, что перед тем, как вкормить дозу «инновационного препарата» в голову или в мускулистую жопу чемпиона, нужно опробовать молекулу не только на лабораторных зверьках, но и хотя на паре дюжин других не столь ценных как чемпион человеческих особей, что зачастую затруднительно (хотя для некоторых перенаселенных стран и преодолимо, наверное). Впрочем, идея «дизайнерских стероидов» в целом описана верно: порыться в пыльном столе патентного отдела НИИ, отыскать там кучу формул, не дошедших до реализации, допилить их немного при необходимости (например заменить метильную группу этильной, пример будет ниже), наладить производство, … , profit. Кроме того, "старый-новый" или "старый-допиленный" препарат до поры до времени будет "легальным", то есть не запрещенным. Человеком, которому пришла в голову эта банальная идея был американец Патрик Арнольд. Фигура в области разработки ААС настолько культовая, что Родченков перед ним со своими стероидами, растворенными в вискаре - просто дворовой проказник. Еще в глубоком детстве сопливый дрищ Патрик отхватил люлей от соседских хулиганов и, растирая сопли и грязь, пошел жаловаться папе. Папа был человеком старой закалки, поэтому в качестве утешения он подарил отпрыску гантели. Патрик начал качаться, но мышца не перла. Тренер из местной качалки включил юношу в число своих клиентов, начав поставлять тому вещества, на которые американские органы уже тогда недобро косились. Юный дрищ прибавил пять кило мышц за три месяца, после чего уверовал в науку вообще и в химию в частности. Так качалка привела на химфак молодое дарование. Арнольду (не путайте с другим Арнольдом, здесь это фамилия) повезло, он познакомился с Дэном Дукейном, чуваком, который заслужил славу стероидного гуру, признанную даже на официальном уровне - чела дважды закрывали на вполне реальные сроки, но и за решеткой он пользовался значительным авторитетом, ибо занятия спортом в американских тюрьмах поощряются. Кстати, он же первым дотумкал до того, что кленбутерол - весьма неплохое подспорье для бодибилдера. После знакомства все заверте…

Выношу из дискуссии про анаболики, ибо совсем не про анаболики. Таня aka доктор Кирсанова заявила, что цепляние на шею всем финишерам на этих ваших масс-забегах медалек низводит ценность оных, равно как и спортивную составляющую мероприятия к нулю. Я почти согласился и предложил создать некое правило, в целях стремительной глобализации которого сформулированное сразу на английском. Tanya’s Rule Official Wording: Tanya’s Rule establishes clear eligibility criteria for awarding commemorative (finisher) medals in mass participation running events. 1. For distances shorter than 42 km (e.g., 5K, 10K, half marathon, and any other race under the full marathon distance): Commemorative medals are awarded only to the top 30% of official finishers in that race. 2. For distances of 42 km and longer (full marathon and ultramarathon distances): Commemorative medals are awarded to the top 50% of official finishers in that race. Key Provisions: • Percentages are calculated based on the total number of official finishers (DNFs are excluded). • The cutoff is determined by rounding down to the nearest whole number (e.g., in a race of 1,000 finishers under 42 km, the top 300 athletes receive medals). • Timing is based on official chip or gun time results. • This rule applies exclusively to mass participation / open-category events. Elite, invited, or prize-money-only categories may follow separate awarding protocols. • Organizers must publish the exact medal cutoff position immediately after provisional results are confirmed. Purpose: Tanya’s Rule ensures that commemorative medals retain meaningful value by recognizing a significant but limited portion of participants, while giving marathon and longer-distance runners a higher recognition rate due to the substantially greater challenge and commitment required. Дальнейшая интерпретация принадлежит нейросети Grok, которая любезно согласилась стать соавтором правила. Tanya’s Rule — это когда одна суровая тян посмотрела на все эти массовые забеги, где каждый второй получает медаль просто за то, что не сдох на дистанции, и сказала: «Ну нах». Теперь всё по-честному. Суть правила: Дистанция меньше 42 км (5к, 10к, полумарафон и прочая лёгкая жизнь) — медаль только топ-30% финишеров. 42 км и больше (марафон и ультра) — медаль топ-50%. Всё. Точка. Медаль финишёра из милого сувенира «я молодец, дайте пять» превращается в настоящую металлическую ибалу из стали — доказательство, что ты реально лучше значительной части толпы. Больше никакого «мы все сегодня победители, ура, обнимашки». Таня пришла и жёстко восстановила иерархию. На 10-ке теперь такая же нервная атмосфера, как на олимпийском отборе, только половина участников в костюмах единорогов и с селфи-палками. Особенно эпично выглядит, когда чувак в костюме пиццы (да, настоящий доставщик) начинает рвать последние 200 метров, потому что понял — 30% это не шутки. На марафоне Таня чуть подобрее: 50%. Не из милосердия, а потому что после 42 км уже сам факт, что ты стоишь на ногах, а не лежишь в позе эмбриона у медицинской палатки, заслуживает уважения. Типа «брат, мы понимаем, у тебя проблемы, держи медаль». Технические аспекты: Процент считается от реально финишировавших (DNF не считаются, лузеры). Округление вниз. 1000 человек на финише — медали первым 300. 301-й может идти нахуй за бананом и моральным удовлетворением. Правило работает только в массовке. Как реализовать решайте сами. Компьютер с ИИ в помощь. Элита пусть дальше живёт в своём параллельном мире с кубками и спонсорами. Эффект: Меньше медальной инфляции. Больше людей внезапно начинает тренироваться. На финише творится ка-цэ с гвоздями: дядьки в кедах «адидас» 2007 года внезапно выдают спринт жизни, потому что до отсечки осталось 12 человек. Девушки в розовых пачках начинают считать темп и смотреть на часы, а не просто фоткаться. Короче, Таня одним правилом сделала то, что организаторы забегов боялись делать годами: вернула медали смысл.

Обсуждать лечение гиперлипидемии и НПВП - тоска смертная. А тут еще по телевизору заблокированным ресурсам Crossfit Games’26 показывают. Посмотрел я и решил, что надо бы подробнее написать о веществах, которые использовать не то что не рекомендуется, а прямо-таки запрещено. Мы их в институтах не проходили, поэтому большинство коллег считают, что: 1) вещества эти употребляет только горстка упоротых маргиналов; 2) у них потом «хиз енг висит дер вниз энд не стоит» (привет, Денис, из прошлого); 3) отваливается печень; 4) развивается бесплодие; а самые прошаренные в курсе, что 5) на курсе резко возрастает риск сосудистых катастроф. На этом познания, как правило, заканчиваются за ненадобностью. Любопытный клинический кейс. Один биохакер решил хакнуть систему, плотно курсил, но не качался, так как качаться вредно. В протоколе аутопсии - массивная ТЭЛА. Олдфаги, помните журналы типа «Muscle&Fitnes» или «Качай мускулы» двадцатипятилетней давности с их рекомендациями, расписанными курсами и беззастенчивой рекламой черт-те чего. Поворчим… были же времена. Хотя и сейчас нет-нет, да и встретишь на официальном спортивном лектории выступление под интригующим названием вроде: «ПКТ или мост?» (было, у меня даже фотка где-то есть). Короче, я тут до конца лета постараюсь повыкладывать накопившиеся заметки по разным тяжелым и не очень веществам. Начну с двух старых постов, вместо, так сказать, предисловия. Warning! Написано для людей с образованием в ознакомительных целях. Допинг - зло, play true, мир, жвачка, плоскогубцы!

Селективные ингибиторы COX‑2 - это НПВП для тех, кто очень боялся язвы, но в итоге получил инфаркт. Краткая история: хотели причинить добро, а причинили как всегда. В 90‑е годы, в то время, как на одной шестой части планеты люди боролись за начальный капитал, буржуи дотумкали до банальной истины. Раз уж COX‑1 делает простагландины для защиты слизистой и для тромбоцитов, а COX‑2 это злой агент воспаления, давайте убьём только COX‑2 и будем жить долго и счастливо без мелены и прочих неприятностей. Так появились «коксибы», сначала целе- и рофе-, а потом вся семейка, вальде-, паре-, лумиро-, этори-… и прочие. Клинические исследования радостно отрепортировали: серьёзные ЖК осложнения (кровотечения, перфорации) случались примерно вдвое реже, чем на классических НПВП. Потом кто‑то неленивый наконец посмотрел на кривые по инфарктам, и валдекоксиб с рофекоксибом уехали на свалку из‑за избытка сердечно‑сосудистых событий, поставив заодно череуб метку на всем классе. Сейчас в США из коксибов выжил, вроде бы, одинокий целекоксиб, в России есть еще эторикоксиб и таинственные для меня парекоксиб и полмакоксиб (видел только названия). Матчасть. COX‑1 - конститутивный фермент, отвечает за гастропротекцию, агрегацию тромбоцитов, почечный кровоток и вообще мир, дружбу и жвачку в нормальной физиологии здорового или не очень организма. COX‑2 - фермент индуцируемый, включается при воспалении, травме, но также участвует в регуляции эндотелия, то есть тоже не чистое зло. Несе­лективные НПВП (ибупрофен, диклофенак, напроксен) рубят и COX‑1, и COX‑2 - меньше боли, больше дырок в желудке, но чуть меньше тромбозов (из‑за подавления выработки тромбоксана). Блокаторы COX‑2 селективные, оставляют тромбоцитарный COX‑1 в живых, зато глушат эндотелиальный COX‑2, то есть происходит смещение баланса в пользу тромбоксана, что повышает риск тромбозов. У коксибов действительно ниже риск серьёзных проблем в верхних отделах ЖКТ по сравнению с классическими НПВП при сопоставимом уровне анальгезии. Особенно если одновременно аспирин не принимать. Но увы, данные имследований показали, что селективные COX‑2‑ингибиторы повышают риск тромботических событий, особенно при длительном прием в высоких дозах и длительном применении. Есть хорошая новость, у целекоксиба в умеренных дозах риск кардиоваскулярных событий примерно сопоставим с большинством неселективных НПВП (а ведь некоторые, из них, вроде диклофенака, так вообще беда-беда). Теперь о почках. Как и любые НПВП коксибы прекрасно умеют задерживать натрий и воду, то есть провоцировать отеки и гипертензию; снижать клубочковую фильтрацию, особенно на фоне ХБП, приема диуретиков, иАПФ и БРА. Во всеми вытекающими. Применение в спорте. Тренеры старой формации предпочитают диклофенак во все места, квадратиш - практиш - гут, а побочные эффекты по их мнению - фантазии врачей и удел слабаков. Однако среди более нежной и прошаренной ввиду все еще доступного Интернета аудитории, селективные НПВП считаются «более лучшим тоном». Есть несколько «но». 1. Длительный приём НПВП (включая коксибы) на фоне больших тренировочных объёмов повышает риск почечных проблем, особенно при дегидратации и тепловом стрессе. 2. Маскировка боли. Продолжаем упахиваться на повреждённых структурах - получаем хроническую перегрузку с риском усугубления повреждения. В итоге коксибы в спорте - это инструмент под эпизодический приём при острой боли/травме, а не претрен перед каждой темповой и не средство быстрого восстановления. О така фигня, малята.

Пытаться объяснить базовую медицинскую статистику студентам мединститута - особый сорт академического садомазохизма. Уровень владения матаном у безусловных адептов доказательной медицины обычно таков, что создается стойкое ощущение, будто перед тобой сидят глубокие гуманитарии с факультета изящных искусств. Для них доверительный интервал - это перерыв между парами, а p-value - разновидность пивного крафта. Посему, когда нужно объяснить, как работают вероятности и что такое propensity pardon my french score приходится опускаться на уровень базовых инстинктов. А именно на математику поиска партнера для спаривания. И тут нам на помощь приходит малоизвестный британский ученый Питер Бакус. В далеком 2010 году этот тридцатилетний ботаник университетский препод, задолбавшись от тотальных фейлов на личном фронте и сопутствующего сперматотоксикоза, решил направить свою фрустрацию в научное русло. Вместо того чтобы ныть в интернетах, он накатал достпвляющцю статью под названием «Why I don't have a girlfriend». В качестве математического аппарата Бакус не стал мелочиться и расчехлил уравнение Дрейка. Да, то самое, которым астрономы оценивают шансы на встречу с братьями по разуму в нашей галактике. Бакус справедливо рассудил, что шансы найти адекватную девушку в Лондоне примерно равны шансам найти зеленых человечков в системе Альбирео, и просто заменил переменные. Далее началась безжалостная работа математического сита, отсекающего 99.9 % населения от идеала. Сначала из 30 миллионов британок Бакус вычел тех, кто не подходит по возрасту. Затем отсек тех, кто живет за пределами Лондона (типа замкадье). Потом прошелся по критериям высшего образования и внешности, после чего осталось всего 10 510 кандидаток, то есть около 0.00017% населения. Но IRL включилась суровая реальность. Какова вероятность, что рандомная самка из этих десяти тысяч вообще обратит на него внимание и ответит взаимностью? Самоуверенный нерд оценил это как 1/20. Половина выборки была заминусована, ибо годные персоны обычно заняты, а к брачным поединкам самцов ученый не был расположен. И наконец шанс, что девушка, потрясенная масштабом интеллекта, не убежит после первого свидания, был расценен как 1:9. Итог предсказуем. После всех итераций в сухом остатке получилось ровно 26 женщин на весь остров. Вероятность случайно встретить одну из них субботним вечером составила 0.0000034%, то есть где-то 1 к 285 000. Для понимания масштабов трагедии скажем, что это примерно в сто раз меньше, чем шанс обнаружить развитую инопланетную цивилизацию. Но, ЧСХ, спустя пару лет после публикации этого крика души, Бакус успешно женился. Что в очередной раз доказывает: в основе любой статистической модели лежат неучтенные конфаундеры, а вселенная обожает макать статистиков лицом в их же расчеты джаст фор лулз.

Трамадол - эпичный синтетический анальгетик, который долгие годы балансировал между статусом «безопасного обезболивающего» в официальной медицине и излюбленным лакомством аптечных ковбоев на улицах. По сути препарат является фармакологической химерой с двойным механизмом действия, эффективность которой в последние годы была жестко подрана адептами этой вашей доказательной медицины. Препарат был запилен очередным сумрачным тевтонским гением из немецкой фармкомпании Grünenthal в 1977 году. Той самой компании, которая двадцатью годами ранее познакомила благодарное человечество с необычными побочными эффектамм талидомида. Изначально маркетологи впаривали сабж как революционное решение. Дескать, обезболивает как взрослый опиоид, но при этом риск зависимости минимален, а угнетение дыхания по сравнению с морфином почти нулевое. В итоге препарат триумфально расползся по планете, став хитом в хирургии, онкологии и ортопедии. Долгое время медицинское сообщество искренне верило, что препарат имеет настолько низкую наркотическую активность, что даже не годится для заместительной терапии у героиновых наркоманов. Автор сам в середине 90-х давал такую рекомендацию. Но пациенту тогда больше помог случайный базар в «Метелице», прилет хоккейной клюшки (!) в голову с последующим удушением и обсуждением возможности утопить еще дышащее тело в Яузе. Эта нередкая для того времени ситуация удивительным способом сдвинула что-то в голове пациента в позитивном направлении. Секрет успеха и последующих фейлов трамадола кроется в его абсолютно шизофреническом механизме действия. СИОЗСН-эффект. Препарат ингибирует обратный захват серотонина и норадреналина, выступая по сути как антидепрессант, а также является антагонистом ряда рецепторов (в том числе мускариновых и никотиновых). Опиоидный эффект. Сам по себе трамадол связывается с μ-опиоидными рецепторами в тысячи раз слабее морфина. Вся магия происходит в печени, где фермент CYP2D6 превращает его в метаболит О-десметилтрамадол, который уже по-взрослому дергает за вымя нужные рецепторы. Из-за генетического полиморфизма ферментов печени юзеры делятся на два лагеря. Быстрые метаболизаторы ловят мощный анальгетический эффект (вместе с шансом передозировки), а медленные не чувствуют профита, собирая лишь побочки вроде тошноты и головокружения. У пациентов с серьезными нарушениями функций почек и печени период полувыведения увеличивается в 2-3 раза, что чревато накоплением токсических метаболитов. Долгие годы гайдлайны утверждали, что риск развития лекарственной зависимости при терапевтических дозах до 300 мг в сутки является «исключительным». Но IRL опийные наркоманы начали употреблять его в сверхвысоких дозах, наглядно продемонстрировав на себе, что сабж способен вызывать лютое пристрастие. Более того, синдром отмены трамадола - это двойной ад. К классической опиоидной ломке добавляется жесткий синдром отмены антидепрессантов. Нередко передозировки, особенно в миксе с другими веществами, приводили к фатальным исходам, что заставило регуляторов ужесточить контроль и перевести его в разряд тяжелых веществ. В эпоху EBM над сабжем окончательно сгустились тучи. Кокрейновский обзор 2017 года нагло заявил, что качество доказательств эффективности трамадола при болях у онкологических пациентов «очень низкое», и надежных выводов о его пользе сделать нельзя. Контрольный в голову прилетел в конце 2025. Датский метаанализ показал, что при хронической боли препарат практически бесполезен (снижает интенсивность менее чем на 1 балл), зато в два раза повышает риск серьезных нежелательных явлений. Вердикт современной науки таков: потенциальный вред от применения трамадола при хронической боли тупо превышает его весьма ограниченную пользу. Такие дела…

Обрезание - это когда из всего мужского организма модифицируют именно ту часть, которая и так всю жизнь работает на износ. Споры о пользе и вреде оного выглядят как битва двух сект. Одни фанатично верят, что без скальпеля член не адаптируется к этому жестокому миру, другие уверены, что любая потеря частички себя - это личная трагедия вселенского масштаба. Ученые сидят в сторонке, наблюдая, как их данные в очередной раз используют в качестве дубинки для идеологического мордобоя. В условиях высокой распространенности ЗППП у взрослых мужчин, обрезание честно снижает риск заражения. Магии здесь нет, просто там, где патогены любят тусить меняется среда и поверхностная архитектура. Эпидемиологи согласно кивают. В некоторых популяциях хирургия работает лучше, чем молитвы и листовки. Но каждый раз, когда эти данные пытаются экстраполировать на мужчин стран с низким риском, где презервативы доступны, а водопровод не пытается убивать своих пользователей, статистика отмалчивается. Аргументы «против» тоже не состоят только из стонов мучеников с интернет-форумов и описаний психических травм детства. Обрезание младенцев - это чистый акт веры. Ребенок не подписал информированное согласие, не спросил второго мнения и не успел рассказать, как он вообще планирует использовать свой орган в будущем. Серьезные осложнения при нормальной хирургии действительно редки, но список неприятных сюрпризов существует. На этом фоне мантра «это для его же здоровья» звучит подозрительно похоже на оправдание любого сомнительного родительского начинания, от музыкальной школы до отдачи чада в школу фигурного катания. В викторианские и пуританские времена эту невеселую процедуру считали лучшим способом борьбы с мастурбацией. Чужие удовольствия всегда раздражают публику. Эволюционные и функциональные гипотезы о предназначении крайней плоти временами выглядят как собрание фанфиков, написанных биологами, задолбавшимися от скучной науки. Одни утверждают, что крайняя плоть оптимизирует механику полового акта (sic!), работая как дополнительная динамическая оболочка. В другой версии фимоз является способом отложить сексуальный дебют, чтобы подросток не начал плодиться слишком рано, а успел сперва встроиться в социум. Все это местами прикольно, но напоминает попытки объяснить зависание компьютера происками шаманов. На бытовом уровне обрезание часто превращается в семейную традицию. В версии «это чисто гигиена» забавно то, что современная гигиена уже давно умеет решать те же задачи, не прибегая к хирургическому вмешательству, с помощью мыла, воды и базового образования. Человечество изобрело душ, но продолжает спорить о том, надо ли на всякий случай оттяпать кусочек тела. Сексуальная сторона вопроса тоже доставляет. Сторонники обрезания радостно рассказывают, как все стало лучше, удобнее, красивее, дольше и вообще «как в кино», противники с той же страстью описывают снижение чувствительности и ощущение ограбленности. Если отфильтровать драму, остается тривиальная картина. Большинство мужчин адаптируется к тому, что у них есть, и строят сексуальную жизнь вокруг конкретного анатомического комплекта. Организм не склонен к рефлексии и просто работает с выданной ему конфигурацией.

Парацетамол - это классический пример препарата, который открыли случайно, забраковали, забыли, а потом откопали заново и до сих пор толком не понимают, как он работает. При этом жрут его чуть менее более, чем все. А началось в 188Х году, когда удолбанный фармацевт по ошибке подсунул пациенту ацетанилид вместо нужного снадобья. А пациент взял и поправился. Это прочухала компашка Cahn&Hepp и выпустила его под названием «Антифебрин». Они потом утверждали, что это было их открытие, а француз Шарль Жерар, который ранее получил первый неудобоваримый аспирин, доказывал, что он первый. Проблема была в том, что ацетанилид вызывал метгемоглобинемию, поэтому фармацевты бросились искать менее токсичный аналог. Хармон Морс синтезировал парацетамол ещё в 1877 году, а испытывал его Йозеф фон Меринг в 1887–1893 годах, но ошибочно решил, что парацетамол тоже провоцирует метгемоглобинемию, и молекулу задвинули на полку почти на полвека, предпочтя баейровский фенацетин. В 1947-49 годах американцы Лестер и Гринберг доказали, что парацетамол - эт главный метаболит и ацетанилида, и фенацетина, а токсичность приписали случайной примеси 4-аминофенола в старых образцах фон Меринга. В 1953 году компания Sterling-Winthrop вывела препарат на рынок США как «безопасную» альтернативу аспирину для детей и язвенников. И понеслось. Самое смешное в парацетамоле то, что спустя 130 с гаком лет его использования фармакологи до сих пор спорят, как именно он глушит боль и температуру. Официально его относят не к НПВП, а к отдельной группе анилидов, потому, что периферическое противовоспалительное действие у него почти нулевое. Скучная ЦОГ-гипотеза: препарат преимущественно ингибирует циклооксигеназы (мифическая ЦОГ-3, а также ЦОГ-1/2) в ЦНС, снижая синтез простагландинов в центрах боли и терморегуляции гипоталамуса, но почти не трогает периферические ткани. Отсюда отсутствие гастротоксичности и антиагрегантного эффекта, характерных для ингибиторов ЦОГ-1. Серотонинергическая гипотеза, сомнительная: активный метаболит взаимодействует с нисходящими серотонинергическими путями спинного мозга, усиливая антиноцицепцию (это когда уменьшается проведение болевых импульсов). Веселая эндоканнабиноидная гипотеза: метаболит AM404 (образуется через конъюгацию с арахидоновой кислотой) активирует TRPV1-рецепторы и каннабиноидные CB1-рецепторы в ЦНС. Самая убедительная IMHO. Парацетамол - немного анаша, живите теперь с этим знанием. Новая идея из Израиля: AM404 (который метаболит парацетамола) синтезируется прямо в болевых нервных окончаниях и блокирует специфические натриевые каналы, останавливая болевой сигнал ещё до мозга. То есть парацетамол работает и как локальный анальгетик, а не только центрально. Тёмная сторона сторона вопроса - это гепатотоксичность. 95% молекулы связывается глюкуроновой кислотой или сульфатом, но 5% превращается в токсичный метаболит N-ацетил-p-бензохинонимин. В печени он нейтрализуется глутатионом. Если отравы много, запасы последнего истощаются, что может закончиться фульминантным гепатитом. А еще, если парацетамол запить водкой (или другой алкашкой), потенциально токсическая доза снижается раз в пять за счет активации CYP2E1 и более интенсивного образования токсического метаболита, то есть печень можно грохнуть относительно безобидными 3-4 граммами. Но есть и хорошая новость: у парацетамола, в отличие от других анальгетиков, есть специфический антидот N-ацетилцистеин, окно применения которого составляет около 8 часов после приёма токсической дозы. Именно поэтому выживаемость при передозировке парацетамола выше, чем при отравлении другими ненаркотическими анальгетиками.

Мы - поколение, которое молится святой капельнице. Какие-то мутные люди из разных мест решили анонимно спросить у топовых легкоатлетов-бегунов, как часто они ложатся под капельницу и втирают по вене всякие ништяки, которые пока ещё не забанила злая WADA. Итог исследования предсказуем, но от этого не менее доставляет. Что внутри? Исследователи опросили 138 элитных спортсменов (73 куна и 65 тян), употребляют ли те. Выяснилось, что больше половины (56.5%) регулярно или перед важными стартами что-то в себя льют. И да, вполне легальное и в легальных объемах (так они говорят). Причём чем выше уровень спортсмена (международный класс), тем охотнее он подставляет под капельницу вену кубиталис. Матчасть. Самый популярный стафф. Актовегин (77.4% юзеров) - внезапно абсолютный хит сезона. Вытяжка из крови телят. Официально - чтобы ткани лучше жрали кислород, неофициально - дорогое плацебо… а может не плацебо, побочный продукт халяля и кошрута, которое один фармгигант активно скармливает рынкам некоторых (не будем тыкать пальцами) стран. Фосфокреатин (64.5%) - креатин для богатых. Дорого и внутривенно. Чтобы ЖКТ не напрягать. В него еще есть предстоит. Аминокислоты (58.1%) - для тех же богатых с ленивым желудком. Можно, конечно, гидролизат из бутылочки, но мы же понимаем, что это не то, а протеин с BCAA вообще для лохов. Эссенциале (57%) и гептрал (47.3%) - извините, названия коммерческие, но в вену мы капаем именно дорогой бренд. Дешевые дженерики, как известно, не помогают. Зачем капаем, это второй вопрос. Даже третий. Для зануд. Капаем - и всё. Реамберин (44.1%) - квадратиш, практиш, гут. Чтобы чистить! Что чистить? Организм! Какие могут быть вопросы, нечищенный организм разве побежит? С одной стороны всё легально, ВАДА утирает слёзы и ничего сделать не может, так как препараты не в черном списке. Главное - объёмы вливаний не превышать, там свои лимиты на миллилитры, но поди - проверь. С другой стороны статья как бы намекает, что современный «чистый» спорт высших достижений без капельницы в руке уже не торт. С третьей стороны (практическая часть вопроса) тренер возбужденно бегает, как марабу по вольеру: Док, играем завтра, чем наших трупов капать будем?.. Fail/Win: Альфачи международного уровня капаются значимо чаще обычных бета-особей национального уровня (p=0.02, шансы выше в 2.4 раза).